Эпилог

Прошло восемьдесят лун. Пламя, что когда-то разгорелось в глазах Спышки Крови, давно угасло. Она ушла в одиночестве, как и жила — без крика, без прощаний, исчезнув за пределами лагеря, куда никто не решился пойти вслед.

Мокрая Лиана, взрослая, закалённая войнами и кровью, взошла на камень предводителя. Молчаливая, сильная, с холодным, пронзительным взглядом. В ней текла та же кровь, но она несла другую суть.

На рассвете, под пламенем алого неба, она собрала всё племя. Её голос был спокоен, но резал, как когти.

— С этого дня изменятся законы. Мы не теряем силу, мы обретём рассудок.

И были отменены два древних закона:

1. "Котёнок слаб — смерть" — стёрт из памяти.— «Мы даём шанс. Если он потерян — тогда смерть. Но пока жив — будет драться.»

2. Закон, гласящий, что "тот, кто не убил до 12 лун — изгнан", был изменён:— «Теперь — 25 лун. До этого — учись, охоться, расти. После — или ты воин, или ты изгой.»

Но на смену пришли жестокие правила Мокрой Лианы — суровые, холодные, без милости:

Кто переступил границу Племени Крови — подчиняется нашим законам.— «Живи с нами, подчиняйся — или умри.»

Тот, кто предал хоть раз — получает метку.— «Мы царапаем его спину, и выгоняем прочь. Он не вернётся. Он умрёт вне Племени, как трус и предатель.»

Так началась новая эра.

Не такая, как у Крови Огня — не пылающая.Не такая, как у Спышки Крови — не всепожирающая.Но — тяжёлая, как буря, и стойкая, как камень.

Племя Крови стало другим. Холоднее. Глубже. Тише. Но по-прежнему смертельно опасным.

И под взглядом Мокрой Лианы коты склоняли головы — не из страха.А из уважения.

Теперь её больше не звали Мокрая Лиана.Имя её — Лиановая Кровь.Жёсткая, как острые лозы после зимы, и безжалостная, как сама судьба.

Она стояла на вершине утёса, где когда-то Кровь Огня и Спышка Крови объявляли свои законы.Теперь — её эра. Эра, где слабость — выбор, а сила — долг.

Среди всех союзов, что Племя Крови заключило в тайне, один стал судьбоносным.Кот из Племени Ветра, бесшумный как буря, с глазами, что видели слишком много — Тихий Порыв. Он не только принял закон Лиановой Крови, он сражался по нему, без вопросов и колебаний.Он стал её тенью, её когтями, её ночным стражем.

И от него она родила двух котят.— Один был бледно-серый, с жёсткой шерстью и спокойными глазами. Его назвали Сумрачный След.— Вторая была рыже-белая, с острым голосом и взглядом, будто знающим всё наперёд. Её имя — Песня Шипов.

Они не знали ласки, только выносливость.Не знали игр, только охоту и тренировку.Но в их жилах текла кровь — не только Крови Огня и Спышки Крови, но и Лиановой Крови. И потому они были рожденными для власти, и нести эту власть — их долг.

Племя Крови стало крепостью.И те, кто смотрел издалека, видели лишь тьму, слышали лишь свист ветра и шёпот лоз.А в самой глубине — пульсировала живая сила.Необузданная. Чистая. Без прощения. Без сожаления.