Глава 7. Мажоры

ДжастинНа кофейном столике передо мной стоит тарелка с холодной пиццей. У меня пропал аппетит, когда Элиза объявила, что между ней и парнем, с которым она встречается, все серьезно. Она ушла час назад, и Оуэн позвал кое-кого из парней. Я наблюдал, как они играют в видеоигры, но не смог бы сказать, кто выиграл или проиграл, или припомнить хоть один из пустых разговоров последнего часа.Одна только мысль о том, что она с кем-то другим, пробуждает во мне собственнические инстинкты. Черт, я вовсе не святой, но переспать с кем-то, с кем больше не планируешь видеться, – совершенно не то, что отношения Элизы с парнем, к которому она начинает испытывать чувства. Это звучит так лицемерно. Поправка – я и есть лицемер.– Брэди! – зовет Тедди с другого конца комнаты. Он машет геймпадом, чтобы привлечь мое внимание. – Вытаскивай тампоны из ушей и иди играть, – говорит он с вызывающей ухмылкой.Я показываю ему средний палец, но беру геймпад, который мне предлагает Ашер.Хотя он прав, я рассеян. И мне не хочется, чтобы команда заметила это, потому что я не настроен отвечать на какие бы то ни было вопросы, особенно когда Оуэн сидит на другом конце дивана.– Готовься к полному уничтожению, – говорю я, сверкая самонадеянной усмешкой.– Ты весь вечер играешь дерьмово, и тебе ни за что не победить меня, – бормочет он.И… видимо, он прав, так как через три игры я проигрываю и отдаю геймпад.Однако никто больше не комментирует мое мрачное настроение.– Чувак, это не плей-офф, и пора побрить мохнатку у тебя на лице, – говорит Тедди Оуэну, качая головой.Я бросаю взгляд на Оуэна и не могу сдержать смешок. Он надувает губы, и черт меня подери, я представляю себе заросшую щетиной розовую киску. Меня передергивает. Это не тот образ, который хочется ассоциировать со своим лучшим другом.Твою ж мать. Что мне требуется, так это еще одна бутылка пива.Или лоботомия, чтобы стереть из головы этот образ.– Вперед, ТиКей. Продолжай вести себя как мудак, – говорит Оуэн Тедди, – и я не поделюсь с тобой девчонками, с которыми как раз переписываюсь.– Ой, да ладно, чувак. Брось, – стонет Тедди. – Ты знаешь, что любишь меня.– Ты позвал сюда заек? – спрашивает Ашер.Я искоса смотрю на него, вспоминая все те разы, когда он осквернял джакузи на нашем балконе. Я бы предпочел, чтоб он отвез девушек к себе. Сегодня я совсем не в настроении выслушивать их треп.– Да, группа девочек на подходе, – подтверждает Оуэн. – Брэди не помешает компания. Он в завязке с тех пор, как закончился тренировочный лагерь.Готов спорить, он это заметил. Я пожимаю плечами и откидываю голову на подушку.– Я не в завязке. Просто не люблю межсезонье так, как его любите вы, ублюдки. Рад, что оно позади.Каким-то чудом Оуэну удается превратить тихую ночь за сеансом видеоигр в шанс перепихнуться. Этот чувак – главный кобель, и это говорю я. Оуэн выводит все это на совершенно новый уровень.Я бреду на кухню и беру себе еще бутылку пива, открываю крышку и делаю один большой глоток, опершись бедром о стойку. Я действительно не в настроении устраивать тут вечеринку этой ночью.Оуэн входит на кухню, чтобы взять себе выпивку, и останавливается, окидывая меня взглядом.– Ты в порядке, чувак?Я киваю и делаю еще глоток.– Просто, блин, восхитительно, – я заставляю себя фальшиво улыбнуться.Оуэн закатывает глаза.– Ты ведь знаешь, я вижу тебя насквозь.Я пожимаю плечами.– Надо о многом подумать.Он откручивает крышку с бутылки и швыряет ее через всю комнату, она приземляется в мусорное ведро.– Надеюсь, не о той цыпочке из Южной Каролины.– Это было в Теннесси, и нет. Я вообще о ней не думал.Ладно, это не вполне так. Та ситуация стала одной из причин, по которым я начал смотреть на случайные связи иначе.Оуэн знает всю эту грязную историю. Когда я узнал, что у меня скоро будет ребенок, я, конечно же, доверился своему лучшему другу. Черт, я перепугался до смерти. Прилетел в Нешвилл, взял напрокат машину, чтобы добраться до ее дома. Мы поддерживали связь практически каждый день с тех пор, как девушка сказала мне, что беременна. Мы не были близки, но это не мешало мне навещать ее, расспрашивать о ребенке или посылать деньги на вещи, которые, по ее словам, ей были нужны. Я мысленно готовился во что бы то ни стало стать частью жизни этого ребенка, но, когда я появился на пороге ее дома, все рухнуло. Очень быстро.Открыв дверь, она запиналась и говорила невнятно. Не потребовалось и пяти минут, чтобы понять – она пила и была очень худой. Девушка определенно не выглядела беременной, тем более на седьмом месяце, как утверждала. Когда я начал настаивать на том, чтобы она сказала правду, она расплакалась и во всем призналась.После целого дня, проведенного в пути, после всех этих дней, полных страха и одновременно решимости стать хорошим отцом, обнаружить, что она лгала мне, – было ударом под дых. Я провел бессонную ночь в дешевом мотеле рядом с аэропортом, ожидая утреннего рейса. Представлял себе, как буду собирать кроватку, красить стены, возможно, мне даже дадут послушать, как бьется сердце ребенка… вместо этого все мои жизненные выборы вдруг обрушились на меня с полной силой. Я лежал на комковатом матрасе, прислушиваясь к шуму машин, и начал задаваться вопросом, нет ли в жизни чего-то большего, чем просто бессмысленный секс.Оуэн откашливается, и я замечаю, что он все еще смотрит на меня.Я облизываю губы и скрещиваю лодыжки.– Итак, этот парень, с которым встречается Элиза. Что ты о нем знаешь?Оуэн пожимает плечами.– Он учитель. Она говорит, он хорошо к ней относится. Я еще не знаком с ним, но собираюсь.Больно слышать, как он говорит это. Конечно, я хочу, чтобы к ней хорошо относились, но я надеялся услышать, что этот парень – мудак. И что дальше? Мы продумаем план, как добраться до ее квартиры и заставить порвать с этим парнем? Твою мать. Мы уже не в школе.Я знаю, что упустил свой шанс, но это не делает мысль о том, что она с кем-то другим, менее жгучей. Последние несколько месяцев были безумными, и я, черт возьми, в полном раздрае.Я слегка киваю.– Просто хотел убедиться, что он к ней хорошо относится.Оуэн переводит взгляд на меня и следит, как я подношу банку пива к губам.– Элиза может постоять за себя. И она не совершит какой-нибудь глупости.Я киваю. Она умеет держать себя в руках. Я слишком хорошо это помню. То, как ее ладони сомкнулись на моей голой заднице, когда она притянула меня ближе, стремясь получить удовлетворение. Хриплые вздохи в мою шею, когда она кончила.Я сглатываю и смотрю на бутылку, которую слишком крепко сжимаю в кулаке.– Да, она умная девочка, – наконец выговариваю я. Мне нужно закрыть свой проклятый рот прежде, чем я скажу что-то, чего говорить не должен.Оуэн кивает и возвращается в гостиную – слава богу, поскольку я не знаю, как долго еще смогу продолжать этот фарс. Я знаю, что не заслуживаю такой девушки, как она, но это не мешает мне хотеть Элизу. Я до сих пор ненавижу себя за то, что не нашел способа извиниться за ту ночь и все исправить. Хотя я не уверен, что такая возможность существует, если ты по пьяни тащишь в постель младшую сестру своего товарища по команде.Немного погодя приходят девочки. Кейтлин, Кристен и кто-то еще на «К», чьего имени я уже не помню. Я не в настроении для этого дерьма, и когда парни уламывают девушек играть в покер на раздевание, я со своим пивом и трезвыми мыслями ухожу на балкон, просто желая побыть в одиночестве.Прохладный, темный воздух идеально соответствует моему настроению. Часть меня хочет написать Элизе, но другая часть знает, что это ужасная идея. С той ночи мы обменялись едва ли тремя репликами. Я точно не смогу ни с того ни с сего завязать разговор только лишь потому, что испытываю ревность из-за ее отношений с другим. Она делает именно то, что должна, – продолжает жить своей жизнью.Балконная дверь открывается, и выходит одна из девушек. Думаю, Кейтлин, но я не уверен.– Привет, – говорит она тихо. – Подумала, тебе не помешает небольшая компания. – Она подходит ближе, пристально глядя на меня.– Не слишком любишь покер на раздевание? – спрашиваю я.Она садится рядом, поджав под себя ноги и обхватив плечи руками. Тут холодно, а она не вполне одета для такой погоды: в легинсы и футболку.– Я ужасно играю в покер, – говорит она, встречаясь со мной взглядом.Медленно вздыхаю, затем подношу пиво к губам, делая долгий глоток.– На какой позиции играешь? – спрашивает она.– Форвард, – говорю я, все так же разглядывая городской пейзаж. Вот что я люблю в Элизе. Мы никогда не говорим о хоккее. Я улыбаюсь, осознав это. Хоккей – огромная часть моей жизни, и Элиза это понимает, но мы никогда не утруждаем себя мирской болтовней о нем, потому что Элиза всегда была рядом на моем спортивном пути.– Это значит, ты пытаешься забить гол, – говорит она с улыбкой. Я ценю хорошие двусмысленные шутки, как и любой парень, но сегодня я не могу найти в себе силы улыбнуться в ответ.– Идея именно в этом.Я делаю еще глоток, глядя на горизонт, и на мгновение становится тихо.– Должно быть, тебе это нравится, – говорит она.– Да. Я играю с четырех лет.Я жду, когда она скажет, как хорошо я управляюсь со своей клюшкой, или какую-нибудь другую двусмысленность, которую я слышал уже восемь тысяч раз, но она просто кладет руку мне на бедро и склоняется ближе.– Тут немного прохладно. Если ты захочешь зайти внутрь, может, чтобы просто поболтать, я бы не возражала.Я оглядываюсь через плечо и встречаюсь с ней взглядом. Тут темно, так что я не могу различить цвет ее глаз, только яркий макияж. Долю секунды я раздумываю над предложением. Я могу выбросить Элизу из головы. Она была последней девушкой в моей постели. После заигрывал с другими, но ни с кем не переспал. А эта девушка, сидящая рядом… Она симпатичная, кажется весьма милой и явно в меня втрескалась, это очевидно. И все же я ничуть в ней не заинтересован.Ни малейшего шевеления в штанах.– Извини, – бормочу я. – Я не в настроении сегодня.– Я тут не для того, чтобы тебя соблазнять. Просто мне показалось, что тебе грустно.– Это… мило. Но я в порядке, просто много всего навалилось.Кейтлин, или как там ее зовут, кивает, но не выглядит убежденной.– Спокойной ночи, – говорю я, вставая.Не дожидаясь ее ответа, я тащусь через балкон и направляюсь внутрь.Когда я открываю раздвижную дверь и вхожу, то слышу смех.– Черт, чемпион, это было быстро! – выкрикивает Ашер. – Человек-минута.Тедди кашляет в кулак.Я не одергиваю его, просто иду по прямой к своей спальне и закрываю дверь.Опираюсь о комод обеими руками и делаю глубокий вдох. Мне отчаянно нужно, чтобы все вернулось в прежнее русло. Мой рассудок зависит от этого. Впереди – важный сезон, и я должен играть на пределе возможностей, если мы хотим продолжить победное шествие прошлого сезона, когда мы взяли чемпионский титул. Я не могу позволить Элизе и тому, с кем она встречается, помешать этому. Пришло время отпустить ее… чтобы я тоже мог двигаться дальше.