37 глава

Pov: Дженни

Я провела бессонные выходные, свернувшись на полу комнаты. Я позвонила Лисе и рассказала ей о произошедшем: о том, что Тэхён подвёз меня домой, но не говорила о танцах. Наутро, в понедельник, я стояла у своего школьного шкафчика, словно в тумане. Я чуть не выпрыгнула из кожи, когда Джуён постучал по моему плечу пальцем. Его дружелюбная улыбка для родителей исчезла, и её место заняла сердитая маска популярного парня, брошенного своей девушкой.

– Что именно произошло тем вечером? – требовательно спросил он.

Я сделала шаг назад.

– Разве мы в пятницу это не выяснили? Я же сказала тебе. Приступ клаустрофобии или типа того. В спортзале было слишком много людей. У меня не было телефона.

– Или ты ушла повидаться с Тэхёном? Знаешь, я же вижу, как ты смотришь на него на репетициях.

Я захлопнула шкафчик.

– Это не твоё дело.

– Держись от него подальше.

– Хорошо, брат.

– Я серьёзно. Он приносит неприятности. Я слышал, что его отец недавно ночью сидел в таверне «Ника», орал и нес всякий бред. Хозяевам пришлось вызвать полицию, чтобы выпроводить его домой.

– Ох, его папа жив? – спросила я. – Мне казалось, Тэхён убил его.

Джуён покачал головой.

– Ладно, если хочешь, пусть будет так. С меня хватит, – он повернулся, намереваясь уйти, но потом остановился. – Знаешь, ты была новенькой, тусящей с кучкой лузеров, и я пожалел тебя. Какая пустая трата денег.

– Мы предложили скинуться. Не забыл? Сколько я тебе должна?

«Как именно ты хотел, чтобы я тебе отплатила?»

Он уставился на меня, потом развернулся и, фыркнув с отвращением, присоединился к группе девушек-куколок. Они все склонились друг к другу, а потом разразились громким смехом. Широко распахнув глаза, девушки посмотрели на меня с притворной жалостью поверх плеча Джуёна.

Здорово. К обеду я стану известна как безумная девчонка, психанувшая на танцах. Я не думала, что Джуён станет вредить мне, но кто знает? Я поспешила на урок английского, жалея, что не могу пропустить этот день и сразу перейти к репетиции, где какое-то время смогу побыть кем-то другим.

– Как держишься? – спросила Лиса, когда я села за парту. – Выглядишь уставшей. – Сегодня на её футболке была чёрная надпись «Если ты не можешь сказать ничего хорошего, то у нас много общего»

– Всё нормально, – ответила я. – Учитывая, что папа хочет, чтобы я встречалась с парнем, который полный придурок, а встречаться с парнем, с которым мне хочется, мне запрещено.

У Лисы отпала челюсть.

– Правда? Тэхён? Тебе хочется с ним прямо встречаться?

– Т-с-с. Не знаю. Возможно. Всё так тупо, потому что он уезжает из Хармони через несколько месяцев. Но я не могу перестать о нём думать. С ним я не чувствую себя в ловушке.

– В ловушке чего?

Я потянула за длинный рукав темно-зелёной кофты. Под ним новая армия маленьких чёрных крестиков маршировала по моему предплечью.

– Ничего особенного, – ответила я. – Просто мне не нравится, когда парни давят. А с ним я такого не ощущаю. Совсем.

– Чёрт возьми, – проговорила Лиса. – Думаешь, он в тебя влюблён? Должно быть так, да? Подвёз тебя, когда нужно?..

«И танцевал со мной».

Я проигрывала все эти подробности в голове снова и снова, пока лежала, свернувшись калачиком в одеяле на полу, и ждала сна, который так и не приходил.

– Прости, что испортила твой вечер, – сказала я.

– Это…

– Знаю, знаю. Ты сказала мне по телефону, что ничего страшного. Но мне нужно сказать тебе это лично. Я пытаюсь стать другом получше.

– Ты хорошо справляешься, Дженни.

Её взгляд упал на тетрадь, где по полям расползлись сотни маленьких чёрных крестиков.

Она нахмурилась, потыкав пальцем в бумагу.

– Для чего всё это?

– Ни для чего. Просто рисуночки, – ответила я. – Эй, ты уже начала писать стихотворения? Полсон задал на прошлой неделе.

– Да, – медленно проговорила Лиса. – Я раздумывала над одним. Скажи, что думаешь.

Розы красные,Фиалки синие,Когда решишь заговорить,Я буду рядом.

Её лучезарная улыбка была припорошена грустью.

– Ладно?

Я кивнула и прошептала:

– Ладно.

* * *

За обедом мне пришло новое сообщение. На экране вспыхнули номер и имя Тэхёна, отчего моё сердце заколотилось, а живот затрепетал.

Привет, есть вопрос по поводу репетиции вечером. Можешь говорить?

«Умно», – подумала я.

Берег чист, – написала я в ответ.

Хотел убедиться, что всё хорошо. Хотел написать раньше.

Всё хорошо. Спасибо.

Пауза, а затем он снова начал печатать.

Хочешь порепетировать сегодня после школы?

Интересно, это шифр, означающий что-то другое? Неважно. Я просто хотела с ним встретиться.

«Он уезжает. Не глупи. Не пытайся вылезти из тьмы ради парня, который не может быть с тобой».

Пальцы запорхали над сообщением.

С удовольствием. Где?

Там же, где в прошлый раз?

Помню. 15:00?

Увидимся.

Это сообщение от парня, который мне нравился. А мне пришлось удалить всю цепочку переписки.

* * *

– Мне нужно попросить тебя о двух маленьких услугах, – сказала я Лиса после школы. – Я встречаюсь с Ким Тэхёном в амфитеатре, чтобы порепетировать.

– «Порепетировать» теперь кодовое слово для секса, и никто мне не сказал?

Дрожь пробежала по позвоночнику, но жаркая, а не ледяная.

– Это код для репетиций. Прикроешь меня?

– Каким образом? Посажу манекен с длинными светлыми волосами на пассажирское сиденье машины и буду возить его по городу?

– Ну, раз ты упомянула об этом… – улыбнулась я. – Просто говори всем, кто спросит, что мы вместе делаем уроки.

– О боже, – она ущипнула меня за щеку. – Посмотрите-ка на эту улыбку. Ты влюблена в него.

– Что? Нет.

– Ага. А я не лучший друг.

– Просто дай мне немного порадоваться сейчас, ладно? – попросила я. – Он уезжает через несколько месяцев, и я хочу, чтобы, по крайней мере, эта пьеса стала особенной.

– Ладно, Дженни, – ответила Лиса. – Я прикрою тебя. Но слушай, это маленький городок, а Ким Тэхён – большой. Он заметен, а если вас увидят вместе…

– Я буду осторожна, – сказала я и поцеловала её в щеку. – Ты лучшая.

– Так поговаривают. А что за вторая услуга?

– Подвезёшь меня до амфитеатра? Прямо сейчас.

Она вздыхала целых пять секунд, а потом закатила глаза.

– О горе мне, горе мне, царство за машину для моей подруги, – она обняла меня за плечи. – Пойдём, принцесса, поехали.

Я первой добралась до амфитеатра. Забралась на бетонный блок и села, ожидая Тэхёна и вспоминая, как он помог мне спуститься. Надеялась, что он и сегодня сделает так же.

– Привет, – Тэхён стоял на северной стороне театра. На нём были новые джинсы, белая футболка и толстовка с натянутым на голову капюшоном. За плечами рюкзак.

– Привет, – ответила я, и моё сердце забилось, как у кролика, как и всегда в присутствии Тэхёна.

Пока он шёл ко мне, никто из нас не произнёс ни слова. Теперь я знала, что Тэхёну нужно время для разогрева. Он стоял и молчал. Не забрался ко мне и даже не опустил рюкзак на землю.

– Ты разве не хотел порепетировать? – наконец спросила я.

– Не здесь, – он оглядел широкое открытое пространство. – Любой может пройти мимо и увидеть нас. Я знаю местечко получше.

– Ладно, – я собралась спрыгнуть с блока, но Тэхён снова подал руку. Потом вторую. Я взялась за них и соскочила на землю перед ним, как и несколько недель назад.

Он держал меня за оба запястья и водил большими пальцами по нежной коже. Мне было интересно, ощущал ли он мой пульс, ведь моё сердце так сильно колотилось.

Он взглянул на меня из-под капюшона. Серо-зелёные глаза казались спокойными и тёплыми. На Тэхёне больше не было бинтов, и порез на щеке потемнел от засохшей крови. Бо́льшая часть опухоли спала.

– Тебе лучше спится? – мягко спросила я.

Он покачал головой.

– Нет пока. А тебе? – он всё ещё удерживал мои запястья.

– Ещё нет.

Он нежно приподнял мой рукав, открывая взгляду несколько чёрных крестиков на предплечье. Я задержала дыхание, ожидая, когда по мне пробежит холодная дрожь и я почувствую инстинктивное желание отдернуть руку. Но вместо этого я позволила ему взглянуть на крестики. Потом он поднял взгляд и посмотрел на меня. От беспокойства его глаза потемнели. Он нахмурился.

– Не надо вопросов, – мягко попросила я. – Пока нет, ладно?

– Ладно, – вот так просто. Он опустил мой рукав, а потом отпустил мои руки. – Пора идти.

Мы забрались обратно по каменным ступеням и пошли по маленькой тихой улочке за амфитеатром. Яркий весенний солнечный свет струился сквозь деревья по обеим сторонам дороги. Мы прошли мимо маленького детского парка, молча идя плечо к плечу. Тыльные стороны наших ладоней иногда соприкасались. Дома стояли теперь подальше друг от друга. Улицы стали тише, и самым громким звуком было жужжание насекомых.

– Что думаешь? – спросил Тэхён.

Мы стояли у лабиринта из живой изгороди.

– Мне нравится, – ответила я, ещё даже не ступив туда.

Забор был высотой примерно в полтора метра. Коридоры отходили в двух направлениях и тянулись примерно тридцать метров. В центре я заметила верхушку маленькой хижины с мельницей.

– Летом это место кишит туристами, – сказал Тэхён. – Но сейчас здесь должно быть тихо.

– Ладно. Как ты близок к тому, чтобы выучить текст наизусть?

Он пожал плечами.

– Девяносто процентов?

– Неплохо, учитывая, что в пьесе у тебя примерно столько же реплик.

– Что произошло после того, как я подвёз тебя с танцев?

– О… эм, ничего потрясающего, – ответила я. – Джуён просто был милым с моим отцом. Они оба говорили, не обращая на меня внимания, словно я сама не способна была принимать собственные решения. Говорят, искусство имитирует жизнь.

– Когда тебе исполняется восемнадцать? – спросил он.

– В июле, – ответила я.

Тэхён кивнул.

– Нужно ли мне сегодня на репетиции попросить Джуна отрепетировать сцену, где Гамлет убивает Лаэрта?

– Нет, – ответила я. – Потому что Лаэрт тоже убивает его.

– Лаэрт вообще-то первым его убивает. Просто Гамлет медленнее умирает.

– Не так быстро, как Офелия. Я вас всех победила.

Молчание.

– Знаешь, обсуждать, какой персонаж умрёт первым, – это так в стиле шекспировских трагедий.

Он слегка улыбнулся, но потом улыбка погасла. Он, не отрываясь, смотрел на меня. Я почувствовала, как нарастает напряжение между нами. Ему бы ничего не стоило наклониться и поцеловать меня.

«Я хочу, чтобы он поцеловал меня».

11🌟-прода