4 глава

Pov: Дженни

- Пожалуйста, горячо поприветствуйте от имени «Бунтарей Мэйсона» Ким Дженни. Она приехала к нам из самого Сеула.

Я просто улыбнулась своим новым одноклассникам. Качкам в спортивных куртках, за дружелюбными улыбками которых скрывались сомнительные намерения. Девушке с темными кучерявыми волосами и веснушкам на бледной коже, которая, несомненно, собиралась накинуться на меня, как только прозвенит звонок. Улыбнулась бунтарю-плохишу, чьё место заняла...

Всех было легко игнорировать, кроме него.

Черт возьми, я еще никогда в жизни не видела настолько красивого парня. Ростом с метр восемьдесят, широкие плечи, упругие мышцы, лицо кинозвезды. Невероятно идеальные черты. Высокие скулы, точеный подбородок, покрытый щетиной, густые брови, полные губы. Серо-зеленые глаза, словно моря Нантакета зимой.

Всё в нем было бурей, холодом и опасностью. От его чёрной кожаной куртки пахло сигаретным дымом, и я бы не удивилась, если бы в ботинке он прятал складной нож. Даже его взгляд, брошенный на меня, казался опасным. Моё тело отреагировало тотчас, словно его изучающий взгляд проник под кожу. Он смотрел на меня, словно видел.

«Ты слишком бурно реагируешь, девочка. Реально перебор».

Я уткнулась взглядом в окно: блеклый пейзаж серых небес и грязного снега. Все это было неправильным. Школа должна начинаться в конце лета, когда тепло еще не окончательно уступило место прохладным осенним ветрам. Это не должна быть середина зимы, когда снег покрывает землю, а до выпуска осталось всего несколько месяцев.

Это было бы ужасно, если бы я всё еще могла беспокоиться о том, заведу друзей или нет. Я попала в ловушку своей собственной вечной зимы. Осталась запечатанной в кубе апатичного льда, подобно одной из тех мумий, что показывают по Discovery. Они казались такими живыми снаружи, но внутри... ничего.

Мне раньше нравилась школа. Я с нетерпением ждала уроков. Мои друзья могли быть занудами или вести себя чересчур драматично, пафосно, но они были моими друзьями. Работы было либо слишком много, либо она была скучной до онемения мозга, но я гордилась своими отметками. В те несколько месяцев после вечеринки я с ненавистью смотрела, как мой средний балл падал все ниже и ниже, унося с собой мои шансы на колледж. Мне было неприятно, что я заставляла родителей беспокоиться. Пусть это волнение и было отстранённым.

Я оглядела класс в безопасности своего ледяного гроба. Я хотела быть дружелюбной. Но дружелюбие приводит к друзьям. Друзья приводят к телефонным звонкам и сообщением, ночным разговорам под одеялом. Тёплые, опасные условия, из-за которых тают ледяные барьеры и ужасные секреты могут вырваться потоком нескончаемых слез.

Забудь. Эти ребята могут любить меня, или ненавидеть, или игнорировать - что мне больше всего подходило, - но я не почувствую разницу. Даже рядом этим красавчиком. Завтра он сможет сесть на свой чертов стул. Мне он не нужен, как и его зеленые глаза цвета бури, пронзающие мою кожу.

* * *

Я была права насчет тёмноволосой девушки. Я избегала ее после урока английского, но она поймала меня, когда я выходила с урока экономики позже этим утром. Она подошла, уверенная. Ботинки, легинсы и мешковатая черная толстовка с надписью «Мой разум говорит «спортзал», а тело - ТАКО».

- Привет. Лалиса Манобан, редактор ежегодного альбома, - сказала она. Я почти ждала, что она передаст мне визитку или покажет удостоверение, как агенты ФБР делают по телевизору. - Ты из Сеула? Что привело тебя сюда?

- Работа папы, - ответила я.

- Вау, неудачное время, да? Середина последнего класса?

Я пожала плечами.

- Переживу.

Она застенчиво улыбнулась.

- Ты только посмотри на себя, с твоим-то ангельским личиком и волосами диснеевской принцессы... просто маска плохой девочки?

У меня не получилось подавить улыбку несмотря на все старания. Лиса была одной из эксцентричных девчонок, которые сразу же нравятся, чёрт её побери. Моя лучшая подруга Миён (бывшая лучшая подруга, вернее) была такой же.

Я взяла улыбку под контроль.

- Ага, такая я, - ответила я, - Волосы - просто прикрытие.

- Коммерческое прикрытие Pantene, - сказала Лиса. - Я так завидую. Чонгук, мой парень, с которым я встречаюсь уже вечность, продолжает доставать меня, чтобы я отрастила волосы, но они не будут смотреться так круто, как твои. - Она запустила руки в гриву темных кудрей. - Можете сказать «вьющиеся от влажности волосы», детишки? Знала, что да!

Я смеюсь.

- Ты странная. То есть в хорошем смысле, - добавила я. Может, я и находилась в добровольном криогенном стазисе, но в действительности мне было не все равно, задену я её чувства или нет.

Лиса рассмеялась вместе со мной, отчего её розовые серёжки -колечки запрыгали.

- Подруга, быть странной - миссия всей моей жизни.

Мы подошли к моему шкафчику в конце коридора второго этажа. Стеклянные двери вели на маленькую лестницу с металлическими перилами снаружи у кирпичной стены. Там стоял красивый парень с урока английского в вязаной шапке и перчатках без пальцев. Мне казалось, что ни то, ни другое не может его согреть. Он облокотился о перила и закурил. Пар от его дыхания казался гуще из-за дыма, его ловил ветер и уносил прочь.

- Кто это? - спросила я.

- Ким Тэхён, - ответила Лиса. - Он секси, да? Но забудь. Он встречается только с девушками постарше. И под «встречается» я подразумеваю эпический секс без эмоций. Мне так кажется.

Фантомная вспышка жара пронзила меня, словно чесотка, которую чувствует человек на месте удаленной конечности. Я оперлась на шкаф, поправила сумку, затем волосы, потом снова сумку.

- Да? Ему нравятся женщины постарше?

Лиса кивнула.

- Хотя трудно представить, как он звонит кому-то и приглашает на свидание. По телефону. Словами.

- Что ты имеешь в виду?

- Он не разговаривает, - ответила она.

Я моргнула.

- Он немой?

Она закатила глаза.

- Я имею в виду, что он может говорить. Просто делает это редко. Если только не на сцене играет...

Её слова затихли, и я посмотрела на Ким Тэхёна, прислонившегося к стене. Он стойко не трясся от холода, курил у всех на виду, не беспокоясь, что его может поймать учитель.

- Он актер? Он, кажется... - я замолкла, ведь всех этих слов было недостаточно. Горячий. Плохой парень. Кобель. Жуёт девчонок и выплевывает. Новая девушка каждую ночь... - Крутым, - закончила я.

- Он должен таким быть. Отец его избивает, сильно.

Мой взгляд вернулся к Тэхёну, я пыталась найти следы издевательств, оставленные на нем, или понять, не спрятаны ли худшие шрамы, подобные моим, внутри.

- Отец избивает?

- Так говорят. Но никто уже давно не видел его отца в городе, так что, по недавним слухам, Тэхён убил его и зарыл труп на свалке.

Я нахмурилась, глядя на нее.

- Что? Да ладно...

Лиса пожала плечами и сморщила покрытый веснушками носик.

- Это глупые слухи, но я бы не стала винить его. Они живут на самом краю города, одни, в никудышном трейлере, окруженном автомобильным кладбищем, - она поёжилась.

Теперь я стала высматривать признаки бедности Тэхёна и сразу же обнаружила их в побитых ботинках и линялых джинсах. Бедный, но гордый. Ничто в нем не просило о жалости.

- Ладно, но он не убивал отца, - заметила я.

Лиса взмахнула руками.

- В конце концов, Ким Сон Хун появится в городе. Слухи исчезнут на пару недель, а потом их пустят снова. Так происходит с тех пор, как мама Тэхёна умерла лет десять назад. Он, бывало, приходил в школу весь в синяках. Сейчас уже не так. То есть взгляни на его тело. Он достаточно силен, чтобы дать отпор. Почему бы и нет?

На это у меня не было ответа. Я не хотела думать о том, как ужасно, когда тебя не только бьет отец, но и тебе еще приходится давать отпор. Защищаться.

- На сцене Тэхён совсем другой, - сказала Лиса. - Дикое, сексуальное животное. Он играет все эмоциональные роли - кричит и плачет на сцене. Несколько лет назад Общественный театр ставил «Ангелов в Америке», и он там целовался с парнем. Можно было подумать, что это смертный приговор, но нет. Он неприкасаемый.

«Неприкасаемый».

Это слово пело во мне подобно колыбельной. Все безопасное содержалось в этих нескольких слогах. Все, чем я хотела быть и не могла.

«Как и Тэхён, - подумала я. - Он не неприкасаемый для своего отца».

- Тебе стоит прийти сегодня вечером или завтра посмотреть пьесу, - сказала Лиса. - Посмотришь, как играет Тэхён.

- Он хорош?

Она фыркнула.

- Хорош? Он абсолютно меняется. Сама я не большая поклонница пьес, но смотреть на Ким Тэхёна на сцене... - она бросила на меня хитрый взгляд. - Захвати сменную пару трусов, вот что я тебе скажу.

- Может, так и сделаю, - сказала я. - Схожу то есть.

- Давай пойдем сегодня вечером, - живо предложила она. - В общественном театре ставят «Царя Эдипа». Знаю, знаю, греческие трагедии скучные, да? Но поверь мне, когда главную роль играет Тэхён... - она слегка поежилась. - Я уже дважды её видела. Спектакль закрывается завтра, но я могу сходить еще раз. Ради тебя, - она пихнула меня. - Разве я не лучший рекламный фургон?

- Не знаю, ты у меня первая.

Лиса вытащила шариковую ручку из рюкзака, схватила меня за руку и написала телефон на ладони. Я дернулась: её ручка оказалась в сантиметрах от спрятанных чернильных «X» на моем запястье.

- Сегодня вечером в восемь, - сказала она. - Напиши мне, когда получишь согласие предков. Я буду ждать тебя рядом с театром.

Я моргнула, осознав социальные обязанности, внезапно наложенные на меня. Мои планы на вечер пятницы включали в себя чтение, чай или просмотр-марафон «Черного Зеркала» на Нетфликс. Тихий вечер в ледяном дворце.

Я услышала, как мои губы произнесли:

- Ага, ладно. Я напишу тебе.

5🌟-прода