5

— Да чтоб я ещё раз с тобой по магазинам пошёл! Ни за что в жизни! 

Ну в принципе понять Чимина легко. Дело в том, что Чонгук неожиданно включил режим "Шопоголик". Если мои подсчёты верны, мы торчим тут уже больше двух часов. И ладно бы если Чон к этому времени сумел что-то выбрать, так нет же! Сейчас он думает, какую купить рубашку: чёрную шёлковую или чёрную хлопковую;

— Не ной, Чимин~и, мне также тяжело. — младший задумчиво подпёр рукой подбородок, — Мне кажется, или у хлопковой рубашки цвет более блёклый?

— Тебе кажется, — я спешу его заверить, — просто возьми любую. Они обе на тебе хорошо смотрятся.

— Блин, хён, если бы перед тобой стоял выбор: розовые брюки или шорты. Чтобы ты выбрал.

— Книгу и мозги.

— Допустим. Чимин~и, может ты себе что-то тоже посмотришь?

Старший задумчиво обводит взглядом вешалки, остановившись на тонком бежевом свитере. Его можно надеть и летом, разве что только в прохладную погоду. Выглядит довольно симпатично, и, думаю, эта вещь будет смотреться весьма неплохо. По глазам парня видно, что вещь очень понравилась. Всё идёт к тому, что он сейчас месте с ней окажется в примерочной, но вместо этого...ничего не произошло:

— Нет, не горю желанием. Давай выбирай поскорее, я в магазине умереть не хочу.

Попытка пошутить. Дурацкая. Понять, что Чимин врёт, мне не составляет труда. Про Чона можно не говорить. На его вопросительный взгляд я отвечаю таким же ничего не знающим качанием головы. Скорее всего Чимин просто не захотел никого задерживать, но с другой стороны у него было бы предостаточно времени, чтобы быстренько примерить свитер и определиться, брать или нет.

— А он всегда был таким шопоголиком? — Тихо спрашиваю у омеги. Пак меняется в настроении: приободряется и натягивает хитрющую улыбку. 

— Вообще-то нет. Он перфекционист, старается правильно подбирать одежду. Один раз долго не мог определиться с чёрными джинсами.

— Они были абсолютно разными! — И как Чонгук вообще умудрился что-то услышать? Чимин говорил шёпотом. 

— В каком месте? У одной пары было три штанины? — альфа показывает язык и возвращается обратно к выбору. — О, кстати, хён. — внимание Пака переходит ко мне. — Ты задолжал мне объяснения. 

— Не понимаю, о чём ты. 

"Хосок, когда-нибудь ты научишься врать. Когда-нибудь." 

— У тебя ведь правда такая же одежда, как и в последний день, когда мы виделись. Не скажу, что это веское доказательство чего-то, но на мысли наводит. — взгляд у Чимина, как долбаный детектор лжи, кажется, меня сканируют. 

— Вы оба - фантазёры. 

— Но Юнги-хён сам проболтался, что ты у него был. — Чонгук отрывается от сотого рассматривания рубашек, — это определённо доказательство. Ты ведь был с ним? Как так вышло? 

Почему его совсем не смущают его же слова? Он так беззаботно об этом рассуждает. 

— Я был у него только один раз. Нам нужно было придумать плакат. Ничего больше. — повисает трёхсекундная пауза, и мне начинает казаться, что я сказал что-то не то, или мне опять не верят. 

— А что между вами произошло тогда? — всё-таки не удерживается Чимин, — Вы сегодня друг с другом вели себя по-другому. Я бы даже сказал, диаметрально противоположно тому, что было. И тебе удалось притащить его к нам за стол. Чёрт возьми, да он даже не подкалывал тебя сегодня, как всегда это делает. 

— Да, мне тоже интересно. — Чонгука мне тут с вопросами только не хватает. Какая бы была у него реакция, узнай он, что мы спали с Юнги в одной кровати почти две недели. И что он покупал мне одиннадцать шоколадок. И перерисовал испорченную работу. 

— Ничего между нами не произошло. Просто решили, что пора настраивать нормальное общение. А в столовую он сам пошёл. — враньё наполовину, и в этот раз парни кажется верят на половину. 

— Нет же. Он так и сказал: "Меня притащили." Это немного другое. — две пары глаз одновременно заговорщески прищурились. — Юнги и его длинный язык, который работает не в те моменты, чёрт бы вас побрал. Ребята ждут ответа, их лисий взгляд прям-таки говорит, врать бесполезно. 

— Ладно! — я смиренно поднимаю руки, — Хорошо, я действительно его притащил. Ты ведь говорил, что он плохо ест, вот и пришлось словить его на лестнице. Теперь ваши вопросы закончились? Мне надоело на них отвечать. 

Постоянное наждачное потрескивание ламп в магазине, неестественный свет вкупе с неприятным запахом хлорки сильно давят на глаза, уши и начинают понемногу раздражать. 

Чонгук уже собирается, кажется, отшутиться или нормально ответить, как вдруг мои ноздри начинают подрагивать, почуяв знакомый запах. Омега опять взбадривается. Чёрт, нет, только не сейчас!

— Эй, ребята! — громкий чужой бас из ни откуда  резко разрывает тишину, заставляя нас троих обернуться в сторону двери. Чонгук весело машет пришедшему:

— Тэхён, привет! — с каждым шагом запах корицы с кофе всё больше обволакивает помещение и заползает в лёгкие. 

Гость выходит из-за угла, и ненадолго я забываю обо всём. Парень одет в чёрные узкие джинсы с дырками на коленках и чёрную шёлковую рубашку. Сейчас хочется просто закричать или завыть. Джинсы идеально обтягивают его накаченные ноги, а ткань рубашки прекрасно струится по телу, открывая всему миру вид на его ключицы. 

"Красивый. Очень." 

Взгляд падает на волосы, выкрашенные теперь в пепельный цвет. Любая омега заверещала бы при виде Тэхёна и умоляла бы быть его женихом. Я часто не понимал подобное поведение. Да, отрицать я точно не стану: Тэхён очень красивый, но... больше ничего. 

"Может быть он твой истинный"

Стоит мысли только проскользнуть в голове, как омега начинает бесноваться внутри, будто бык, перед носом которого махнули красной тряпкой. Да что опять не так с этой пигалицей? Она опять реагирует на запах? 

Я ещё раз пробую вдохнуть смесь корицы и кофе, и прежнее чувство приходит вновь. Это что-то знакомое, то, что знает мой омега, но почему-то не я сам. Запах Тэхёна выворачивает всё внутри, оседая на стенках лёгких. Он до того манящий, что голова кружиться. 

Ким дружелюбно хлопает Чонгука по плечу в качестве приветствия и разворачивается в нашу с Чимином сторону. И только по одно застывшему выражению лица можно понять: он думал, что тут будет только Чимин.

— Привет, Тэ! — альфа только кивает, но с меня взгляда не сводит. 

Бывает такое состояние, когда и холодно, и жарко. Например, когда вы бежите куда-то в мороз, и тело покрывается потом, хотя рукам и лицу холодно. Что-то подобное сейчас происходит со мной. Я груди тепло так, будто разожгли маленький костерок, который пока только напоминает огонёк свечи, а вот руки потряхивает. Хочется буквально врасти в маленький диванчик, на котором сижу. Так, мне кажется, проходит секунд десять, и в итоге я молча опускаю взгляд вниз на свои колени: 

— Привет, хён. — звучит совершенно по-другому. Голос разнится с выражением лица: как обычно звонкий и веселящий. Что-то внутри щёлкает от того, как альфа произнёс это дурацкое: "Хён". Слишком...как-то не так.

— Привет, — всё-таки выдавливаю из себя. 

Наши взгляды опять сталкиваются, и теперь мне кажется, что тяжесть, недавно осевшая в воздухе, начинает постепенно отступать, а омега прекращает истошно царапаться.

Внезапно мне кажется, что вокруг как-то тихо, и это реальность. Ребята не разговаривают между собой, а просто стоят и смотрят на нас двоих. Какой кошмар, опять этот Тэхён напрягает меня только своим присутствием. Нужно научиться с этим справляться. А ещё приструнить это животное, которое всё ещё какого -то хрена безумно. 

— Эм, ребят, вы чего? 

— А? — я переключаюсь на Чона, — Нет, ничего. Так что там насчёт рубашки? Ты уже выбрал? 

— Так вот в чём дело. Гуки, ты серьезно не можешь определиться с выбором куска тряпки? — привычные перешёптывания и треск ламп разрезает смех Тэхёна. Чонгук возмущённо выпячивает губы. — Просто возьми шёлковую. Сидит всегда лучше.

— Чтобы я был похож на тебя сейчас? — а на альфе реально рубашка, подозрительно смахивающая на ту, что на вешалке. Он оценивающе осматривает себя;

— Во-первых, что тебе не нравиться? Во-вторых, ты всё равно не будешь похож на меня: моя рубашка круче.

— Хочешь поспорить? — Чонгук уже начинает хитро улыбаться, предвкушая битву. Иногда мне кажется, что у него и Юнги много общего, несмотря на отсутствие родства. 

— Нет смысла, — ладно битва отменяется. Чонгук победно улыбается и отворачивается  обратно к рубашкам.

— Гуки! — Чимин изрядно вымотался: голос уставший, и глаза слипаются. Не понимаю, как он вообще выдерживает? Готов поспорить, были бы у него сейчас силы, он бы задушил Чон одной из рубашек или взял бы одну и швырнул на кассу.

Чон задумчиво кусает губу некоторое время и всё-таки определяется;

— Хорошо, я возьму шёлковую, — хлопковая рубашка благополучно вешается на место, и мы с Чимином облегчённо выдыхаем, чем вызываем тихие смешки альф, — Ладно,идём. 

Спина затекла, поэтому приходится сначала немного потянуться, а потом уже подниматься на ноги. Путь до кассы сопровождается слабым покалыванием в ногах и попе. Чон отдаёт вещь, и можно уже смело предвкушать еду и долгожданную поездку домой. Однако, как говориться, прилетело, откуда не ждали;

— У нас сейчас проходит акция: вы берёте четыре вещи, две из которых будут бесплатными. Акция действует на все товары, представленные в магазине, — голос кассира звучал так бодро и резво, что аж ударить захотелось. Часть моих нервных итак безвозвратно уничтожены, а он хочет вообще все добить. Почему нельзя было об этом сказать на входе в магазин?

— Я могу пока отложить вашу рубашку, и вы сможете ещё три выбрать. — отложи себя об стол. Наверное только слепой мог не заметить огонёк интереса в глазах Чонгука.

— О, это же здорово! Конечно, отложите...,— не успел он договорить, как на него налетает торнадо "Пак Чимин":

— Да я тебя сейчас лично задушу твоей же рубашкой! — он уже начинает предпринимать попытки только руками, но Чон умело их перехватывает:

— Не дотянешься! — ой, дурак. Чимин сейчас, мягко говоря, не в состоянии нормально реагировать на привычные подколы своего альфы. Когда он сильно устаёт, начинает злиться на подобное. Я уверен, Гук знает, что его в прямом смысле могут убить, и всё равно подшучивает.

Как я и говорил, Чимин молчать не стал. Есть вероятность, что сегодня в этом мире станет на одного альфу меньше, и можно в скором времени искать газеты с заголовком: "Молодой альфа был задушен рубашкой". Секунда и Чонгук, видимо, понимает, что пошутил зря. Он резко отпускает руки Чимина и тут де убегает в сторону примерочной:

— А ну стой! — Чимин бежит за ним, и через несколько минут за вешалками слышится беготня и крики, — Иди сюда, модник хренов! 

Вздох разочарования вырывается из меня, и мой лоб успешно встречается со столешницей кассы. В следующий раз я потащу Чона в книжный, чтобы тот почувствовал, какого это, сидеть больше часа на пятой точке в надежде на то. Он понятия не имеет, сколько я могу выбирать себе книгу. Только Чимина бы я отправил в кафе, потому как его проучивать не за что.

Моего плеча касается чужая ладонь. Господи, можно лишний раз меня не трогать? Поборов явное нежелание, я всё-таки поднимаю взгляд на нарушителя своего спокойствия. Тэхён мило улыбается одним уголком губ, продолжая слегка сжимать моё плечо. Это хоть и подбешивает, но всё же напряжение в плечах ослабло. 

— Хён, хочешь есть? 

Омега, опередив мои мысли, опять подскакивает. Я сейчас готов съесть кассира вообще. Еда не поступала ко мне в желудок более трёх часов, поэтому, да, я очень хочу есть. Но с Кимом оставаться наедине не хочется, отчасти потому что активность омеги начинает понемногу выводить, но в то же время меня настигает противоречивость: вдруг сейчас удастся понять, что не так с моей природной сущностью? 

— Нет, не хочу, — естественно удача как всегда рядом: живот начинает урчать так громко, что-готов был поклясться-даже кассир услышал. Предатель! Тэхён недоверчиво прищуривает глаза, склонив на бок голову. Пепельные волосы спадают волнами, открывая вид на лоб.

— Уверен, что не хочешь составить мне компанию? — голос звучит донельзя слащаво, при этом он опять сверкает своей улыбкой-уголком. Будь сейчас на моём месте другой омега, упал бы сразу в обморок. Этот парень может очаровать любого, даже если не смотрит. И одна такая жертва уже нашлась: кассир. Видно, как он незаметно приглаживает волосы на затылке и смущённо опускает взгляд. Неудачник, всё равно на него не обращают внимания. 

— Как я могу оставить Чимина? — Тэхён закатывает глаза и тяжело вздыхает.

— Слушай, мне кажется, мы сейчас станем свидетелями убийства, если не уберёмся. 

Я хочу опять возразить, но в этот же момент сзади с грохотом приземляется тушка Гука. Стоп, а второй где? Оглянувшись в ту сторону, откуда прибыл дурень лёгкого полёта, я замечаю Чимина, стоявшего со скрещенными руками. Его злой взгляд не сулит мир. Минутку он что, откинул Гука? Да быть не может! Истерический крик беты заставляет их вроде как успокоиться. Мол, будете всё убирать сами. Я срываюсь с места и приседаю рядом с наши балбесом.

— Чон, ты цел? — по лицу заметно, что видимо не очень. Чимин заметно меняется в лице. Гордость и злость быстро сменяются испугом и беспокойством. Сзади меня оказывается Тэхён.

— Дружище, ты как? — не дожидаясь ответа, он протягивает руку, помогая подняться. 

Чонгук кряхтит, как старик, хватается свободной рукой за край стола, но всё-таки встаёт на ноги. Он стоит с трудом, корпус немного наклонён вперёд, а рука ложится на ушибленное место, стоит только сделать попытку выпрямиться. Видимо удар пришёл куда-то в область копчика. К этому времени Пак уже подбегает к пострадавшему и начинает ощупывать бока и спину, обеспокоенно что-то спрашивая. 

Видно, что Чонгук всё-таки обижен. Да уж, Чимин немного перегнул палку со своей злостью.

— Гуки, ты ушибся? Сильно больно? — сейчас он больше смахивает на котёнка. Думаю, будь у него уши, он непременно бы их поджал. Альфа всё ещё не спускает обиженное выражение лица, но видно, уже брешь в его броне. Чон не сможет дольше минуты злиться на Чимина. 

— Прости меня пожалуйста. Я с горяча. — глаза омеги настолько чистые и честные, что просто невозможно ему не поверить. Альфа долго смотрит в них и в конечном итоге сдаётся. Мгновение и он освобождает руку из хватки Тэхёна и тянется обоими к омеге, чтобы тот помог. Чимин беспрекословно подхватывает Чона, — Очень больно? 

Альфа морщит нос, но в ответ отрицательно мотает головой.

— Возможно он ушиб копчик, — выдаю я. — Обычно, если перелом, то появляется синяк или опухоль. Надо подождать немого, а после решать, везти его в больницу или нет. — Хоть в моих словах нет ничего страшного, Чимин всё равно пугается.

— Ничего ведь серьёзного быть не может?

— Хён, я всего лишь упал, всё же хорошо! — Чонгук сам же пытается успокоить своего омегу, ибо тот уже видимо нафантазировал себе всё возможное. 

— Точно всё хорошо?

— Точно. Давай лучше найдём тебе что-нибудь? Как-никак две вещи будут бесплатными.

Наконец Чимин успокаивается и широко улыбается, соглашаясь на предложение, и разворачивается в сторону диванчиков, где мы сидели несколько минут назад. Их шаги замедляются раза в три, я иду за ними, готовый поймать Чонгука в любой момент, но чужой напористый кашель заставляет меня тормознуть на первом шагу. О боже, Тэхён. 

— Я так понимаю, нормально ответить ты не можешь? — приходится развернуться, — Хорошо, сделаем по-другому. Чимин~а, — ребята поворачивают головы к нам, — мы с Хосоком хёном пойдём поедим. — две пары глаз удивлённо расширяются. — Вы, когда закончите, позвоните? 

Чимин переводит непонимающий взгляд на меня, и я начинаю подавать всевозможные знаки, чтоб он что-то придумал. 

"Скажи, что тебе нужна моя помощь. Что Гук пипецкий тяжёлый, и без меня не справиться. Ну пожалуйста услышь меня" 

Готов поклясться, он их услышал, и уже было открывает рот, чтобы возразить, но его опережает Гук:

— Конечно, хён, — на лице показывается былая кроличья улыбка, и на душе как-то даже легче становится. Значит, не всё так плохо. Вот только есть проблема: я не хочу никуда идти с альфой, что стоит сейчас за моей спиной и довольно усмехается! 

Как показал мой зрительный анализ: запасной выход находится в дальнем углу. Сбежать не получится.

Тэхён молча разворачивается на пятках в сторону главного выхода и быстрым шагом покидает магазин. Я последний раз кидаю обречённый взгляд в сторону Чимина и пускаюсь за альфой быстрым шагом. Он выше меня на целую голову, его шаги больше. Чтоб вас, великаны долбанные. 

Путь до ближайшего кафе сопровождается молчанкой. Я тихонечко иду сзади, нервно перебирая пальцы. Неловкость немного разбавляет музыка в торговом центре и посторонний шум, но...омега опять взбодрилась. Она кажется до невозможности довольна, что что альфа проявил какое-то внимание в мою сторону. С чего бы, если обычно такое её не волновало никогда? 

Кафе оказывается на втором этаже, возле эскалатора. Множество красных кожаных кресел выставлены по периметру перил, а в центре стоит стойка заказов. Меню, висящее над кассой, пестрит тучей всевозможных видов кофе и чая, бутербродов и блинчиков. Мда, наесться этим никак нельзя, но от кофе не откажусь: 

— Что будешь? — спрашивает Тэхён. Слышу я его далеко не сразу, — Хён?

— А?

— Я спрашиваю, что ты будешь? Ты же есть хотел. 

В руке Тэхёна оказывается бумажник, но я не замечаю в нём большое количество купюр. Там вложены несколько сотен вон и кредитная карточка, и в этот момент взгляд цепляет дорогие часы на руке. Конечно, я подозревал, что он может быть из обеспеченной семьи, и теперь понятно, что это действительно так. Хотя какая мне разница, у меня свои деньги. 

Взглянув на табло меню, я мысленно прикидываю, сколько надо денег. Руки тянуться за собственным кошельком, и, как только он оказывается в руках, я замечаю недовольный вид Тэхёна:

— Что? 

— Зачем ты достал деньги?

— Предлагаешь мне покупать себе кофе за красивые глазки? Увы и ах, подобного оружия у меня нет. — негодование немного ударяет мне в голову, я немного раздражённо всплескиваю руками.

— Вроде как, если альфа приглашает омегу в кафе, он платит. — этот наглец словно и не замечает моего недовольства и продолжает говорить с таким видом, будто я идиот. Мимозыря мелкая.

— Глупости. Реальность такова; платит каждый сам за себя. К твоему сведению, деньги у меня тоже есть. — с этими словами я трясу перед его носом купюрами. Это могло бы выглядеть круто, да только в руке их две. Парень хочет что-то ещё сказать, но быстро передумывает и вытягивает руку в сторону меню:

— Прошу, — в этот момент я бы не удивился, если бы увидел поклон. 

Напитки мы получаем уже через несколько минут, Тэхён выбирает столик возле лестницы с двумя большими красными креслами и с красивым, обширным видом на небо, виднеющееся сквозь стеклянный потолок. Мы усаживаемся на места. Меня одолевает предчувствие, что сейчас Тэхён начнёт вести непринуждённую беседу, как тогда в классе, но к моему удивлению разговор так и остаётся не начатым. 

В воздухе повисает какая-то вязкая напряжённость, и только мне так кажется? Только мне некомфортно сейчас тут сидеть? Тэхён выглядит довольно спокойным, попивая неторопливо свой холодный Американо, пока я не могу и глотка сделать своего Капучино. Почему меня вообще позвали? 

Кто ты такой, Тэхён? Почему моя омега продолжает узнавать тебя, почему ты выглядишь так по-странному знакомо, будто мы знаем друг друга давно? Ты просто мой одногруппник, но знаешь что-то, так ведь?

— Я настолько красив? — альфа резко обращает на меня внимание, и от испуга я чуть не роняю свой кофе. 

— С чего ты взял? — я со спокойным видом всё-таки начинаю пить.

— С того, что ты уже долгое время прожигаешь во мне дыру. — неужели это было так видно? Чего же тогда сидел и не обращал внимание? Наслаждался? Теперь я точно знаю, что у него есть некоторая мания величия.

— Мне ... нравится твой стаканчик. — где-то внутри все тараканы ударяются лбом о стену, поражаясь, насколько я дебил. Тэхёна, мягко говоря, удивляет ответ. Он видимо ожидал, что я скажу что-то вроде: "Мне нравятся твои волосы", но нет. Стаканчик.

— Намекаешь, что мой стакан с кофе находится здесь? — палец указывает на уровень своих глаз, — Серьезно? Признай, тебе просто нравятся мои глаза.

— Я в них не смотрел, поэтому твоё предположение - абсурд. У тебя очень интересный стаканчик. Мой сделан по-другому. — идиотская отговорка прерывается, когда я замечаю, что Тэхён с хитрым прищуром подпёр подбородок рукой, поставив стакан на стол.

— Но сейчас-то ты смотришь мне в глаза. И как тебе? — а вот фиг тебе, Ким Тэхён, комплемента ты не получишь!

— Глаза среднестатистического корейца. Тебя это устраивает?

— А у тебя далеко не обычные. Они голубые. Я никогда подобного не видел. 

Щёки стремительно становятся пунцовыми от такого пристального взгляда. Ким, ты пытаешься флиртовать? Только не это. Я стремительно отворачиваюсь и прикрываю одной ладонью щёку, чтобы не было так видно моего смущения.

— Это очень редкий цвет.

— Да, пожалуй, что так. 

— Думаю, фраза "Купить кофе за красивые глазки" не такая уж и нелепая. — я вздрагиваю. Мне делали иногда комплименты, но никто никогда не произносил их так . Слова звучат на повторе в ушах, я не могу заставить себя успокоится. 

Это просто Тэхён. Это его способ располагать к себе симпатичненьких омег. 

"Это ты-то симпатичный?" - эта мысль мигом выгоняет туман из головы и проясняет разум. Дурацкие организм и омежья сущность, одни проблемы. Пусть этот нахал не думает, что меня можно так легко превратить в желе, выкинув пару своих трюков.  

— Могу я задать тебе вопрос? — Краем глаза я замечаю, что Тэхён весь во внимании, поэтому решаю продолжить. — Ты в Универе считаешься неким бунтарём...— слышится смешок, — из всего того, что я видел, ты человек, который не очень уважает других. Ты часто грубишь людям, которые просто с тобой сталкивались, не говоря уже о тех, что решали затеять с тобой спор...и я бы хотел просто понять, почему, когда мы с тобой столкнулись в коридоре, ты не наорал, не обозвал, а помог? Почему сел со мной и почему был так мил в общении? У меня в мыслях не было думать, что я какой-то особенный, но...просто ответь мне.

Это не тот вопрос, который меня волновал, но ведь это частичка нужного. Вдруг ответ как-то поможет что-то понять.   

Со стороны альфы слышится тишина, я уже начинаю немного жалеть о своём вопросе, но упорно продолжаю молчать и пить кофе. Раз мы тут, нужно извлекать максимум выгоды. 

— Знаешь, почему для всех я, как ты говоришь, бунтарь? — в голосе вдруг не остаётся и следа былой смешинки, и именно это заставляет меня насторожиться. 

Только теперь вижу, что он надел линзы тёмно-синего цвета. Будто смотришь на самоё дно марианской впадины. 

— Хосок, я действительно заработал этот образ из-за своего вспыльчивого характера. Но, оказавшись на моём месте, как бы ты смог спокойно разговаривать с людьми, которые шепчутся за спинами друг друга? Сегодня он твой друг, а завтра он же кидает тебе нож в спину. Таких людей в нашем Универе слишком много, тебе известно это не хуже меня. 

Альфа ставит пустой стакан на стол и принимается ковырять бамбуковый коврик. 

— Я много чего слышал, но всегда среди общего гама было слышно твоё имя. Не знаю, что чёрт возьми их так привлекает, но каждый день эти обсуждения не прекращаются, как будто людям больше некого обсудить, — Тут я ловлю себя на том, что скукоживаюсь от услышанного. Всё это мне правда известно и без него.

— Ты всегда был один: в столовой за отдельным столом, в классе на последней паре. Первое время я негодовал, почему никто не хочет с тобой познакомиться, ты казался милым. — рассказ раскрашивается очередной расслабленной улыбкой, — Не представляешь, как сильно меня бесили и по-прежнему бесят любые издёвки в твою сторону. 

Очередное откровение вызывает табун мурашек и, одновременно, жар. Я пытаюсь найти в глазах хоть какой-то намёк на шутку, но её попросту нет. Он говорит правду, и от этой истины омега приходит в дичайший восторг, и впервые часть этого передаётся мне.

— Тогда почему же сам не подсел? — Тэхён улыбается шире.

— Ты бы стал слушать страшного парня-бунтаря, который иногда колошматит лица других одногруппников, потому что те "решили вступить с ним в спор"? — и ведь прав, не поспоришь. Если бы он подсел ко мне на первом курсе, скорее всего я бы бросился наутёк. 

— А когда мы столкнулись, — альфа продолжает, — я решил, что это неплохой повод попробовать. Тем более, что вы с Чимой и Гуком уже дружили. Логично же, что и я должен был начать настраивать с тобой коннект. Ты всё узнал, что хотел? — я киваю, — Хороший у нас однако разговор выходит. Чонгук рассказал мне, что ты молчаливый. — пуф! Временная уютная атмосфера с треском разлетается.

— Ты же сам убедился в том, что говорить я умею. — Чонгук-болтушка мелкая. 

— Если ты имеешь в виду тот урок, то это ничего не доказывает. Ты и тогда почти всё время молчал. Ещё и из класса выбежал..

— Как раз из-за тебя! — вот опять выбешивает! Что ему так неймётся?!

— Из-за меня?! А что я такого сделал? — он выгибает бровь и наклоняет корпус в мою сторону. Запах новой волной окатывает меня. 

— Да ты.. ты...— а что сказать? У меня туча вопросов! 

— Что? Вот и именно - ничего,..— он начинает глаголить какую-то пламенную тираду, но я резко отвлекаюсь: до ушей доносится странный звук, похожий на скулёж. Что это может быть? Я пытаюсь вслушаться, но громкая басина альфы немного мешает.

— Тэхён...— альфа походу и не слышит.

— ..Между прочим я пытался завести разговор, а ты...

— Тэхён, пожалуйста, помолчи. — прошу уже громче. Не помогает.

— ..Не надо уходить от ответа, Хосок.. — как он надоел.

— Тэхён, клянусь тапочками моего папы, если ты сейчас же не заткнёшься, я лично запущу в тебя остатки своего кофе.

Парень тут же притихает, видимо удивлённый моим откровенным недовольством, и опять нахмуривает брови. Становится чуть тише, и теперь можно четко понять, что это за звук. Плач. Причём детский. Откуда он? Где ребёнок? Я немедленно начинаю оглядываться. От моего взгляда не убегает ни одна деталь. Люди преспокойненько поедают десерты или пьют кофе, но я нигде не вижу ребёнка.

Вдруг взгляд натыкается на стеклянные двери магазина одежды, возле которых стоит маленький мальчик. На нём чуть мешковатые потёртые джинсы, которые не видно наполовину из-за длинной и выцветшей кофты на молнии. Кроссовочки грязные и поношенные чуть ли не до дыр. Мальчишка стоит и плачет, периодически вытирая ладошкой пухлые щёчки, отчего они уже покраснели.

Сердце моментально пропускает удар. О боже, он совсем один. Рядом не наблюдаются родители, и проходящим людям нет абсолютно до него никакого дела. Тэхён прослеживает мой взгляд, но кажется не видит мальчика.

В следующую секунду я уже стою на ногах и несусь по лестнице вниз. Прохожие то и дело врезаются в меня, ругаются, но сейчас мне не хочется тратить время на дурацкие поклоны и извинения. Стоит мне оказаться на месте, я без раздумий сажусь на корточки: 

— Эй, малыш, привет! Ты потерялся? — мальчик поднимает испуганный взгляд, и через секунду опухшие от слёз глазки округляются и вспыхивают от интереса: 

— Вы- Сахарная фея? — о, на мне ведь всё розовое. Я широко улыбаюсь, давая понять маленькому, что меня бояться не стоит.

— Нет, я не фея. Меня зовут Хосок. А тебя? — мальчик с минуту теряется, говорить или нет, но всё-таки отвечает.

— Кихён.

— Будем знакомы. — взгляд крошечных глаз по-прежнему направлен на мои волосы, что заставило меня умильнуться, — Нравятся? — он с жаром кивает.

— А можно... потрогать? — господи, какой милый ребёнок. Видно, что он немного стесняется подобное спрашивать: пальцы мнут край длинной кофты, но интереса от этого меньше не становится. 

— Можно конечно! — в подтверждение я опускаю голову чуть ниже, чтобы маленькая ручка сумела дотянуться. Мальчик сначала удивляется, но после осторожно запускает тоненькие пальчики в волосы. Он перебирает волосинки между пальцами, иногда вытягивает одну и откидывает её куда-то назад.

— Они такие мягкие. А вы точно не фея? — щёчки розовые уже точно не от плача. Наконец-то расслабился. Я уже хочу отшутится, но не успеваю.

— Хён! — мы с Кихёном дружно вздрагиваем от неожиданного и громкого крика альфы, — Вот ты где! Я уже перепугался, что что-то случилось. 

Тэхён с облегчённым вздохом зачёсывает чёлку назад ладонью. Как и ожидалось от альфы, отдышка его не беспокоит. Тишина между нами затягивается, и он, опустив голову, замечает рядом со мной ребёнка: 

— Привет! — Ким садится рядом со мной с такой же широкой улыбкой, как у меня. Кихён на мгновение теряется, но потом переводит взгляд на волосы альфы.

— Ваши волосы...— он тычет пухлым пальчиком теперь уже в сторону головы Тэ. — Они похожи на птичьи какашки.

Мальчик сказал без доли шутки. Просто констатировал факт. Я вдруг понимаю, что валяюсь на полу в попытке успокоить свою истерику. Тэхён немного теряется от странного сравнения и непонимающе чешит висок. Видимо, он ожидал услышать; " Ваши волосы словно серебро." Нет, не судьба.

— Э-э-эй, — протянул альфа, — неправда!

— А вообще-то сходства есть — я аккуратно накручиваю прядь его волос на указательный палец:

— Ну, Хён! — казалось, ещё чуть-чуть и он лопнет, — У меня шикарные волосы. И они не похожи на какашки! — губы альфы обиженно надулись, а сам он театрально отвернул голову. Кихён начинает заливисто хохотать, и я тяну к нему раскрытую ладонь, чтобы дать пять. Да-да , мы с Кихёном не скупы на комплементы.

Тэхён ещё какое-то время выпендривается, но в итоге тоже начинает смеяться. Когда же мы успокаиваемся, я наконец вспоминаю, с какой целью подошёл к мальчику:

— Кихён, а где твои родители? — беззаботное лицо мальчишки немного тускнеет.

— Я не знаю. Папа был со мной, а потом...— на этот моменте он тихонечко всхлипывает, —  потом я увидел вон тот шарик, — теперь он показал на большой голубой шар, висящий под потолком, — а когда обернулся, папы не было. 

Былое веселье исчезает, словно по щелчку, и он начинает снова плакать с новой силой. Я тянусь его обнять и прижимаю его голову к своей груди, стараясь успокоить. Это помогает далеко не сразу:  Кихён ещё где-то минуту всхлипывает, промокая моё плечо.

— Тише, малыш, мы поможем найти тебе папу. Только не плач. — мальчишка сразу поднимает на меня полные надежды глаза:

— Правда-правда? — эмоции, которые я испытываю в данный момент, нельзя передать словами. Он так сжимает мою ладошку, что кажется, сломает. Моя внутренняя сущность мурлычет.

— Ну конечно. — Тэхён подползает к нам и поднимает Кихёна на руки. — Мы найдем его. Вот увидишь. Хён, пошли! — альфа поднялся аккуратно на ноги, придерживая мальчика за спину. 

— Так...нам нужна найти стойка информации... — начал рассуждать вслух я.

— Да,только найти бы её ещё! — буркает Тэхён.

Мы оба начинаем оглядываться по сторонам. Результатов это не дало, так что было принято решение пройтись по этажу. Возможно мы сможем наткнуться на папу Кихёна, ведь он не мог уйти куда-то далеко.

Следующие пол часа я пытался отыскать хотя бы охранника, ибо стойкой информации даже не пахнет! Нет, ну серьезно! Торговый центр просто гигантский: пять этажей, площадь каждого из которых хрен знает какая! Неужели не найдётся на этаже хотя бы одного охранника ?!

Пока я занимался поисками, Тэхён с Кихёном развлекаются. Мальчик всё время что-то рассказывает, активно жестикулируя ручками и громко вскрикивая. Тэхён на удивление слушает с интересом, даже что-то спрашивает. Мальчик так и не утратил интерес к волосам Кима и периодически трогал их, дёргая в разные стороны, а альфа в ответ щекотал его. В такие моменты на весь этаж был слышен радостный и звонкий смех. Смотреть на это без улыбки просто невозможно, и люди часто делали это, проходя мимо этих двоих.

— Дядя Тэхён, смотри какой кораблик! 

Прямо перед нами настенный аквариум от пола до потолка, шириною в метров десять. В лазурной воде плавают стайками минимум двадцать видов рыб. Вместе они похожи на странное подобие радуги. На заднюю часть наклеили фото-плёнку с изображением морского дна, и всё это выглядит так красиво! Никогда такого не видел! 

Кихён увлечённо следит любопытными глазками за каждой рыбкой. Он выглядит как юный исследователь. Тэхён подходит чуть ближе, и его покрывают красивые ребристые отблески от воды, и это тоже красиво. 

— Вау, как красиво! — воскликнул Тэхён, подпрыгивая с Кихёном на руках, когда мимо них проплывает очередная цветастая рыбка, — Любишь кораблики?

— Да! — мальчишка тут же начинает хлопать в ладоши.

— Ну тогда.. — Тэхён вдруг усаживает Кихёна себе на плечи, — подводная лодка: "Полярная звезда" приветствует вас на борту!! Пристегните ремни, будет немного шатать! 

Момент и этих двоих след простыл. Тэхён срывается вперёд, обегая прохожих, и всё, что после них остаётся - удаляющийся радостный крик Кихёна. Ну блин, Ким Тэхён! 

Я пускаюсь за ними следом: не хватало мне ещё и их искать. Хотя их обоих теперь слышно просто прекрасно, Тэхён, оказывается, такой ребёнок. Спустя несколько минут их удаётся догнать, но в последний момент Ким резко останавливается и оборачивается: 

— А давай-ка попросим дядю Хосока с нами поиграть? 

Две пары глаз, словно у кота из Шрэка, уставились на меня в надежде на согласие. Ну что за дети? И как мне им отказать? Я с лёгкой улыбкой качаю обречённо головой, но всё-таки киваю. 

Альфа опять убегает, и теперь я не упущу его из виду. Ветровка немного мешает во время бега, но я всё равно принимаюсь оббегать Кима и начинаю изображать "препятствия" для их игры. Кихён визжит от восторга, когда меня удаётся обогнуть, и подгоняет Тэхёна бежать быстрее. Вскоре я даже забываю, кого или что мы искали: мои мысли пускаются в какой-то свободный полёт, я кончиками пальцев чувствую забытую эйфорию и начинаю смеяться вместе с ними. 

И в какой-то момент, когда мимо нас проходят люди с улыбками, ко мне приходит осознание: мы похожи на семью. Семью, где Тэхён - отец, Кихён - наш сын, а я -папа. В этот же момент я обрываю подобную мысль. 

К сожалению спустя двадцать минут, мы так и не находим ни охранников, ни стойку информации. Кихён опять начинает унывать, и даже Тэхён не может его развеселить.

Вдруг в кармане раздаётся тихая мелодия входящего вызова:

— Хосок, вы где? Мы уже закончили. — голос Чимина уже не такой уставший как несколько часов назад. Черт, мы же должны были быть в кафе! Теперь фиг знает, как искать друг друга будем.

— Ну,..— осматриваюсь, — я тебе точно не скажу. Мы всё ещё на этаже и недавно проходили большой аквариум.

— Что вы там вообще забыли? А магазины какие рядом?

— Э-э, West cats, Sportsky ещё есть Chok Chok...

— Так понятно. Ждите нас там и  пожалуйста никуда не уходите! — с этими словами Чимин завершил звонок. Ну делать нечего. Все равно найти мы сейчас ничего не сможем. Хотя Чимин с Чонгуком часто здесь бывают. Возможно они знают, где искать. 

Ожидание длится недолго. Значит я не прогадал - они тут всё знают. При взгляде на альфу становится ясно, что ему уже лучше. По крайней мере, походка в норме, и Чимин его не поддерживает сзади. Оба идут с двумя пакетами и кофе, их взгляды направлены друг на друга. Похоже в магазине произошло что-то интересненькое.

Создавшуюся тишину нарушает крик Кихёна:

— Клубничка!!!

Чимин давится кофе и Чон, как истинный джентльмен, принимается похлопывать его по спине. Видимо мальчик редко видит такое количество людей, которые красятся в яркие цвета. Паку всё-таки удаётся прокашляться, и когда они оба замечают нас, их глаза сразу же медленно поднимаются на ребёнка, а потом округляются от удивления. Думаю, это шок. Думаю, не каждый может похвастаться, что видел такого семейного и домашнего Тэхёна в компании с маленьким ребёнком. Мне кажется, Чонгук достанет сейчас свой телефон и сфотографирует это восьмое чудо света.

Повторный крик: "Клубничка" заставляет их обоих проснуться. Удивление сходит на нет, и теперь остался просто интерес. Ну они хотя бы поняли, что это не червь какой-то, а ребенок. На лице Чимина расцветает милая улыбка, и он тут же двинулся нам на встречу, утягивая Чона за край рубашки.

— Хён, хорошо, что вы нашлись. Мы перепугались, когда не обнаружили вас в кафе, — он поворачивается к мальчику, — Теперь ясно, почему. Привет! — Чимин протягивает свою миниатюрную ладошку, которую ребёнок сразу пожимает, — Как зовут?

— Кихён! А вас?

— Меня зовут Чимин. Будем друзьями? — Кихён кивает с неподдельной радостью в глазах. Скорее всего, любой бы ребёнок на его месте напугался, но Чимин излучает какую-то свою собственную ауру, из-за чего дети его просто обожают. Взгляд мальчика снова упал на волосы:

— Дядя Чимин, ваши волосы похожи на клубнику! Вы любите клубнику? 

Никогда не интересовался, какие ягоды или фрукты любит Пак. Интересно, что ему нравится? С минуту я жду ответа, но его нет. Улыбка Чимина снова поникла, а в глазах застыла грусть. Что это такое? Никогда прежде не видел его в таком состоянии, без улыбки. 

Чонгук рядом стоит такой же поникший, но взгляд его хотя бы чёткий, он смотрит на Пака и будто бы ждёт какой-то реакции. Да что с ними такое? Это как-то связано с клубникой? У них кто-то умер от клубники? Чёрт, что я несу? 

Чимин вдруг резко отмирает, возвратив прежний весёлый вид:

— Конечно! А ты? — омега снова непринуждённо улыбается, будто не уходит в прострацию полсекунды назад. Нужно будет поговорить с ним, надеюсь, Чимин доверяет мне настолько, что бы что-то рассказать, если это сокровенное. 

— Да! Папочка выращивает очень вкусную клубнику!! Она такая красивая, как ваши волосы! — Кихён опять начинает воодушевлённо подскакивать на плечах Тэхёна. 

— Мне тоже нравятся волосы дяди Чимина. — Чонгук тоже принимает былой вид и подходит познакомиться, — а меня зовут дядя Чонгук.

— Ты родителей потерял? — Кихён кивает. — Вы не искали стойку информации?  

Да хренас два! Стойка информации здесь, как вода в пустыне. И, собака, даже нет ни одного охранника! 

— Мы не нашли её. Вы знаете, где она? 

— Да, она должна быть на первом этаже.

Чего? На первом? Да какого фига грёбаная стойка информации на первом этаже?! В таком месте они должны располагаться на каждом углу. Получается мы зря обошли весь этаж. И папа Кихёна нам так и не встретился. Надеюсь, после того, как мы сможем сделать объявление, он найдётся.

— Хорошо, тогда пойдём на первый.

— Фух, я уже устал. Кихён, ты тяжеловат. — Тэхён заметно замотался бегать с тушкой на плечах: волосы уже никак нельзя назвать укладкой. Они растрепались ещё больше, а некоторые пряди уже прилипли ко лбу из-за пота.

— А давай я тебя понесу. Кихён, хочешь, дядя Чонгук тебя понесёт?

Кихён с готовностью тянет ручки к новому знакомому, и Тэхен осторожно пересаживает его на плечи Чона, облегчённо выдохнув после. Ну, он молодец. Таскать ребенка у себя на плечах больше часа - это сильно. Кихён сразу обхватывает ручками шею Чонгука и укладывает голову на его затылок. Устал уже наверное. 

Дорога в этот раз сопровождается спокойствием, мы немного интересуемся жизнь мальчика, и он охотно отвечает. Оказалось Кихёну пять лет, живёт вместе с папой. Отец ушёл, и теперь папа в одиночку старается воспитывать Кихёна. Сам папа работает учителем, отчего и денег у них маловато. В большинстве случаев, Кихён носит одежду, которую им отдают соседи, или которую сшил собственноручно папа. 

На вопрос, что они забыли в таком месте, мы получили простой ответ: папа пришёл устраиваться на подработку. Это не удивительно, раз денег не хватает, стоит искать дополнительный источник дохода. Только как же тогда время, которое по идее должно уделяться Кихёну? Достаётся ли хоть капля заботы Кихёну, или он постоянно сидит дома один? Этот вопрос сильно заинтересовал меня, но спрашивать Кихёна об этом я не решаюсь. Да и это не моё дело в принципе.

Когда мы наконец-то оказываемся на первом этаже и до уже цели рукой подать, Кихён вдруг начинает скулить и говорить, что у него болит животик. Чимин в ту же секунду начинает выспрашивать у него, где болит, сильно ли болит, как ранее спрашивал и у Чонгука. Кажется он уже был готов вызывать скорую, но в итоге оказалось, что кто-то проголодался. 

— Чимин~а, дай ему печенюшки, которые мы в кафе купили. — и спустя секунду Кихён уже смешно хрумкает печеньку с заварным кремом, кроша половину на голову Чонгука.  

Картина была по истине эпичной, потому что Чонгук просто не замечал. Мы с Чимином на пару тихонечко смеялись, тыкая пальцами на этих двоих. Чимин жестом приказывает мне молчать, пока у Гука на голове образовывалась небольшая кучка крошек.

И вот .... Мы пришли !! Увидев миловидного бету, сидящего за стойкой, я чуть ли не срываюсь на бег. Мне хочется накричать на этих людей, потому что с какого перепугу они тут? Почему мы должны тратить столько времени на их поиски? Руки чешутся их задушить, возможно разочек стукнуть или...:

— Здравствуйте, можете нам помочь? — я приветливо улыбаюсь, облокотившись одной рукой о стойку, — Тут мальчик потерялся, можно как-то объявление сделать? Чтобы слышно было? Просто папа так и не нашёлся.

— О, конечно-конечно, секундочку. — бета тут же подрывается с места и бежит настраивать микрофон, — Как зовут мальчика?

— Кихён.

— А возраст? Имя папы?

— Пять лет, а имя... — тут я разворачиваюсь к Чонгуку, жестом подзывая его с Кихёном. Имя-то мы не выяснили! Молодцы, ничего не скажешь. — Как зовут твоего папу? 

— Моего папочку зовут Хёнвон. Он самый добрый! — мальчик опять начинает возбуждённо подпрыгивать на чужих плечах, чем вызывает улыбку. Ну что за прелесть. 

Спустя минуту бета настраивает микрофон, и по всему магазину раздался громкий голос:

— Внимание-внимание, потерялся мальчик. Зовут Кихён, возраст пять лет. Папа Хёнвон, подойдите пожалуйста к стойке информации на первом этаже. Повторяю, папа Хёнвон, подойдите пожалуйста к стойке информации на первом этаже. — он выключает микрофон, — Если через десять минут папа не подойдёт, я объявлю ещё раз.

— Спасибо большое! — я разворачиваюсь к ребятам, — Ну что же? Будем ждать. 

Мы с Чимином расположились на скамейках, готовые к долгому ожиданию. Всё -таки папа потерял Кихёна на четвертом этаже, наверняка не сразу нас найдёт, пускай и объявили, что нужно спускать на первый. Чонгук с Тэхён развлекают Кихёна как могут: догонялки, упрощённое подобие пряток (Чонгук прятался за стеклянной скамейкой) и ещё куча каких-то непонятных игр. 

Спокойную атмосферу разрезает чужой пронзительный крик. Довольно громкий: 

— Кихён, мальчик мой, вот ты где! 

Недолго однако ждали. Всего-то минут семь прошло. Молодой мужчина бежит к нам, на ходу поправляя свой бежевый свитер. Кихён видит папу и сразу бежит навстречу, стоит Чонгуку его поставить на пол. Папа счастливо смеётся, когда сын запрыгивает к нему на руки, и прижимает его крепко к груди: 

— Сколько раз я просил тебя быть внимательнее и не отвлекаться, когда ты в толпе? Видишь, что получилось? - папа хоть и немного сердится, но всё равно понятно, что это для виду.

— Папочка, прости пожалуйста, я больше не буду. Я очень перепугался, но мне помогли вот эти дяди. 

Мужчина поднимает взгляд, когда Кихён упоминает нас и тыкает в мою сторону пальчиком. Время знакомств, видимо. Что ж надеюсь нас не посчитаюсь педофилами или ещё кем. Когда мы вчетвером подходим, папа ещё некоторое время нас осматривает. И определённо больший интерес вызываю я. Мда, странная к нему компашка подошла, ничего не скажешь. Даже как-то неловко, и не одному мне: Чимин смущённо опускает голову, принимаясь изучать узор на плитке кафеля.

— Спасибо большое за помощь! И извините, если мы немного отвлекли вас. — мужчина наконец отмирает и приветливо улыбается. Все заметно расслабляются. Отлично, этот человек не станет писать заявление на меня в полицию и не предаст меня огню, как некоторые неадекватные родители любят делать с другими людьми: 

— Нет,что вы? — я отмахиваюсь, — Мы с Кихёном хорошо провели время. Он у вас очень общительный. Правда, ребята?

— Да-да, — закивал Тэхён, — Мы с ним долго разговаривали пока вас искали. 

— Ох, и то правда. Тараторит - не остановишь. — Кихён на это замечание хитро улыбнулся, прищурив и без того узкие глазки. Гордится собой, мелкий. — Мы наверное пойдём уже? Вечер, и ему уже пора есть... и спать, — папа это уже добавляет с шуточным нажимом, обращаясь непосредственно к ребёнку. Значит, и спать он днём не хочет. Проказник. Мужчина ставит мальчика на пол, а после берёт за ручку,

— Кихён, говори: "До свидания", и пойдём.

Я честно ожидаю, что он сейчас просто попрощается и уйдёт, но он высвобождает руку и идёт ко мне. Я на автомате присаживаюсь на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне. Мальчик вдруг обнимает меня за шею. Ой. Чего это? 

"Пум-пум, умник, тебя ребёнок обнимает. Ответь, дубина, а то расстроится" 

Я осторожно обнимаю Кихёна в ответ: 

— Дядя Хосок, спасибо большое. Если бы не вы, я бы так и плакал. — он немного отходит назад, но мою шею всё ещё не отпускает. — Вы всё-таки похожи на Сахарную фею. — слева от меня послышались смешки. Какая прелесть. 

После Кихён отпускает меня и идёт уже к Тэхёну:

— Только не говори, что мои волосы и в правду похожи на птичьи какашки, — он также присаживается на корточки перед мальчиком. Все опять смеются, пока мальчик обнимается со своим сегодняшним перевозчиком:

— Дядя Тэхён, спасибо вам тоже. С вами очень весело. А вы когда-нибудь ещё покатаете меня? — альфа кивает. 

Так Кихён подходит и к остальным. Чимина он поблагодарил за печеньки, а Чона за то, что тоже покатал. Когда папа-омега опять берёт сына за руку, задал свой вопрос:

— Как я понял, вы очень любите детей?

— О, да! Я очень люблю играть с детьми, тем более с такими любопытными, — на удивление голос подал Тэхён.

— А у вас с дядей Хосоком будут дети? — выдаёт Кихён. 

Что? Что, простите?! 

Меня словно по голове ударили. Какие дети?! Неужели, он подумал, что я с Тэхёном..? Твою мать! Нет, какой кошмар, неужели мы так были похожи на пару? 

"Что ещё мог подумать ребёнок?" 

Да что угодно! 

Как-то резко повисает тишина, во время которой я только и могу что хлопать глупо глазами на пару с Тэхёном, который точно также не ожидал такого вопроса:

— Кихён! Что у тебя за манеры, нельзя же так! — папа направляет очень серьёзный взгляд на сына, и тот скукоживается в размерах, опустив пристыженно голову. — Извините пожалуйста за это. — мужчина виновато поклонился.

— В-всё в порядке. — слова даются мне крайне тяжело, ибо всё вообще нифига не в порядке! 

Тэхён хоть больше и не зависает, но видно, что настроение у него немного снизилось, так как он больше не улыбается так расслабленно и спокойно, даже не отшучивается. 

По итогу мужчина с сыном нас покинули, и мальчик на прощание громко крикнул " До свидания", из-за чего люди вокруг начали оборачиваться . Громковато получилось. Однако и после их ухода неловкость отнюдь не пропадает, а наоборот, похоже растёт. Посмотреть ещё раз в сторону Тэхёна у меня смелости не хватает, да и он тоже не горит желанием. Первый атмосферу пытается разрядить Чимин:

— Ну, что, пойдёмте? Думаю, не в какие магазины мы больше заходить не станем. 

Никаких блин магазинов пока моё моральное состояние не вернётся в норму. В ближайшее время это табу. Только сейчас я наконец понимаю, насколько трёхчасовое сидение на кресле, беготня с ребёнком всё же утомляют. 

Мы дружно направляемся к выходу. Чонгук упоминает что-то про забитую парковку днём, поэтому приходится идти до парка, где он оставил свою машину. На улице до сих пор тепло, не смотря на то, что солнце почти скрылось, так что в парке оказывается много людей. Не понимаю, почему сегодня такой биток в торговом центре. Лучше бы по улице гуляли. 

Спустя некоторое время альфы увлеклись за своим разговором и из-за того, что они оба  такие длинноногие, мы с Чимином вскоре оказываемся позади. Догонять их оказывается глупой идеей, так что приходится это бросить. Если потеряемся, позвоним.

— Как думаешь, из Тэхёна вышел бы неплохой отец? — внезапно задаёт вопрос Чимин.

Мы идёт уже несколько минут, и всё это время он какой-то понурый и молчаливый. Теперь вот такие вопросы задаёт. К чему это? 

— Думаю, да. Кихён ему очень понравился, мы весело провели время. 

— А...вы с Тэхёном... — не успевает Чимин договорить, я тут же его перебиваю.

— Нет-нет и нет! У нас ничего нет! — голос автоматически поднимается на октаву и это походит на писк. Чимин звонко смеётся, прикрыв рот ладошкой. 

— А я этого и не говорил! — ну что за мелкая мышь! Я шуточно замахиваюсь, и он тут же срывается на бег. Опять эти догонялки!  

В итоге догнать его естественно не составляет труда, так что подзатыльник свой он всё же получает. Ещё минут пять мы смеёмся, но в какой-то момент я вспоминаю сегодняшнюю ситуацию в торгом центре, когда Чимин из-за чего-то сильно расстроился вместе с Чонгуком. Кажется это было, когда они услышали слово: "Клубничка." Может это как-то связано с природным запахом? Стоп, запах! До недавнего времени мне не приходилось задумываться о запахе Чимина, меня даже не смущало, что обычно от него исходит аромат синтетических духов. Это не природный запах, а бутафория. Сейчас самый удачный момент, чтобы узнать: мы одни, никого постороннего нет. Вот только, как бы спросить, при этом не задев Чимина. Нужно начинать издалека.

— Чимин, а.., — запинка, — почему с начала нашего знакомства я так и не узнал, какой у тебя запах? Ты ведь пользуешься духами, верно?... — договорить мне не удаётся, так как Чимин резко остановился. 

Всё, как и в торговом центре: улыбка исчезла совсем, кожа как-то резко побледнела что ли? И снова в глазах плещутся печаль и боль. Чимин завис, глядя лишь перед собой, а не на меня. Это не тот весёлый Чимин, которого я знаю. Это уже кто-то другой. Что же случилось? 

— Чимин? — я трясу ладонью возле его глаз, чтобы получить ответ, но это не помогает, поэтому я начинаю трясти его за плечи. Где-то после третьей попытки он всё-таки отвисает. 

Взгляд приобретает чёткость, но теперь там растерянность. Будто бы Чимин впервые  видит это место. Да что за ерунда с ним творится. Это всё-таки связано с запахом, всё правильно. Чимин наконец обращает на меня внимание, и я замечаю в глазах слёзы, дыхание учащается. Он старается держаться из последних сил, чтобы не разреветься.

— Я.., — Чимин нерешительно смотрит вперёд, на Чонгука, беззаботно болтающего с Тэхёном. Что это значит? При чём здесь он? — Давай, я тебе позже расскажу? 

Что с этим такое? Мне хочется спросить что-то ещё, но Чимин снова посмотрел на меня, и теперь на дне его глаз плещется мольба. Он отчаянно хочет оставить разговор на потом.

— Хорошо. — нужно отступить. Если сейчас Пак не готов, значит так тому и быть. Хотя бы он не оттолкнул меня, это радует. Значит мне доверяют. 

 Я смотрю на Чонгука, который до сих пор не заметил, что мы отстали. Может быть такое, что это из-за Чона? Обычно омеги не имеют запаха, когда принимают блокаторы, и то это тогда, когда у них нет альфы. Но ведь у Чимина он есть! Они вместе уже более четырёх лет и живут душа в душу. Так почему? Неужели даже у таких отношений есть брешь?

Больше мы не говорим. Я тяну Чимина за локоть, потому что альфы опять изрядно далеко ушли, и весь путь омега не отпускает мою руку и в итоге даже приободряется. Мы вместе решаем доесть печеньки, которые не доел Кихён. Неудивительно, что они ему понравились. И в правду вкусные! Чимин принимается рассказывать о том, что ни купили с Чонгуком днём. Это вроде окончательно его успокоило, и теперь даже не скажешь, что совсем недавно он грустил. 

Внезапно рядом с нами оказался Чонгук, видимо наконец-то заметил, что нас нет: 

— Чимина~а, мне нужно кое-куда съездить с Тэхёном. Ты не обидишься, если обед я пропущу? — Чимин немного опешивает от внезапного появления своего парня, но в итоге кивает:

— Хорошо, только телефон держи при себе! — Чон клюёт скромно его в щёчку. 

— Спасибо! Обещаю, телефон не выпущу из рук. 

— Только довези нас до дома.

— Конечно-конечно. Садитесь!  

Он машет в сторону своей машины. Я даже и не заметил, как мы подошли к ним. К ней. Машины Тэхёна нет, как и самого Тэхёна. Куда он делся? Он же только что был тут. Наверное, он припарковал свою машину не тут. Тогда скорее всего он пошёл за ней.

Мы дружно усаживаемся на свои сидения и Чонгук первым делом отвозит меня к дому.

***

Наконец-то я дома! Как только вступаю за порог, кроссовки стремительно летят куда-то в сторону. Живот начинает урчать, поэтому я сразу иду на кухню, чтобы поесть. Меня дома не было довольно долго, поэтому понятия не имею, что у меня в холодильнике. Если ничего не будет, придётся заказывать доставку: до магазина идти сил нет

 По дороге включаю свет в коридоре, гостиной и наконец в кухне. Открыв первым делом холодильник, я протяжно вздыхаю и сразу достаю телефон. Когда -нибудь начну готовить в собственном доме для себя, но точно не сегодня...не скоро. Определённо половину продуктов стоит выкинуть, потому что они явно уже испортились. Ну или это из соседней квартиры вонь, не знаю. 

Пиццу привозят через пятнадцать минут, но съедаю я её за пять. Ах, это прекрасное чувство насыщения! На будущее нужно брать с собой еду, если Чонгуку в голову опять придёт мысль посетить торговый центр. 

На кровать запрыгивает Дуглас, он моментально устраивается у меня на коленях, свернувшись в клубок, и начинает мурчать, стоит мне только дотронуться до его шерсти. 

— Скучал по мне, пушистый? — кот утробно булькает в ответ. Видимо трогать его не надо сейчас. 

На тумбочке уже включается медленно ноутбук. Хочется что-нибудь посмотреть, по телевизору всё равно ничего интересного сейчас не показывают. Внезапно телефон издаёт пронзительный "цзынь", говорящий о новом сообщении. Кто мне сейчас написать может? Чимин что ли? Дотянувшись до гаджета я снимаю блокировку и понимаю, что капитально ошибся. Прям очень:

Юнги 20:24

-Привет, Конфетный. Я тут вспомнил, что все друзья обычно переписываются, вот и я решил написать. Не отвлекаю? -

Вот это да! Вот уж чего не ожидал, так это сообщения от Юнги. Ноутбук сразу закрывается и убирается на стол, а Дугласу приходится перебраться на кровать: 

Вы 20:25

- Привет! Нет, конечно не отвлекаешь! Мне как раз скучно было.-

Сообщение он сразу прочитывает, и уже через три минуты отвечает:

Юнги 20:28

- А что так? Хотя мне тоже скучно. Посмотрел по телевизору какую-то дораму и теперь ломаю голову, чем бы заняться. Как, кстати, погуляли? -

Вы 20:29

- Ну, знаешь, я честно пытался поискать что-то интересное по телевизору, но всё тщетно. На счёт прогулки...я хотел убить твоего брата.-

Юнги 20:30

- Я тоже:) Что на этот раз?-

Вы 20:31

-Три часа выбирал рубашку. По итогу Чимин чуть не сломал ему копчик.-

Юнги 20:31

- Погоди. Чимин? Ты серьёзно? -

Вы 20:32

-Более чем. Я не знаю, как. Просто бац! И Чонгук валяется на полу.-

Юнги 20:33

- Ого, постараюсь его больше не злить. Мало ли. Вдруг в окно вперёд ногами выкинет? -

Так мы с Юнги болтаем больше часа. Темы находились сами собой, и я даже не успевал понять, когда прошло столько времени. Общение с ним кажется намного проще, чем с Тэхёном.

Юнги 21:45

- Конфетный, ты же помнишь, наш проект будет висеть по всему городу? На парад пойдёшь?-

Вы 21:46

- Да, я хотел пойти. Правда, у Чимина с Чоном какие-то дела есть, так что первую половину парада я простою в одиночестве:( -

Юнги 21:48

- Могу я составить тебе компанию?-

Я подвисаю. Составить компанию? Вот это неожиданно! Представляю, как мы с ним стоим в толпе и вытягиваем шеи, чтобы получше разглядеть происходящее. А что могут подумать ребята? Хотя стоп! Сто-о-п. Я же давно решил, что с меня хватит этого ребячества. Какая разница? И потом, что здесь такого? Подумаешь, вместе пришли на парад. Это же в конце-концов наш с ним проект. И я действительно хочу, чтобы он составил мне компанию.

Вы 21:50

- Конечно! Я буду рад , если ты придёшь. А можно тебя попросить кое о чём?-

Юнги 21:50

- Давай-

Вы 21:51

-Ты не мог бы меня подвезти? Просто я надеялся на Чона, а теперь остаётся вариант только на автобусе. Можно?- 

Юнги 21:52

- Господи, Конфетный, дурацкий вопрос задал. Я и так собирался заехать, если бы на мою компанию согласился. Ну так что? Четвёртого августа в девять утра?-

Вы 21:53

- Да, до встречи.-

Юнги 21:54

- До встречи~-

На этом наша переписка завершается. С глубоким вздохом я опускаю голову на подушку, но вдруг слышу новое сообщение. Стоит открыть новое сообщение, внутри холодеет. Оно содержит одно слово, но в нём чувствуется столько боли, что её можно яро почувствовать через телефон. 

 Чимин 21:55

-Бесплодье-

" Почему с начала нашего знакомства я так и не узнал, какой у тебя запах? Ты ведь пользуешься духами, верно?.." 

Шестерёнки начинают быстро вращаться, и картина вдруг складывается. Чимин бесплоден, поэтому и не имеет запаха. Синтетические духи...они заменяют его запах. Вот почему он был таким потерянным и грустным сегодня. Как же я мог забыть, что омеги не имеют запах не только из-за блокаторов, но и ещё из-за невозможности иметь детей? Только, почему он тогда посмотрел на Чонгука? Тот определённо должен знать, что омега не может иметь детей. А что если Чимин не хотел рассказывать именно из-за него? Почему? 

Вы 21:56

- Чонгук дома?-

Ответ приходит тут же:

Чимин 21:56

- Нет-

Это служит толчком, и я тут же набираю его номер. Не проходит и одного гудка, как он уже отвечает:

— Алло. — голос звучит вроде нормально, но я прекрасно чувствую: Чимин далеко не в порядке.

— Это правда? — только и спрашиваю.

— Да. Я не могу иметь детей уже больше пяти лет. — О Боже мой! Пять лет!

— Это же ужасно! Как же так вышло?

— Не знаю. Возможно, мне просто не везёт в этой жизни. — я слышу слабое шмыганье носом. Он на грани слёз. Именно в такие моменты я больше всего ненавижу расстояние. Сейчас хочется его обнять и успокоить, но возможности нет.

— А Чон...— меня перебивает немного истеричный голос.

— Чонгук прекрасно знает. Я не люблю разговоры на эту тему, поэтому и не сказал тебе сразу. Обычно это заканчивается слезами, и он всегда начинает переживать, старается успокоить. Я никогда не хотел показывать то, что происходит в нашей личной жизни на людях. Так что, если меня накрывает, стараюсь сдерживаться до тех пор, пока не дойду до дома.. и часто я хочу, чтобы Чон не видел этого.

— Но почему? — я начинаю нервно кусать ноготь.

— Для меня это унизительно. Понимаешь, я по сути бракованный. Невозможность иметь детей - это позор. Что бы кто не говорил, это правда. Я понимаю, сейчас можно даже это вылечить, и я лечу. Однако это не даёт результатов. Я всё меньше и меньше в это верю

— Ох, Чим..

— Хосок, мне страшно. — два коротких слова, но в них столько боли. 

— Почему? Что такое?! — кажется, я тоже понемногу начинаю срывать голос.

— Чон.. он.. мне кажется, мы скоро разойдёмся. — тело вновь пробирает дрожь. 

Не может быть такого! Эти двое всегда вместе, и они очень счастливы. Чонгук всегда был горой за свою омегу и буквально убивал взглядом любого, кто посмел хоть как-то обидеть его. Он готов на всё, чтобы защитить его, и Чимин всегда чувствовал эту защиту. Он всегда улыбается рядом с альфой, всегда светится, словно маленькое солнышко. Так почему же? И что бы Чонгук в итоге разорвал эти отношения? Отношения истинных?  

— Чимин, нет! Вы же любите друг друга! Чимин не допустит, чтобы тебя настигли фантомные боли. — я пытаюсь хоть как-то его успокоить, и готов поклясться, он сейчас прикусывает ладонь, чтобы не заплакать ещё сильнее.

— Я очень сильно люблю его, хён. Я не могу представить свою жизнь без него. Он - моя первая и последняя любовь... но

— Но что?! — нервы достигать предела, и ноги начинают наматывать круги по комнате.

— Как бы Чонгук не говорил, что любит, я не могу избавиться от страха, что он уйдёт. Понимаешь? Мы можем разойтись, потому, — он замолкает, но почти сразу жу слышу всхлип, — Потому что когда-нибудь захочет детей, а я не смогу ему этого дать.

— Чимин, прошу, прекрати. Он никогда так не сделает. Может, стоит подождать...

— Пять лет! — крик оглушает меня. — Мы пытаемся пять лет! Терпение не вечно, ты знаешь. Чонгук устанет ждать, устанет пытаться и устанет верить. Ты видел, как он был счастлив, когда играл с Кихёном? А я видел! Ему уже двадцать три, и любой альфа начинает в этом возрасте задумываться о детях, особенно, если прожил со своим омегой пять лет вместе.

— Но ведь всегда можно усыновить ребёнка. Почему ты не подумаешь об этом?

— Потому что Чонгук хочет своих детей. Он мечтает, чтобы ребёночек был таким же смелым, как он и...,— всхлип, — чтобы он был таким же красивым, как я.  

А потом по ту сторону трубки раздаётся плач. Сильный, надрывистый, режущий. 

— Хосок, я так не хочу его терять! Я так люблю его! — Чимину плохо, он плачет, а я только и могу что говорить. Он страдает в одиночку, а потом натягивает улыбку, чтобы всем казалось, что всё хорошо. Однако, теперь я точно знаю, это не так.

— Прошу тебя не плачь. Он тоже очень сильно любит тебя и ценит. Он не уйдёт, я уверен. Ты не должен сдаваться! Ради вашего будущего ты нельзя всё бросать, понимаешь? — даже после сказанного всхлипы не прекращаются, — Чимин? Послушай, я мало знаю Чонгука, чтобы что-то говорить, но я уверен, он никогда тебя не оставит! Ты для него дороже всех.

Вдруг Пак прекращает плакать. Это происходит резко, будто звуковую дорожку обрубили по середине. 

— Он здесь. Мне пора.

— Чимин, стой! Я тебе скажу только один раз... — делаю глубокий вздох, — не совершай поспешных поступков. 

Он молчит где-то пять секунд, сбивчиво дыша в трубку, но всё-таки отвечает:

— Я понял.

После этого нам разговор был завершён.

***

POV Чимин

Я  бросаю телефон на кровать и со скоростью молнии несусь в ванну:

— Чимин~а, малыш, я дома! — слышится внизу. На часах уже семь часов вечера, и Чонгук наконец-то пришёл домой. Но вместо того, что бы со всех ног бежать к нему, как обычно, я бегу смывать слёзы.

— Я в ванной, скоро спущусь! — громкий хлопок, и закрытая дверь отрезает меня от внешних звуков, его ответа не слышно. 

Нужно побыстрее умыться и привести себя в порядок, иначе Чонгук опять начнёт волноваться. Я поправляю небрежно волосы, когда заглядываю в зеркало: опухшее лицо, красные глаза, разводы на щеках. Какой кошмар. 

Вода приятно охлаждает кожу, и кажется, что опухлость немного спадает. Спускаться совсем нет желания. Хочется остаться тут и ещё немного поплакать, а шум всё равно всё перекроет, но внизу Чонгук. Если останусь тут, он в любом случае поднимется. 

"Ну что ты, Пак Чимин, разве не первый раз ты скрываешь от него своё плачевное состояние? Подними подбородок выше, вытри сопли и выходи." 

Я насухо вытираюсь полотенцем и расчёсываю быстро запутавшиеся волосы. Теперь на вид более-менее сносно. Никак не скажешь, что недавно плакал. Вздохнув на последок я всё же выхожу из ванной и медленным шагом направляюсь вниз по лестнице. Внутри просыпается волнение и нервозность. Только бы Чонгук не заметил красных глаз. Не хочу его расстраивать.

Когда же лестница наконец преодолена я замечаю в коридоре Чона, который активно с кем-то переписывается. Собираю остатки смелости в кулак, натягиваю привычную тёплую улыбку и направляюсь в его сторону. Чонгук, услышав шаги, тут же убирает телефон в карман джинсов и улыбается.

— Привет, Чим! — он протягивает ко мне руки и обнимает, чмокнув в губы. От такого привычного жеста я немного расслабляюсь. 

— Привет. Как погулял? — вопрос не содержит кого-либо подвоха-простое любопытство. Я  замечаю пакет продуктов, поэтому быстро выскальзываю из кольца сильных рук и беру его и иду на кухню. Всё же хорошо? Я всегда так делаю, он не должен понять. Я начинаю разгружать продукты. 

— Неплохо! Правда Тэ меня заколебал, пока бегал по разным компаниям. Видите ли открытие своего бизнеса - это тяжело! — за спиной слышатся шаги: он на кухне. 

Я уже поворачиваюсь в его сторону, чтобы ответить что -то в духе "Обычного Чимина", но вдруг понимаю, что Чонгук смотрит мне в глаза. Его монолог резко обрывается, улыбка исчезает и он тут же оказывается рядом:

— Чимин~а, что случилось? Ты плакал? — все старания идут насмарку. Я всё-таки спалился. 

— Что? О-о чём ты? Всё хорошо! — вновь непринуждённо улыбаюсь и пытаюсь отвернуться, делая вид, что не до конца разгрузил продукты, но Чонгук не верит и разворачивает меня обратно, обхватив ладонями моё лицо. Пытливый взгляд оглядывает меня, и я предпринимаю попытку вырваться. 

— Я же вижу. Зачем скрываешь? Тебя кто-то обидел? Скажи, и его фамилия добавится в список смертников. — эти слова хоть и шутка, но выглядит Чонгук достаточно серьёзно. 

"Чимин, не будь тряпкой"

Мне всё-таки удаётся вырваться. Ненавижу себя, когда Чонгук начинает за меня беспокоится, особенно, если дело касается проблем с моим организмом. Он всегда старается убедить, что всё наладится, но иногда эти слова кажутся желчью, разъедающую желудок и грудную клетку. 

— Ты ел пока с Тэхёном был? — я открываю дверцу холодильника, чтобы извлечь приготовленный мной обед. — Я сделал...

Но договорить не успеваю: дверца захлопывается перед носом. Чонгук стоит рядом и молча смотрит на меня, сейчас он выглядит как никогда уверенным. От такого мурашки бегут по всему телу, колени начинают трястись. Моя улыбка медленно сползает. Его уже не переубедить, он точно решил, что добьётся правды.

— Я не голоден. — спокойствие в голосе никак не унимает волнение. Господи, кого ты обманываешь? 

Это ещё одна причина, почему я стараюсь не нагружать его своими проблемами. Тогда он просто переключает всё внимание на меня и напрочь забывает о себе, плюёт на свои нужды и желания, старается всеми силами сделать так, чтобы мне не было грустно. Ему хочется сейчас есть, так всегда происходит под вечер: он вечно голодный. Для него и готовятся огромные порции еды. 

Отлично, Чонгук, раз ты решил настоять на своём, я сделаю то же самое: пока не поешь, ничего не узнаешь.

Я молча достаю тарелку и кладу большое количество курицы и картошки, да так, что свободного места не остаётся. Кажется, многовато, но для него в самый раз. Ставлю тарелку в микроволновку и спустя минуту - на стол. Чон всё ещё смотрит в упор, но видно его голодный взгляд. О боже, он как всегда! Я подавляю смешок и тыкаю пальцем на еду. Ну же, садись и ешь. 

Он понимает всё сразу, плюхается на стул и начинает быстро хомячить. Еда поступает в рот настолько быстро, что он и проглотить ничего толком не успевает, отчего уже через секунду щёки битком набиваются картошкой. Впервые даже не тратит время на разговоры, как всегда. Естественно в обратном случае он по шее получал, если начинал болтать с набитым ртом.

Я возвращаюсь к разгрузке продуктов, и когда пакет пустеет, принимаюсь мыть форму из под курицы. Посудина оказывается даже на половину не вымытой, когда рядом оказывается абсолютно пустая тарелка. Не понял, он половину еды в окно выбросил? Пяти минут кажется не прошло, а тарелка чистая. 

Чонгук стоит за спиной, и можно почувствовать всем телом напряжение, которое от него исходит. Ну, теперь мне не чем его отвлекать. Я неохотно выключаю воду, так и оставив форму недомытой. Чонгук берёт меня за руки, поглаживая большими пальцами ладони: успокаивает.

— Что случилось? — в голове вертится куча вариантов для отвода глаз, но..думаю, скрывать уже нет смысла.

— Я рассказал Хосоку, почему у меня нет запаха. — Всё. Одной фразы достаточно, чтобы Чонгук понял.

— Ох, Чимин... 

Я стремительно оказываюсь в кольце сильных рук. Чонгук медленно, осторожно поглаживает мою спину ладонями, и целует в макушку. Образ рассеивается, я утыкаюсь носом ему в плечо, начиная тихонько всхлипывать. 

— Ты опять себя накрутил, да? — кивок, — Ну что же ты так? — ответа он никогда не получит. 

Как бы сильно мои тараканы не съедали мысли, о них Чонгук не узнает. Не узнает, как я каждый день трясусь, гадая, почему же он со мной? Он не может почуять мой запах, и не мог при знакомстве. Зато я могу. Я знаю, что он источает приятные нотки цитруса, а что касается меня, то...когда-то это была клубника. Яркий, сочный, оседающий на языке, такой запах, который запоминался всем. Сейчас же это осталось далеко в прошлом, и я уже понемногу начинаю забывать, насколько сильным был аромат. Вместо него только слабое подобие: духи. 

Ещё до того, как я влюбился в Чона, узнал о бесплодии. В столь юном возрасте это казалось ударом для меня, хотя на тот момент мне не хотелось детей. Было много слёз, казалось, вся квартира вот-вот будет затоплена. Но стало хуже, когда я узнал своего истинного - Чонгука. Уже тогда мою голову медленно начинали заполонять эти тараканы. 

"Что ты ему дашь?"; "Ты бесплоден."; "У вас не может быть будущего." 

Отсутствие запаха единственный раз сыграло на руку, Чонгук не догадывался о нашей истинности, и я собирался сохранить этот секрет. Но планам не суждено было сбыться, Чонгук первый пришёл ко мне и признался в любви. Помню те эмоции, как сейчас: руки тряслись, сердце было готово выпрыгнуть из грудной клетки прямо к нему в руки, и слёзы. Опять слёзы. 

Но мои тараканы всегда оставались со мной, даже в тот момент. Поэтому я честно признался, что бесплоден, что бесполезен, что ничего дать ему не смогу, мне хотелось, чтобы он испугался и убежал, и одновременно сильно желал упасть в его объятия и оставаться там до самого конца. 

И он не ушёл. Действительно прижал к себе, сказал, что всё будет хорошо, что любит и не отпустит. Тогда я действительно впервые поверил. Поверил ему на слово.

Первый год мы действительно пытались, записались к врачу, тот дал мне таблетки для улучшения гормонального роста. Вроде как когда-нибудь здоровье должно прийти в норму, и на тот момент я был просто счастлив услышать эту новость. Поэтому принимал таблетки, как прописали. И вот идёт уже пятый год, а результатов по-прежнему нет.

— Чонгуки, ты меня любишь? — не знаю, зачем продолжаю постоянно спрашивать.

— Конечно люблю, ты же знаешь! — я всегда так нуждаюсь в этих словах, и он словно понимает. Этого достаточно, чтобы сомнения лишь немного рассеялись, потому как полностью они никогда не исчезнут. — Ты наверное устал. Пойдём наверх?

Он говорит тихо, почти шёпотом, будто боится кого-то разбудить в этом полупустом доме. Я киваю, но он чувствует, что мне не хочется размыкать объятия, поэтому спустя полсекунды меня поднимают, заставляя обхватить ногами торс. Чонгук бережно несёт меня на второй этаж, выключая по дороге свет в кухне и прихожей.

К сожалению, в спальне всё-таки приходится его отпустить, в уличной одежде ему никто спать не даст. Он осторожно кладёт меня, и я стремительно забираюсь под одело. Спустя несколько минут Чонгук уже лежит рядом в домашней одежде и гладит меня по голове, как бы говоря: "Я рядом". Он так редко говорит то, что чувствует, но всегда выражает через прикосновения.

Глаза у него уже слипаются, но он продолжает обнимать и смотреть, как на свои любимые печеньки. Опять плюёт на себя...спать ведь хочет, зачем пересиливает себя? Хочет показать, как сильно любит? В груди начинает щемить. На тратит свою жизнь? Зачем тебе я? Вокруг столько омег, которые могут дать тебе всё, могут сделать тебя счастливым. Они не такие неуклюже, как я. 

— Чонгук~а, ты же спать хочешь. Спи давай! — в ответ он, как упёртый баран, отрицательно мотает головой и при этом всё равно успевает потереть сонные глаза.

— Это тебе стоит поспать. — вновь не отвечаю. В какой-то степени я действительно хочется спать. Голова немного гудит, глаза зудят, мысли путаются, но уснуть всё равно не получится, даже если закрыть глаза. 

— Я сказал Хосоку, что не могу иметь детей, и ...послушай, ты никогда не задумывался об альтернативных вариантах?

— Ты об усыновлении? — он напрягается. Ну конечно, зачем я спрашиваю? Чонгук не хочет детей, которые будут не от него. — Чимин,... мы же договаривались не сдаваться, помнишь? — киваю, — Я хочу сказать, что... нет, конечно я не против усыновить ребёнка, но... — повисает тишина: он подбирает слова, — Послушай, неужели ты так просто опустишь руки? — он  принимает сидячее положение и заставляет меня сесть рядом, — Чимин~а, помнишь, что говорил тебе врач? Таблетки помогут, но не сразу. Не стоит так торопиться..

— Чонгук, мы ждём уже пять лет! — голос предательски дрогнул, но броню я по-прежнему держу. — Неужели, ты не думаешь, что это всё напрасно? Не думаешь... что пора бы остановиться? — от своих же слов чувствую, как сам ломаю свою стену спокойствия

— Пойми, мне уже не помочь! Я не... — бау! Стена рушится, распадаясь на мелкие кусочки, и первая слеза всё же скатывается по щеке, оставляя обжигающий след после. Молодец, Пак Чимин, ты опять рыдаешь. — Я... — Чонгук резко поддаётся вперёд, валя меня обратно на спину, оставляя моё предложение незаконченным. 

Теперь он сверху, его лицо в ничтожных сантиметрах от моего, ладони бережно стирают слезу. Наши взгляды сталкиваются, и на мгновение в его глазах виднеется отражение моей печали, и от этого хочется плакать больше.

— Прошу, не говори так! Нельзя сейчас просто так всё бросать. Ничего ещё не потеряно. Я уверен, мы на верном пути. У нас будут дети! Ты сможешь родить мне двух омег или альф, и я буду с ними постоянно гулять, а ты будешь нас встречать после школы с вкусным обедом, потом они вырастут, закончат школу, поступят в хороший университет, получат хорошую работу, у них будет семья, и мы будем самыми отличными дедушками. 

Поддавшись секундной эйфории я слабо улыбаюсь.

— Мы справимся.  

Его кубы касаются моих, обдавая тёплым дыханием. Сердце пропускает удар от того, сколько нежности в этом поцелуе. Со временем он становится чуть напористее, и мои ладони слабо обхватывают его лицо, я жажду большего. И Чонгук слышит безмолвную просьбу: прижимает сильнее к себе, сталкиваясь грудными клетками. Губы, слитые сначала в простом касании, приобретают жар, упругость, рождая страстный поцелуй. Желание захватывает в свои тиски сознание, хочется, чтобы этот момент не прекращался, длился вечно.

Дышать становится всё тяжелее, и, не выдержав, я отрываюсь от желанных губ, делая глубокий вдох. Чонгук тоже дышит через раз. Мы наслаждаемся близостью долго, уже кажется, что время замедлилось, кожа к коже, пока в один момент Чонгук не начинает медленно сползать вниз. Что он делает? 

Чон прячет голову под одеялом, и почти сразу его горячие губы касаются моего плоского живота, вызвав у меня единичный писк. Щекотно!

— Представь, что с каждым моим поцелуем в твоём животике появляются наши дети. 

Я чувствую первый поцелуй чуть выше пупка. Разум куда-то резко улетучивается, и на мгновение я опять позволяю себе окунуться в сказку, с каждым поцелуем становящуюся всё ярче. Жаль, что пустые надежды имеют временный эффект. И ужасно обидно, что он такой короткий. 

Мы с Чонгуком расстанемся когда-нибудь. Не сегодня, так завтра. Не завтра, так через месяц. И пусть я очень сильно боюсь этого, но это будет правильным решением. Я не хочу его терять, и если он покинет меня, я больше не смогу жить, как раньше. Единственное, что останется у меня - это воспоминания, поцелуи, объятия, слова любви. Я сохраню всё, спрячу в шкатулку и уберу под сердце. 

Где-то рядом лежит телефон с ворохом сообщений, и как только я нахожу его взглядом, сказка по щелчку рушится. 

— Всё хорошо, Чимин~и. — ещё один поцелуй. 

Да, действительно.

Пока что всё хорошо...