Тяжёлый выбор

— Ясь, ты вообще что-ли? всё рассказал, — утвердительно выпалила блондинка, — сказал, что брат двоюродный погиб у вас, вот ты и переживаешь. соболезнования мои прими...

Суворова хотела облегчённо выдохнуть, но поняла, что уместным это не было бы. конечно, Вова правильно сделал, что не рассказал правду, но такую историю придумать – просто сумасшествие. девушка сделала грустный взгляд и поблагодарила подружку, которая действительно верила в слова адидаса. верила и не подозревала, что творится за пределами их любовных интриг. впрочем, ввязываться в их отношения и что-то рассказывать о брате Яся не спешила, да и не хотела. считала, что это его дело и вся правда, которая рано или поздно всплывёт, будет на его совести, если она, конечно, у него присутствует.

скучные лекции в конце концов закончились и обе девушки поплелись домой. как и всегда, первой ушла Наташа, а Есении ещё предстояло пройти несколько домов. какое счастье поджидало ту у подъезда! Туркин сидел, щелкая семечки и явно ожидая приход сестры адидаса. он, увидев ее на горизонте, тут же вскочил подходя ближе. темноволосая даже не кинула на него взгляд, решив не акцентировать внимание на ненужных ей людях.

— Ясь, привет, — улыбнулся тот, — разговор есть. присядем?

девушка презрительно цокнула и прошла далее, кинув лишь:

— а мне с гопотой местной не о чем говорить.

универсамовский поняв, что Суворова останавливаться не собирается, схватил её за руку и заставил повернуться лицом к нему. будущая медсестра немного приподняла голову, чтобы видеть того, и серьезно на него уставилась, ожидая каких-то слов.

— с какой гопотой то? ты чё несёшь? — возмутился кудрявый, — головой что-ли ударилась?

молодой человек разозлился. тут девушка и увидела его настоящего. прежняя миловидность пропала. он уже не был так добр, когда зазывал ту потанцевать. сейчас он дал понять, почему имеет такое звучное погоняло. резкий и вспыльчивый, не готовый принимать то, что ему не нравится. он имел качества человека, которого стоило бы бояться. теперь Есения увидела, что давать ему слово уж точно не стоит.

— а ты с первого раза не слышал что-ли? — прыснула брюнетка и поспешила зайти в подъезд.

— а ты че думала, пососалась, медляк потанцевала и всё? я от тебя отстану? — кричал тот вслед, — адидас походу сестрёнку вообще от улицы подальше держал, раз такой сукой выросла!

злость кипела в жилах Суворовой. она просто не могла успокоить свой пыл. всё услышанное настолько сильно её задело, что аж дышать тяжело было. вот настоящее лицо этих группировщиков. чуть не по его и сразу крики, скандалы и оскорбления. в голове она уже в который раз себя ругала за то, что вообще связалась с этим человеком. не было бы танца – не было бы поцелуя, а значит и испорченного настроения сейчас тоже не было бы.

не успела девушка и зайти в квартиру, как в окно что-то прилетает. по всей видимости, это был снежный комок, раз стекло в целости и сохранности осталось. Яся быстро подбежала и распахнула окно, смотря на шкодника, который это сделал. никакого удивления не было, ведь это сделал Валера.

— псих! — крикнула та, пока парень уверенно уходил.

                             * * *

вечер. несколько минут назад девушка закончила с уборкой разнесенной квартиры, поэтому сейчас проводила время за чтением какого-то романа, где все было так сказочно-цветочно. в дверь позвонили и та сразу побежала открывать. казалось, что дом Суворовых стал проходным двором, каждый день кто-то заходит, так ещё и умудряются беспорядок навести. на пороге стояли родители, явно уставшие и злые. в голове начали проскакивать мысли, но Яся отгоняла их, решив сначала узнать, а потом переживать. к счастью, она додумалась сегодня убраться, ведь разгром поверг бы тех в ещё больший шок. Суворовы обнялись и, раздевшись, прошли на кухню. отец сразу же достал бутылку водки и рюмку, а после приказал сесть своей дочери.

— из милиции звонили, — начал тот, — говорят с обыском к тебе приходили. Марат кого-то зарезал.

молодая особа опустила взгляд в пол, тихо, но очень тяжело вздыхая. перед ней стоял выбор: сказать правду или соврать, держа этот груз на своей совести.