Том 1 Глава 45-46 - В опасности

Ей не нравилось, что её голос дрожал. Лиэне обхватила себя руками и сказала:

― Если вы хотите доказать свое мастерство, пожалуйста, покажите это по-другому, а не так. И тогда я с радостью буду ждать того момента, когда мы с лордом Тиваканом ляжем в одну кровать.

― ...А так неправильно?

― Да. Мне кажется, что вы просто смеётесь надо мной. Так я не смогу открыть вам сердце. Лишь то, что моё тело реагирует на прикосновения к нему, не означает, что я готова. Подготовка ума важнее, чем тела.

― Почему вы не готовы?

― Сейчас...

― ...Ох, нет. Я имел в виду, что вам не нужна причина, чтобы сказать мне «нет». Если вы говорите «нет», значит так и будет.

― ...

Блэк резко тряхнул головой один раз, словно пытаясь избавиться от оставшейся страсти.

― Я не собирался просить вас внезапно провести со мной ночь только потому, что принцесса слегка приоткрыла мне сердце. Это буквально означало просто спать в одной кровати. Как вчера. Мне понравилось быть рядом с вами.

― ...

Лиэне тоже. Ей это нравилось, поэтому её защитные границы продолжали рушиться. Узнав, что они были помолвлены в детстве, Лиэне даже подумала, не предназначены ли они друг другу судьбой. Поэтому она должна была отказаться.

― Похоже, что я немного потерял рассудок, думая об этом, но я не это имел в виду.

Блэк медленно поднял обе руки. Это означало, что он не будет её касаться.

― Идите спать, пожалуйста. Спокойно ночи.

― ...Да, лорд Тивакан.

Щёлк.

Лиэне быстро открыла дверь и почти побежала в свою спальню.

― ...Мне не нравится.

Лиэне не нравилась эта ложь. Она ненавидела себя за то, что приходилось ему лгать. Лиэне не хотела, чтобы он отступал от неё с таким видом, словно больше не прикоснётся к ней.

― Завтра... Всё будет хорошо.

«Завтра я узнаю о служке, а затем ― о старике. Или даже встречусь со старым нищим. Она сказала, что его забрал сэр Фермос. Значит он заперт где-то в замке. Тогда я смогу снова поговорить с ним. Этот мужчина не имеет права вмешиваться в это. А затем я узнаю правду...»

На этом её мысли обрывались. Она не знала. Что ей с ним делать. Что она может с ним сделать.

«...Думаю, я сейчас умру».

Ей казалось, что её сердце пылает. Лиэне, пошатываясь, подошла к кровати и рухнула.

Сначала ей нужно было поспать.

*****

Она не могла уснуть всю ночь и ворочалась с боку на бок. К тому времени, когда Лиэне заснула, уже начало светать.

― Ох... Уже утро?

Лиэне с трудом повернулась под одеялом, чувствуя себя тяжелее, чем обычно.

― Почему такая слабость в теле?.. Кажется, меня знобит.

Лиэне почувствовала, что немного вспотела. Она зарылась под одеяло, гадая, не поднялась ли у неё температура.

― !..

Принцесса всё поняла, почувствовав, как что-то горячее потекло между ног.

― Менструация!..

Она началась на несколько дней раньше, чем должна была.

― Почему?

Лиэне откинула одеяло и встала. Но на простыне уже были круглые красные пятна крови.

― Я должна поскорее убрать это...

В тот момент, когда она собиралась снять простыню, раздался стук.

Тук-тук.

― Вы уже встали?

Это был Блэк. Лиэне побледнела.

«Почему именно этим утром?»

Самое главное было спрятать это пятна крови. Лиэне расстелила простынь и снова легла в кровать. И натянула одеяло, чтобы скрыть пятна крови.

― Что...случилось?

― Я решил разбудить вас, потому что подумал, что вы проспали.

«Вот как? Неужели я проспала? Нет, даже если так, зачем он меня будит?»

― Мне...немного нехорошо. Я скоро встану.

― Вы плохо себя чувствуете?.. Я вхожу.

― Нет, не делайте этого!..

Она опоздала. Блэк уже открыл дверь и зашёл. Лиэне сжала одеяло, которое натянула до подбородка.

― Что именно вас беспокоит?

― Просто... Ничего особенного. Пожалуйста, уходите.

― У вас плохой цвет лица.

Блэк медленно подошёл к кровати. Не зная о том, что творится в её душе, он потрогал своей большой ладонью её лоб.

― У вас жар.

― Нет... Всё хорошо.

― Что значит «всё хорошо»? На вас лица нет.

Чем больше он это делал, тем бледнее становилось лицо Лиэне. Она укрылась одеялом с головой.

― Хватит, уходите. Я сама о себе позабочусь.

― Я знаю, что вы этого не сделаете. Пожалуйста, уберите ненадолго одеяло.

Рука Блэка дотянулась до одеяла, которое Лиэне отчаянно натягивала.

― Не трогайте! ― она невольно резко ему ответила.

Блэк перестал дёргать рукой. Его лицо медленно затвердело. Словно гладь озера покрылась тонкой коркой льда на рассвете.

― Вы злитесь? Из-за вчерашнего.

― Н-нет... Просто уходите. Быстрее.

― Я не могу. Мне нужно знать, почему принцесса сердится.

― Я не злюсь. Просто немного... Пожалуйста, быстрее...

Блэк спросил, сжав запястье Лиэне, которая изо всех сил вцепилась в одеяло.

― Всё ещё хотите сказать, что не злитесь?

Блэку, который не знал о том, что там под одеялом, казалось, что эта ситуация возникла из-за того, что он коснулся её обнажённой кожи. Лиэне начала сходить с ума, потому что одеяло, которое скрывало её тайну, в любой момент могли с неё снять.

― Н-не делайте этого, уходите!

― Почему люди меняются за один день?

Блэк попытался стянуть одеяло, закрывавшее её лицо.

― Нет!

В спешке Лиэне безрассудно толкнул Блэка.

Бам!

Удар был совсем слабый, но этого хватило, чтобы оттолкнуть Блэка. Проблема была в том, что одеяло в этот момент соскользнуло от движения.

― ...Что это такое?

― !..

Красные пятна крови на простыне и ночной сорочке в этот момент казались больше, чем были на самом деле. В голове Лиэне опустело, и она даже не смогла придумать оправдание.

― Не смотрите!.. ― закричала Лиэне и попыталась оттолкнуть Блэка.

Он схватил её за руку.

― Не двигайтесь. Это опасно.

― ...

Блэк заставил Лиэне лечь в постель. Она не могла понять, почему он это делает. Лиэне посмотрела на Блэка. На его лбу выступил пот.

― Я позову врача. Подождите немного.

― ?..

― Оставайтесь в таком положении. Не шевелитесь.

Сказав это, Блэк быстро вышел из спальни. Только когда смущение улеглось, Лиэне догадалось, что он что-то неправильно понял.

*****

― В-вам не стоит так сильно беспокоиться. На ранних сроках беременности иногда наблюдается кровотечение. Конечно, это очень опасно, когда малыш подрастёт, и появится живот, но, принцесса... Кхм, какой у вас срок?

В Наукэ было всего два доктора. Один в основном работал с аристократами, которые могли себе позволить дорогостоящее лечение, а другой заботился о бедных, которое не могли заплатить. Однако у этих двоих было кое-что общее: они были очень заняты из-за того, что у них было много пациентов. И оба были в её спальне этим утром.

«Чтобы лечить меня, которая на самом деле не больна. ...Это и правда безумие».

Лиэне с трудом сдержала тяжёлый вздох, который почти сорвался с её губ. Позади врачей стоял Блэк. На его лице было написано, что он вцепится докторам в глотки, если они сболтнут какую-нибудь чушь, а взгляд Фермоса, который стоял рядом с ним, говорил, что он его остановит, прежде чем это случится.

― Это... ― Лиэне, которая ничего не знала о беременности, смущенно покачала головой.

― Месяц, ― ответил за неё Блэк.

― М-месяц? ― спросил доктор.

― Сегодня ровно двадцать восемь дней, ― ответил Блэк.

― ...

«Откуда взялось число двадцать восемь?»

Лиэне отчаянно покачала головой.

«Почему двадцать восемь?.. А, поняла».

Двадцать восемь дней назад тиваканские наёмники прибыли к стенам Наукэ. В тот же день Лиэне получила предложение, а на следующий день из-за отказа началась битва.

«Этот мужчина... Он действительно пытается сделать этого ребёнка своим. Ребёнка, которого даже не существовало».

― Двадцать восемь дней назад замок был бы окружен... А? ― доктор, который вычислял дату, считая на пальцах, широко раскрыл глаза. ― Т-тогда этот ребёнок?..

Затем он встретился взглядом с глазами Блэка и сразу же закрыл рот. Голубые глаза были настолько светлыми, что, глядя в них доктор сразу же ощутил тревогу.

― Это не твое дело. Всё, что вам нужно сделать, это позаботиться о моём ребёнке.

― А... Д-да... Я-я п-понял...

Доктор с побледневшим лицо вытер пот со лба. Второй, который молчал, сделал то же самое.

― У-у вас болит живот? Может быть, где-то тянет или может быть вы чувствуете режущую боль?..

― Нет... Немного болит, но не сказала бы, что сильно, ― она чувствовала тупую боль, но такое часто бывало в такие дни. ― Сейчас мне намного лучше, чем когда я проснулась.

Когда Лиэне произнесла последнее предложение, врачи переглянулись.

― Тогда, похоже, ничего страшного. Но в любом случае, кровотечение - это не хорошо, поэтому вам стоит поберечь себя какое-то время.

― Верно, если у вас часто будет идти кровь, то вы можете потерять ребёнка, поэтому, пожалуйста, постарайтесь как можно меньше двигаться. Долгие поездки, особенно верхом, опасны.

― ...Что? ― Лиэне нахмурилась, услышав неожиданные слова. ― Не двигаться? Вы хотите, чтобы я сидела весь день?

― Вам лучше лежать.

― Что вы...

Блэк встал между докторами и Лиэне.

― Я запомню. Нужно ли какое-нибудь лекарство в таких обстоятельствах?

― Да, есть лекарства, которые помогут в сохранении беременности. Сейчас мы его сделаем.

Врачи вразнобой поклонились и вышли. Блэк показал на них и сказал Фермосу:

― Следуй за ними. Убедись, что они правильно смешают лекарство. И узнай, не сболтнут ли они чего.

― ...А, такое возможно. Я вас понял.

Фермос безропотно последовал за врачами. Слова Блэка означали, что врачи могли быть тайно связаны с Кляйнфелтерами. Фермос, который считал, что Лиэне беременна от Лафита Кляйнфелтера, был достаточно мудр, чтобы не раскрывать своего отношения, хотя ему было всё равно, даже если принцесса потеряет своего ребёнка.

И ему даже было почти жалко врачей. Лиэне сейчас нездоровилось из-за беременности, но, если бы произошёл ещё один несчастный случай, многим людям придётся нелегко.

― Т-тогда я... Я заберу простыню, принцесса. Её следует постирать, ведь она запачкалась, ― сказала миссис Фламбад, к которой немного вернулся её первоначальный цвет лица.

Лиэне слегка оглянулась на Блэка и схватила няню за рукав.

― Давайте сделаем это вместе. Вам будет сложно одной.

― Н-нет. Что вы говорите...

― Ни за что, ― вмешался Блэк.

Миссис Фламбад была права. Блэк не думал, что Лиэне скажет подобное в такой ситуации, но она, похоже, считала иначе.

― Вам, вроде бы, сказали лежать.

«...Вот что значит быть связанной своей ложью».

Слова «досада» было недостаточно, чтобы описать её чувства. Сегодня у Лиэне было много работы. Конечно, она хотела помочь сменить простынь, но ещё ей надо было сходить в храм.

― Я сделаю это, если потребуется.

― Сейчас как раз то самое время. Просто лежите спокойно, пока не принесут лекарство.

― У меня много работы, лорд Тивакан.

― А ещё в вашем чреве ребёнок.

― ...

После этих слов Лиэне почувствовала, что сильнее увязает в этой ловушке. Миссис Фламбад, внимательно наблюдавшая за ними, убрала руку Лиэне со своего рукава.

― Я сделаю это сама, принцесса. Как вы сможете помочь мне со стиркой в такое время года? Отдыхайте.

― Миссис Фламбад, не говорите так.

― Я думаю, что принцессе не стоит этого делать... Да, сейчас вам стоит отдохнуть.

Миссис Фламбад моргнула и указала на Блэка через плечо. Это означало, что у него могут возникнуть подозрения, если Лиэне продолжит настаивать. Принцессе пришлось сдаться.

― Хорошо... Тогда идите.

― Я скоро вернусь, принцесса.

Миссис Фламбад поспешно схватила простынь и вышла из комнаты.

Том 1 Глава 46

Лиэне осталась наедине с Блэком в спальне, в странной атмосфере, от которой у неё перехватывало дыхание при каждом вдохе.

― ...Спасибо вам за вашу заботу. Теперь со мной всё в порядке, поэтому можете идти и заняться своими делами.

― Принцесса бы тоже так поступила на моем месте?

― ...

Блэк прочёл ответ на лице Лиэне.

― Ложитесь. Я буду рядом, наблюдать за вами.

Закончив говорить, Блэк взял стул у камина, поставил его у кровати и сел.

― ...

Лиэне села в кровати, теребя край одеяла. На самом деле, если бы она продолжила упорствовать, это бы вызвало подозрения.

«Я очень занятой человек, и мне есть о чем беспокоиться, помимо ребёнка в животе. И вы не имеете право так со мной поступать. Разве это нормально использовать беспокойство как предлог для наблюдения за людьми? Может быть, вы и помолвлены со мной, но я правительница этого места. Это я ношу корону».

Но Лиэне не могла этого сказать. Его беспокойство казалось настоящим.

«Этот мужчина... Он не сомневался. Ни разу».

Увидев окровавленную простынь, любой бы засомневался и подумал о менструации. Но Блэк решил, что проблема была вызвана беременностью. Это очень смутило Лиэне.

«Как он может быть таким? Я сомневаюсь каждую секунду ежедневно. Я не могу сосредоточиться даже на небольшом деле. Как этот мужчина это делает?»

― ...Вам трудно говорить со мной о ребёнке? ― резко спросил Блэк, наблюдая за тем, как мрачнеет Лиэне, вцепившаяся в одеяло.

― ...Что?

― Вы беспокоитесь, потому что я знаю, кто биологический отец ребёнка? Поэтому вы не сказали мне, что больны?

― Это... Иногда.

― В этом нет необходимости. Это мой ребёнок.

― ...

Это было подозрительно.

«Почему? Если бы ребёнок был у него, я бы каждый день в нём сомневалась».

― Мы оба знаем, что это не так. Поэтому вы не сможете, ― резко ответила она. ― Искренне...вы сделать это не сможете. Ведь вы человек.

― Я решил сделать это, и я пытаюсь.

― Разве изменится это, если приложить усилия?

«Это не так. Вы сказали, что вся ваше семья мертва. И вы забыли обо всём, потому что это случилось давно. Но вы помните о том, что мы были помолвлены в детстве. Так как вы можете забыть о смерти?»

― Никто не может быть таким великодушным... Я не могу в это поверить.

― Это не акт великодушия.

― Тогда что же?

― Я думаю, что так вы меня примете. Без обиды или ненависти.

― ...

― Что мне сделать, чтобы вы мне поверили?

Лиэне не могла поверить его словам. Потому что он говорил правильные вещи, словно взятые из книги. Никто в мире так бы не поступил. По крайней мере, не в том мире, в котором живёт она.

― Значит, вы сделаете всё?

― ...Если только так принцесса поверит мне.

Эти слова были настолько безрассудными, что Лиэне было сложно поверить, что их сказал Блэк. Он всегда был хищником. Ему незачем было быть таким безрассудным.

«Тогда почему он ведёт себя так слепо по отношению ко мне? Это не имеет смысла».

― Вместо этого принцесса должна мне что-нибудь предложить.

― Что именно?..

― Обещание. Решимость. Что угодно. И тогда я обязательно сделаю ребёнка в вашей утробе своим.

― ...

― Вы не можете?

― Сначала докажите мне, ― Лиэне наконец отпустила край одеяла и повернулась лицом к Блэку. ― Сделайте, что я попрошу.

― Чего вы хотите.

― Я слышала, что сэр Фермос забрал старика, который просил милостыню перед храмом. Я хочу встретиться с ним.

Прежде чем ответить, Блэк слегка нахмурился.

― Разве это имеет какое-то отношение к ребёнку?

― Да, имеет.

Это было очень важно.

― Я хочу послушать, что скажут другой человек о мужчине, который хочет стать отцом моему ребёнку.

― ...

Блэк наконец понял, почему Лиэне сказала, что не доверяет ему.

― Похоже, мысли принцессы снова вернулись в то состояние как до моего рассказа о правде, стоящей за нашей помолвкой. В то время, когда моя личность и намерения были под вопросом.

Лиэне не могла отрицать, что это так.

― Хорошо, я сделаю всё, что вы захотите. Взамен...

Губы Блэка были приоткрылись. Его показавшиеся белые зубы были подобны ножам, пронзающим её сердце.

― Принцесса не может нарушить обещание дважды.

Блэк пристально смотрел на Лиэне, пока она не кивнула.

*****

Она не могла лежать всё время.

Как и сказал Блэк, Лиэне держали в спальне, пока ей не принесли лекарство. Быстро проглотив микстуру, которую ей протянула миссис Фламбад, принцесса направилась в кабинет. Лекарство было горьким, поэтому Лиэне подумала, что ребёнок, будь он в её животе, наоборот бы испугался. Но Фермос сказал, что он тщательно проверил все ингредиенты для микстуры, и она была безопасной.

― Это должно быть где-то здесь.

Лиэне искала записи из королевского архива двадцатилетней давности.

― Двадцать один год назад мой отец был коронован. Значит этот мужчина пострадал, когда мой отец был королём.

Если речь шла о помолвке, то это должна была быть довольно известная семья. Лиэне просмотрела список всех домов, участвовавших в коронации.

― Она сказала, что первая буква, была похожа на «ф»...

Ни одна из тринадцати семей, приглашённых на коронацию, не подходила под эти условия. У неё начали болеть руки после поисков записей в толстых, покрытых пылью архивах.

― Значит слова о помолвке ― ложь?

Лиэне закусила губу, уставившись на буквы, которые не менялись, сколько на них не смотри.

― Нет, возможно, миссис Фламбад что-то неправильно поняла. Это должен быть кто-то из них.

Лиэне внимательно посмотрела на списки тринадцати семей. Шестеро из них были высокопоставленными аристократами Наукэ, которые подписали Ризберрийский договор. Из оставшихся три или разорились, или прервался род, а остальные четыре семьи покинули Наукэ одна за другой в течение двадцати лет.

― Никто не подходит по времени.

Все семьи, покинувшие Наукэ, не соответствовали тому, что сказал Блэк. Глядя на старые записи и глотая пыль уже долгое время, Лиэне почувствовала головокружение.

― Может временной отрезок неверный?

Если сказанное Блэком не было ложью, он мог иметь в виду не это время. Когда речь идёт о длительном периоде, то «двадцать лет» обычно это именно столько лет, а больше.

― Может быть, это случилось чуть больше двадцати лет назад.

Лиэне начала искать записи до коронации.

― ...Что это такое?

И обнаружила очень странный факт. До коронации, а конкретнее за период двадцать один-двадцать пять лет назад не осталось никаких записей.

― Как это произошло?

Мало того, что этот факт сам по себе был неслыханный, так в архивах остались следы от ножа, которым вырезали записи. Было странно, что кто-то прикоснулся к записям королевского архива, и именно к той информации, которая нужна была Лиэне.

― Неужели...

В конце концов, ей ничего не оставалось, как заподозрить одного человека.

― Сэр Фермос...

Он прятался в кабинете, куда ему никто не разрешал входить. Неизвестно, сколько раз до этого Фермос там уже побывал.

― Этот мужчина сказал ему это сделать?

Есть ли что-нибудь о Блэке среди исчезнувших записей за пять лет? Может быть, он думал, что она будет искать о нем информацию, поэтому избавился от неё заранее?

― Что ж, тогда... Я права, что подозреваю его.

Рука, которая лежала на месте пропавших страниц, задрожала.

― Этот мужчина странный.

Бах!

Лиэне отложила записи и встала. Она никак не могла найти здесь пропавшие записи.

― Мне придётся обыскать его комнату.

Если преступником был Фермос, то существовало два варианта ― он уничтожил записи или спрятал. Лиэне решила оставить результат на удачу. Если ей повезёт, то он их спрятал и ещё не уничтожил.

Лиэне поднялась. Напротив спальни миссис Фламбад была комната, которой она пользовалась в детстве. Фермос сказал, что теперь использует её как свой кабинет.

*****

Щёлк!

Дверь была не заперта. Но даже если бы она была закрыта, Лиэне была готова её выломать. Она не собиралась искать записи тайно. Королевские записи принадлежали королевской семье, и, конечно, посторонние люди не могли их унести или повредить. На этот раз Лиэне во что бы то ни стало собиралась обвинить его в преступлении.

Хотя ей было не по душе указывать на разницу в их статусе, но то, что сделал Фермос, было изменой и оскорблением королевской семьи.

― Эм?.. Принцесса? Что происходит?

Но она не знала, что Фермос будет в этой комнате в это время. Лиэне почти смутилась, но быстро вернула на свое лицо спокойное выражение и сказала:

― Я хочу кое-что спросить.

― Откуда вы знали, что я здесь?

― ...Это не важно.

― Эм... Кхм... Верно. Я просто немного удивился. Кстати, принцесса, разве вы не должны лежать? Господин не обрадуется, если увидит, как вы тут разгуливаете.

― Я спрошу вас прямо, ― Лиэне прервала бесполезный разговор. ― Что вы сделали с украденными королевскими записями?

― ...Что? ― Фермос широко раскрыл глаза и поднял монокль. ― Что я сделал?

― Я не собираюсь вести долгие беседы. Если они у вас, отдайте их мне. Это не избавит вас от наказания за преступление, но облегчит его.

― О чем вы говорите? Королевские записи? Что за записи, почему я, и когда я их принёс?

― ...Вы пытаетесь выйти сухим из воды?

― Это не так! Но зачем мне приносить к себе королевские записи? Я могу просто посмотреть и запомнить их.

Дёргающийся Фермос выглядел по-настоящему огорчённым. По выражению его лица было ясно, что он ничего не знает.

«...Но я всё ещё не уверена. Этот человек такой хитрый. Кто знает, возможно, он просто хорошо врёт».

― Потому что я хотела их посмотреть.

― А? Есть какие-то записи, которые принцесса не видела?

― ...

Этот вопрос лишил её дара речи.

― Это разумно, что вы меня подозреваете. Но клянусь богом войны, я никогда не прикасался к королевским записям.

Когда на лице Лиэне появилось выражение, говорящее, что она ему не верит, Фермос с безобидным видом протянул обе руки.

― Вы знаете, кто бог войны для тиваканцев?

― ...Нет.

― Лорд Тивакан.

― Вот как. Но почему...

― Клясться богом войны ― значит ставить на кон имя господина. В Тивакане никто не смеет небрежно произносить имя нашего господина.

― ...

Невозможно было не поверить, глядя на лицо Фермоса, когда он говорил это ― оно было полно уверенности и гордости. Даже наёмники, которые используют войну как средство зарабатывания денег, нет, именно потому, что они такие наёмники, они отчаянно нуждались в вере. Потому что именно она была единственным, что делало их жизни, состоящие из смерти и денег, похожими на человеческие. Для тиваканцев это был Блэк.

― ...Тогда я больше не буду подозревать вас. Надеюсь, что вы сказали правду. Ради имени вашего главы.

― Я бы никогда не осквернил имя нашего господина. Такие люди не заслуживают называться тиваканцами.

«...Да, я знаю, что это так».

Лиэне подавила вздох.

«Тогда кто это сделал?»

― Вы собираетесь найти преступника? ― спросил Фермос с обеспокоенным лицом.

― Да.

― Тогда я помогу вам. Принцесса дала мне ключ к разгадке личности преступника, убившего первосвященника, поэтому у меня появилось немного свободного времени.

― Вы сделаете это для меня?

― Да, но есть одно условие.

«...Что господин, что подчинённый».

Каждый пытался что-то получить взамен. Лиэне не могла поверить, что они одинаковые.

― И какое же?

― Вернитесь в свою спальню. И лежите спокойно. Господин сказал, что вы хотите видеть старика, который знал о местонахождении служки, верно? Я попросил привезти его в замок, и как только он прибудет я пришлю вам сообщение. А до тех пор отдыхайте.

Вот что он хотел получить. И эти условия полезнее для Лиэне, которая должна была отдавать, чем для тех, кто должен был получить.

― Это не так уж сложно.

― Это не ради принцессы, а ради господина. Если вы хотите, чтобы я вам помог, вы должны это сделать. Если с принцессой что-то случится... Ох, даже думать об этом боюсь. Пожалуйста, имейте в виду, что последствия в любом случае будут очень плохими.

― ...

То, что сказал Фермос, задело Лиэне за живое.

«Ради этого мужчины, да? Если верить его словам, то этот мужчина очень заботится обо мне. Но почему он это делает?»

― Я постараюсь.

― Нет, так не пойдёт. Вы должны спокойно лежать.

― Тогда пообещайте мне. Что вы обязательно найдёте преступника. Настоящего преступника. Поклянитесь богом войны.

Фермос мог бы привести ей фальшивого преступника ради своего господина. Этот момент нельзя было исключить.

Фермос с готовностью поднял руку и дал клятву.

― Если это единственный способ заставить вас лечь, то я готов.

― ...Спасибо.

Теперь она запуталась ещё сильнее. Могут ли люди с иными целями вести себя подобным образом?

― Возвращайтесь, пожалуйста, к себе. Я начну, когда принцесса вернётся в свою спальню. Вы приняли все лекарства?

В конце концов Лиэне вернулась в спальню в сопровождении Фермоса. Он даже оставил наёмника, чтобы тот следил за дверью в комнату принцессы.