"Спасибо, Бак".

Эпилог.

- Мама, можно мы с сестрой потренируемся вместе с дядей Рю? 

- Конечно. Только не задерживайтесь там допоздна, чтобы мне не пришлось искать вас по всему храму, как в прошлый раз.

 Но последующие слова едва ли долетели до ушей нетерпеливого юнца. Взяв сестру за руку, они уже во всю прыть мчались к любимому дяде, что так любезно предложил обучать их айкидо. Мысль о том, что в стенах храма можно заниматься чем-то кроме науки, была для детей на грани фантастики. Но когда им исполнилось по 7 лет, Рю предложил развивать не только их интеллектуальные навыки, но и физические данные. Дети сразу же согласились, и всё свободное от учёбы время они стали посвящать тренировкам.

   В то время как младший брат занимался физической подготовкой юных отроков, г-н Кииоши проводил им лекции на темы анатомии, основы безопасной жизнедеятельности,  математики, родного языка и правописания. Занятия проводятся 5 дней в неделю, с распределением по 2-3 урока в день. Несмотря на периодическую монотонность речь и не интересность предмета, дети занимались усердно и качественно готовились к каждому уроку. Они старались выявить в себе интерес к изучаемой дисциплине, чтобы не расстраивать любимого дядю Кио.

   Касуми была бесконечно благодарна своим духовным братьям. Она наконец осознала и прочувствовала, что по истине обрела семью... заботливую, любящую и настоящую.

   Рано утром, Аяно будила Казуко и они вместе шли умываться. На кухне всем всегда руководила сестра, поэтому Казу тихо проходил к столу и садился на ковёр. Находясь на своей территории, сестра превращалась в другого человека. Она становилась сосредоточенной и вдохновлённой. Вместо обычных блинчиков она выпекала лепёшки в форме кошачьей головы, или кораблика. А заваривая чай, всегда добавляла сушёные листья сакуры, добавляющие в аромат щепотку осенней свежести.

  По вечерам, когда дети возвращались с занятий, Касуми вместе с ними отправлялась к открытой поляне за стеной храма. С этого места было хорошо видно меховые вершины елей, статичные синие реки и необъятные кучевые облака. Пока дети резвились на воздухе и катались в траве, Касуми подходила к самому краю обрыва и подолгу стояла, вслушиваясь в дуновения ветра, и далёкие перезвоны птиц.      Иногда, она снимала повязку с глаз, устремляя свой взор в определённый участок леса. На поляну, которой ещё несколько лет назад не было и в помине. А за ней, в нескольких километрах, виднелся обветшалый деревянный крест, вытаскивающий  из глубин сознания самые страшные воспоминания. Кровь стыла в жилах, а по щекам начинали течь слёзы.

   И лишь одному была известна причина тех слёз. Только он имел представление о той боли, что терзала Кас изнутри. Он был свидетелем всех событий, произошедших с той девочкой, что была проклята божьей сестрой. Он был с ней с начала, и до самого конца. Его мало кто замечал, но он помнит каждый образ. Никто его не слышал, но он слушал каждый разговор. И он до сих пор верен той, что любила его.

  - Дети, пора домой!

Три силуэта шли в закатном отблеске, пока их тени не скрылись за воротами храма. А он так и остался ждать. Сидя под деревом, он охранял их сны. И неважно, что они никогда больше не встретятся, он не скажет больше о своей любви, ... он просто продолжит сидеть, и сторожить их сны, а она, смотря их, будет вспоминать о нём.

,, Спасибо... "