Глава 12: "Урал"

Тусклый свет керосиновой лампы в комнате отбрасывал гигантские, пляшущие тени. Карта баррикад Ильина была разложена снова. Андрей, Миша, Витя, Ника и Аня сидели вокруг стола, лица напряжены, усталость боролась с адреналином предстоящего штурма.– Итак, восточный прорыв, – хрипло начал Андрей, тыча пальцем в завал из машин и мешков на карте. – Курапов с Алисой и Кириллом – с нами. Троицкий… завтра узнаем. Но таран… Вот тут засада. Ни «Патриот», ни «Буханка» – Андрей кивнул в сторону двора станции, где стояли их верные, но израненные машины, – не пробьют эту хреновину. «Буханка» – легковес, багажник обрезан, рама слабая. «Патриот» крепче, но не танк. Уперся бы и застрял под пулями.Миша мрачно кивнул, потирая подбородок:– Нужен монстр. Что-то тяжелое, бронированное, с дурищей. Как тот… помнишь, Андрюха? Ульяновский бронивик? Вот это была машина! Лобовое бронестекло, капот как танковая башня, рама – рельса…Витя сжал кулаки, горечь прозвучала в его голосе:– Помню. Угробили… Чтоб его… Из-за той твари за городом. Он как черт из табакерки! – он махнул рукой, – вылетели в кювет, перевернулись. Чудом вылезли… Машина – в хлам. А провиант… – Он не договорил, но все поняли – тогда они вернулись почти с пустыми руками. Тишина повисла тяжелым покрывалом. Воспоминание о потере мощной машины и гибели людей было свежим и болезненным.– Значит, нужен другой монстр, – тихо сказала Аня. Ее рука невольно легла на руку Вити. Он вздрогнул, но не отдернул.Миша вдруг хлопнул себя по лбу.– База МЧС! На самой южной окраине, за МКАДом, в Чертаново! Там, помню, до взрыва их база была. У них должны были быть «Уралы» для эвакуации, с усиленными бамперами, лебедками. Надежные звери. Если хоть один уцелел…Надежда мелькнула в глазах. Но проблема была во времени.– Завтра утром – к Троицкому, – напомнил Андрей. – На поиски сейчас – ночь. А ехать далеко. Обратно – еще дольше. Не успеем.Витя посмотрел на Аню, потом на карту, мысленно прикидывая расстояние. Потом твердо сказал:– Мы с Аней поедем. Сейчас. На «Патриоте». Быстро туда, быстро обратно. Если найдем – вернемся к утру, как раз перед визитом к Троицкому. Если нет… – он пожал плечами, – значит, будем искать другой вариант или гнать «Патриот» на таран. Авось пронесет.Андрей хотел возражать – ночь, неизвестность, риск… Но взглянул на решительное лицо Вити и спокойную уверенность Ани, кивнул.– Ладно. Но осторожно. Чертовски осторожно. Полный боекомплект, рации на связи каждые полчаса. Если что – сразу назад. Без геройств.– Без геройств, – подтвердил Витя. Аня тихо кивнула.

Патриот ехал по дороге  в районе Чертаново далеко за полночь. Лунный свет, пробивавшийся сквозь вечные тучи, слабо освещал огромную, заброшенную территорию. Разбитые ворота. Полуразрушенные ангары. Ржавые скелеты пожарных машин. Запах тлена и старого металла.– Тут как в фильме ужасов… – прошептала Аня, прижимаясь к Вите. Они вышли из машины, оставив ее в тени уцелевшей стены. В руках – фонари, автоматы наготове.– Разделимся, – решил Витя, стараясь говорить спокойно, хотя каждый шорох заставлял его вздрагивать. – Я – вон к тому большому ангару. Ты – проверь те боксы вдоль забора. Кричи, если что. Рация на связи.Аня кивнула, ее лицо в свете фонаря было сосредоточенным. Она двинулась вдоль ряда небольших гаражей-боксов, методично освещая фонарем темные проемы. Пустота, хлам, разбитые инструменты.Витя подошел к огромному, потемневшему от времени ангару. Двери были частично сорваны. Он заглянул внутрь, водил лучом фонаря. Тени плясали. И вдруг… в дальнем углу луч выхватил из мрака массивные колеса, высокий кузов, знакомый силуэт. Урал, С желтыми полосами МЧС на боку, с мощным металлическим бампером-кенгурятником спереди.– Аня! Нашел! – Витя не сдержал восторженного шепота в рацию. – В ангаре! Целый! Сейчас проверю…Он шагнул внутрь ангара, направляясь к Уралу. И в этот момент он услышал их. Высокий, пронзительный, леденящий душу визг. Как скрежет металла по стеклу, умноженный в десятки раз. И тени. Большие, быстрые тени, заслонившие лунный свет в проеме ангара.Витя резко обернулся, поднимая автомат. На фоне светлого прямоугольника ворот сидели три… существа. Размером с человека, но с кожистыми, перепончатыми крыльями, как у гигантских летучих мышей. Тела – тощие, костлявые, покрытые редкой щетиной. Морды вытянутые, пасти полны игловидных зубов. А глаза… большие, полностью черные, бездонные, отражающие луч фонаря с жутким блеском. Скримеры. Летучие твари, охотящиеся по ночам на звук и движение. Один из них издал новый визг и ринулся вниз, прямо на Витина!Витя вжался в тень Урала, открыв огонь короткой очередью. Пули чиркнули по крылу, тварь завизжала еще громче, кувыркнулась в воздухе, но не упала. Двое других, подхваченные визгом сородича, устремились в атаку.– Аня! Твари! В ангаре! – закричал Витя в рацию, отпрыгивая за колесо Урала, пока свинцовый град пуль отвлекал скримеров. – К машине! Быстро!Аня услышала выстрелы и крик Вити в рацию. Сердце упало. Она бросилась бежать обратно к ангару, забыв про осторожность. Ее фонарь выхватывал из темноты груды мусора, разбитые машины. Она была в двадцати метрах от входа в ангар, когда оно выпорхнуло из-за разбитой цистерны. Еще один Скример. Меньше тех, что в ангаре, но не менее страшный. Он пикировал на нее беззвучно, как призрак, только в последний момент издав свой леденящий визг.Аня вскрикнула, инстинктивно упала на спину, вскидывая автомат. Она успела нажать на спуск, но очередь ушла в небо. Тварь, промахнувшись, пронеслась над ней, задев крылом, и резко развернулась для нового захода. Ее черные глаза сверлили Аню, пасть разелась, обнажая ряды игл.Аня откатилась за груду кирпичей, пытаясь перезарядить автомат дрожащими руками. Сердце бешено колотилось, в ушах звенело. Она знала – второй заход будет смертельным. Она видела, как тварь сжимается в воздухе для броска…Грохот дизеля заглушил визг твари. Из темноты ангара, снося на своем пути полусгнившие ворота, вырвался Урал. Его мощные фазы ослепили пикирующего Скримера. Металлический бампер-кенгурятник с хрустом ударил тварь в брюхо, отшвырнув ее, как тряпку, в стену цистерны с глухим стуком. Тварь затихла. Пассажирская дверь Урала с скрежетом распахнулась.– Аня! Быстро внутрь! – ревел Витя за рулем, его лицо в свете приборки было искажено адреналином и яркостью. Аня вскочила, не помня себя от страха и облегчения, и прыгнула в кабину. Дверь захлопнулась.– Держись! – Витя втопил педаль газа в пол. Урал, рыча могучим мотором, рванул вперед, сминая остатки ворот и выезжая на открытое пространство базы.

Три оставшихся Скримера, обезумевшие от визга сородича и грохота мотора, ринулись в погоню. Они носились вокруг тяжелого Урала, как злые осы, пытаясь залететь в кабину через лобовое стекло или вцепиться в борт. Их визг резал уши даже сквозь грохот двигателя и лязг металла.– Бляяядь! – орал Витя, крутя баранку, уворачиваясь от пикирующих тварей. Урал кренился на поворотах, сбивая Скримеров с курса своей массой, но не мог оторваться. Один из них вцепился когтями в кузов пытаясь ужержаться. Аня, пристегнутая ремнем, схватила свой Автомат. Она опустила стекло, высунулась по пояс и открыла огонь по твари на кузове. Короткие очереди. Тварь взвизгнула, сорвалась и отстала, хромая на перебитое крыло.Двое других не отставали. Один ударил когтями по лобовому стеклу, оставив глубокие царапины. Второй пытался залететь в открытое окно Ани!Витя резко дернул руль влево, потом вправо. Урал вильнул, как пьяный. Тварь, летевшая в окно, врезалась в стойку и с визгом отлетела. Витя увидел въезд на полуразрушенную эстакаду – единственный путь с базы на старую трассу.– Аня, сядь! – заорал он. Урал взревел, набирая скорость, и въехал на наклонный пандус. Скримеры не отставали. На вершине эстакады Витя резко дернул ручник, одновременно выжимая сцепление и давая газ. Урал развернуло почти на 180 градусов – полицейский разворот на многотонном грузовике! Грузовик встал поперек узкой эстакады.Двое Скримеров, летевшие следом, не успели среагировать. Первый с глухим стуком врезался в массивный борт Урала и рухнул вниз. Второй, пытаясь увернуться, зацепился крылом за ограждение эстакады, сломал его и с визгом упал следом.Тишина. Только тяжелое дыхание Вити и Ани да ровный гул дизеля Урала нарушали ночной покой. Пыль медленно оседала.Витя выключил двигатель. В салоне воцарилась гробовая тишина, контрастирующая с недавним адом. Он обернулся к Ане. Она сидела, прижавшись спиной к двери, широко раскрытыми глазами глядя на него. Лицо ее было белым как мел, руки все еще сжимали автомат.– Ты цела? – прохрипел Витя, сам едва переводя дыхание. Его руки дрожали на руле.Аня кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Потом ее взгляд упал на его правую руку, лежавшую на рычаге КПП. Над костяшками – глубокая царапина, сочившаяся кровью. Видимо, от осколков стекла или удара когтя. На груди тоже виделась глубокая рана. – Ты ранен, – прошептала она.Витя посмотрел на царапину, как впервые ее заметив.– Фигня. Поцарапало…Не думая, повинуясь порыву, который сильнее страха и усталости, Аня потянулась к его руке. Ее пальцы осторожно коснулись его окровавленных костяшек. Потом она подняла взгляд на его лицо. Их глаза встретились. В темноте кабины, освещенной только приборной панелью, было видно только их силуэты и отблески в глазах. Прошло несколько томительных секунд. Адреналин боя, страх за другого, невероятное облегчение от спасения – все это смешалось в один неконтролируемый вихрь. Витя не помнил, кто сделал первый шаг. Казалось, они двинулись навстречу друг другу одновременно.Их губы встретились. Неловко, поначалу неуверенно, натыкаясь на щеку, потом нашедшие друг друга. Это был не страстный поцелуй, а дрожащий, полный невысказанных страхов, боли и вдруг прорвавшейся нежности. Поцелуй выживших. Поцелуй благодарности и чего-то большего, что давно зрело между ними.Они оторвались, запыхавшись. Витя смущенно отвел взгляд, чувствуя, как горит лицо. Аня прижала пальцы к своим губам, на которых осталось пятнышко его крови. В салоне запахло пылью, соляркой, потом и… чем-то новым, теплым.– Эээ… – Витя крякнул, пытаясь вернуть реальность. – Надо ехать. Пока другие твари не прилетели. И… и Андрей волнуется.Аня кивнула, смущенно улыбаясь в темноте.– Поехали. И… спасибо, Витя. За все.Витя завел Урал. Рык дизеля нарушил тишину, но теперь он звучал не как угроза, а как победный рев. Он осторожно развернул махину на эстакаде и направил ее в сторону дома. Кровавая царапина на руле болела, но Витя улыбался. Рядом сидела Аня. И в кузове грохотал их шанс на прорыв – стальной таран, найденный в аду. Рассвет встречал их на подъезде к «Южной». Они успели.