Глава 5.

Звякнул замок номера, и двойные двери распахнулись. У меня перехватило дыхание. Никогда в жизни я не останавливалась в люксе, не говоря уже о таком уровне роскоши. Я только теперь поняла мечты Ами на медовый месяц и постаралась абстрагироваться от чувства благодарности за то, что ей пришлось вернуться в Сент-Пол в страданиях. И ради того, чтобы я могла быть здесь. Но это тяжелое для нее решение для меня обернулось очень хорошим поворотом дел.Я еще раз посмотрела на Итана, который жестом пригласил меня войти. Перед нами расстелилась непонятно зачем такая большая гостиная с диваном, софой, двумя стульями и низким кофейным столиком из стекла на пушистом белом ковре. Стол был занят красивой фиолетовой орхидеей в плетеной корзинке, каким-то невероятно сложным пультом дистанционного управления, как будто от домохозяйки-киборга, а также ведерком с бутылкой шампанского и двумя бокалами-флейтами, на которых было выгравировано по одному слову: «Мистер» и «Миссис». Тут я встретилась взглядом с Итаном уже подольше, чувствуя, как на моем лице инстинктивно растягивается улыбка. Впрочем, Итан улыбался тоже.Слева от гостиной располагался небольшой обеденный уголок со столом, двумя медными подсвечниками и тики-барной[14] тележкой, уставленной всевозможными декоративными бокалами для коктейлей. Я мысленно проглотила около четырех «маргарит» и приготовилась получать кайф от предстоящей бесплатной выпивки.В дальнем конце номера был виден вход в удивительную комнатку. Приглядевшись, я поняла, что за комнату приняла огромный балкон. От этого балкона нас отделяла стеклянная стена с такими же стеклянными раздвижными дверьми, за которыми открывался вид на грохочущий прибой Мауи. Чувствуя, что от волнения не могу вдохнуть, я раздвинула двери и вышла на теплый январский ветерок. Температура здесь была приятная, совсем не как у нас в Миннесоте. Воистину сюрреалистические ощущения – я на Мауи, в номере своей мечты, в поездке по системе «Все включено». До этого я никогда не бывала ни на Гавайях, ни в других таких роскошных местах. Я начала даже пританцовывать, но поняла это только тогда, когда Итан тоже вышел на балкон и вылил огромное ведро воды на мою первую радость, если вы позволите мне такую метафору. Щурясь на волны и прочищая горло, он заметил:– Я видел места и получше.У него такой вид, будто он задумался.– Но вид просто потрясающий, – упрямо возразила я.Моргнув пару раз, он повернулся ко мне и язвительно ответил:– Потрясающий прямо как твоя склонность к постоянному перебору.– Я уже говорила тебе, что не умею врать. Я занервничала, когда она рассматривала удостоверение Ами, ясно?Итан лишь воздел руки в саркастическом жесте капитуляции. В такой ситуации я могла лишь демонстративно наморщиться и убежать от этого мистера Облома обратно в комнату. Сразу у входа в наш люкс, справа, была небольшая кухня, в которую я уже успела заглянуть по пути на балкон. После кухни коридор вел в небольшую ванную комнату, а сразу за ней была дверь в роскошную спальню. Я зашла туда и увидела, что там есть еще одна огромная ванная комната с гигантской ванной, в которой могли поместиться сразу двое. И вот я повернулась лицом к гигантской кровати, и мне захотелось снять с себя всю одежду и скользнуть в шелковистую…Тут я почувствовала, словно у меня в мозгу с визгом остановились шины.Но… но как? Как мы смогли зайти так далеко, не обсудив даже, кто и где будет спать?! Неужели мы оба могли серьезно полагать, что в номере для новобрачных будут две спальни? Без сомнения, шансы умереть на высоте «Только бы не делить с ним постель» были немалые, и было решительно непонятно, как определить, кому достанется единственная спальня. Конечно, у меня не возникало сомнений в том, что по праву она должна быть моей, но, зная Итана, я понимала, что он попытается захватить кровать. Но тогда я решила, что устрою ему маленькую войну за обеденным столом. Я вышла из спальни как раз в тот момент, когда Итан закрывал широкие двойные двери на балкон, и в этот миг мы оказались словно запечатанными в одной комнате в условиях неподготовленного сожительства. Не сговариваясь, мы повернулись к своим чемоданам.– Ух ты, – сказала я.– Да, – скромно согласился он.– Это действительно мило.Итан в ответ кашлянул. Где-то в глубине этого огромного номера гулко тикали часы, слишком громко в этой неловкой тишине.Тик-так-тик-так…– Так и есть, – проговорил он, почесывая затылок. – И, очевидно, ты как дама, должна занять спальню.Его предложение я приняла с удовольствием, но скрытый намек уколол меня. Я нахмурилась и упрямо наклонила голову:– Заметь, я получаю спальню не потому, что я женщина. Я получаю ее потому, что ее выиграла моя сестра.– Ну, если мы пойдем по этой скользкой дорожке, то это я должен получить спальню, потому что Ами воспользовалась особым статусом Дэйна в отеле Хилтон.– Но ведь именно она сумела все организовать таким образом, – возразила я. – Если бы организацией занимался Дэйн, они бы запланировали остановиться в «Даблтри» в Манкейто и, причем, на неделю.– Ты же понимаешь, что споришь со мной только ради спора? – ответил Итан. – Я уже сказал тебе, что ты можешь занять спальню.Я решительно уперла в него пальцем:– То, что ты сейчас делаешь, это разве не спор?Итан вздохнул так, словно я была самым раздражающим человеком на свете:– Возьми спальню. Я буду спать на диване.Он пристально посмотрел на кровать. Должно быть, он мысленно клал на весы шикарную постель и не менее основательный диван, на котором проведет эти десять ночей.– Со мной все будет в порядке, – наконец добавил он не без мученических ноток.– Ладно, если ты собираешься вести себя так, будто я тебе обязана, то мне этого не надо.Итан медленно вздохнул, а затем, подойдя к своему чемодану, поднял его и понес в спальню.– Подожди! – крикнула я. – Беру свои слова обратно. Мне действительно нужна спальня.Итан остановился, не оборачиваясь ко мне, и сказал, что он просто положит кое-какие вещи в ящики. Не жить же ему у своего чемодана в гостиной в течение десяти дней. Затем он все-таки обернулся и, посмотрев через плечо, поинтересовался:– Думаю, в этом нет ничего плохого?Он так резко перескакивал от полного великодушия до агрессии, что я совершенно запуталась в том, насколько он сволочь на самом деле.– Все в порядке, – заверила я и великодушно добавила: – Занимай столько места, сколько хочешь.В ответ я услышала лишь его удивленное фырканье, когда он исчез из виду.Суть крылась даже не в том, что мы не ладили друг с другом. Итогом наших коротких взаимоотношений было то, что взаимные отношения нам были совершенно не нужны! Надежда наполняла меня, и мне хотелось взмыть под потолок. Как же удачно, что мы можем передвигаться друг вокруг друга без необходимости взаимодействовать, можем делать все, что нам нравится! Это превращало поездку в отпуск мечты для каждого из нас.Я уже решила, что для меня этот кусочек рая будет включать в себя спа, зиплайн, подводное плавание и все виды приключений, которые я могу найти, включая приключения алкогольного сорта. Если образ идеального отпуска Итана это тягостные размышления, жалобы и раздраженные вздохи, он, конечно, может делать это где угодно, но я не должна этого терпеть.Я быстро проверила свою электронную почту и тут же увидела новое письмо от Гамильтона. Предложение о том… Да какая разница, о чем! Мне не нужно смотреть этот документ, чтобы решить, что я приму предложение. Они могли бы написать мне, что мой стол стоит на краю вулкана, и я бы с радостью согласилась за такие деньги. Достав свой айпад, я быстро подписала все файлы цифровой подписью и отправила их обратно.Чуть ли не трясясь от возбуждения, я достала список гостиничных мероприятий и приняла решение, что первым моим заказом будет праздничный скраб для лица и тела в спа-салоне. Разумеется, в одиночку. Я не думаю, что Итан такой уж баловень и ему это бы понравилось, но хуже всего было бы, если бы он снимал остывающий огурец с моих век и смотрел бы на меня сверху вниз, пока я лежу в халате.– Итан, – окликнула я его, – что ты делаешь сегодня днем?В ответной тишине я почувствовала легкую панику. Не подумал бы он о том, что я прошу его о компании.– Я спрашиваю не потому, что хочу повеситься, – быстро добавила я.Он снова где-то зашевелился, а когда наконец подал голос, тот прозвучал так, словно его хозяин действительно залез в шкаф. «И слава Богу», – услышала я глухой, но бодрый ответ.– Что ж. Я, наверное, пойду в спа-салон.– Делай что хочешь. Только не используй весь кредит на массаж, – добавил он.Я нахмурилась, понимая, как это бессмысленно. Ведь он меня в этот момент не видел.– Как ты думаешь, сколько раз меня будут тереть за один день?– Я бы предпочел не думать об этом.Я показала средний палец в его направлении, позвонила на ресепшен, чтобы узнать, есть ли в спа душ, которым я могу воспользоваться, взяла свою ключ-карту и оставила Итана с его угрюмым распаковыванием вещей.* * *Когда меня баловали почти три часа, полагая, что массируют Ами, мое чувство вины немного обострилось. Мое лицо приятно скрабировали, массировали и увлажняли. Потом мое тело, покрытое глиной, стали так энергично оттирать, что я даже покраснела, а в кожу впились тысячи иголок. Напоследок меня укрыли теплыми полотенцами из волокон эвкалипта.Я в своих мыслях обещала откладывать деньги с каждой зарплаты, чтобы отправить сестру в роскошный спа-салон там, дома. Тогда она не будет больше чувствовать себя «как только что оживший труп». Может быть, это будет и не Мауи, но я готова была отблагодарить ее в меру своих возможностей. Все, что мне нужно сделать на этой неделе, это не забыть давать чаевые персоналу, хотя этот совет Ами мне казался нелепым. Я не могла поверить, что подобный тип блаженного, трансцендентного спа-опыта для меня. Со своей удачей я точно подхвачу грибковую инфекцию от педикюра, как уже было в моем родном городе. Что уж говорить об ожоге воском зоны бикини, который я получила в спа-салоне в Дулуте в родной Миннесоте!Сейчас же, лежа под теплыми полотенцами, вялая, как медуза, и опьяневшая от притока эндорфинов, я смотрела на свою массажистку Келли.– Это было… удивительно. Если я когда-нибудь выиграю в лотерею, то перееду сюда и буду ходить к тебе на процедуры каждый день.Наверное, она слышала подобное каждый день, но все равно рассмеялась так, как будто я ей очень польстила.– Я рада, что тебе понравилось. Эта процедура – одно наслаждение.Наслаждение – это еще мягко сказано. Все было не просто замечательно, но и вдобавок в трех часах езды от Итана!Меня провели обратно в гостиную, где сказали, что я могу провести здесь столько времени, сколько захочу. Нырнув на плюшевый диван, я достала из кармана халата телефон. И совсем не удивилась, увидев сообщение от моей мамы: «Скажи своему папе, чтобы он принес нам туалетную бумагу и воду». А также от моей сестры: «Скажи маме, чтобы она шла домой». От Диего: «Наверное, это мне наказание за высмеивание ужасного качества отбеливателя волос у Натальи! Я бы сказал, что мне жаль, но мне доводилось видеть швабры с меньшим количеством секущихся концов». И от Джулс: «Ты не против, если я останусь у тебя, пока тебя не будет? Эта штука похожа на чуму, и мне, возможно, придется сжечь свою квартиру».Слишком усталая и измученная, чтобы справиться со всем этим сейчас, я взяла в руки любимый номер еженедельника «Мы[15]». Но даже сплетни о знаменитостях и самые последниее новости с шоу «Холостяк» не могли меня сейчас разбудить. Я чувствовала, как мои веки закрываются под тяжестью счастливой усталости.– Мисс Торрес?– Хм? – смогла лишь сонно пропеть я.– Мисс Торрес, это вы?Мои глаза распахнулись, и я чуть не опрокинула огуречную воду для тонизирования кожи лица, которая весьма неосмотрительно стояла у меня на коленях. Усевшись хорошо, я подняла глаза и увидела лишь… огромные белые усы. И тут же узнала эти усы. Впервые они попали в мое поле зрения на очень важном собеседовании. Я помню, как в то время подумала: «Вау, никак тайный близнец Сэма Эллиотта[16]?» Я за глаза прозвала так генерального директора «Биотехнологии Гамильтон»! Кто ж знал, что он появится здесь? Я подняла взгляд. Да, это был тот самый двойник Сэма Эллиотта, а именно Чарльз Гамильтон, начальник моего нового начальника. Гамильтон стоял прямо передо мной в Спа-Гранде на Мауи.«Подождите… Что?!»Но вместо этого наружу вырвалось:– Мистер Гамильтон! Привет!– Я так и думал, что это ты.Он выглядел более загорелым, чем несколько недель назад, когда я видела его в прошлый раз. Его седые волосы были немного длиннее, и он определенно не был тогда одет в пушистый белый халат и тапочки. Он протянул руки для объятий:– Ну, ладно, давайте обнимемся.Я встала, и он остановился, должно быть увидев выражение дискомфорта на моем лице. Вообще я обычно не обнимаюсь со своими начальниками, особенно когда я голая под халатом. Наверное, осознав, что, хоть он в отпуске, но я все же сотрудник его компании, он немного повернулся, и получилось неловкое боковое объятие из взаимного опасения, что халатики могут распахнуться.– Мир тесен, – сказал он, едва отстранившись от меня. – Подзаряжаешь батарейки перед началом нового трудового приключения в компании «Гамильтон»? Это именно то, что мне хотелось бы видеть. Ты не сможешь заботиться о других, если не позаботишься в первую очередь о себе.– Именно так! – ответила я. Мои нервы уже успели поспособствовать выбросу в кровь адреналина, наверное сразу целого ведра адреналина. Переход от полного дзэна к разговору с новым начальником бодрит потрясающе. На всякий случай я даже потуже завязала поясок на халате. – И хочу еще раз поблагодарить вас за предоставленную возможность. Я взволнована, что присоединюсь к вашей команде.Мистер Гамильтон отмахнулся:– Ой, не продолжай! Как только мы повстречались здесь, я сразу понял, что ты будешь в отличной форме. Твоя преданность Бутаке достойна похвалы. Я всегда говорю, что «Гамильтон» ничто без хороших людей, работающих там. Честность, порядочность и преданность – вот отличительные черты людей нашей команды.Я кивала. Мне определенно нравился мистер Гамильтон. У него была безупречная репутация в области биологических наук, и он был известен как невероятно увлеченный наукой и одновременно предельно практичный генеральный директор. Но я не могла не отметить, что эта линия его поведения почти точно копировала ту, которую он продемонстрировал мне, когда мы пожимали друг другу руки в конце собеседования. Теперь же, когда я в той или иной мере солгала примерно двадцати людям из персонала этого отеля, слышать такие слова здесь казалось мне скорее зловещим, чем вдохновляющим.Звуки быстрых шагов дробью простучали с другой стороны двери, и в комнату ворвалась запыхавшаяся Келли.– Миссис Томас! – выпалила она, отчего мой желудок неприятно сжался. Она же незамедлительно продолжила: – О, слава Богу, ты еще здесь. Ты оставила свое обручальное кольцо в процедурном кабинете.Она протянула руку и положила мне на ладонь простое кольцо. Не сдержись я в этот момент, я бы от паники пискнула, но мне удалось взять себя в руки и сказать ей тихие слова благодарности.– Миссис Томас? – озадаченно спросил Гамильтон, что явно смутило Келли.– Ты имеешь в виду Торрес? – уточнил он.– Нет… – моргнув пару раз и заглянув в планшет, ответила заботливая волшебница из спа-салона. – Это миссис Томас. Если только это не какая-то ошибка…Я понимала, что у меня сейчас только два выбора:1. Я могла бы признаться, что мне пришлось взять медовый месяц моей сестры, потому что она заболела, и я теперь притворяюсь, что замужем за парнем по имени Итан Томас, чтобы мы могли получить этот медовый месяц.2. Я могла бы соврать и сказать им, что только что вышла замуж и глупенькая еще не привыкла к своему новому имени.

В любом случае получалось, что я обманываю. Первый вариант оставлял меня ни с чем, только с моей честностью. А с вариантом два я не разочарую своего нового начальника, особенно учитывая, что половина моего собеседования была сосредоточена тогда на создании коллектива с «сильным моральным компасом» и людьми, которые «ставят честность и добропорядочность превыше всего». Со вторым вариантом у меня была уверенность, что я не закончу тем, что буду спать на пляже, голодная и без работы, имея только гигантский счет из спа-салона и отеля, которым и накроюсь в качестве одеяла. И все же это не казалось мне правильным выбором. Но тем не менее я произнесла:– О да. Совсем недавно я вышла замуж.Боже! Почему? Почему мой рот произносит это? Честно говоря, это был худший выбор. Потому что теперь, когда мы вернемся домой, мне придется притворяться, что я замужем, всякий раз при встречах с мистером Гамильтоном, а это может быть ежедневно. Ну, или можно признаться, что я развелась сразу же после фальшивой свадьбы.– Ого!Его улыбка стала такой широкой, что даже приподнялись седые усы. Массажистка почувствовала облегчение от того, что непонятный ей момент напряжения прошел, она с улыбкой извинилась и исчезла. Все еще сияя, мистер Гамильтон пожал мне руку.– Ну что ж, это замечательная новость. А где же была свадьба?По крайней мере здесь я могла быть честной:– В отеле «Хилтон» в центре Сент-Пола в Миннесоте.– Боже мой, – проговорил он, качая головой. – У тебя все только начинается… Мои поздравления.Он наклонился и хитро подмигнул:– А мы с моей Молли празднуем здесь нашу тридцатую годовщину. Представляешь, сколько мы уже прожили!От удивления я сделала круглые глаза. Мне и вправду было крайне удивительно, что этот седовласый человек женат уже столь долгий срок. Я пробормотала что-то о том, как это удивительно и волнующе, и добавила, что он, должно быть, такой счастливый. А потом он достал из рукава козырной туз:– Почему бы тебе с мужем не присоединиться к нам за ужином?Я и Итан, сидящие рядом за столом… Нам придется прикасаться друг к другу, улыбаться, притворяться, что мы любим друг друга. Я сумела подавить смешок.– О, мы не можем к вам навязываться. Да и вы здесь на отдыхе. Вместе, наверное, никогда толком и не бываете.– Ну почему же? Бываем, конечно! Мы здесь без детей, все время только вдвоем. Давай! Это наша последняя ночь, и, если честно, жена уже устала от меня, – уверенно заявил он и от души рассмеялся. – Когда приглашают, это не называется навязыванием.Если из той ситуации и был выход, то я просто не успела его найти. Наверное, лучшим выходом было стиснуть зубы и не разговаривать.Все еще улыбаясь и надеясь, что так я выгляжу гораздо менее испуганной, я сдалась. Мне нужна была эта работа, и я просто умирала от желания заслужить благосклонность мистера Гамильтона. Мне оставалось только попросить Итана об огромном одолжении. Я понимала, что буду тогда в таком большом долгу перед ним, что мне даже не хотелось и думать о возможных просьбах с его стороны.– Конечно, мистер Гамильтон. Нам с Итаном это понравится.Он протянул руку и ободряюще сжал мое плечо:– Зови меня Чарли.* * *Коридор перед моими глазами сплетался и удлинялся. Мне хотелось, чтобы эта история была просто иллюзией, чтобы до нашего номера действительно было пять миль. Но это было не так, и я возвратилась в свою комнату гораздо раньше, чем мне бы того хотелось. Причем возвратилась, так и не решив, чего хочу больше – того, чтобы Итан умотал до завтра на какое-нибудь захватывающее приключение, или того, чтобы он был здесь и не отказался от ужина с Гамильтонами.Едва войдя в номер, я увидела его сидящим на балконе. Почему он на Мауи зависает в гостиничном номере? Хотя, теперь, с учетом всех обстоятельств, мне это было только на руку. Мне уже инстинктивно начинала казаться хорошей черта быть домоседом.Он уже переоделся в шорты и футболку, и его босые ноги упирались в выступ балкона. Ветер развевал его темные волосы, и я представляла, как он осуждающе щурится сейчас на прибой, мысленно говоря волнам, что они могли бы разбиваться о берег повыразительнее.Когда я подошла ближе, то увидела, что он держит в руке коктейль в круглом бокале. Его обнаженные руки выглядели загорелыми и подтянутыми, а ноги смотрелись удивительно мускулистыми и длинными. Почему-то я ожидала, что в шортах и футболке он будет похож на стручковую фасоль с неуклюжими конечностями, вдобавок согнутыми под странным углом. Может быть, это потому, что он такой высокий? Или мне было проще утешать себя тем, что это он только на лицо красивый, а под одеждой окажется узловатым и неуклюжим? Честно говоря, он был так хорошо сложен физически, что это казалось мне немного несправедливым.Дверь на балкон я постаралась откатить так тихо, как только смогла, – он выглядел довольно расслабленным. Не знаю, о чем плохом он тогда думал, но я в тот момент была там не для того, чтобы его судить. По крайней мере, пока он не пообедает с моим боссом. А после этого можно расслабиться во всех смыслах. Я понимала, что мне нужно быть очаровательной, поэтому улыбалась.– Э-эй!Он повернулся, и его голубые глаза заметно сузились.– Оливия?Меня уже тошнило от этой дурацкой игры с именами!– Что ты задумал?– Просто наслаждаюсь видом.Вид действительно был милым.– Я не знала, что ты это умеешь.Он моргнул и снова посмотрел на воду.– Умею что?– Наслаждаться чем-то.Итан недоверчиво рассмеялся, и мне пришло в голову, что я могла бы немного дольше продолжать свою сладкоречивую игру.– Как прошел массаж? – спросил он.– Отлично.Я поискала другие слова, которые не звучали бы столь панически испуганно. Пресмыкаться не хотелось.– Супер расслабляющий.Он снова посмотрел на меня.– Вот как, по-твоему, должна выглядеть расслабленность… – произнес он. – Тогда у меня просто нет слов.Внезапно он присмотрелся ко мне и отметил:– Ты ведешь себя более странно, чем обычно.– Я никогда раньше не видела тебя в шортах, – призналась я.Его ноги, особенно мышцы, действительно представляли собой довольно интересное зрелище. Я быстро попыталась убрать нотку признательности из своего голоса.– Так ужасно? – удивился он и тут же добавил: – Но все же это не то же самое, что выставлять на всеобщее обозрение свое сверхглубокое декольте. Мне сказали, что шорты на острове по-прежнему в ходу.Я была почти уверена, что больше воспоминаний об этом платье подружки невесты не будет. Но сейчас речь шла о другом.– Сегодня приключилась забавная штука, – сказала я, придвигая к нему стул и усаживаясь. – Ты же знаешь, что в аэропорту мне предложили работу в компании Гамильтона?Итан кивнул уже со скучающим видом.– Угадай, кого я встретила здесь? – спросила я, пытаясь увлечь его жестами рук. – Самого мистера Гамильтона!Итан резко повернул голову в мою сторону, и я отчетливо увидела страх в его глазах. Видимо, наша анонимность была серьезно подорвана.– Здесь, на курорте?!– Я столкнулась с ним в спа-салоне, – уточнила я и зачем-то начала добавлять подробности: – Прямо в халате и я, и он. Он обнял меня. Это было так странно! Так или иначе, он пригласил нас сегодня на ужин с ним и его женой.Итан рассмеялся:– Я пас.Я сжала пальцы в кулаки, чтобы не дать ему пощечину. Ведь удар может оставить след, поэтому я снова разжала кулаки и села на ладони.– Массажистка назвала меня миссис Томас, причем перед мистером Гамильтоном, – я сделала паузу, чтобы оценить, понимает он или нет. А когда он не отреагировал, я добавила: – Ты понимаешь, о чем я говорю? Мой новый босс думает, что я вышла замуж.Итан моргнул и после раздумья ответил:– Ну, ты могла бы сказать ему, что мы просто притворяемся.– В присутствии персонала? Ни за что! К тому же, он просто помешан на честности и доверии. В тот момент мне показалось, что продолжать обманывать было лучшим вариантом, но теперь кажется, мы полностью сели в лужу. Он действительно думает, что я вышла замуж.– Он так думает, потому что ты сказала ему прямым текстом, что вышла замуж.– Заткнись и дай мне подумать.В размышлении я незаметно для себя даже начала грызть ноготь.– Все же может быть хорошо, правда? Ведь он ничего другого не знает. Допустим, после поездки оказалось, что ты абьюзер и поднял на меня руку, и я быстро аннулировала этот брак. Он никогда не узнает, что я его обманула. Потом, пораженная новой идей, я даже села:– Ой! Я могла бы сказать ему, что ты умер!Итану оставалось лишь безмолвно смотреть на меня.– Мы плавали с маской и трубкой, – развивала я свою мысль. – Но, к сожалению, ты так и не вернулся на яхту.Он молча моргал.– Что? – спросила я его. – Едва ли ты когда-нибудь увидишь его снова после сегодняшнего вечера. Тебе не нужно, чтобы он тебя любил. Или ты хочешь продолжить в его глазах… свое существование?– Похоже, ты уверена, что я все-таки приду на ужин.Я напустила на себя самое милое выражение лица, скрестила ноги, а потом снова раздвинула их, наклонилась вперед и улыбнулась, хлопая ресницами.– Пожалуйста, Итан. Я знаю, какая это огромная просьба.Он наклонил голову:– Кажется, тебе что-то попало в глаз?Мои плечи опустились, и я издала стон. Казалось нереальным, что я вообще это скажу:– Я откажусь от спальни, если ты придешь сегодня вечером и сыграешь свою роль.Он задумчиво пожевал губу:– Значит, нам придется притвориться, что мы женаты? Мол, так тепло и трогательно?Слова «тепло и трогательно» Итан выплевывал, как если бы говорил о чем-то мерзком.– Для меня это будет значить все.Кажется, я его поймала. Я придвинула свой стул чуть ближе.– Я обещаю, что буду лучшей фальшивой женой, какая у тебя когда-либо была.Он поднял свой стакан и допил его. Я же старалась не смотреть, как ходят мышцы на его шее и горле, когда он делал эти долгие, бесконечно долгие глотки.– Хорошо. Тогда я пойду.Я чуть не растаяла от облегчения.– Большое тебе спасибо, господи.– Но я получаю спальню, – напомнил он.

[14] -  Так называемые тики-бары (tiki bar) – это экзотически оформленные бары, специализирующиеся на приготовлении сложных коктейлей, особенно на основе рома.

[15] - Us Weekly – еженедельник о жизни знаменитостей.

[16] - Сэмюэл Пак Эллиотт – американский актер с характерными седыми усами.