Луч света ★

Палата встретила их тишиной.Ни запахов лекарств, ни мягкого света лампы — только пустая, холодная комната, где недавно всё будто кипело: слёзы, шёпоты, дыхание.

Венера молча собрал свои вещи. Пакет был лёгким — пара книг, плеер, одежда, и, конечно, та толстовка, которую ему когда-то подарил Земля. Она так и висела на спинке стула, будто ждала его. Всё. Земля стоял у двери, прислонившись плечом к косяку, будто не хотел лишний раз тревожить пространство. Иногда взгляд скользил к брату, но он ничего не говорил.

Когда они вышли из палаты, двери мягко щёлкнули за спиной. Это было не прощание. Это было — что-то закончилось.

---

У стойки регистрации пахло кофе и бумагой. Медсестра поздоровалась вежливо, почти тепло. Доктор, невысокий мужчина с усталым, но внимательным лицом, вышел с листами:

— Всё в порядке, — сказал он, глядя сначала на Венеру, потом на Землю. — Вам выписываются ингибиторы обратного захвата серотонина, начнёте с минимальной дозировки, потом — по самочувствию. Также — успокоительное по вечерам, курсом. И строго соблюдать режим сна.Он протянул рецепты Земле.— Пожалуйста, следите, чтобы он не пропускал. Первое время может быть тяжело. Побочные эффекты, адаптация. Нужна стабильность. А также следите строго за дозой!

Венера слушал отстранённо, как будто речь шла не о нём. Он слегка кивнул, но глаза всё время были прикованы к столу — будто там было написано что-то важное.

Земля взял рецепты и поблагодарил.Когда они выходили из больницы, Венера вдруг спросил глухо:

— Это обязательно? Всё это…Он кивнул на рецепты.

Земля не сразу ответил. Он посмотрел вперёд — на асфальт, на машины, на аптеку через дорогу.

— Да, — сказал он тихо. — Обязательно.Пауза.— Но это не наказание. Это просто… как костыль, пока сам не сможешь идти.

---

В аптеке было тихо, прохладно.Пока фармацевт набирала лекарства, Земля молчал. Венера стоял чуть позади, нервно теребя край рукава. Он будто хотел спросить что-то, но не решался.

— Всё готово, — сказала женщина за кассой. — Удачного дня.Земля кивнул и взял пакет.

Когда они вышли, ветер дунул сильнее, и Венера зажмурился.Он сказал почти шёпотом:

— Земля… А если не поможет?

Земля посмотрел на него. Без ответа. Просто шагнул ближе, обнял на секунду за плечи.— Значит, попробуем что-то другое. Вместе.

---

Машина плавно тронулась. Внутри было тепло и чуть душно — чужой запах духов, приглушённая музыка из динамиков. Венера смотрел в окно. Мимо проплывали деревья, фонари, остановки.Он молчал.

Земля достал телефон, уткнулся в экран. Напечатал коротко, без лишних слов:

> Мы едем. Заехали в аптеку. Скоро будем.

Отправил Марсу.

Он обернулся на Венеру. Тот всё так же не отводил взгляда от стекла. Земля почти слышал его дыхание — спокойное, но будто напряжённое изнутри.

---

У них дома Марс держал в руках швабру и задумчиво читал сообщение. Глаза чуть смягчились.

— Они уже едут, — сказал он, глядя на Меркурия, который вытирал пыль с полок.— Уже?.. — Меркурий сразу стал суетиться. — Так, полку в ванной я не успел, подушки раскиданы… А чайник вскипятить? А вдруг Венере станет плохо?!

— Меркурий, — спокойно сказал Марс.

Но младший уже метался по комнате. Марс спокойно подошёл, отложил швабру, сел на диван и тяжело выдохнул. Плечи у него были напряжённые, но лицо спокойное. Он смотрел, как Меркурий носится из угла в угол — в нём было что-то щемящее родное.

— Меркурий, иди сюда.

— Ща, только полотенца…

— Иди. Сюда.

Меркурий, фыркнув, подошёл, будто нехотя, но на самом деле с облегчением. Марс мягко взял его за локоть и усадил на себя, как в детстве — аккуратно, бережно, почти незаметно. Обнял со спины.Меркурий сначала замер, потом обмяк. Щёку прижало к его плечу.

— Я волнуюсь, — глухо сказал он. — Он ведь только вышел. А вдруг опять…

— Не вдруг, — отозвался Марс. — Мы рядом.Пауза.— Мы справимся. Вместе.

Так они и сидели — в тишине, в ожидании. Марс гладил Меркурия по голове — не торопливо, просто чтобы тот не трясся. И в эту секунду в замке щёлкнул ключ.

Щёлк.Звук открывающейся двери.

Меркурий вздрогнул и тут же соскочил с колен, будто застигли врасплох. На бегу натянул ровное лицо, но уголки губ предательски дрожали. Он рванул к двери.

— Венера! — выкрикнул он срывающимся голосом, открывая объятия.

---

Дверь только открылась, а Меркурий уже сорвался с места.

— ВЕНЕРА! — крик вырвался сам по себе — слишком долгим было ожидание, слишком тяжёлым молчание.

Он бросился к нему, забыв всё — и то, что в руках у брата пакет из аптеки, и то, что тот выглядел уставшим, бледным, будто слепленный из усталости. Он прыгнул на него с такой силой, что Венера не удержался — пакет с глухим шуршанием упал на пол, лекарства закрутились по плитке, но он не отшатнулся.

Инстинктивно он поймал Меркурия, обнял, поднял чуть выше, прижав крепко. И впервые за всё это время на его лице появилось что-то настоящее — дрожащая улыбка, через которую тут же проступили слёзы.

— Меркурий… — голос сорвался, тихий, почти шепот, дрожащий.

Меркурий хныкал у него на плече, как ребёнок. Он знал, что это глупо, что нельзя так вцепляться в того, кто и сам с трудом стоит… но сердце не слушалось. Всё, что было в нём, прорвалось наружу — тревога, страх, пустота, обида и счастье, что Венера снова здесь, в этом доме.

— Я думал… — Меркурий всхлипывал, уткнувшись в шею. — Я боялся, что тебя не вернут…

Следом подошёл Марс. Он не бросался с криками, не разрывался на эмоции, но в его глазах было то же самое — облегчение, слёзы, которые он не позволял себе пролить.

Он просто положил руку на плечо Венеры… и затем обнял. Без лишних слов, сдержанно, надёжно, как всегда. И в этом касании — такая глубина, такая тишина поддержки, что Венера зажмурился.

Он стоял, обнятый сразу с двух сторон — плачущим Меркурием и молчаливым Марсом — и чувствовал… небо. Воздух. Солнце. Дом.

Это был глоток свежего воздуха после долгого погружения в темноту.

Это был свет, пробивающийся сквозь трещины.

Это был он сам, начинающий вспоминать, как это — жить.