Глава 2

Том застонал. Голова болела. Казалось, будто его ударили кувалдой. Пульсирующая боль распространилась от висков к затылку. Он медленно моргнул, веки моргали, убирая размытость. Свет обжигал глаза, зрачки сужались.

Он закрыл веки и вздохнул. Яркий свет все еще достигал его, усиливая головную боль. Потирая глаза, он быстро моргал, пытаясь приспособиться к утреннему солнечному свету. Его глаза слезились в ответ на яркий свет, и ему пришлось вытереть слезы. Он уставился на кессонный потолок. Над ним висела хрустальная люстра. Он лежал на кровати, окруженный мягкими хлопковыми простынями.

Где он был?

На мгновение он замер, а затем нахлынули воспоминания. Вчера его подстрелили. Встреча пошла наперекосяк — они попали в засаду, и он был ранен во время перестрелки. Ему удалось убежать, но его ранение было очень серьезным, и он потерял много крови. Он вспомнил, что там был ребенок, который... это, должно быть, был сон, галлюцинация...

Он снова застонал, садясь и оглядываясь. Первое, что он заметил, был ребенок на диване. Это был не сон. Его глаза расширились, когда он уставился на мальчика. Он спал. Том огляделся вокруг в поисках кого-нибудь еще, но они были одни. Он обхватил рукой голову и попытался снять напряжение, массируя висок. Он был все еще жив. Как он мог быть жив? Он похлопал по ране на животе и не почувствовал боли.

Странный!

Он все еще был одет в брюки и рубашку, на которых, что удивительно, не было ни капли крови. Его куртка, пальто и обувь, с другой стороны, были разбросаны по комнате вместе с некоторыми вещами, которые явно принадлежали мальчику.

Он поднял рубашку, чтобы осмотреть рану, но она была перевязана белой марлей. Кто-то обработал его рану, и единственным человеком вокруг был вчерашний парень. Взгляд Тома упал на приставной столик. Его пистолет был там. Этот идиот привез его в отель, обработал его раны, оставил пистолет на приставном столике и уснул на диване? Тот, на кого он работал, должен был вернуть свои деньги.

Том схватил свой пистолет и проверил патронник на наличие пуль. Он был пуст. Рядом с пистолетом лежала сумка на молнии, наполненная стреляными гильзами, и его мертвый мобильный телефон, в середине которого все еще торчала пуля. Целых пуль в сумке не было.

Это были пули, которые он выпустил вчера. В этого ребенка. Неужели этот маленький глупый мальчишка собрал их и положил в пакет для хранения, словно он был чертовой Золушкой, а затем оставил его на тумбочке в отеле? Том был серьезно сбит с толку своей ситуацией. Может, они были не одни, и кто-то играл в какую-то извращенную игру, оставив ребенка здесь, чтобы дать ему ложное чувство безопасности.

Он встал и подошел к мальчику. Он выглядел таким мирным и молодым; Том не нанимал никого настолько молодого и явно неподготовленного. Они были слишком большой обузой, но он также не знал никого из своих конкурентов, кто бы использовал эту крошечную штуку, работающую на них. Судя по его стройной фигуре и красивому лицу, если бы его кто-то нанял, то не для покушений.

Он выглядел так, словно мог быть одним из парней Беллы, но Том ясно сказал ей не нанимать никого такого молодого. Он был худым, гибким; его одежда казалась ему слишком большой, он был очень худым для нее, выглядел почти истощенным. Он также был слишком красив, чтобы Белла не познакомила их к этому времени, если только она не боялась, что Том убьет ее за нарушение его правил и за то, что она привела какого-то недокормленного ребенка в клуб, которым она руководила. Том управлял бизнесом, и он не терпел никакого неподчинения. Белла знала лучше. Нет, этот ребенок принадлежал кому-то другому.

Он был уверен, что целился в ребенка и выстрелил несколько раз, и часть его была в ужасе и замешательстве от того, что он столкнулся с чем-то очень неестественным и жутким, но рациональная часть его подсказывала ему, что он был в шоке от боли и потери крови, так что, скорее всего, он не целился так хорошо, как думал. Иначе ребенок был бы мертв.

Он наклонился над красивым лицом и собирался его разбудить, когда его прервал звук. Раздался стук в дверь с дальней стороны соседней комнаты.

Мальчик пошевелился на диване и пробормотал. «Я буду через минуту», — он сунул голову под подушку. «Просто дай мне пять минут, Гермиона».

Кто такая Гермиона? Его куратор? Он не знал никого в этом бизнесе с таким именем.

Том вышел из спальни через французские двери в элегантно обставленную гостиную. Это был определенно высококлассный отель. Он схватил нож для масла с мраморной стойки и медленно пошел к двери. Если они думали, что его обманет какое-то красивое лицо, то они идиоты. Он открыл дверь и был готов воткнуть нож для масла кому-нибудь в горло, но остановился и понял, что это администрация отеля. Их было четверо; один из них, похоже, был администратором, а остальные трое — консьержами.

«Господин Оливер», — вежливо сказала женщина. «Я знаю, что вчерашний инцидент действительно непростителен, и мы вынесли выговор сотруднику. Ваш муж сказал нам, что ему не нужны никакие особые улучшения, но от имени Le Corbeau Rouge я хочу выразить свои самые искренние извинения. Мы не хотели намекать, что ваш муж был... гм... э... эскортом. Мы гордимся нашим сдержанным и превосходным обслуживанием, но некоторые из наших сотрудников не очень разбираются в высокой моде, и он совершил серьезную ошибку. В знак наших извинений мы принесли завтрак для вас и вашей прекрасной супруги и бутылку Château Margaux».

Мистер Оливер? Муж?

Том понятия не имел, о чем говорит старая летучая мышь. Он вежливо улыбнулся и отошел в сторону, чтобы пропустить их. Он был настороже, и если они пришли убить его, он был готов разрубить их на куски. Персонал втолкнул тележку и начал расставлять на столе продукты для завтрака. Том схватил бутылку вина. Год 1787. Кого, по ее словам, они оскорбили? Они вообще были в нужной комнате?

«О, мистер Оливер», — женский визг напугал Тома, и он обернулся, чтобы посмотреть, почему она вдруг так воодушевилась. «Я здесь, чтобы извиниться перед вами лично и перед вашим мужем за то, что произошло вчера».

Парень стоял там, неловко глядя на женщину; его свободная рубашка была расстегнута и свободно свисала с плеч. Он сжимал что-то в рукаве, что было похоже на смычок для скрипки. Женщина внезапно прервала себя и уставилась на синяк на его нежной шее с выражением ужаса в глазах.

«Он не хотел думать, что ты сес...секс-работница», — пробормотала она, не отрывая глаз от фиолетового синяка в форме руки на шее парня. «Он ничего не смыслит в моде, поэтому ошибочно предположил, а ты выглядишь такой молодой и эээ... мы принесли тебе и твоему мужу завтрак. Приносим свои извинения».

«Мэри, давай дадим им уединение», — подгонял ее кто-то, уводя ее прочь. Они ушли, закрыв за собой дверь, и Том остался один с ребенком в номере отеля.

Он не заметил вчера, но глаза у ребенка были красивые. Такой необычный яркий оттенок зеленого. В них было что-то очень пленительное. Том рассматривал его, ожидая, что мальчик заговорит первым. Но тот просто смотрел на Тома с озадаченным выражением на лице.

«Я не пью, так что можешь выпить вина», — наконец сказал он, указывая на бутылку. «Но я бы не рекомендовал пить, пока ты полностью не поправишься. Твоя рана затянулась, но требует ухода. Тебе, наверное, стоит обратиться к врачу или к кому-нибудь еще».

Они были одни. В отеле. Дорогой отель, который этот недоедающий мальчишка не мог себе позволить. Том не был дураком; он чувствовал, что замешано что-то гораздо более глубокое. Этот тощий парень с глазами, как северное сияние, знал его имя. Он назвал его полным именем вчера вечером. Он не вызвал полицию и не вызвал скорую помощь. Вместо этого он отвез Тома в отель и очистил место преступления от пуль или доказательств их пребывания там. Он солгал персоналу отеля и назвал им вымышленные имена. Он также солгал о том, что они женаты. Том почти нашел все это забавным, но вопрос все еще оставался без ответа.

«На кого ты работаешь?» — спросил он. «Зачем ты меня сюда привез?»

Мальчик уставился на него с явным интересом, но затем неловко поплелся к столу для завтрака, опустив взгляд. Том не мог точно определить, почему он чувствовал себя почти в новинку для этого незнакомца. Он не привык, чтобы за ним так наблюдали; большинство людей имели здравый смысл держаться от него подальше, но не этот — этот не был напуган.

«Я вылечил твою рану; кстати, ты здесь, пожалуйста», — сказал он, закатив глаза. «Теперь, когда ты не истекаешь кровью и не пытаешься задушить меня до смерти, и выглядишь прекрасно, ты можешь уйти. И честно говоря, на данный момент я даже не жду благодарности; достаточно было бы просто отвалить».

«Кто ты?» Том не оценил сарказма этого негодяя. «На кого ты работаешь?»

Парень схватил канапе с устрицами и бросил на него сердитый взгляд. «Я знал, что пожалею об этом», — признался он. «Я должен был знать лучше. Похоже, это правда, что ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Я такой идиот».

«Ты знаешь мое имя», — обвинил его Том, настаивая на том, чтобы узнать правду. «Ты назвал меня по имени вчера вечером. Что бы такое ничтожество, как ты, делало в том переулке посреди ночи, если бы ты не был там по чьему-то приказу?»

Мальчик имел наглость снова закатить глаза. "Малыш? Ты издеваешься? Очень мило с твоей стороны. Во-первых, я ни на кого не работаю, не то чтобы это твое дело. А во-вторых, я спас тебе жизнь, будь благодарен за эту прекрасную возможность, поблагодари меня и проваливай".

«Сколько тебе лет?» — спросил Том, наблюдая за ним. В движении он выглядел немного иначе; странно угрожающе для человека его телосложения. 

«Восемнадцать», — сказал он, ставя пустую оболочку на поднос и облизывая губы. «Вам нужно мое резюме или что-то в этом роде?»

Том уставился на парня с недоверием. Он не выглядел на восемнадцать. Но и не было похоже, что он лгал. Должно быть, это был тот изголодавшийся вид модели высокой моды, к которому стремились некоторые из этих парней. Кто-то должен был покормить его, прежде чем он упал замертво. Том подошел к парню, и тот немедленно вскочил в ответ. Этот парень хорошо его знал. Он был насторожен с ним, несмотря на сарказм и дерзость, которые тот продемонстрировал минуту назад. Том ухмыльнулся и зашагал к нему. Парень отступил назад, пока его спина не уперлась в стену. Том уставился на него сверху вниз. Отпечатки его рук были на нем, темнея, оставляя отметины.

«Поверь мне, когда я говорю тебе это», — предупредил он медленным, хриплым голосом. «Я не тот человек, с которым стоит играть в игры. Кто ты? Что ты делал в том переулке и почему ты спас меня? Как ты спас меня?»

Мальчик резко вдохнул, вытащил кусок дерева, который держал в рукаве, и направил его на Тома.

«Отойди от меня», — твердо сказал он. «Это правда, что я знаю, кто ты, и знаю, на что ты способен, но ты явно не знаешь меня, Том . И вот правда обо мне: если хочешь продолжить свою веселую жизнь, держись от меня подальше. Последний парень, который пытался убить меня, стал пищей для высасывающих души монстров».

Такая маленькая, такая хрупкая, такая красивая, но столько мощи, силы и бравады. Том был заинтригован. Он подошел так близко, что дерево вдавилось ему в горло.

«Уберите эту скрипичную палку от моего лица», — улыбнулся он. «Если только вы не собираетесь ткнуть ею мне в глаз».

Его руки обхватили мальчика и притянули его ближе к себе. Да, определенно голодал. «Скажи мне, кто ты», — прошептал он ему на ухо. «Это грубо, что ты знаешь мое имя, а я не знаю твоего».

«Гарри Поттер», — сказал мальчик, пытаясь оттолкнуть его. «Счастлив? Теперь отпусти меня, или мне придется заставить тебя двигаться».

Том ослабил хватку. «Гарри Поттер», — повторил он с насмешкой. «Ну, Гарри, что ты делал вчера в том темном переулке?»

«Мерлин», — мальчик раздраженно замахал руками в воздухе. «Ты когда-нибудь сдавался? Я оказался там случайно. Услышал, как ты стонешь, и проверил тебя, а потом ты напал на меня. Мне следовало оставить тебя там умирать, но я по глупости спас тебя, и теперь ты меня преследуешь».

«Любопытно, что вы не вызвали полицию, увидев мужчину с огнестрельным ранением», — Том приподнял бровь.

«Ну, очевидно, ты не хочешь, чтобы они лезли в твои дела, а я не хочу, чтобы на меня обращали внимание, поэтому я и собрал весь твой беспорядок», — наконец сумел мальчик оттолкнуть руки Тома.

«Почему ты не хочешь, чтобы на тебя обращали внимание? Я бы сказал, что ты вполне достойна внимания», — пробормотал он.

«Нет, спасибо», — сказал Гарри. «Кто-то там гонится за мной, чтобы убить. Я передам ему внимание».

«Если за тобой кто-то гонится и тебе нужна защита, — протянул Том, — я могу тебе помочь».

Это, казалось, взбесило Гарри, потому что он схватил рубашку Тома, поднял ее, чтобы обнажить его израненное тело, а затем разорвал марлю, намотанную вокруг его раны. «Если ты думаешь, что можешь продолжать играть со мной в игры, тебя ждет сюрприз. Просто посмотри на свою рану. Я ее вылечил. Но я могу сделать и наоборот, так что, пожалуйста, оставь меня в покое».

Том посмотрел на рану. Ее не было. Остался только очень тонкий след заживающего рубца, как будто он порезался бумагой. Его глаза расширились.

«Как ты...»

_____________________________________________________________________________________________________2129слов