Глава 3

   Чёрная «Ауди Ку2» вновь набрала скорость.   — Мне никогда не забыть вкус портвейна из той бутылки, — заговорил Вадим, глядя на мелькающий лес вдоль шоссе. — Ведь это был мой первый портвейн.   — А после твоё первое похмелье, — напомнил Руслан. — И первая порка ремнём.   — Которую, я к счастью, плохо помню.   Руслан коротко ухмыльнулся. В тот вечер, опустив бесчувственное тело Вадика на кровать в его комнате, он едва успел отойти от приятеля, когда на Вадьку налетела бабушка вооружённая где-то взятым солдатским ремнём с большой медной бляхой.   Женщина буйствовала словно сумасшедшая. Толстая кожаная полоска мелькала в её руке, точно плётка в руках пастуха. Укаченное алкоголем тело Вадика корчилось и вздрагивало от каждого удара.    «И откуда, только взялось столько сил у этой хрупкой бабули», — думал Руслана, пятясь к двери.   Бабушка Вадика буйствовала недолго. Вера Ивановна быстро отобрала орудие порки, и с криками недоумения и упрёка сама было замахнулась ремнём на пожилую женщину, однако покраснев, бросила ремень в угол комнаты, а после, разрыдавшись, накрыла своим телом, пьяное тело десятилетнего сына.   После этого незабываемого вечера, возобновилась дружба между Русланом и Вадиком. А вот любовь к Вере Ивановне, прожившая в сердце Руслана три года, подобно дружбе мальчишек, увы, не воскресла. Умерла навсегда. Увлечение Веры Ивановны сорокалетним мужиком Руслан считал предательством. А предательства он никогда не прощает.    Впрочем, роман Веры Ивановны с Вячеславом Игоревичем — сорокалетним ухажером — продлился недолго. Чуть больше года. За этот короткий срок Вера Ивановна успела трижды ощутить на себе тяжёлую руку Вячеслава Игоревича, дважды уличить его в измене и сделать один аборт, о котором Руслан узнал случайно, ненароком подслушав телефонный разговор двух родительниц.     Ему было жаль Веру Ивановну, и он не меньше Вадика радовался разрыву их со Славой отношений, однако того яркого, слепящего света, обжигающего тело и согревающего душу, он более не испытывал. Оно вернулась к нему много позже, когда Руслан встретил Ольгу, свою будущую жену.   При воспоминании Оли сжалось сердце Руслана. Он машинально сбавил скорость, стиснул руль. Прижался к обочине. Но не остановился. Внутренний голос в затуманенном мозгу продолжал кричать: «Гони! Торопись!».   Руслан сделал глубокий вдох, медленный выдох. Прибавил скорость, ощутив на себе тревожный взгляд рядом сидящего Вадима.   — Мне очень жаль, — прошептал Вадим.   Руслан бросил встревоженный взгляд на друга. Бледное лицо Вадима буквально источало печаль.    Однажды он уже наблюдал подобное выражение лица. Тот трагический период времени не хочется вспоминать, и всё же на мгновение перед внутренним взором Руслана возник образ исхудавшей девушки с большими чёрными глазами, упавшими в глубину черепа. Густые тёмные волосы когда-то волнами спадавшие на плечи, струящиеся по спине, исчезли, оставив вместо себя гладкую лысину…   Руслан встряхнул головой, прогоняя образ покойной сестрёнки.   И отчего-то страх за супругу сдавил внутренние органы, подобрался к горлу, вызвал приступ тошноты, которую Руслан сумел подавить.   «Что с Олей?!», — хотел, было спросить Руслан, но не смог произнести и слова. Глотал сухой ком, вставший в горле. Да и с чего он взял, что с Олей стряслось что-то плохое?   Чёрная «Ауди ку2» неслась по шоссе, всё дальше удаляясь от города.