Глава первая - Спрутуозный.

   Сатоши Шикуретто громко плакал на оголовке высокой металлической колонны канмонского моста. Никто из проезжающих не заметил, как мужчина залез на высоту и никого не смущал автомобиль, припаркованный в стороне. Что бы кто не говорил и как не наказывал Сатоши за уязвимый недостаток, для него мужской плач нормален и не признак слабости, это же эмоции и способ их выплеснуть. Всё давило на Шикуретто. С одной стороны: его же преступления — за последние пару лет жертв стало больше, также хорошо избавляться от улик как раньше получалось хуже, а в глазах полиции основным подозреваемым он ещё не стал, но сотрудники затаили на него зуб, внимательно следя за возможным и на самом деле настоящим убийцей. Да будь не ладен Зиро Хато, который так от него не отставал. С другой стороны: личные проблемы, из-за которых Сатоши и брался за убийства. Внутри кипела обида, зависть, злость и ревность, как же надоело притворяться перед всеми добрым и приветливым другом. Нанкиёку-но Хоши — имя, цепко схватившееся за сердце мужчины, царапая острыми металлическими пальцами; имя человека, из-за которого макиавеллист страдал в том числе. Может быть половина проблем у серийного убийцы появились как раз из-за него?    Он просто плакал в одиночестве. Небо помрачнело жуткой темнотой ночи, ещё чернее тучи, скрюченные будто круговорот, извилисто вели под центр луны, как к магниту. В местах, где атмосфера свободна от туч, сверкали звёзды, так переливаясь, словно золото, словно отражение солнца на воде.    Сатоши опрокинул голову назад, озарив взглядом луну и проклиная всё за неудачную судьбу. Ненавидел долг смертельной мести, но и ненавидел тех, кто угрожал жизни или, хотя бы, спокойствию. Мужчина оделся в фиолетовое пальто из плотной шерсти, на рукавах и спине белые полосы с золотистыми звёздами. Середина весны, но погода была довольно прохладной. Рубашка элегантно смотрелась с чёрным галстуком, а на ногах брюки цвета леопарда, как и туфли, в принципе.    Шикуретто стянул чёрный аксессуар на шее пониже и расстегнул две верхних пуговицы. Дышать трудно, в горле накопился колючкой острый ком, тело кинуло в жар.    — Будь ты проклят, Емиру Идзумаиру. — прохрипел человек в пустоту самому себе.    — О, Тоши, ты не боишься высоты? — ехидничал голос внизу. — Слезай, братуха, это опасно.     Коморбидность с нестандартным стилем одежды посмотрел вниз и увидел его. На краю старый Volvo Amazon голубого цвета, но это свой автомобиль, а рядом остановилась красная Toyota Supra. «Нанкиёку-но Хоши.» — сразу же пронеслось в голове человека на высоте.    — Чё надо? — спросил Сатоши, а из спины вырвались восемь щупалец — с их помощью он спускался.    — Ты хотел увидеться, поговорить. — человек внизу отвечал с иронической издёвкой. — Не дай бог убить.    Волосы Нанкиёку длинные и пушистые будто грива, сросшаяся как шипы, а вместо пальцев грубые осколки зеркала, словно подобраны случайные кусочки. Одет в синий кашемировый тонкий, широкого кроя свитер с красным воротником, длинным до подбородка, но с оголённым животом, а на ногах штаны медного оттенка с чёрными тигровыми полосами и высокие сапоги.      — Честно, тоже тебя ненавижу. В детстве я хотел завладеть богатством твоей семьи, но когда по Нихону распространился вирус… ныне в моих приоритетах — получить всю Империю. Ты же — либо будешь моей слугой, либо вообще не будешь.    Сатоши коснулся земли, но не перемещался ногами, а парил в воздухе с помощью двух чёрных тентаклей, из-за чего казался в разы выше обидчика.    — Нас объединяет только заражение этим вирусом, Нанкиёку. Раньше я надеялся, что ты станешь лучше. Но не ты первый, не ты последний, чья душа достанется мне.    Три щупальца полетели в сторону Хоши, цепляя за рёбра, хватая за ноги, притягивая за руки и сжимая горло. Потом Ротонда оттолкнула обидчика, Нерон брызнул водой, а Куспид выпустил чернила, но от этого всего японец умело и ловко увернулся. Теперь все склизни как лопасти вертолёта закрутились вокруг хозяина с целью убрать, сокрушить противника, сбить того с ног.    Сам же Нанкиёку притворялся слабым, глупым и беззащитным, чтобы в миг использовать способность мутации. С предыдущей драки он понял, как защищаться от атак Спрутуозного, поэтому читал всё наперёд. Со звуком, напоминающим морозный и ледяной иней, с треском покрывающий холодом окно, блеск за сверканием и сантиметр за частичкой, появилось зеркало и силуэт Хоши остался в нём, а в реальности тело пропало. Когда щупальца коснулись тонкой и хрупкой поверхности, то она разнеслась на мелкие осколки, из-за чего Шикуретто сильно поранился. Кривые остатки не упали, а свернули и собрались за Сатоши, нацелившись в него. Нанкиёку в запространственном мире махнул рукой и разбитое зеркало полетело в спину недоброжелателя, как раз стянув с себя отражение и вернувшись в реальность. Сам он остался на месте — за диссидентом. Один кусок зеркала такой огромный, вытянутый и острый, что пробил грудь насквозь, само собой затронув сердце. Сатоши захрипел, а щупальца больше не подчинялись ему.    — Вирус дал мне способность, которую я назвал «Man in the Mirrors». — начал Хоши, пока Шикуретто мучился и истекал голубой кровью. — Всё, что существует — можно отобразить и продолжить совершенно иным циклом.    Сатоши упал, а Нанкиёку задрал кончик губ в ехидную улыбку и хмыкнув наглой самодовольностью, обернулся и пошёл к своей машине.    — Оказалось легче, чем я думал. — прокомментировал он смелой гордостью. — Благо, не как в прошлый раз.    Но, вдруг, Шикуретто отрубил голову Хоши одним резким и хлёстким размахом, внезапно и с диким, хищным, свирепым, сумасшедшим и страшным тяжёлым стоном выскочив за спиной. Длинные пальцы сжали волосы, а остальное тело плюхнулось на мост как мешок с мягким содержимым. Голова осталась в сознании и жила, могла думать, понимать, чувствовать, нервы и функции ещё работали. Нанкиёку желал что-то сказать, но без тела выдавил тихий хлюпающий хрип. Спрутуозный развернул голову лицом к себе.    — Кажется, ты не знал, что у меня три сердца. Наши мучения закончились. — воспользовался сознанием убитого серийник для прощальных слов. — Я больше не буду страдать из-за тебя, а ты — просто не будешь.    Одинокая голова без продолжения лишилась сознания и жизнь окончательно покинула человека. Хоши хрипло ахнул и закрыл глаза. С ним покончено.    Макиавеллист вонзил длинный и острый осколок в лоб обидчика, и швырнул это недоразумение как копьё. Острие пробило переднее стекло Toyotы и осталось торчать так.    — Нужно… поехать в больницу. — с тяжёлым дыханием выдавил убийца.    Способность мутации, конечно, одарила его тремя сердцами, но вдруг осколок повредил другие органы, к тому же кровотечение — не менее серьёзная опасность.    Коморбидность сел в Volvo, вокруг сочилась голубая кровь. Рискованно самостоятельно ехать в больницу, но пока дождётся скорой помощи, течение, многовероятно, его убьёт. Дорога занимала час и несколько минут, но если поспешить, то возможно доехать за пятьдесят. Плевать на штраф за превышение скорости. Мотор загудел, капот затрясся, колёса резко двинулись со свистом и Сатоши уехал с места преступления. В эту ночь он допустил фатальную ошибку.