Глава 3. Помидорчик черри

Он пытается совладать с собой, пытается успокоить горячую лаву внутри, пытается вырваться из цепких рук, что держат его легкие в оковах, давя на сердце. Тщетно. Он поглощает его, разрастается, затуманивая мозг, эмоции и чувства, оставляя лишь злость, гнев и ярость. Снова он проиграл в бою за свой разум, снова потерял контроль, отдаваясь власти дьявола...Воспоминания выкарабкались с головы, цепко кусая грудь Сауда и вонзая клыки с ядом в самое сердце. Яд быстро распространился, взгляд стал мутным и парень пропал...пропал в прошлом. А все из-за звонка. Один звонок пять минут назад заставил его вспомнить то, что он старался забыть на протяжении пяти лет. Звонки лечащего врача его сестры стали каждодневным мучением для Сауда. Лучше ей не становилось, а денег на лечение нужно было всё больше. В те моменты воспоминания тягучим ядом проникали в его голову и вспыхивали так ярко, что боль пронзала всё тело, а сопротивляться уже не было сил. Он проклинал себя за то, что пять лет назад не поехал на чертов день рождения бабушки и не разбился в автокатастрофе вместе с родителями, которые умерли на месте, но разум возвращался в настоящее и шептал, что маленькая невинная девочка осталась бы одна, не будь он сейчас рядом. Щелчок. Он путается в пространстве, не понимая, где находится и зачем. Чей-то голос разрезает вязкую рутину и отдаётся эхом в ушах. Руки потеют, а мышцы отказываются подчиняться, дрожь пробивает тело, начинает знобить и прекратить это он не может. Пытаясь сопротивляться, его будто бьет током, всё нутро сводит судорогой...

— Сауд? — услышав собственное имя и почувствовав едва ощутимое прикосновение, парень дернулся, будто от удара хлыстом. Его не было в этом мире, между ним и внешней средой словно стояла непробиваемая стена, а вся душа погрязла внутри юноши, где было холодно, мерзко и неуютно, где что-то с треском ломалось и не могло срастись... Его качало из стороны в сторону. Женский голос просил очнуться, но Сауд не желал слушаться.

В один миг, когда её пальцы сжали плечи, он открыл глаза и, казалось, в первый раз увидел эту девушку. В её глазах он увидел страх, растерянность и легкую стадию ужаса. Ему захотелось смеяться — она боялась его.

— Отойди от меня, — прошептал он, с трудом разлепив пересохшие губы. Девушка, чьё имя он не мог вспомнить, упрямо покачала головой. Раздражение поднималось в нём резкой волной.Он пытался утихомирить «монстра», давно живущего внутри, но получалось плохо.

— Что с тобой? — еле выдавила она. Он пристально посмотрел в её ярко-голубые глаза, отмечая, что никогда не видел таких: поражающих своей красотой и необыкновенностью.

— Уйди. Просто уйди!!! — вскрикнул Сауд, искренне надеясь, что она послушается. Он не хотел причинять ей боль или обижать, он боялся, что не справиться с Ним, не совладает с Его силой... он может поддаться демону, а девушка слишком хрупка и сломать её не составит Ему особого труда.

Ева вновь покачала головой и твёрдо ответила:

— Не приказывай, а лучше объясни, почему ты сидишь тут полумёртвый и похож на мумию!

Он закатил глаза и в очередной раз дёрнулся, скидывая её руки с плеч.

— Я тебе ничего не должен объяснять. Если я сказал, выйти из моей комнаты, значит ты обязана выйти! — прикрикнул парень, сверкнув темными глазами, в которых, кажется, не видно было даже зрачка. Она вздрогнула, поджала губы, и он подумал — сейчас расплачется, но смелость и упрямство этой девушки поражали его.

Парень смотрел на неё и чувствовал, как злость закипает в жилах, как разум затуманивается и заполняется тьмой. На ватных ногах он поплёлся в кухню, но в глазах помутнело, а лёгкие сдавило слишком сильно — дышать становилось всё тяжелее. Последнее, что он слышал, это как таблетки, которые он держал в руке, рассыпались по полу.

Ева услышала грохот и перепуганная вбежала в кухню, куда направился парень. Он лежал на полу и содрогался в конвульсиях: лицо было перекошено от боли, а всё тело трясло, будто в лихорадке. Ей стало страшно. Дыхание участилось, а сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Она не понимала, почему делает это, почему до сих пор не убежала из этого дома и подальше от странного юноши... но в тот момент она упала на колени и попыталась привести его в чувство. Она не знала, что с ним происходит, но точно осознавала, что каким бы он ни был, сейчас нуждается в помощи.

— Очнись, пожалуйста. Эй, ну же... — слёзы непроизвольно покатились из глаз, Ева трясла его за плечи, в то время как сама едва справлялась, чтобы не закричать в истерике. Сауд зажмурился и застонал, тело расслабилось и будто превратилось в обмякшую массу. Она быстро вытерла слезы, чтобы он не заметил и поднялась.

— Что это было? — тихо спросила Ева. Парня вновь затрясло, и он вырвал, судорожно закашлявшись.

— Черт! — шепот разрезал тишину. Девушка застыла в шоке. Сауд, не обратив на неё внимания, прошёл в ванную.

«Хоть в себя пришёл» — подумала она, справляясь с ужасом. За всю свою жизнь Ева не испытывала столь сильного страха, как за эти несколько минут. Она зашла в гостиную, не осознавая что делает, потому что до сих пор проматывала те моменты.

— Уберёшь там, — больше как утверждение произнёс он, пройдя в зал и усевшись на диван. Она возмущённо вздёрнула брови, взглянув на наглеца.

— Сам уберёшь.

Он не ожидал такой дерзости от девчонки, поэтому взгляд, которым парень наградил Еву, отражал весь спектр эмоций, который он сейчас испытывал: удивление, раздражение, злость. Юноша не отводил от неё глаз, она не собиралась сдаваться. Его наглость взбесила её и слушаться какого-то избалованного идиота она не намерена.

— Ты слишком смелая. Рискуешь... — Сауд встал, и в одно мгновение между ними осталось менее пяти сантиметров.

— А ты притворяешься таким опасным. Я прям вся дрожу! — съязвила она. В её словах была правда. Ева дрожала, хоть и старалась не показывать этого. Показывать страх или опасение девушка не хотела. Если он считает себя королем вселенной, она попробует спустить его на землю.

— Лучше не играй с огнём. Сделай так, как я хочу. Иди и убери в кухне. Я обычно не прошу дважды! — она инстинктивно сделала шаг назад, когда его лицо оказалось слишком близко, а чёрные глаза пытались утопить во тьме. Спина уперлась в стену. Парень рассмеялся.

— Если ты привык, что по одному твоему щелчку, все как послушные собачонки бегут выполнять приказы — попробую тебя обломать. Я не буду слушаться и не буду бояться твоего странного характера, каким бы он ни был. Мне наплевать! Ты не можешь подчинить меня или подстроить под себя. Я вообще могу в любой момент уйти! — грудь тяжело вздымалась, а зрачки бегали, смотря ему в глаза. На его лице не отражалось ни одной эмоции, губы медленно расплылись в улыбке. Ему нравилась её дерзость, нравилось то, как дрожа, она все равно пытается проявлять смелость...

— Ты можешь уйти. Вот только тебе некуда, не так ли? — его слова больно резанули по сердцу. Правда режет... а он говорил правду. — Не думай, что я спущу тебе эту дерзость. Не смей дерзить мне и снизь тон. Если ты разбудишь во мне зверя, я не смогу тебе помочь, — голос парня, звучащий так близко, вызывал мурашки по коже. Она нервно сглотнула, когда его рука непринужденно прошлась по её талии.Ей надоели загадки и его высокомерный тон.

— Отойди. Я не буду ничего убирать на кухне. Тебе нужно — ты и убирай! — её речь прервалась, когда он резко сжал талию. Ева не могла подобрать слова от возмущения, а он наслаждался её растерянностью и красным лицом.

— Помидорчик Черри, думаешь, я вспомню про моральные ценности, когда у меня в доме живет столь привлекательная девушка? — Сауд прошёлся по её фигуре оценивающим взглядом. К горлу подкатил ком, Ева в который раз стала пленницей страха.

— Хорошо. Только пусти, — прошептала она. Парень самодовольно улыбнулся и сделал шаг назад.

— Умница. Так бы сразу.

Перед тем, как скрыться в кухне, Ева бросила на него взгляд, полный ненависти и лютой злобы.

Она не боялась его, но поведение парня её настораживало. Девушка подозревала, что он психически болен и не признает этого. Таблетки, рассыпанные на полу в кухне, могли также означать, что он наркоман, хотя в это девушка верить не хотела, выкидывая их в мусорку. Его скрытный характер вызывал любопытство и порождал ещё больше вопросов. Он был прав — уйти она не могла. Поэтому Ева решила разгадать его тайны, как бы наивно это ни звучало.