Глава 66 Это ужасное место

От лица Виктории.

Добравшись до замка, нас с А́йвазом без всяких церемоний грубо волочат до дверей замка, так же ведут до моей комнаты. Толкнув туда, плотно запирают дверь, я продолжаю слышать перешептывания. Они остались караулить. Нам уже не сбежать, понимая это, безвыходно вздыхаю, опуская плечи. Это был самый долгий побег, лучше бы я не вспоминала ничего…

Присаживаясь на кровать, руки по-прежнему скованные наручниками антимагии. С ними банальные заклинания не сработают, я обезоружена. Да и на самом деле толку от пустой маны никакой, всё равно выжита до капли из-за портала. Он очень сильно ударил по голове и силам, внутри меня что-то всколыхнулось, когда мы оказались здесь. А понимая, что Клаус остался там с Эдмоном совершенно один, хватаюсь за голову. Знаю же его… Он не останется в стороне, это же Клаус. Всегда находит лазейки, сюда он тоже найдет. Хоть бы не сглупил и не совался, куда не стоит. До Аркана́ра путь не близкий, но указатели временами появляются, не заблудится. Боже, я молюсь встретить его живым. Если переживу приезд родителей. Точно…

– «Что теперь будет… Он же примется спасать меня.» – А́йваз присел на пол рядом со мной. Для безопасности общаемся мысленно, не хватало этим туполобым о наших отношениях узнать.

– «Успокойся, ты уверенна, что он вообще придет? Мне кажется, он просто в страхе убежал.» – я вспылила, неожиданно для самой себя и крикнула в голове:

– «Как ты можешь так думать, А́йваз! Ты же мой наставник!»

– «Я просто волнуюсь, что он сделает тебе больно! Неужели ты не понимаешь!?» – понимаю, прекрасно понимаю. Но Клаус не такой… Насчет него могу быть уверенна.

Тем более, откуда ему знать, я никогда не общалась с другими магами. Я вообще никогда никуда не выходила, кроме замка… Этот побег стал каплей кислорода, мне довелось почувствовать свободу, которую у меня вновь отобрали…

– «Он никогда не сделает этого.»

– «Откуда ты знаешь?»

– «Я знаю его.» – но А́йвазу без толку что-либо говорить, он непреклонен.

– «Он может запросто причинить вред!»

– «То есть по твоему спасать мою жизнь, да и не только мою, при этом рискуя умереть самому, он причиняет вред?»

– «Спасал жизнь…?» – это застало его врасплох. Разумеется! Кто поверит, что аркана́рец рискует жизнью не только ради подобных ему? Извечные стереотипы…

– «Да! Он спасает мне ее постоянно. И я ему очень благодарна. Он вылечил меня, когда я попала в логово вендиго, не испугался, когда показала ему свою голубую кровь, что могу разговаривать с мертвыми. Он не сделал этого. Даже познакомил с друзьями. Те тоже приняли меня. Знаешь, это был первый раз когда я поняла, что такое семья…»

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоить накатившие слезы, понадобилась передышка в словах. Больно говорить о них, зная, что они живут теперь только в нашей с ним памяти.

– «Семья не ограничивается кровными узами, но и начинается не с них. Они заботятся о тебе, неважно, что ты ради них делаешь. Они стоят за тебя, не смотря ни на что… Вот это семья. Где тебя любят, ты чувствуешь себя нужной кому-то.» – А́йваз виновато попустил голову, положив лапу на колено. По моему телу пробежала дрожь. Я вернулась в адово место и больше ничего подобного ощутить не смогу. Только холод, чертовски ледяной холод.

– «Он – часть моей семьи, как и ты с Жизель. Наши друзья погибли и только мы есть друг у друга. Мне все равно, что ты будешь думать, я никогда не брошу его.»

Резко встав, подхожу к большому окну, на которое повешена решетка. Меня пробивает мертвый холод до костей. Кожа стала бледной, как и была до путешествия на Землю.

В замке всегда было мрачно и морозно, только я единственная, кто не переносил низких температур. Все из-за переохлаждения. Организм дал сбой, когда я чуть не умерла от холода. Теперь же, при похолоданиях тело быстро охлаждается и промерзает. Маги воды не должны мерзнуть, а я кажется, сломалась. Мне нельзя показывать этого, но очень холодно. Слишком…

– «Виктория, прошу прощения…» – наставник приносит на спине теплую меховую накидку из белой шерсти. Моментально накинув на себя, заметила посиневшие кончики пальцев. У людей они краснеют от морозов, но моя кровь голубая. – «Я не знал, что он многое значит для тебя.»

– «Намного больше….» – приобняв саму себя за плечи, стало неприятно прикасаться к коже. Она как у мертвого, я вздрагиваю. Не знаю, от отсутствия тепла его тела, к которому предательски привыкла или от этой мысли. Согреться не получалось, простого тепла от самой себя мало. Скоро приедут родители, вот тогда мне не поздоровится. Он сказал что, Ме́редит уже ждет, а это значит только одно…

Она в ярости и меня ждет наказание.