Глава 6.

Поездка на такси в тот вечер с Викторией и Элеком была чрезвычайно неприятной – мы все чувствовали себя очень неловко. Бентли психанул, когда узнал, что Элек на самом деле мой сводный брат, и уехал на своем автомобиле. Причина, по которой произошла драка, так и осталась для меня тайной. Элек сел рядом с водителем, а мы на заднее сиденье. За всю дорогу домой он не произнес ни слова, даже не попрощался с Викторией.Когда мы приехали, он по-прежнему молча поднялся в свою комнату, так громко хлопнув дверью, что я даже подпрыгнула. Я подумала было попытаться поговорить с ним, но мой инстинкт самосохранения говорил, что сейчас его лучше оставить в покое. На следующий день, в субботу, когда я проснулась, Элек уже на весь день ушел на работу в магазин велосипедов.Мама подсела ко мне у кухонного стола из черного гранита.– Ты не могла бы рассказать мне, что произошло вчера вечером? Рэнди позвонил его друг коп и сообщил, что Элек устроил драку во время ужина в кафе и что ты была с ним.Я поставила чашку с кофе на стол и потерла виски.– Мы просто ужинали: Элек, Виктория и еще один парень, Бентли, из нашей школы. Они с Элеком подрались. Мы не знаем, из-за чего случилась драка, потому что, когда это произошло, мы с Вик были в туалете. Поэтому я на самом деле знаю не больше вас.– Видишь ли, твой отчим в ярости, и я не знаю, что с этим делать.– Ему просто нужно спустить все на тормозах. Парни что-то не поделили, и, возможно, вины Элека в этом нет. Постарайся ему это объяснить.– С Рэнди невозможно говорить ни о чем, что касается Элека. Я не могу понять, в чем тут дело.– Вот и я тоже.* * *Я решила, что смогу поговорить с Элеком этим вечером и прождала его весь день до самого вечера. Магазин велосипедов закрывался в шесть часов, поэтому я ждала его к семи, но он так и не пришел.Полная самых дурных предчувствий и тревог, я не могла заснуть. Наконец, около полуночи на лестнице раздались шаги, и я услышала, как хлопнула дверь в комнату Элека.Ну, по крайней мере, он дома.Буквально минуту спустя дверь в его комнату распахнулась с громким треском.– Какого черта, Элек? Ты напился, – услышала я вопль Рэнди.Я подскочила и приложила ухо к стене.– Привет, па-па, – невнятно произнес Элек.– Похоже, парень, я начинаю тобой чертовски гордиться. Сначала ты устраиваешь драку и позоришь меня на всю округу, а потом еще имеешь наглость заявляться в мой дом пьяным в лоскуты? Ну, так ты еще пожалеешь, что вообще пришел сегодня домой.– Да неужели? И что ты собираешься делать? Ударить меня? Ведь это единственное, что ты пока еще не делал. Я давно готов к этому.– Тебе бы этого очень хотелось, ведь так? Так вот, я не собираюсь тебя бить.– Да, правда... ты не станешь меня бить. Ты просто будешь ненавидеть меня... как, впрочем, и всегда. Временами мне даже хотелось, чтобы ты на самом деле избил меня и оставил, наконец, в покое.– Ты лузер, Элек.– Скажи мне хоть что-нибудь новенькое.– Ладно, я скажу тебе кое-что новое для тебя. После всего этого я не собираюсь помогать тебе, оплачивая учебу в колледже. Сам решай свои проблемы. Сегодня вечером я принял решение. Все деньги, которые предназначались тебе, я отдам Грете.ЧТО? Только не это!Между тем Рэнди продолжал орать:– Я не собираюсь отдавать свои с трудом заработанные деньги неудачнику, который хочет стать писателем, как какой-нибудь слюнтяй. Если когда-нибудь передумаешь и захочешь сделать настоящую карьеру, придешь ко мне, поговорим. А до тех пор я ни гроша на тебя не потрачу.– Так ты никогда и не хотел платить за мой колледж, и ты сам это прекрасно знаешь.– С чего бы мне хотеть... Зачем вообще помогать человеку, который с первого дня своего рождения только и делал, что разочаровывал меня?– Вот с этого и надо было начинать... Ты ведь ненавидишь меня с того самого дня, когда я родился? У меня никогда не было ни единого шанса, ведь так? И все потому, что мама не сделала аборт и не убила меня, как ты ее об этом просил.– Это гнусная ложь. Это она тебе сказала?– Даже если бы она мне этого не сказала, я бы и сам догадался. Ведь поэтому ты все это время медленно убиваешь меня словами, чтобы исправить ее ошибку.У меня сердце разорвалось от этих слов.– Вот как? Тогда почему ты до сих пор не умер, Элек?Я буквально задохнулась от ужаса. Я просто не могла больше стоять и слушать все это. Я ворвалась в соседнюю комнату и ужаснулась еще больше, обнаружив, что Элек сидит на краю кровати, обхватив руками голову. От него сильно пахло алкоголем. Его спина и плечи поднимались и опускались в такт тяжелому частому дыханию.– Рэнди! Прекрати! Пожалуйста, остановись! – Отчим стоял со скрещенными руками, безучастно глядя на меня холодными глазами. В этот момент человек, стоящий передо мной, показался мне совершенно чужим. – Это ведь твой сын! Мне нет дела до того, что ты убедил себя в том, что он не заслуживает этого. Ничто не может оправдать такие ужасные слова, сказанные своему ребенку!– Грета, ты просто не понимаешь, не знаешь всю нашу историю... – начал Рэнди.– Мне не нужно ничего знать, чтобы понять, что страшные слова, сказанные тобой сейчас, могут ранить сильнее, чем любое оружие. И я не собираюсь позволить тебе так с ним обращаться.Никто из них не произнес ни слова. В комнате повисла напряженная тишина. Дыхание Элека, кажется, начало успокаиваться, как и мое. Я повернулась к Рэнди.– Тебе сейчас лучше уйти.– Грета...– Убирайся, – закричала я во всю силу своих легких.Рэнди покачал головой и вышел из комнаты, оставив меня один на один с Элеком, который сидел все в той же позе.Я сходила в свою комнату, вернулась с бутылкой воды и протянула ему, почти коснувшись его губ.– Вот, выпей.Он залпом осушил бутылку, раздавил в руке пластик и отбросил. Я опустилась на колени, чтобы снять с него ботинки.Он что-то невнятно пробормотал, я не смогла разобрать ни слова. Я встала и откинула с кровати одеяло.– Давай ложись.Он стянул куртку и небрежно бросил ее на пол, затем подполз по кровати к подушке, лег на живот и закрыл глаза.Я села рядом с ним на кровать, все еще потрясенная не только тем, что произошло между отцом и сыном, но и своим вмешательством. Мне было безумно больно за Элека и стыдно за Рэнди. Я понимала, что мне предстоит разговор с мамой завтра утром. Как она могла не услышать, что здесь происходит, и не вмешаться?Дыхание Элека стало ровным, он заснул. Я разок провела рукой по его шелковистым черным волосам, наслаждаясь возможностью свободно прикасаться к нему, пока он об этом не знает. Я слегка коснулась пальцем его губы, поврежденной в драке с Бентли. Рана была как раз рядом с его кольцом, и я с содроганием подумала, что губа, видимо, была разорвана этим кольцом.Теперь мне стала яснее причина его вечно вызывающего, демонстративного поведения и злости, но все же я понимала, что почти ничего не знаю о жизни Элека.Он выглядел таким невинным во сне. Без ухмылок и сверкающих глаз, легче было разглядеть паренька, обычно скрывающегося за суровой внешностью, который, как я сейчас только что поняла, был просто психологически раздавлен человеком, женатым на моей матери. На мои глаза навернулись горькие слезы, когда я поправляла одеяло на брате, а потом я тихонько ушла.Вернувшись к себе в кровать, я думала об иронии ситуации, в которой мы все оказались, – парень, который только и делал, что прогонял и запугивал меня, похоже, был единственным человеком в мире, которого мне хотелось защищать.* * *На следующее утро, когда я проснулась, Рэнди с мамой уже уехали в двухдневное путешествие по западной части штата. На кухонном столе мама оставила мне записку.Сегодня рано утром Рэнди удивил меня, предложив совершить небольшое путешествие в честь моего дня рождения в Беркшир. Он даже заказал машину к тому часу, когда я проснулась! Мне не хотелось тебя будить. Это всего на одну ночь. Мы вернемся вечером в понедельник. В холодильнике полно еды для тебя и Элека. Звони, если что-нибудь понадобится. Люблю тебя.Надо же, как здорово получилось! Я была уверена, что отчим организовал все это лишь для того, чтобы избежать разговоров о вчерашнем происшествии. Я тут же схватила телефон и набрала маме сообщение:

Приятного путешествия, но, когда вы вернетесь, нам нужно будет серьезно поговорить о том, что происходит между Рэнди и Элеком.Элек не выходил из своей комнаты до двух часов дня. Когда он притащился на кухню, то был похож на ожившего мертвеца – волосы всклокочены, глаза налиты кровью.– Доброе утро, ясно солнышко, – приветствовала я его.– Привет, – слабым спросонья голосом прошептал Элек. Он налил кофе и сунул его в микроволновку.– В общем, так, наши родители уехали в двухдневное путешествие. Вернуться в понедельник вечером.– Это ужасно, – буркнул он.– Что ужасно? Что они уехали?Он вытащил кофе, сделал глоток и поморщился.– Нет, что вернутся.– Послушай, мне так жаль, что...– Я не могу сейчас. – Он закрыл глаза и выставил передо мной ладонь в останавливающем жесте. – Не могу говорить с тобой. Каждое твое слово звучит у меня в голове, как визг бензопилы.– Извини. Я понимаю. У тебя голова болит с похмелья.– Ну, и это тоже.Я закатила глаза, а он неожиданно подмигнул мне, заставив мое сердце трепетать. Я села, поджав под себя ноги, на кушетку рядом с кухней.– Какие планы на сегодня?– Прежде всего, привести в порядок свою гудящую голову.– Понятно, – засмеялась я. – А потом?– Не знаю, – он пожал плечами.– А как насчет того, чтобы прогуляться и где-нибудь перекусить? – спросила я, стараясь, чтобы мое предложение прозвучало как можно небрежнее.Он явно встревожился и растерянно поскреб щетину на подбородке.– Ну...– Что, ну?Он поспешно схватился за телефон.– Нет, на самом деле, видишь ли... у меня свидание.– И с кем же?– С... ммм...– Сам не знаешь? – рассмеялась я.Он с растерянным видом потер лоб.– Подожди минутку...– Да, печальный случай. – Я насмешливо прищурилась.– А, вспомнил, с Кайли... да... с Кайли.Если бы Кайли только знала, насколько легко заменяемой она была в череде его девушек! Втайне я была рада, что он не назвал Викторию, потому что, как я знала, моя подруга все еще не выбросила из головы мысль захомутать Элека, и ее не могла остановить даже сцена, устроенная им на нашем, так сказать, «двойном свидании». Она прислала ему, по меньшей мере, одну эсэмэску вчера, и, если честно, ее отчаянное желание увидеться с моим братом, несмотря ни на что, меня жутко раздражало.Ранним вечером того же дня я лежала, свернувшись калачиком на кушетке с книгой в руках, когда Элек спустился вниз. Я тут же инстинктивно села, выпрямилась и поправила на себе одежду. Запах его одеколона, донесшийся до меня через всю комнату, подействовал на меня подобно афродизиаку, прежде чем я хотя бы успела повернуться и взглянуть на него. На нем были черные брюки и очень подходящая к ним темно-бордовая рубашка с закатанными рукавами. Его волосы были стильно уложены в художественном беспорядке, и если не считать пореза на нижней губе, напоминающего о драке, выглядел он просто великолепно, гораздо лучше, чем когда-либо прежде. Да что там, на самом деле, даже поврежденная губа смотрелась невероятно сексуально. Казалось, сама энергетика в комнате менялась каждый раз, когда он входил. И все мои чувства тут же услужливо сообщали мне об этом.Я невольно вспомнила слова, присланные им мне в тот вечер: Имей хоть немного самоуважения.Черт! Я заставила себя снова уставиться в книгу, потому что, совершенно очевидно, никогда не могла скрыть свое влечение к нему, когда бы я на него ни смотрела. Но, просто еще раз вспоминая о тех обидных словах, которые тогда меня буквально убили, я подумала, что едва не забыла о своей клятве – никогда больше не смотреть на Элека после всего, что произошло с Бентли и Рэнди.Он сгреб свои ключи с тумбочки.– Я ухожу.– Пока, – ответила я, изо всех сил стараясь не отрывать взгляда от книги.Дверь с громким стуком захлопнулась, и я наконец-то смогла перевести дух. Какое счастье – я одна. Прошло довольно много времени с тех пор, как мой дом последний раз оставался полностью в моем распоряжении, и, хотя некая жалкая часть моей сущности желала, чтобы Элек остался здесь, со мной, еще больше мне хотелось побыть в одиночестве.В конце концов, я заказала китайскую еду, и почти сразу после того, как мне ее доставили и я открыла коробку с креветками Ло мейн, на моем телефоне зазвенел сигнал эсэмэс.

Элек: Я помню, что было прошлым вечером.Грета: Правда?Элек: Ты стояла на коленях в ногах моей кровати. Ты поимела меня?Грета: Ну и шуточки у тебя! Я снимала с тебя ботинки, пьяная ты задница.Элек: Ни фига себе. Так ты, оказывается, обувная фетишистка.Грета: Хватит хохмить.Элек: подмигивающий смайлик.Грета: Разве ты не должен быть сейчас на свидании?Элек: А я на свидании.Грета: Тогда почему ты не обращаешь внимания на свою девушку?Элек: Мне больше нравится доставать тебя.

Телефонный звонок прервал мои мысли, прежде чем я придумала, что написать Элеку. Звонил Бентли. Черт! Я совсем не была уверена, что мне стоит отвечать на этот звонок.– Алло.– Привет, Грета.– Привет. Почему ты звонишь?– Элека там нет рядом?– Нет. А что?– Ты забыла куртку в моей машине в тот вечер. Может, я зайду к тебе и занесу ее?– М-м-м... давай. Думаю, это неплохая идея.– Здорово. Я буду у тебя через двадцать минут.Я дала отбой и только тут заметила, что Элек прислал мне несколько сообщений за то время, что я разговаривала с Бентли.

Элек: На самом деле мое свидание – фальшак.Элек: Девушка оказалась парнем.Элек: Ржунимагу.Элек: #Никаких парней#Элек любит кисок.

Истерически расхохотавшись, я набрала ответ:

Грета: Прости, мне позвонил Бентли. Я забыла в его машине куртку, и он сейчас везет ее мне.

Буквально через две секунды после того, как я отправила сообщение, раздался звонок.– Он настоящий козел. Ни в коем случае не пускай его в дом.– Он просто занесет мне куртку.– Позвони ему и скажи, пусть оставит ее на крыльце.– Я не собираюсь этого делать. Нет никаких причин поступать так. Что бы ни произошло между вами.Звонок прервался. Нет, он просто бросил трубку! И у него еще хватает наглости указывать мне, что я должна делать, ничего при этом не объясняя!Десять минут спустя входная дверь распахнулась, и я буквально слетела с дивана. В комнату влетел запыхавшийся Элек.– Он уже здесь?Какого черта!– Нет. А ты чего примчался?– Похоже, ты не обратила на мои слова никакого внимания. Так что у меня не осталось выбора, кроме как вернуться домой.– Если ты не собираешься объяснять мне, почему я должна держаться подальше от Бентли, как ты можешь ожидать, что я тебя послушаюсь?Он в растерянности провел пятерней по волосам.Раздался звонок в дверь, и Элек, оттолкнув меня, пошел открывать дверь сам.Лицо Бентли мгновенно лишилось всяких красок.– Что ты делаешь дома? Она же сказала, что тебя нет.Элек выхватил куртку из рук Бентли и захлопнул дверь перед самым его носом. А потом запер ее.– Я сама выйду к нему. Прочь с дороги.Он повернулся спиной к двери и сложил на груди руки.– Тебе придется пройти сквозь меня. И разве ты не слышала, как только что отъехала его машина? Этот гребаный мажор просто хлюпик.Я сделала несколько вдохов и выдохов, убеждая себя, что не стоит на этом зацикливаться. Как говорится, проехали. В действительности я совершенно не хотела встречаться с Бентли, но стремление Элека командовать меня жутко раздражало. У него не было никакого права вмешиваться в мою жизнь и руководить мной, тем более когда он сам закрылся от меня. Напряжение, повисшее в воздухе, стало невыносимым, и чтобы как-то разрядить обстановку, я вернулась к кофейному столику, на котором стояла коробка с китайской едой. Мы все это время молчали, пока я не решилась разбить лед.– Это еда из китайского ресторанчика на углу, хочешь?Элек, казалось, все еще сердился, но тем не менее подошел ко мне и, взяв контейнер из моих рук, принялся жадно поглощать содержимое.– Проголодался? А разве ты не ел на своем свидании?Он с шумом втянул лапшу в рот.– Не-а.– Она сильно расстроилась, что ты ее бросил?– Нет, – промычал он с набитым ртом.Облокотившись локтями на столешницу и подперев голову руками, я спросила:– Если ты не смог поесть на свидании, то что же ты там делал?– М-м-м... Райли захотелось пойти в боулинг.– Райли? Мне показалось, ты говорил, что ее зовут Кайли.Он виновато усмехнулся и засунул в рот спринг-ролл.– Упс.Не зная, как на это реагировать, я закатила глаза и потянулась за последним спринг-роллом, прежде чем он проглотит и его.– Знаешь, я тут хотела посмотреть фильм на Netflix[4], если хочешь присоединяйся.Он перестал жевать на мгновение и быстро взглянул на меня.– Да что с тобой не так, дьявол тебя побери?– Извини, не поняла.– Не важно, насколько дерьмово я с тобой обращаюсь, ты все равно пытаешься тусоваться со мной?Я закипела от возмущения, казалось, из моих ушей сейчас вырвется пар.– А никто не просил тебя являться домой сегодня вечером! Я вообще мечтала побыть дома одна.– Да неужели? Собиралась поваляться на диване со своим вибратором или типа того?У меня упало сердце. Мой вибратор! Вот черт!Он ведь тоже лежал в ящике для белья. Я забыла, что сунула его туда, после того как навела порядок в прикроватной тумбочке. Я давно им не пользовалась и совершенно про него забыла.Так он забрал и его тоже!Между тем Элек продолжал издеваться:– Полюбуйся на себя. Ты что, только что поняла, что он пропал? И как же ты выходишь из положения? Одно из двух, либо ты стерла себе пальцы, либо серьезно нуждаешься в ком-то, кто поможет снять напряжение.Мое лицо окрасилось в сотню оттенков красного.– Ты негодяй! – У меня снова дернулся глаз.– Ну вот, ты опять мне подмигиваешь. Извини, ничем не могу тебе помочь. Может, тебе стоит посмотреть... немного другой фильмец на ночь? Может, он тебе поможет? У меня есть такие, могу одолжить один... ну ты знаешь... который поможет тебе чуток подмокнуть.Слова, сказанные им в тот вечер, снова вспыхнули в моей голове.Имей хоть немного самоуважения.Я решила, что покончу с этим сегодня. Впредь я собираюсь вести себя достойно, поэтому я гордо, ни слова не говоря, вернулась в свою комнату, однако перед этим я схватила контейнер с остатками китайской еды и вывалила все это Элеку на брюки.– Намочись сам, кретин.Его грубый, резкий смех резанул мне по сердцу, когда я поднималась по лестнице.В эту ночь я вся буквально дымилась от негодования, крутясь на кровати и сбивая в комок простыни. Что он думает о себе, и вообще, он кто такой со своим пассивно-агрессивным поведением? Он специально все разыграл так, будто это именно я ищу его внимания, когда он писал свои сообщения во время своего так называемого свидания, а потом нарочно примчался рано домой, чтобы помешать мне встретиться с Бентли.Эти мысли крутились у меня в голове, мешая мне спать, пока около двух часов ночи я не услышала пронзительный, отчаянный крик из комнаты Элека.