Часть 30

Карета остановилась у дома семьи Браунов. Весенний ветерок подхватил легкий шелест листвы, когда кучер распахнул дверцу. Первая вышла Тора, поддерживая подол своего светло-голубого платья, слегка помятого после долгой дороги. Её светло-золотистые волосы, собранные в простую, но изящную прическу, мягко блестели в лучах закатного солнца. Впереди стоял Йенс, заметно нервничая, но стараясь сохранять уверенный вид.Он был одет с иголочки - чистый сюртук, аккуратно завязанный галстук. В руках он держал небольшой букет полевых цветов. Йенс чуть переступил с ноги на ногу, но, встретив взгляд Торы, расправил плечи и улыбнулся.— Добро пожаловать, мисс Тора, —проговорил он с теплотой, поклонившись и протягивая ей букет.Тора замерла, не ожидая увидеть его здесь, у их дома. Выпускной бал, прошедший чуть больше месяца назад, вспыхнул в её памяти. Она вспомнила, как танцевала с ним весь вечер, как он увлекал её в разговоре, но тогда она думала, что это просто вежливость кавалера. Сейчас же её сердце учащённо билось.—Спасибо, мистер Йенс, — тихо ответила она, принимая цветы. Щёки её слегка порозовели, и она смущённо опустила глаза.Йенс улыбнулся шире, но его руки всё ещё слегка дрожали. Он знал, что это непросто - встретить её семью. Его взгляд скользнул на фигуру мистера Брауна, который в этот момент выходил из кареты, помогая жене Эванджелине и передавая ей малышку Матильду. Следом спрыгнули Эрик и Себастьян, которые сразу начали шептаться и смеяться, наблюдая за Йенсом.—Вот это да, —пробормотал Себастьян, подталкивая брата локтем.—Думаешь, он рискнёт заговорить с отцом?—Похоже, уже рискнул, — усмехнулся Эрик, скрестив руки и с интересом разглядывая сцену.Лили и Агата тоже выбежали из кареты. Лили с интересом наблюдала за сестрой и Йенсом, а маленькая Агата тянула за руку Эстер, которая уже стояла на крыльце рядом с Саймоном.Саймон стоял чуть в стороне, сложив руки на груди. Его лицо выражало явное веселье, хотя в глазах читалась и тень ревности. Когда Йенс обратил внимание на Эстер несколько месяцев назад, Саймон сдерживался, но теперь ему больше не нужно было беспокоиться. Он склонился к Эстер и шепнул на ухо:— Кажется, у нас появился новый объект его увлечения. Не рада ли ты этому, моя дорогая?Эстер повернула к нему голову, её глаза блестели от едва сдерживаемого смеха.—Очень рада, —ответила она тихо, но почувствовала, как Саймон слегка погладил её руку, прежде чем накрыть её своей ладонью.—Теперь ты только моя, — добавил он, и уголки его губ дрогнули в довольной усмешке.Эстер улыбнулась, её взгляд скользнул к Торе, которая всё ещё стояла перед Йенсом, сжимая букет в руках.Тем временем Йенс, видя приближение мистера Брауна, почувствовал, как его сердце замерло. Он глубоко вдохнул и собрал всю свою смелость.—Сэр, — начал он, обращаясь к главе семейства, —могу ли я попросить разрешения прогуляться с мисс Торой?Мистер Браун внимательно посмотрел на него, затем перевёл взгляд на дочь, которая робко стояла рядом.—И только в пределах сада, — строго ответил он после короткой паузы.—Благодарю вас, сэр, — сдержанно кивнул Йенс, затем обратился к Торе: —Мисс Тора, позвольте проводить вас.Она молча кивнула, её лицо всё ещё горело румянцем. Они начали медленно уходить вдоль дорожки, обсуждая, казалось бы, простые вещи: погоду, красоту весны, разговоры о выпускном. Но в их словах ощущалось что-то большее —лёгкость и неловкость первых робких чувств.Мистер Браун наблюдал за ними из окна, нахмурившись.—Перестань, дорогой, — мягко сказала миссис Браун, подходя ближе. Она ласково похлопала мужа по плечу. —Она взрослеет. И Йенс —хороший человек.—Мы ещё посмотрим, — пробормотал мистер Браун, но его голос звучал скорее устало, чем сердито.В саду ветер шевелил ветви деревьев, и Тора мельком взглянула на Йенса, который, кажется, выглядел таким же смущённым, как она.

* * *

Тора и Йенс продолжали шагать по извилистой садовой дорожке. Мягкий свет заходящего солнца окрашивал деревья и цветы в золотистые оттенки, а воздух был наполнен свежестью недавнего дождя. Она слегка поворачивала голову, украдкой поглядывая на молодого человека, и каждый раз её щеки слегка розовели. Йенс, в свою очередь, старался не смотреть на неё слишком долго, боясь, что его взгляд выдаст слишком много.—Вы, кажется, хорошо знаете мой сад, господин Халворсен, — нарушила Тора тишину.— Неужели бывали здесь раньше?Йенс улыбнулся, слегка опустив голову.—Нет, только сегодня. Но мне кажется, я вижу этот сад так, будто уже давно знаком с ним. Возможно, это потому, что он... так вам подходит.Тора замерла на миг, а затем поспешила скрыть улыбку, наклонив голову к букету, который он ей подарил.—Вы говорите так, что я почти начинаю вам верить, — ответила она, стараясь звучать непринужденно.—Я не хочу, чтобы мои слова звучали неискренне, —Йенс остановился и взглянул на неё. —Тора... Простите мою смелость, но вы позволите мне говорить откровенно?Её сердце забилось чаще, и она чуть прикусила губу.— Конечно, —тихо ответила она, —если вы сочтёте это уместным.— Я не могу выбросить из головы тот вечер на вашем выпускном балу, —начал он, делая шаг ближе, но все же сохраняя почтительное расстояние. — Вы были окружены друзьями, блистали в танце, и всё вокруг казалось таким... недосягаемым для меня. Но в тот миг, когда мы с вами говорили... Я почувствовал что-то, что раньше мне было неведомо.Тора удивленно подняла на него взгляд.—Но ведь мы тогда едва перекинулись парой слов... Я помню, вы говорили, что не часто бываете на балах.—Да, —кивнул он, — но именно те несколько слов оставили след в моем сердце. Я подумал тогда: если человек может за одно мгновение оставить такое впечатление, то каково же было бы узнать его ближе?Она почувствовала, как её дыхание участилось.—Йенс, вы ставите меня в неловкое положение... Я и не подозревала, что тот вечер значил для вас так много.Он чуть улыбнулся, хотя в его глазах читалась робость.—Прошу прощения, если мои слова кажутся слишком смелыми. Я лишь хотел, чтобы вы знали.Тора на мгновение замолчала, затем снова подняла на него взгляд, полный смущения и одновременно какого-то внутреннего тепла.—Это... трогательно. Я не знаю, что сказать.Йенс наклонился чуть ближе, но всё ещё осторожно.—Вам не обязательно что-то говорить. Видеть вас снова — уже больше, чем я мог надеяться.Они медленно продолжили прогулку, и Тора, решившись, заговорила первой:—Знаете, когда я увидела вас здесь сегодня, я... я почувствовала, что этот день будет особенным.Йенс остановился, внимательно посмотрел на неё.— Вы действительно так подумали?— Да, — она смущенно отвела взгляд. — Хотя, возможно, я не должна была этого говорить.— Почему же нет? —Йенс сделал ещё шаг ближе, но всё же оставил ей пространство. — Мне дорого каждое ваше слово.Её щеки вновь порозовели, но она решилась продолжить.—Знаете, я часто вспоминала тот вечер. Вспоминала, как вы подошли ко мне, как держали себя... Я думала, увижу ли я вас снова.Йенс не смог скрыть своей радости. Он взял её руку, бережно прижал её к своим губам и, отводя взгляд, сказал:— Если я имею хоть малейшую надежду увидеть вас снова после этого вечера, то я готов ждать сколько угодно.Они замолчали, но теперь в их молчании не было неловкости. Это была тишина, наполненная тем, что они оба боялись выразить словами.