-2-

– Итак, Испания? А как же Франция – страна любви? –  я с усмешкой смотрела на свою подругу, сидящую напротив. После её внезапного сообщения мы договорились встретиться в моём самом любимом месте – уютное кафе с видом на живописный парк.

– Это слишком шаблонно, даже для меня. Нам, в конце концов, нужно вернуть тебя к яркой жизни, а не втянуть в еще более глубокую депрессию из-за отсутствия романтики в жизни, - Мэдисон сделала глоток горячего чая с ягодами и поёжилась от холода. Н-да... Такое чувство, будто лето в Коннектикуте за сутки прошло мимо и теперь нам остается только снова готовиться к зиме.

– Кто сказал, что я в депрессии? У меня просто нет настроения развлекаться, это абсолютно нормально, – я обиженно отвела взгляд к окну: на улице уже третьи сутки лил дождь.

– Эйви, нормально – это когда твоя грусть тянется от силы неделю, – Мэдисон подалась вперед и в упор смотрела на меня, пытаясь привлечь внимание, – а ты, моя дорогая, сидишь в этом болоте уже несколько лет.

– И что с того? – меня поразительно легко вывести из себя, один из главных моих недостатков. – Почему все вокруг считают своей миссией переделать меня так, как им хочется? – тон постепенно повышался, но из-за своей эмоциональности я ничего не могла с этим поделать.

– Милая, я не пытаюсь тебя переделать, – Мэдисон попыталась смягчить ситуацию, видя, что мое терпение на исходе, – я хочу тебе помочь, как подруга, как твой близкий человек, которому не все равно, что с тобой происходит. Я лишь пытаюсь позаботиться о тебе, потому что сама ты этим никогда не занимаешься, я же знаю. Ты не рассказываешь мне о своих переживаниях, чувствах, потому что боишься снова обжечься, но я ведь не глупая, я и сама все прекрасно вижу. Тебе нужно выпустить пар, и если ты переживаешь, что что-то опять пойдет не так, то перестань, я все время буду рядом, я в любой момент смогу тебе помочь и остановить, если буду чувствовать что-то неладное, – подруга поддерживающе взяла в руки мою трясущуюся ладонь, видя на моем немом лице наступающие слезы, – я прошу тебя лишь об одном: не молчи. Позволь мне помочь тебе, пожалуйста...

Все, сил больше нет. Все чувства, что столько лет скопились у меня в душе, вся боль, все переживания – все вылилось наружу. Я не смогла больше сдерживать слезы. Сначала безмолвно, а после тихими всхлипами я показывала, что в мире теперь есть единственный человек, которому я могу открыть свою душу.

Мэдисон пересела поближе и прижала меня к себе, укрывая от всего плохого, с чем я уже столкнулась и с чем мне придется столкнуться в будущем. Я очень долго не могла прийти в себя, но на протяжении всего этого времени, подруга продолжала мягко поглаживать меня по спине и шептать что-то нежное и успокаивающее на ухо.

Мы с Мэдисон дружим уже почти два года, но все это время я продолжала держать ее на расстоянии, это просто вошло в привычку. И сейчас, та огромная стена, которую я построила между нами, рухнула в мгновение ока. Что ж, я лишь надеюсь, что никогда не пожалею об этом...

Некоторое время спустя я все-таки смогла успокоиться, и тогда мы смогли сделать то, за чем мы вообще собрались – обсудить детали поездки. Оказалось, что помимо билетов на самолет Мэдисон и забронировала номера в отеле, и заранее договорилась по поводу такси от аэропорта, и нашла билеты на множество концертов и вечеринок, которые должны будут пройти в ближайшее время. Мне оставалось только сидеть и хлопать глазами от удивления.

– Напомни, когда ты успела столько всего сделать? – для меня иногда встать с кровати кажется нереальным, а тут такое...

– Все ради любимой подружки, – Мэдди очаровательно улыбнулась, – ну и ради себя, конечно, что ж греха таить, – мы дружно засмеялись, но нам пришлось прерваться.

– Дамы... – послышался галантный голос из-за спины.

Я недоуменно обернулась и не поверила своим глазам: передо мной стоял высокий блондин, чьи черты лица я узнаю из тысячи. Светлые голубые глаза, густые брови, широкая улыбка и две миловидные ямочки на щеках. Ну, конечно!

– О боже мой, какие люди! – я восторженно встала и распахнула объятия для старого друга.

– Я тебя, значит, по фигуре с улицы заметил, а ты даже голос мой не узнала! Я оскорблен, - парень наигранно отвернулся и закрыл лицо руками, а после засмеялся и крепко обнял меня в ответ.

– Как ты здесь оказался? – я еще не отошла от шока: мы не виделись с ним с окончания школы, а тут он внезапно оказывается передо мной.

– Вообще-то я здесь живу, если ты не забыла. Пришла, значит, в наше место и думаешь остаться незамеченной? – Ник наконец ослабил хватку и отошел на шаг назад. – Николас Коулмэн, старый друг этой дурёхи, – он подал ладонь для рукопожатия, но практически сразу спохватился и поцеловал вытянутую в ответ руку удивленной Мэдисон.

– Мэдисон Пейдж, лучшая подруга этой же дурёхи, – парень с девушкой в этот момент дружно засмеялись, а я состроила недовольную гримасу и сложила руки на груди в ответ на это прозвище.

Ник присел к нам за столик и заказал себе молочный коктейль, ну а что, погода ведь самое то...

– Так, как ты оказался здесь? Ты же уехал поступать в Чикаго, разве у тебя не должна быть сессия сейчас? Неужели не поступил? – я резко запереживала, что другу повезло не так, как мне: множество индивидуальных достижений (помимо высокой успеваемости) помогли мне с меньшей сложностью поступить в престижный университет (в тот же, где учились и мои родители – этакое «наследие»). А вот Нику повезло меньше, ему пришлось ехать в другой штат (хотя для меня это больше плюс, чем минус) и пытаться поступать туда.

– Да не гони ты так. Поступил я, поступил, не совсем тупой же. Просто в один момент решил, что это не мое и отчислился, – он сказал это так непринужденно, что у меня чуть глаз не задергался.

– Ник, ты дурак? В смысле отчислился? Это же был такой шанс, ты мог просто-напросто вступить в бизнес отца и жить себе припеваючи, – если бы взглядом можно было сжечь человека, я бы это сделала.

– Я понимаю, почему ты так говоришь, но это мой папаша бизнесмен, а не я. Мне не нравится этим заниматься, работать с цифрами, бумажками, фальшивыми «союзниками» – это всё не моё, – он печально вздохнул. – Я слышал, тебе тоже пришлось несладко. Все-таки пришлось идти туда, куда отправили родители?

– Учебе в Йельском университете – это же достояние нашей семьи, – я заговорила приторным серьёзным голосом, каким говорил со мной отец. – К сожалению, я – не ты, у меня не получилось выступить против того, что мне внушали годами. В принципе всё не так плохо, я хорошо учусь, еще года три и смогу получить юридическое образование, все как я...они хотели.

– В принципе, всё как всегда. Ты общаешься с ними? – Ник сочувственно посмотрел мне в глаза.

– Конечно, они ведь мои родители. Мы созваниваемся иногда, я даже пару раз к ним заезжала, хотя мы живем в одном городе, забавно, не так ли? – на меня нахлынули тяжелые воспоминания об этих напряженных встречах, когда единственное, о чем мы говорили так это о том, как я должна стараться, усердно учиться и ни на что не отвлекаться. Я мотнула головой, прогоняя образы прошлого. – Так чем ты теперь занимаешься? Неужели открыл свою фотостудию?

– Оу, ты еще помнишь? Эх, если бы. Пока только собираю деньги, но я свою мечту в отличие от тебя не забросил. Сейчас подрабатываю официантом, как раз-таки в этом кафе, – Ник огляделся по сторонам. - Тут многое изменилось, но я все еще вспоминаю, как часто мы сидели здесь после школы... Что-то мы совсем забыли про твою подругу.

– Спасибо, что напомнил, – Мэдисон язвительно глянула на нового знакомого, а потом перевела взгляд на меня. – Дорогуша, мне уже пора идти, но еще на днях созвонимся и обсудим оставшиеся детали, окей?

– Мэдди, всё в порядке? Ты так сорвалась... - мне показалось, Мэдисон и правда обиделась, что мы перестали обращать на нее внимание.

– Конечно, все в порядке. Я же говорила, что мне на маникюр в 4 часа, а мы тут уже прилично так засиделись, - подруга приобняла меня и помахала на прощание. – До встречи в аэропорту! – дальше она обратилась к Николасу, – И тебе пока, красавчик, – а после развернулась и элегантной походкой прошла к выходу. Я успела заметить, что Ник не сводил с нее глаз до тех пор, пока Мэдисон не пропала из зоны видимости. Этот взгляд говорил сам за себя.

– О нет... ты, что, запал на нее? – от шокированного лица друга я искренне захохотала, но данная мысль глубоко засела у меня в голове.

– Скажешь тоже, - он закатил глаза, – а вы, что, собираетесь куда-то? – Николас всегда умело менял неудобные ему темы для разговора.

– В Испанию – Мэдисон решила, что мне жизненно необходимо расслабиться в компании какого-нибудь горячего испанца, – я смущенно отвела взгляд, – может, она и права...

– Ты и отдыхать? Такое правда бывает? – от моего злобного взгляда Ник сразу замолк и продолжил уже более серьезно. – Тебе правда это нужно. Хоть мы и не общались почти два года, я абсолютно уверен в том, в каком состоянии ты сейчас находишься, и что-то мне подсказывает, что ты тоже прекрасно это осознаёшь и подробный психологический анализ тебе не нужен, не так ли?

– Годы идут, а ты всё также проницателен, – я с тоской усмехнулась.

– У меня был отличный учитель, – Ник улыбнулся самой обворожительной улыбкой, на которую только был способен. – Кстати, хочешь поделюсь с тобой контактами знакомых горячих испанцев? – я хотела бы запульнуть в него что-нибудь, но в зоне досягаемости была лишь только собственная рука, которая направилась прямо к голове этого засранца. – Да ладно, ладно, я пошутил!

В такой обстановке мы провели где-то час, смеясь, дурачась и вспоминая совместное прошлое. Однако позже у него начиналась смена, а я не хотела его отвлекать, поэтому нам пришлось разойтись. Но на этот раз мы обменялись контактами и практически дали клятву на крови, что будем постоянно поддерживать связь.

После продолжительных посиделок в кафе я измученно отправилась домой. Долгое нахождение в обществе сильно выматывало меня. Дома у меня не было никаких питомцев или чувствительных растений, а значит – никакой дополнительной обязанности. Эта мысль очень порадовала меня, когда, плюхнувшись на кровать, я поняла, что встать я смогу совсем не скоро.

Смотря в потолок, я размышляла обо всём и ни о чём, но в один момент почувствовала, что, кажется, у меня начинается новая жизнь.