Глава 40.

Отпечаток фар в моих глазах развеялся, но я не забуду это никогда... Я не чувствовал своей ноги. Я не чувствовал ничего. Я пытался повернуть голову и посмотреть назад, но все было тщетно... Будто все мышцы моего тела дружно сговорились и отказались работать.

- Вы живы?- кое - как выдавил из себя я.

Но ответа я не услышал. Лишь пронзительный звон в ушах, будто я находился в облаке комаров, - это все, что я слышал.

В таком положении я сидел уже минут двадцать и просто смотрел вперед.

Наш фургон , точнее его остатки, находились где-то в лесу, на живописной полянке, среди стремящимся в небо тонких берез и стройных сосен. Видимо, от удара нас отбросило с трассы.Повсюду лежали обломки машины. Капот, смятый в гормошку, дымился густым черным дымом.

- Если все это загорится, нам точно не выжить, - думал я.

Из-под клубов едкого дыма пробивались лучи уходящего ярко- красного солнца. Розовое  небо не сулило ничего хорошего.

- Будет ветер, - думал я, - хотя, ветерок в такой жаре не так уж и плох, да и дым он развеет.

- Черт, моя рука!- откуда-то сзади раздался хриплый голос.

- Макс, это ты?- еле сказал я.

- Да, ты там живой?

- Я не знаю, я не могу шевелиться, ничего не чувствую. Пожалуйста, говори громче, я тебя почти не слышу.

- Хорошо.

- Осмотрись там, что там с Олесей и остальными, они в порядке? Ты, кстати, помнишь , что было-то?

- Поменьше вопросов. Ваня со Светой вроде бы сзади, мне больно оборачиваться, жутко болит шея. Ребят, вы в порядке?- спросил я у сидящих сзади, -в ответ было лишь молчание,- так, Олеся... а Олеся... она же вроде со мной сидела, ведь так?

- Ну да, а что с ней?

- Ее нет!

- Как нет, ты уверен?

- Да, она как будто просто взяла и ушла. Здесь нет ни единого ее следа.

- Так, ладно, разберемся. Так ты помнишь все?

- Да, я все помню, а что?

- Когда ты отключился и позже очнулся, тебе отшибло память, ты не понимал, что происходит. Что именно ты помнишь?

- Ну, мы ехали из базы ополченцев на этом чертовом фургоне, потом визг тормозов, сильный удар, жуткие пронзительные крики, а потом все, как в тумане. Стоп, ты сказал,мне отшибло память?

- Да, ты помнил все, что было за месяц до апокалипсиса.

- Ого. Так, ладно, я попробую встать.

***

От лица Макса:

Жуткая боль в правой руке пронизывала все мое тело. Я ее не чувствовал, не мог шевелить ей. Ужасно болела шея. Будто мою голову развернули и поставили другой стороной. Я попробовал подняться...Попытка встать не увенчалась успехом. Я попытался вновь, но, что-то мешало мне встать.

Я осмотрелся. И каково было мое удивление... я был привязан толстой веревкой к сиденью.

- Ник, тут это, я привязан, что за..??

- В смысле, ты привязан? Как?

- Бл, обычно, меня кто-то привязал веревкой к спинке сиденья.

- Да кто тебя мог привязать-то?? Выбраться сможешь?

- Я..я попробую.

Я начал ерзать, пытаясь ослабить веревки, но не тут-то было.Второй рукой, которой я еще мог шевелить, я начал искать узел, но и эта попытка провалилась, похоже, узел был за спинкой.

- Макс, Никита, это вы? - вдруг испуганно, с надеждой проговорил женский голос.

- Да, Свет, это мы,- почти хором сказали мы с горе-водителем.

- Вы в порядке?

- Не совсем, Никита не может пошевелиться, а я привязан к этому блядскому сиденью. Ты сможешь меня развязать?

- Я попробую.

- А что там Ваня, как он там? У него же дыра в животе,- слабым голосом поинтересовался водитель.

- Ваня, -начала Света,- ооо, ужаааас,-закричала она.

- Что? Что там!? - с тревогой спросил я.

- Что с ним? Света , не молчи, - подключился Никита.

- Он... он.. он.. я... я не знаю. Он весь в к-к-крови, на нем к-к-куча рван-н-ных ран и по-по-порезов, - заикаясь, чуть ли не плача сказала Света.

- Так, успокойся, попробуй развязать меня,- вступил я.

- Да-да,  сейчас.

Света судорожно начала теребить веревку. Спустя пару мгновений,  я почувствовал, что узел ослаб,  и через пару минут Света окончательно развязала меня.

- Так, что там с Ваней?- вставая, сказал я.

Я встал и обернулся... Я не поверил своим глазам. У бедного парня был  вспорот живот,  весь кишечник был на виду. Сердце было вырезано. Глазные яблоки висели на щеках. Нос был отрезан и волялся на полу. Нижней челюсти вовсе не было... Руки и ноги были располосаны ножом чуть ли не до костей. Такой ужасной картины я не видел никогда. Я надеялся,  что все это сон. Я на мгновенье закрыл глаза. Но когда открыл, передо мной была все та же жуткая картина...

- Кто же мог такое сделать?- думал я.

Вдруг я увидел окровавленую бумажку,  торчащую из его кармана.  Я незамедлительно достал ее. Еле разборчивым корявым почерком там было написано:

Если хотите увидеть в живых вашу чудную подружку с прекрасным нежным тельцем, жду вас завтра на рассвете на востоке, в десяти километрах от этого места. Если вы опоздаете, и солнце уже будет во всю сиять, пеняйте на себя. Я изуродую ее беленькое тельце похуже вашего друга!

P.S. Его сердце будет очень вкусным, а из зубов получится отличное ожерелье. Жду вас!

Сказать, что я был в шоке, ничего не сказать. Я был в ужасном испуге.

- Ребят, у нас большие проблемы.Олеся у какого-то маньяка,  который убил Ваню.

- Что?! - возник Никита, - и что нам делать?! Что этот урод хочет?!

- Он требует,  чтобы мы пришли к нему на рассвете, иначе он убьет ее, -ответил я.

- Так нужно идти туда и не медлить, - сказала Света.

- Я понимаю,  а как же Никита, он даже шевелиться не может.

В ответ молчание...

Я встал и прошел к нему. Здесь картина была не лучше:

Голова Никиты была вся в крови, лоб рассечен. Руки вроде бы были целы. Грудь Никиты была синяя, она приняла на себя удар от руля. Но самое страшное я увидел дальше...  Его нога она.. она  была полностью раздроблена, и, наверное, держалась на одной лишь коже. 

- Ник,  я не знаю, я не пойму, что с тобой..,- начал я,- нога.. твоя нога, понимаешь,  она..

- Ну что там , блять ?! Не томи, говори уже!

- Э-э-э-э.. я не знаю, как сказать, она... она раздроблена,- пересилив себя, сказал я.

- Что!?!? Что там ?? Макс объясни мне все!- испугался он

- Я уже все сказал, похоже, я не могу сказать, мне страшно об этом говорить...

- Ну что, не томи, - в слезах перебил меня Никита.

- Похоже, это все, это уже конец. Ты лишился ноги.

- И ты так спокойной об этом говоришь?!?! БЛЯЯЯЯТЬ!!!!-закричал он.

- Брат,  я не знаю, что делать. Я в шоке, мне очень страшно, я просто не знаю... Давай, давай, я попробую тебя достать.

Никита молчал.

Я молча подошел к нему. Ржавый металл старого фургона буквально впился ему в ногу. Под ним была огромная  лужа крови. Я не знал, я просто не знал, что мне делать. Я попытался вытащить ногу, но внезапно Никита пронзительно закричал. Я резко отстранился от него. Я очень испугался.

- Никита, брат, я не знаю, что делать. Твою ногу зажало. Нужно как-то доставать ее и идти... У него Олеся. Нельзя медлить. До рассвета нужно пройти десять километров,  я просто не знаю, что делать,  брат! Что нам делать?! - тораторил я. Я не мог четко выразить свою мысль...

- Идите за ней, я подожду вас,- слабым голосом сказал он.

- Нет, мы не бросим тебя! - заявила Света.

- А как же Олеся? Он ведь убьет ее. Вы должны уйти, - отвернувшись сказал он. Похоже, его паралич ослаб.

- Без тебя мы никуда не уйдем!- командным тоном сказал я...

- Но Олеся... она ведь.., - начал Ник

- Я знаю, ты -мой друг и я тебя ни за что не брошу!- перебил его я.

Похоже, герои стоят перед выбором: спасти Олесю или остаться с Никитой. Как поступят герои? И какой выбор, один из самых главных выборов в своей жизни, сделает Макс?

Продолжение следует...