7. Алые, словно кровь, цветы

Девятихвостая растянула губы в улыбке, но в ее глазах царил холод.

Лиса дернула рукой, вырываясь из хватки этого человека. А затем снова схватила того за запястье. Звук ломающихся костей воодушевил ее. Ее ушки в нетерпении дернулись, а улыбка превратилась в хищный оскал.

Дух надавила на сломанную руку, наблюдая как сильно побледнел заклинатель. Белая кость показалась наружу, разрывая плоть изнутри. Кровь запачкала лисицу, но та не обратила на такую мелочь внимания. Ее руки были уже давным давно по локоть в крови.

Ей нужно было избавится от этого человека. Но эти глаза, что ярче изумрудов, запали ей в душу. И это чувство было более интенсивным.

Ее когти воткнулись в чужое плечо, а вторая все так же крепко сжимала запястье. Лиса была довольно резка и точна, потому и рукой этот заклинатель больше не сможет воспользоваться. Мужчина побледнел, капельки холодного пота стекали вниз, оставляя мокрые дорожки. Он морщился от боли, стиснув зубы. С его губ сорвался тихий, но болезненный стон. Девятихвостая злорадствовала.

Дух снова принялась душить этого человека, пока у того совсем не останется сил на сопротивление. Его губы настолько посинели, словно у спелой черники.

Наконец она заставит этого человека почувствовать всю ее ненависть к нему. «Не стоит терять времени», — подумала лиса и начала действовать более решительно.

Она придвинулась ближе к шее, утыкаясь носом. Дух чувствовала, как пульсирует артерия, как бьётся сердце. Чувствовала, как грудь вздымались от каждого вдоха. Ее острые клыки впились в эту нежную кожу, кровь потекла ей прямо в рот. Она облизнулась словно оголодавший зверь. Ей это нравилось. Опьяняющий вкус крови делал девятихвостую ещё более безумной.

Впиваясь своими острыми когтями в грудную клетку, она слышала только тихое поскуливание, что так сильно раздражало слух. Ей хотелось разорвать этого человека на части. Сломать каждую кость в его теле. Чтобы он захлебнулся в собственной крови. Лиса рвала и царапала его тело, пока бо́льшая часть не превратилось в кровавое месиво. Белые кости были видны, но лиса упорно оттягивала этот момент.

На миг ее разумом завладели ее воспоминания. На мгновение она увидела картину из далёкого прошлого. Маленький мальчик с такими же изумрудными глазами точно так же лежал на зелёной травке. «Ли Сяо, Ли Сяо, зачем ты это сделала?» — спросил он, истекая кровью. Его голос был осипшим и тихим, лиса едва слышала его слова. Но даже так она не могла ответить. Дух просто стояла и смотрела, как медленно стекленеют эти чудные глаза, как жизнь уходит из маленького хрупкого мальчика, который дал ей это глупое имя.

Девушка тряхнула головой, отгоняя назойливые воспоминания, ее черные волосы испачкались в чужой крови. Она хищно оскалилась, не сдерживая весь тот мрак, что отражался в ее глазах.

Эти зелёные глаза человека так сильно напоминали ей о том мальчике. От этого ее гнев вырос ещё на десять пунктов.

Кровь текла рекой, окрашивая траву в багряный цвет. Ещё немного и лиса получит желанную добычу! Открывать грудную клетку было физически трудно, но это того стоило. Ребра были довольно крепкими, но как только ярко красное, ещё теплое и бьющееся сердце предстало перед взором — все невзгоды были забыты. В нос ударил резкий запах крови, но он был таким же пьянящим, словно вино. Лиса вынула сердце, оно свободно поместилось на ее ладошку. Такое хрупкое, такое нежное и такое вкусное! С остервенением та начала вгрызаться в него, чувствуя непревзойденный вкус этого деликатеса. Он был сочнее клубники, и запах так сильно ударял в голову. Вот оно, истинное наслаждение! Что может быть лучше, чем съесть сердце ненавистного человека живьём?!

Багряная кровь залила все вокруг, придавая окружению алый оттенок. Солнце почти село за горизонт, отдавая последние лучи этому дню. Всю поляну залило алым светом, словно она пылала в огне. От этой мысли холодок побежал по спине.

Жизнь в этом заклинательском теле все еще теплилась, словно угли. Но и это было не надолго. Мужчина сам выбрал для себя этот путь.

На миг дух пришла в себя. Лиса схватилась за голову. Она осмотрелась вокруг и ужаснулась: черный дым струился из тел погибших людей. Багряная кровь только сильнее подчеркивала это потустороннее явление. У девушки закружилась голова.

Ли Сяо вновь схватилась за голову, потирая виски. Навязчивая мелодия, что появилась буквально из ниоткуда, заставляла духа чувствовать себя до ужаса странно. Неужели таковым способом на нее действует чужеродная черная энергия? В груди сердце горело огнем, а руки немного подрагивали. Она ощущала, как солти острых игл впивались в ее сердце. Тьма клубилась вокруг. Последние лучи солнца вот-вот спрячутся за горизонтом.

Лиса резко подскочила, но не пройдя и двух шагов снова осела на пол. Колени подогнулись и девушка распласталась на земле. В этот раз влияние темной энергии стало более ощутимым. Она поддалась гневу слишком сильно. Он затмил разум, а вместе с тем позволил этой ужасающей тьме пробраться внутрь ее тела. Девятихвостая чувствовала, как ее разум был очень затуманенным, она не могла ясно мыслить.

Словно дикий зверь, она металась меж деревьев, пытаясь вытеснить эти звуки из своей головы. Лес утопал во тьме, солнце скрылось за горизонтом, однако на подсознательном уровне лисица чувствовала угрозу, исходящую из глубины. Она чувствовала, но тело ей не принадлежало в тот момент, словно им кто-то управляет. Словно она одержима демоном.

Рядом полыхнул огонь. Отголоски здравого разума говорили ей убираться как можно дальше. Но из-за темной энергии, переполняющей ее тело, она не смогла пошевелиться. В ее глазах отразились оранжевые всполохи пламени, что пожирали окружающий лес. Дым распространялся с еще большей скоростью, благодаря так не вовремя появившемуся ветру. Она оплошала. Снова.

Такая бездарность как она не смогла уберечь свой дом, хотя, казалось бы, сильнее нее никого не было. Один человек. Всего лишь один человек довел ее до такого плачевного состояния. И она чувствовала, как на ее губах засохла чужая кровь. Невольно возвращаясь к недавним событиям, лиса начала жалеть, что так быстро разобралась с ним. Гнев потихоньку снова начал овладевать ее разумом.

В ее бездонных глазах появлялись отблески пламени, что все ближе и ближе подбирался к ней. Темная энергия пригвоздила ее к земле так, что и пошевелиться было очень трудно. А пламя-то было не обычным. Такое использовали для очищения от злых духов и темной энергии, а учитывая сколько в ее теле этого добра, можно сразу утверждать, что будет очень больно.

Пламя подобралось опасно близко. Ли Сяо пыталась взять свое тело под контроль, но ее затуманенный разум плохо соображал. Белесая пелена на глазах не давала сосредоточиться, а мысли уплывали куда-то очень далеко. Огонь уже не давал тепло, а сжигал заживо. Пламя опалило ее руки, лицо и хвосты, что развевались. Дым направлялся к ней в лицо, отчего глаза непроизвольно слезились. Ее сердце забилось быстрее, а бледность слишком выделялась.

Дух попыталась уползти прочь от этого пламени, но оно набросилось на нее, словно дикий зверь. Загорелся один из ее хвостов, а также ее одежда. От обжигающей боли и темной энергии она не могла сдвинуться и на миллиметр. Ее парализовало и она могла только наблюдать за происходящим.

Бежать было бессмысленно, сзади также подступал огонь. Он окружил ее непроницаемым барьером. Девушка хотела обвинить кого-то в этом, но проблема в том, что единственной виновницей была она сама. Девятихвостая закрыла глаза. Огонь поглотил в мгновение ока, обжигая своим редчайшим пламенем.

Она не умрет — лиса верила в это утверждение всем сердцем. Верила, что огонь ее не убьет. Но факт оставался в том, что девятихвостая сгорела. Сгорела дотла, не оставив после себя даже костей. А на месте ранее пышущего жизнью леса осталось сплошное пепелище. На этом месте больше не было того чудного леса. Все зверушки сгорели заживо.

ХХХ

Мужчина, одетый в белоснежные одежды, вертел в руках маску демонической лисы. Его черные, как вороново крыло, волосы трепетали на ветру. На лице застыла насмешливая улыбка, а взгляд был направлен сверху вниз, на разбушевавшееся море пламени у подножья горы. Дым тянулся к небу, а полная луна, вышедшая на линию горизонта, хорошо освещала все действие внизу. В одной руке у него было зажато пару кроваво-красных цветков. Паучья лилия. Те самые цветы, что появлялись из крови девятихвостой лисы.

— Вот видишь, братец, — прошептал себе под нос мужчина, — я отомстил за тебя, — невольно вырвался вздох. Заклинатель дотронулся до своих волос, состроив скорбное выражение лица. — Только мне все еще жалко пятого клона. Он был самым лучшим из остальных.

Еще раз вздохнув от своей потери, мужчина обернулся и зашагал прочь. Тишина окутывала этот крохотный уголок спокойствия. Лес будет гореть всю ночь, нет смысла наблюдать за этой картиной. Зевнув, заклинатель подумал, что было бы неплохо вздремнуть. С легкой улыбкой на устах, тот ушел прочь, не оглядываясь.