Глава 25

ЧОНГУК. Не то чтобы это было безумием как таковым. Мне должно быть стыдно за то, что я наконец занялся с ней сексом, или, по крайней мере, немного стыдно, но, как ни странно, я не чувствую ни того, ни другого. Я сказал себе, что мне нужно держаться от нее подальше, потому что она отвлекала, и может разбить мне сердце, и еще что-то подобное.Но в данный момент мне просто все равно.Потому что все это оказалось лучше, чем я мог себе представить. Я не только долго ждал этого, но и даже не подозревал, что мне это так нужно. Не только в физическом смысле, хотя, видит бог, прошло слишком много времени с тех пор, как я в последний раз занимался сексом, но и в духовном. Как будто это стало освобождением для тех темных, затвердевших частичек внутри меня, которые я стараюсь держать похороненными и запертыми подальше. Это помогло пролить свет на те места, дало надежду, что однажды я смогу освободиться от них.

Или, может быть, я придаю этому слишком большое значение. В любом случае, я ни о чем не жалею. Единственное, что хочу, — сделать это снова, как можно быстрее. Поскорее вернуться на Голый остров.

Но все надежды на это рушатся, когда Лейси и Ричард налегли на водку. Я никогда не думал, что увижу, как кто-то из них пьет крепкие напитки прямо с горла, но все когда-нибудь случается в первый раз, и изоляция на этом острове, видимо, пробуждает дикость в каждом.

— Нам нужно устроить вечеринку, — решительно заявляет Лейси.

Никогда не думал, что услышу от нее и это.

— Пригласим Фреда и Уилсона, — добавляет Ричард, возвращая ей бутылку. Мы вчетвером уже выпили половину.

— Козла? — спрашиваю я.

— Конечно, — отвечает Ричард. — Это его единственный друг.

Ага.

— Тебе не кажется странным, что он разговаривает с козлом?

— Люди постоянно разговаривают с животными, Чонгук, это называется очеловечиванием.

— Но он сказал, что козел разговаривает с ним.

Ричард сурово поднимает бровь. — Чонгук, козлы не разговаривают.

С этим я не могу поспорить.

Лиса забирает у Лейси бутылку ирассматривает ее. — Такими темпами мы напьемся к полудню.

— У нас еще есть вино, — напоминаю я.

— Вино? — восклицает Лейси.

— Да, — осторожно отвечает Лиса. Я вижу, что она не хочет делиться, и мне, наверное, не следовало ничего говорить. — Я не хочу жадничать, но…

— Послезавтра нас спасут, — говорит Лейси. — Сегодня вечером мы будем веселиться, будем пить. Завтра соберем вещи и будем мучиться похмельем. На следующий день мы улетаем отсюда. Фиджи! Там можно купить еще вина.

Лиса обдумывает этот вариант. — Ты права.

— Нам правда следует пригласить Фреда, — говорит Ричард. — Вопрос в том, как нам туда добраться? У нас нет возможности связаться с ним отсюда, а плот только у него.

Я уже хочу предложить сплавать туда, большая часть воды мелкая, а вокруг разбросано еще несколько островков поменьше, где можно отдохнуть, если я устану, но Лиса указывает вдаль.

— Не нужно, — говорит она. — Думаю, это он.

Я быстро достаю из сумки бинокль и смотрю. Фред плывет по воде на своей лодке, а Уилсон сидит спереди. Похоже, у него с собой какое-то снаряжение.

— Как будто он знал, — комментирую я.

Вскоре Фред оказывается рядом с берегом, и козел прыгает в воду. Он бежит, разбрызгивая капли, прямо к нам, но в последнюю минуту сворачивает в сторону и исчезает в джунглях.

— Привет, — говорит Фред. — Разрешите посетить ваш остров.

— Остров доктора Стояка, — говорит Лиса.

— Остановись, — предупреждает ее Лейси.

— Ах да, у него форма фаллоса, вы тоже заметили? — говорит Фред, вылезая из лодки по щиколотку в воду и вытаскивая ее на берег. — Дейл называл его Шлангом. Странный парень. Я скучаю по нему. Не скучаю по его запаху. О, что это, черт возьми, такое?

Фред замечает бутылку водки.

— Я нашла! — говорит Лиса, протягивая ему. — Мой чемодан прибило к берегу. Есть водка и вино. Даже немного меда.

— Мед? — обиженно произносит Лейси. — Ты даже не сказала!

— Я, э-э, оставила его на острове, — говорит Лиса, избегая смотреть на меня. Она краснеет. Это чертовски очаровательно. Мы никогда не будем смотреть на мед по-другому.

— Хотим устроить вечеринку, — говорю я Фреду. — Я как раз собирался подплыть и пригласить тебя.

— Ого, для меня это большая честь. Но я рад, что ты не поплыл. По пути я видел много акул. Онисегодня в плохом настроении.

— Прости, что? — говорит Лейси.

— Акулы? —повторяет Лиса.

— Где? — спрашиваю я, чувствуя себя не в восторге от того, что мы с Лисой плавали до острова и обратно.

— Вон там, — говорит Фред, указывая на свой остров. — Они обычно держатся возле одного из барьерных островов. Весь этот атолл имеет форму круга. Вон там, на западе, находится хвостовая часть. В рифе есть проломы, через которые вода выходит в океан. Когда-то это было сделано специально, чтобы проложить канал для прохода лодок. Течение принесло чемодан, и акул, видимо.

Внезапно этот маленький кусочек рая перестает казаться таким безопасным.

— Это только на этой стороне острова?

— О боже, нет. Думаю, там, где вы потерпели крушение, есть еще.

И вдруг мне захотелось выпить.Лиса, должно быть, прочитала это на моем лице, потому что передает бутылку мне. Я все время ходил туда купаться.…

— Но не волнуйтесь, — добавляет он. — Иногда они безвредны. В основном это акулы-молоты, которые просто выглядят жутко. Никогда не слышал, чтобы они нападали. А тигровые акулы… Просто держитесь подальше от воды несколько дней, и все будет в порядке. Ладно, сынок, дай уже бутылку, ты слишком долго ее держишь.

Я рассеянно делаю большой глоток, почти не ощущая жжения, затем передаю ему.

— Как бы то ни было, — говорит он, с готовностью беря бутылку. — Кажется, я предчувствовал, что сегодняшний день будет особенным. Я захватил кое-что из походного снаряжения и немного еды. Теперь, у нас есть алкоголь, не будем грустить.

Все мы направляемся к лодке и заглядываем внутрь.Там есть походная плита, маленькая бутылка пропана и мангал.И еда.Горы консервов.Черт.Да, у нас было мало еды, так что я ни в коем случае не жалуюсь, но в то же время понимаю, что мы все устали от одного и того же. Но, по крайней мере, в этих припасах есть что-то необычное, например, оливки, помидоры, кукуруза, грибы, тунец, сардины и даже несколько банок с мясом.

— Есть еще много чего интересного, — говорит Фред. — У нас там целый бункер этого добра. И ни одно из них не просрочено, так что можете есть, не волнуйтесь.

— Это очень щедро с твоей стороны, — говорю я Фреду. — Но я могу приготовить что-нибудь получше. Беру банку сардин и подхожу к дереву, к которому прислонена моя удочка. — Теперь, когда у меня есть наживка, я наловлю нам на обед и ужин, — говорю я им.

Лиса восторженно хлопает в ладоши, как моя фанатка номер один. Трудно сказать, за кого он радуется больше — за меня или за потенциальный ужин.

Пока все готовятся к предстоящему дню и вечеринке, я беру удочку и направляюсь вдоль пляжа на запад. Полагаю, что при таком течении, как сейчас, больше рыбы будет на том конце.Это, должно быть, «голова» Стояка, если судить по форме острова. Отсюда я вижу, где берег изгибается внутрь. Если пойду дальше по пляжу, то пошел бы в обход, на другую сторону.Насаживаю сардину на крючок и забрасываю леску в воду. Я не хочу заходить глубже, чем по щиколотку, из-за предупреждения Фреда об акулах, но надеюсь, что на песчаном мелководье достаточно рыбы.Мне не пришлось долго ждать, чтобы это выяснить.В воде блеснуло серебро, а затем я дернул леску.Рыба немного сопротивлялась, но я в рекордно короткие сроки вытащил ее из воды.Это костяная рыба весом около десяти фунтов, красивого серебристо-оливкового цвета.

— Да-а-а-а! — кричу я. Закрываю глаза, благодаря океан за то, что он дал нам еду.

Когда я открываю глаза, то замечаю в воде плавник акулы.Это зрелище никого не оставит равнодушным.Но, оправившись от первоначального шока, я понимаю, что это всего лишь маленькая акула, которая пришла узнать, из-за чего весь этот переполох в воде.

— В следующий раз мне повезет больше, — говорю я акуле и направляюсь обратно по песку к бунгало.

И чувствую себя солдатом, вернувшимся с войны.Все видят рыбу и тут же набрасываются на меня, поздравляя, как будто я герой. Должен сказать, что после того, как я почувствовал, что сильно облажался на протяжении большей части этой поездки, мне приятно. Как будто я наконец-то снова капитан.

Я быстро убиваю рыбу, затем очищаю ее на большом камне. На походной плите Фред разогревает нарезанные кубиками помидоры и оливки. Я хватаю мангал и ставлю его на огонь, который разжег Ричард, щедро посыпая рыбу солью и перцем, которые принес Фред. Пока она жарится, Лиса наливает всем вино в жестяные кружки. Лейси расставляет пластиковые тарелки.

Когда все готово, мы садимся на песок, держа в одной руке свежевыловленную жареную рыбу, покрытую помидорами и оливками, а в другой — кружку вина.Мы поднимаем бокалы.

— За Чонгука, — говорит Фред.

— И Фреда, — говорит Лейси.

— Прежде чем мы приступим к еде, — говорю им. — Я хотел бысказать несколько слов… Находясь здесь, я понял, что потерял ту связь, которую мои предки выстраивали, так что, если вы не возражаете, я хотел бы воспользоваться моментом и должным образом поблагодарить всех. На языке маори, — я закрываю глаза. — Nau mai e ngā hua, o Papatūānuku, o Ranginui kete kai. Whītiki kia ora! Hāumi e. Hui e. Tāiki! То есть я приветствую дары пищи, предоставленные матерью-землей и отцом-небом. Объединенные и связанные как одно целое.

— Аминь, — говорят все.

— Ладно, давайте поедим уже, — говорю я им, делая большой глоток теплого, но чудесного вина.

Это лучшая еда, которую я когда-либо ел в своей жизни. Знаю, что остальные думают то же самое, потому что звук стоит такой, как будто все мы испытываем оргазм одновременно. Все выглядят радостными.

Ловлю взгляд Лисы, и счастье еще больше разливается по всему моему телу.

Я невероятно счастлив.