Глава 32

Я естественно отвечаю ей. Но у меня всегда самый первый поцелуй с девочкой идет длительностью в один миг. Я легонько косаюсь ее губ своими. Это были детские милинькие губки. Они не в памаде и прочей фигне... Она будто знала, что сегодня поцелуемся и знала, что я терпеть не могу косметику... Разве что стрелку у глаз... У узкоглазок типо Олеси это смотрится очень эфектно.      После первого "мига" я начал касаться губами наглее.     Она не умеет целоваться?.. Пхах, я первым покарил этот Эверест... Хотя она ростом с холмик, но по ощущениям кажется, что все-таки Эверест.       По ее стонам, сквозь поцелуй,  я вскоре догадался, что у нее кончается воздух в легких. Да... Это тонкое искусство.       Что делать?! Если сейчас дам ей отдышаться, то она скажет, типо бесы ее толкнули и все... Типо нам нельзя целоваться... И это произошло случайно. Но мучать ее я не могу. Она же,  как форфоравая куколка, хрупка до невозможности. Пришлось импровизировать.       Я резко убрал свои губы от нее всего на сантиметр, но перед этим обнял руками покрепче.      Она начала учащенно дышать, часто-часто, ведь легкие то малюсенькие.      У нее изо рта пахнет йогуртом с вишней, мой любимый, правда во время поцелуя я уже в мыслях снимал с нее лифон и даже не обратил внимания на вкус       Мы опять встретились взглядами. Потом я медленно начал приближаться к ней, куснул за щеку, потом за подушечку ее уха. Одновременно заметил, что она сударожно водит руками по моей спине, еле доставая до лопаток, так же она опять закрыла глаза.     Дальше я короткими поцелуями начал спускаться по ее шее. И тут я рефлеторно опускаю правую руку на ее левую ягодицу. Моментально открыла глаза и удним ударом рук по моим рукам осводилась.      Я поднял руки, как в фильме, типо обезаружен. У нее слезы...      -Ты... Ты... Козел! Ты бабник! Зачем лапать без чувств, ты же завтра же так же будешь лапать ее!      -Упокойся... Ты ничего не понимаешь... Если б не было бы чувств к тебе, разве я был бы здесь и сейчас с тобой?         Ее попа... Она, как Олесина грудь, в том плане, что идеально подходит под мою ладонь. Хотя может и не только ладонь...        Я схватил ее лицо и большими пальцами вытер слезы. Прижал ее лицо к своему и теперь стоим, прикоснувшись переносицами друг другу. В это время она своими ручками держала меня за ладони.      -Ты очень нужна мне, -шепотом сказал я.      -Не трогай меня там, прошу... Я ростом, как тринадцатилетняя, я не могу так, -подшмыгивая шепчет она.     Как же мне тогда стало стремно... Она же дитя. Мне правда стыдно перед ней. Но это просто рефлекс. Да и она выше тринадцатилетней, это она так... Типо утрирует. Но для своих 17 она правда низкая.      Я не очень люблю форму попы, как у Снежика, у Олеси получше будет. Но внешность -это всего лишь внешность, за определенное время можно к любой внешности привыкнуть. Да и смысл красивой попы, если все равно ее брать нельзя... Только дразнить будет. Да и нельзя сказать, что у нее самые страшные ягодицы в мире...       Короче нормальная у нее попа, наверно просто привык к ягодицам Олеси.        От того, что мы близко смотрим друг другу в глаза, у меня они начинают двоится. И я еще один раз коснулся ее коротким поцелуем. Но только я начал убирать от нее свои губы, как она прижимая мою шею к себе, запрыгнула на меня, обхватила ножками и сама поцеловала так, будто мы с ней уже давно вместе. Я прижал ее сначала к стенке, но не сильно, а то опять начнет плакать и скажет, что мне нельзя трогать ее, только уже в другом месте...      Впервые на меня нвлегла небольшая неуверенность во время секса, если это можно так назвать, хотя какой там... Короче вы меня поняли.      Реально страшно продолжать, ведь я продолжаю по своему, я же совсем не знаю, как мне позволенно до нее дотрагиваться...       Я отошел от стенки и посадил ее на подоконник. Сначала хотел на раковину, но мало ли там мокро...       И остановился.       -Я не хочу тебе сделать больно, как тогда с рукой, я не знаю, что позволенно. Ты же этого сейчас не хочешь. Нам лучше идти.       Я ее начал потихоньку стаскивать с подоконника, думал, что мы сейчас пойдем в зал... Но тут  она опять повисла на мне, как маленькая обезьянка. (Обхватила спину ногами и обняла за шею)        Она это сделала с небольшим прыжком с подоконника, я не ожидал и еле устоял на ногах, если бы она была потяжелее, то могла наверно и опракинуть меня, наверно...         Я так понял, что мне теперь можно дотронуться до той самой заветной попы. Оказалось, что я был прав.       Какая же у нее она маленькая, но пропорциональна телу, так что все нормально.       Я зачем то посадил ее на раковину. Точнее понятно, что так гораздо удобнее... Но она грязная, мокрая... Блээа      Я пальцами рук схватил ее за поясницу и стремительно начал подниматься выше, через миг она нежно воскликнула, когда я сжал ее грудь.     Теперь я могу ее трогать, где захочу... Но... Почему? Недавно она взбесилась из-за этого... А теперь она доверяет мне и влюбилась? Или просто я ей симпотичен и впроцессе так возбудилась, что закрыла глаза на свои принципы...      Почему меня это волнует? Раньше мне было как-то все равно.      Мне стоит остановиться, она после всего этого будет жалеть да и нельзя, чтобы все услышали... Не хочу, чтобы у Снежика была плохая репутация, да и до Олеси это дойдет быстро, а я не хочу ее обижать... Когда-нибудь все равно признамся.      Я остановился и снимая с раковины отошел от нее на шаг.      Она будто все поняла. Снежик прислонила меня к стенке и мы обнялись. Она прижалась ухом к моей грудной клетке, а я поцеловал ее в волосы и сжал свои руки по крепче.       Потом я начал потихоньку начал опускать руки от ее лопаток все ниже и ниже.       Она поняла, что я собираюсь сделать, подняла голову и стрельнула боязным взглядом. Я опять поднял руки. А она повернулась мне спиной. Теперь мы стоим лицами к раковинам, над которыми находятся зеркала.      Мы смотрим друг другу в глаза через отражение. Я приподнимаю руки, делаю жест, типо хочу,чтобы она подошла ко мне.       А когда она подходит, я ее разворачиваю к себе спиной и прижимаю ее попу к себе. Целую в шею. Рука залезает ей под футболку. Рука холодная, а ее животик упругий и тепленький.     Она вздрогнула и взяла мою руку. Я замер, она это заметила и немного расслабилась.     Потом я немножко опустил руку вниз, она опять напряглась.      Пора заканчивать ее мучать.      -Пойдем?      -Куда?.. Ты меня уже к себе зовешь?! -она начала злиться.      -В зал пойдем?..      -Не хочу туда...      -А чего ты тогда хочешь?      Она развернулась ко мне.      -Показать?      Она начала мять и иследовать кубики моего пресса. Потом Снежик дотрунулась до меня лодошками и начала поднимать их вверх. Я ее взял за подбородок и приподнял так, чтобы она посмотрела мне в глаза.        Был опять долгий поцелуй.  Я уже привык к ее манере целоваться. Она совсем ничего не умеет, я могу хозяйничать.        Я заметил, что она дрожит. Начала стучать зубами, во время поцелуя у меня такое было только с Аней. Я сразу ее вспомнил и больше не мог целоваться.        Но почему она замерзла? Оказалось что у окна сверху было открыто окошко. Я был хладнокровным и даже не заметил, этого.       Так хреного стало... Ведь, я ее оставил на подоконнике в футболке и шортиках... Опять буду сильно переживать, если Снежик заболеет.        Ей стало дико холодно.       Мы сразу вышли оттуда. Спустились на первый этаж и в гордеробе я взял свою толстовку для Снежика. Конечно не самый лучший наряд, но она была очень благодарна.      Когда мы вошли в зал, держась за руки, то все на нас смотрели... Я думал, может мне стоит убрать руки, чтобы ей не было так стремно. Но вдруг она подумает, что я ее стесняюсь... Мне вообще как-то все равно, просто хотел, чтобы на Снежика так не глазели.      Она сама убрала руку. Вроде все хорошо.      Скоро тренировка кончилась. Ко мне хотел подойти Максим с множеством глупых вопросов. Я его послал... Прям вообще было не до него.       А Снежик подбежала ко мне, когда мы все уже спустились вниз.       Она хотела отдать портативку, Снежана была уже холоднее. Она не смогла со мной погулять после тренировки, наверно поэтому и была немного растроенной.        Честно, я тоже растроился. Когда шел по улице домой, за мной увязался Макс.       Если честно, у меня никогда не было настоящих друзей. Макс-не исключение.      Разговор был о том, что если я завяжу с Олесей и буду со Снежиком, то этот хочет занять мое прежнее место...       НЕТ.      И я даже не знаю, почему. Но как представлю их обоих в постели да и вообще, то прям закипает все внутри. Правда мне кажется, что это не правильно, если все получится со Снежиком, то Олесе самой решать с кем и где...     Неужели я так просто не могу мысленно порвать с Олесей? Почему?..