Глава XXV

Дни, недели, а точнее эти полтора-два месяца шли невыносимо скучно и долго. Все-таки в полнейшем одиночестве среди очень тяжело жить. Жизнью это наврятли можно назвать...Скорее существование. Мне сильно не хватало близкого человека и я все больше рвался к времяпровождению с Олесей. Но у нее и правда не было времени. Мы с ней виделись только на танцах. Тренировки проходили только вечером, и в это время суток у меня в последние дни настроение становилось все хуже. Я совсем не хотел, чтобы меня трогали, и одновременно хотел, чтобы мы побыли с ней. Но как только мы начинаем разговаривать, то сразу же все становилось еще хуже. Мы оба не понимали, в чем дело. Ей сильно не понравилось то, как я себя веду. Забитый собственными мыслями и проблемами я чутли не обидел ни в чем не винную Олесю. Вскоре я осознал, что я все это время глубоко ошибался. Внутри все так сковывало, совсем ничего не хотелось. Казалось, что хочется больше проводить времени с Олесей, но вскоре ослзнал, что от нее мне только хуже. В последнее время вел себя как неуровновешенный псих. Мне определенно не хватало чего-то...Чего-то большого и грандиозного. Ту тренировку по танцам я так и не дозанимался. Взял, да и ушел. Сильно скучно стало, да и Олесе не хотел доставлять незаслуженную боль. Я хотел быстрее вернуться домой. Хотел просто приехать домой. Я был уверен, что там мне будет на много легче. Но пробка...На проезжей части была авария. Тогда было такое чувство, что так хреного еще никогда не было. Наверно невозможно описать тот вечер и то, как я всю ночь тупо не мог уснуть. Мы расстались с Олесей. Все это так нахлынуло, и я просто не мог с ней находиться. Так и жили с этим какое-то время. Она одно время перестала ходить на тренировки. Перестала будить меня утренними фотографиями. И вообще, ее жизнь уже не была прежней. Потом она однажды все-таки пришла на тренировку. У нее было очень хорошее настроение. Я это заметил и всю тренировку занимался с мыслью, что она приняла все, как хотелось бы мне. Но потом она подошла ко мне, когда все собирались домой. Я спокойно одевался домой. А она подошла и мы поговорили. Олеся позвала к себе. Я подумал, не делаю ли я ошибку в том, что решил завязать с Олесей. Раньше же не было это так важно, а теперь становится плохо, когда она рядом. Но сейчас уже появился человек, которого мне так не хватает. И это далеко не она. А зачем тогда я раньше ее подпустил настолько близко, если я не собирался... Я извинился перед ней и мы пошли к ней. Всю дорогу я был задуманный. Она шла, опустив голову вниз и тоже о чем-то думала. Потом я взял ее за руку, Она этого совсем не ожидала, и потом она со скромной улыбкой поняла голову чуть выше. Что я делаю? Как узнать, как поступить правильно? Сердце мне подсказывало, оставить все, как было ранее. Так я и сделал. Было смутное чувство, то ли я из-за жалости остался с ней рядом, ведь такие, как она, никогда бы не подошли бы к мальчику первыми в данном случае без серьезной причины. Или же я сам хотел с ней быть рядом... Я должен был разобраться в себе, как можно быстрее, пока не случилось чего-нибудь. Мы на удивление шли очень долго до ее дома. Как обычно мы придерживались обычного маршрута, но почему то путь казался особенно длинным. Никто не собирался начинать разговор. Мне в это время все казалось, что сейчас уже я должен делать первый шаг. Но я так и не решился. Мы подошли к ее домофону. Лифт, как назло, был занят. Я решил отпустить ее руку. И мы одновременно повернулись лицом к лицу. И потом меня зачем то потянуло взять ее одной рукой за шею и большим пальцем обхватить ее щеку.Ей всегда это очень нравилось, она закрыла глаза. На самом деле, я не сильно этого хотел. Было чувство, что рука сама потянулась. Я в мыслях был уже настроен на секс. Мне было уже не важно, на свои чувства. Было плевать на все. Но Олеся взяла мою руку и опустила ее вниз. Я подумал, что это был ее знак, что после всего, что произошло ранее мне не стоит продолжать. А на самом деле, она это сделала совсем не из-за этого. Олеся не хотела, чтобы человек, который был в лифте увидел нас. Ведь была вероятность, что это мог быть ее сосед...которому она не хотела бы показывать мое отношение к ней... Она каким-то образом догадалась, что лифт едет именно к нам на первый этаж. Ну правильно, ей виднее, полюбому как-нибудь научилась ориентироваться по звуку, все-таки ее лифт... Но все обошлось, это был незнакомый ей молодой человек. Скорее всего приходил к кому-то в гости. Мы зашли в лифт. Она моментально вцепилась в меня (обняла) и прижала свою голову к моей груди. У нас это было довольно часто, точнее у нас всегда были разные алгоритмы действий, перед тем, как нажать на кнопку лифта. Потом Олеся подняла голову, мы встретились взглядами и я по инерции полез целоваться. Меня это место немного напрягало из-за того, что там была пара глупых надписей в ее сторону... А для нее целоваться в лифте-это было чем-то особенным. Так вот, целуемся мы-целуемся уже несколько минут и кто-то вызывает лифт. Олеся в подобных ситуациях начинает сильно нервничать. Не знаю, почему. Мы к ней ходим очень часто и в принципе нас уже мог увидеть вместе почти каждый с этого подьезда. Она спряталась за меня и уперлась лицом в мою спину. Она расчитывала, что мы, как лифт откроется, молча выйдем из него, а я решил немножко подшутить над ней... Если человек вызывает лифт на какой-то этаж, то в 99% случаев он собирается ехать вниз на первый этаж... Лифт открылся, передо мной появились женщина лет 30 и пацан лет семи. Женщина немного офигела, ведь никто не подозревает, что в вызванном лифте уже будет кто-то стоять, тем более не один. Я такой:"вам на первый? " И уже направляю руку на кнопку. Но Олеся раздраженным голосом воскликнула"пошли уже" И мы вышли. Почему-то Олесе не понравилась моя мысль на счет того, чтобы помогать людям и нажимать за них кнопки. В добавок меня еще ни за что назвала дураком... Мы вышли. Оказались на пятом этаже, а Олеся живет на седьмом. На шестой этаж мы поднялись без проблем, а вот поднимаясь на площадку между шестым и седьмым этажем, я обнял ее со спены, обхватив за живот и направил в сторону стенки под окном. Она уже положила свои ладони на стену и выгибнула спину и как только я уже хотел поднять повыше ее пальто с талии, как она снова меня назвала дураком и сказала, что здесь сильно накуренно. Я конечно сам терпеть не мог этот запах, но что-то мне подсказывало, что на самом деле Олеся остановила меня совсем не из-за этого...