Глава 7

ПОДГОТОВКА К ВСТРЕЧЕ с Анатолием, папиным протеже из Гарварда, была настоящей пыткой. Я ехала на это дурацкое свидание только затем, чтобы от меня отстали. Папа был из тех людей, которые считали, что их решения самые правильные, и спорить с ним было бесполезно. Раз он сказал, значит, нужно сделать. Он ведь хочет мне лишь добра. Так сказать, причиняет мне его в режиме нон-стоп. В чем-то я понимала папу. Он действительно любил нас и хотел только лучшего. Но все равно я ужасно бесилась. Я терпеть не могла, когда за меня что-то решали. И встречаться с кем-то по указке родителей я точно не собиралась. Однако с папой нельзя было действовать прямо, и у мамы я научилась немного хитрить. Я делала вид, что согласна с решением папы, а потом потихоньку переубеждала его словами и поведением.

Когда я училась в школе, он вдруг решил, что я должна заниматься плаванием. Это же полезно для здоровья в целом и для позвоночника в частности. А я хотела ходить на танцы в мастерскую одного очень крутого хореографа. Мне нравилось заниматься современными танцами, а еще нравился мальчик, который туда ходил. Совмещать не получалось, занятия стояли в одно и то же время. Сначала я закусила удила. Заявила, что вообще никуда не буду ходить, но на папу это не подействовало, и тогда я все-таки пошла в бассейн. После каждой тренировки я заболевала, потому что целенаправленно ела мороженое и пила ледяную воду, а родителям говорила, что это из-за холодной воды и сквозняков в раздевалке. Когда я заболела в третий раз, папа плюнул и заявил, что бассейн мне не подходит. Я снова вернулась в любимую мастерскую и продолжила заниматься танцами. А мальчик, который мне нравился, ушел и занялся брейк-дансом.

Сейчас я решила использовать тот же метод. Я встречусь с гарвардской отрыжкой, умело очерню его светлый образ в глазах папы, а после забуду об этом Анатолии как о страшном сне. Ну, после того как папа запретит нам общаться. Буду импровизировать. В конце концов, все мы должны бороться за счастливую жизнь. Она ведь у нас только одна.

Папа лично отвез меня в художественную галерею, где Анатолий хотел со мной встретиться, и даже собирался поздороваться с ним, но я попросила его уехать.

– Папочка, я буду чувствовать себя очень неловко, – сказала я, мрачно глядя на абстрактную вывеску галереи. – Все-таки это мое свидание, а не твое. Вот ты встречался с девушками, которых к тебе приводили их отцы?

Не почувствовав подвоха, папа весело расхохотался.

– Если бы я увидел рядом с тобой кого-то вроде меня в юности, я бы… – Тут он смущенно замолчал.

– Ты бы?… – подозрительно переспросила я.

– Попросил бы его удалиться от моей дочери на пару километров, – подобрал наконец нужные слова, папа. – Все, лети к своему Анатолию. Не буду мешать.

– Он больше твой, чем мой, – сказала я, вышла из машины и подождала, пока папа уехал.

Потом забежала я в «Макдоналдс» рядом с галереей и быстрым шагом направилась в туалет. Там я вытащила косметичку и спешно стала краситься. Голубые тени, жирная неровная подводка, бронзатор, яркая, морковного цвета, помада. Нужно было не перегнуть. Я хотела выглядеть как вульгарная девица, а не как клоун. Финальным штрихом в мейке стал специальный лак для зубов, который достался мне от гримера, когда в прошлом году на День первокурсника мы ставили сценку. Я тогда была в команде нашего факультета. Вскоре мои зубы приняли неприятный серовато-желтый оттенок, словно я не только курила, но еще и литрами пила кофе, и жевала песок.

Следующим шагом были духи. Не просто духи, а супердорогие, селективные, их презентовал нам с мамой и Ксю один из папиных компаньонов, который точно знал, что духи – это отличный подарок, дорогие духи – просто великолепный, а дорогие и лимитированные – просто космический. Однако при этом он вообще не разбирался в ароматах. Поэтому мои селективные духи пахли так, будто бы в консервную банку насыпали пару ложек пудры, смешали с клубничным вареньем и сверху бахнули чистящего средства. «Неизбитый и оригинальный запах для ярких и уверенных в себе натур» – гласило описание духов на коробочке, однако действительности оно абсолютно не соответствовало. Но я так хотела оттолкнуть от себя Анатолия, что решила пожертвовать собой и нанесла духи на одежду.

Недовольно морщась, я вытащила бутылочку с косметическим маслом и нанесла его на волосы, которые стали похожи на сосульки. Этим же маслом я пару раз капнула на нежно-лавандовую блузку. Пусть Анатолий видит, как я неопрятна.

После всего этого я посмотрела на себя в зеркало и широко улыбнулась. Красотка, нет слов. Проходившие мимо девушки с недоумением взглянули на меня, а я подмигнула им и полезла в сумку-шопер за кожаной мини-юбкой.

– Сумасшедшая, – услышала я за спиной, но эти слова меня порадовали: чем страннее я выгляжу, тем выше вероятность того, что Анатолий не захочет со мной общаться.

Сменив брюки, под которыми прятались клетчатые колготки, на юбку, я пошла в галерею. В колготках было ужасно холодно, хорошо, что на улице я пробыла всего лишь пару минут. Надеюсь, это свидание будет незабываемым.

Анатолий поразил меня в самое сердечко. Он был симпатичным – высокий, худощавый, с правильными чертами лица, светлыми волосами, голубыми глазами. С недовольным видом мой спутник стоял у входа в галерею современного искусства. Я узнала этого молодого человека по фотографии, которую отправил мне папа. Анатолий переминался с ноги на ногу и мял в руке нечто, подозрительно похожее на старомодную упаковку для цветов.

Обреченно выдохнув, я посеменила к нему. Мужчины любят глазами, и меня Толик точно не полюбит.

– Здравствуйте, Анатолий, – противным высоким голосом сказала я.

– Это ты Лера? – не тратя силы и время на приветствия, спросил Анатолий, разглядывая меня с долей брезгливости.

Еще бы! Выглядела я совершенно вульгарно и неопрятно. Еще и широко улыбалась, демонстрируя свои желтоватые зубы.

– Допустим, я. А это вы Алексей? – похлопала я ресницами.

– Анатолий, – поправил он меня и еще раз осмотрел с ног до головы. – М-да, не думал, что придется встречаться с таким чучелом. Ты голову-то давно мыла? – Голос у него был наглый.

– Сегодня утром, – невозмутимо ответила я. – Просто волосы очень жирные. Бывает, просыпаюсь утром, и вся подушка масляная.

– Какой ужас! – искренне сказал он и прищурился. – А на блузке что, с волос накапало?

– Ну что вы, Александр…

– Анатолий.

– Это я кушала в Макдаке. Люблю, знаете ли, покушать. А вы?

Отвечать он мне не стал, вместо ответа сунул помятый букет в той самой старомодной упаковке. Мне пришлось его взять. Не бросать же на пол?

– Какая прелесть! – Я похихикала и уткнулась носом в жухлые бордовые розы, которые, казалось, вот-вот облетят. Пахло от них не особо приятно. – Вы ради меня купили цветы!

– Увидел, что с уценкой в магазине продают, решил взять, – услужливо сообщил Анатолий.

– Целых восемь штук! – неискренне порадовалась я. – Мне никто никогда столько цветов не дарил.

– Не сомневаюсь, – криво улыбнулся Анатолий. – Идем? У меня мало времени. – И он демонстративно посмотрел на свои наручные часы. Между прочим, безумно дорогие.

– Идем, – легко согласилась я. – А вы уже купили билеты, Аристарх?

– Нет, не купил. И хватит коверкать мое имя, – огрызнулся он.

– Простите, у меня просто память плохая, – залепетала я. – Все время все забываю.

– Наверное, о том, что голову не мыли, тоже забываете, – нервно хмыкнул Анатолий.

Мне стало очень смешно, и я промолчала, чтобы не рассмеяться в голос. Происходившее напоминало мне театр абсурда.

Анатолий купил билет только себе, и, когда я вопросительно взглянула на своего спутника, тот только пожал плечами.

– А мне билетик?…

– Мы друг другу, слава богу, никто. Каждый платит за себя, – заявил он.

– Не могу, – грустно сказала я.

– Это еще почему?

– У меня денег нет. – Мой вздох был так печален, а голос громок, что люди, стоявшие в очереди за нами, стали на нас смотреть.

– В смысле нет? – процедил сквозь зубы Анатолий.

– В прямом… Я их проела… Заплатите за меня, пожалуйста.

– У меня денег тоже нет, – выдал парень, но глаза у него как-то странно сверкнули.

– Я верну… Честное слово! – пообещала я и молитвенно сложила руки на груди.

– Я же сказал: нет, – упорствовал он.

– С процентами!

– Отстань от меня, дура.

– Тогда… Тогда сходите на выставку сами, а я подожду вас тут. – Мне показалось, что я придумала отличный способ отделаться от Анатолия.

-Какой жлоб, – сказал какой-то мужчина из очереди, и его поддержала еще пара-тройка голосов.

– И не говорите! Телефон как лопата, дорогущий, а своей девушке билет купить не может! – подхватила женщина интеллигентного вида.

– Молодежь нынче жадная, – согласилась ее спутница.

– Черт с тобой, – прошипел Анатолий, на которого теперь все смотрели с осуждением, и заплатил за мой билет.

На выставку мы пошли, держась друг от друга на приличном расстоянии. Я ему, понятное дело, не нравилась, а он меня ужасно раздражал, хотя, надо сказать, было в этом типе что-то странное. Но что именно, я не могла понять.

– Возьмите меня под руку, – из вредности сказала я, видя, что Анатолий отходит от меня все дальше и дальше.

– Нет. И вообще, ты не могла бы идти от меня на некотором расстоянии? – недовольно попросил Анатолий. – Чтобы люди не думали, что мы вместе.

В другой раз я бы рассердилась и устроила Анатолию такое шоу обиженной женщины, что он на всю жизнь запомнил бы, но сейчас я была довольна. Моя маскировка сработала на все сто.

– Никогда не была идеальной и не стремлюсь, – гордо заявила я. – Хочу быть сама собой.

– Оно и видно, что не стремишься, – хмыкнул Анатолий. – Выглядишь как чучело.

– По вам тоже видно, – парировала я.

– Что я неидеальный? – почему-то заулыбался он.

– Что вы, Авдей, жадный, глупый и высокомерный болван, – объявила я, останавливаясь напротив огромной картины с изображением какой-то чудаковатой рыбины, похожей на озверевшего Колобка в каске. – Не ваш портрет? Взгляд – один в один.

Вместо ответа Анатолий громко и выразительно высморкался в здоровенный клетчатый платок, который абсолютно не подходил к его черному костюму. Было бы можно – еще и сплюнул бы на пол, наверное.

– Ну и манеры, – покачала я головой и поправила уползавшую наверх кожаную юбку.

– Ну и прикид, – буркнул Анатолий и пошел дальше, шаркая ногами, как столетний старик.

Я пару раз прокляла про себя это гарвардское недоразумение и пошла следом, думая, что мой папа, должно быть, сошел с ума, раз решил, что этот дятел – хорошая партия для меня.

Более неприятного свидания и представить себе было сложно. Анатолий ходил со скучным видом, засунув руки в карманы, и дурашливо комментировал каждую картину, да так громко и некультурно, что на нас то и дело нелюбезно посматривали. Когда кто-то сделал ему замечание, Анатолий стал вести себя вызывающе. И если бы он был моим парнем, я бы просто сгорела со стыда. Манеры у него были ужасными, зато руки, как я заметила, оказались ухоженными, и это меня смущало.

Искусство меня волновало мало, да и постмодернизм никогда не казался мне чем-то захватывающим. Я бродила рядом с Анатолием, изредка придумывала новые вариации его имени, всячески задевала его и пыталась понять, что же все-таки с ним не так. Правду я узнала в конце, когда Анатолий вышел из очередного зала в коридор, чтобы ответить на звонок. Я прошла следом и подслушала часть его разговора с какой-то девушкой.

– Да, милая, я буду свободен завтра, – абсолютно нормальным голосом сказал он. – Обязательно встретимся. Нет, сегодня у меня деловой ужин. Пока, целую. Напиши, когда приедешь домой, иначе буду волноваться.

И тогда все встало на свои места. Ну почти все. Я потащила Анатолия в гардероб и там прямо его спросила:

– Послушай, ты ведь не хочешь со мной встречаться?

Он поднял на меня взгляд, оценивающе взглянул мне в глаза и все же решился сказать правду. Все тем же нормальным голосом:

– Ты права. Не хочу. Если честно, у меня есть девушка, с которой у нас все серьезно, – ответил он.

Именно так я и думала. Анатолий решил избавиться от девицы, которую ему подсовывают, тем же способом, какой выбрала я для того, чтобы избавиться от него.

– Тогда зачем согласился на свидание со мной? – насмешливо улыбнулась я. Мне нравилось оказываться правой.

– Мать захотела, – криво улыбнулся Анатолий. – С ней спорить бесполезно.

Я вздохнула. Ох уж эти взрослые! Думают, что знают, как будет лучше их детям, и не дают им совершать ошибки. Как будто бы это сделает их детей счастливее. Уберечь от ошибок нельзя, как нельзя научить любить или ненавидеть.

-Ты у меня тоже последний в списке потенциальных женихов, – продолжила я.

– Но и ты ведь зачем-то согласилась на это, верно?

– Верно. В моем случае на свидании настаивал отец.

– Именно поэтому ты так вырядилась? – коротко рассмеялся Анатолий.

– Именно поэтому ты вел себя как быдло? – вопросом на вопрос ответила я. – Предлагаю сходить в кафе и все обсудить.

– Что ж, я не против, – с облегчением в голосе согласился Анатолий. – Играть быдло достаточно утомительно.

– Ничего, у тебя хорошо получается, как будто бы это твое призвание, – утешила его я, почувствовав себя в своей стихии. Я уже знала, что придумать, чтобы мы оба остались в выигрыше. Интриги были моим маленьким хобби.

Мы отправились на этаж выше. Там находилось уютное демократичное кафе, где я пару раз бывала. Но потом Анатолий передумал и повел меня в дорогой ресторан напротив.

– Там вкусно кормят, – объяснил мой спутник. – А я чертовски голоден.

– А вдруг у меня денег нет? – мстительно напомнила я. – Ты будешь есть, а я смотреть?

– Не сходи с ума, – поморщился Анатолий. – Я могу позволить себе заплатить за девушку. Я ведь уже не в образе.

Нас проводили за столик в глубине полутемного зала, в котором играла медленная музыка, и мы сделали заказ. Анатолий заметно расслабился, даже верхнюю пуговицу на рубашке расстегнул, да и мне стало спокойнее.

– Сразу к делу, – сказала я. – Давай заключим краткосрочную сделку.

Анатолий понял меня без объяснений. Ну как-никак в Гарварде учился, должен нормально соображать.

– Хочешь, чтобы мы делали вид, будто ходим на свидания? – тут же спросил он.

– Да, именно, – кивнула я. – Нам обоим этого не хочется: у тебя есть девушка, у меня парень. Но этого хотят наши родители. Поэтому предлагаю пару недель делать вид, что мы общаемся, а после незаметно разойдемся. Скажем родителям, что не сошлись характерами, и счастливо распрощаемся.

– Хороший план. Мне нравится. Главное, не перегнуть палку, – задумчиво ответил Анатолий. – А то они решат, что между нами действительно что-то есть.

– Думаю, трех свиданий будет достаточно.

– Согласен.

– Тогда давай выпьем за встречу, – подняла я хрустальный бокал с вином, а Анатолий с улыбкой поднял свой.

– У тебя на волосах что-то, – потянулся он ко мне через столик, чтобы убрать с волос какую-то пушинку.

Мы немного поболтали: все-таки я умела располагать к себе людей, когда мне это было нужно. А затем я убежала в туалет, где привела себя в относительный порядок: смыла жуткий макияж, забрала волосы в хвост, сменила юбку на брюки, а пятно на блузке прикрыла шарфом. Когда я вернулась, Анатолий удивленно на меня взглянул, потому что разница между той, которая встретила его около галереи, и той, которая пришла сейчас, была разительная.

– А ты ничего, – сделал он мне комплимент.

– Знаю, – кокетливо повела я плечом. – Ты тоже. Но мой парень лучше.

Я вспомнила об Ване и полезла в телефон, звук на котором отключила перед посещением картинной галереи. Там меня ждал сюрприз: Ваня несколько раз написал мне. Сам!

«Валерия, где ты сейчас?»

«Валерия?»

«?»

На моем лице тотчас появилась довольная улыбочка. Вы посмотрите, Бессмертных почтил меня своим царственным вниманием! Неужели уже соскучился?

– Твой парень? – сразу понял Анатолий.

– Ага. Потерял меня, – ответила ему я и написала Ване: «Что-что-что?!»

Мне казалось, что Ваня ответит не сразу, но сообщение от него прилетело моментально: «Я спросил, где ты сейчас?»

Меня это удивило.

«Не поняла, мне нужно отчитываться, что ли?» – «Нет, что ты. Твой парень всего лишь желает знать, где его девушка.)»

Он что, на меня обиделся? За то, что я не ответила ему сразу? Серьезно?

«Желайте на здоровье, Иван Валентинович». – «Может быть, я переживаю». – «Ах, если переживаете… Я сижу в кафе с подругой, пью кофе и наслаждаюсь жизнью», – ответила я и поставила смайлик. Не говорить же Бессмертных, что я сижу в ресторане с малознакомым типом, с которым собираюсь встречаться. Вернее, буду делать вид, что встречаюсь. Бессмертных явно меня не поймет, да и не его это дело.

«Интересные у тебя подруги». – «В смысле?» – «У тебя подруги-трансвеститы?» С Бессмертных что-то произошло. И явно ничего хорошего.«Иван Валентинович, вы в себе или уже вышли из себя? Если вышли, то вернитесь», – набрала я спешно. «Я за соседним столиком, Лера. Вижу свою девушку с каким-то типом, и мне это совершенно не нравится».

Сказать, что я опешила, – это ничего не сказать. Я вздрогнула от неожиданности, похолодела и стала нервно оглядываться по сторонам.

– Что случилось? – удивился Анатолий.

Я ничего ему не ответила – увидела Ваню. Он расположился неподалеку, за столиком, который от посторонних глаз был спрятан ажурной перегородкой. Напротив него сидел черноволосый молодой мужчина, который почему-то весело ухмылялся. И они оба смотрели на меня. Я занервничала.

«Вы ревнуете, Иван Валентинович?» – глядя на Ваню, написала я.

Он широко улыбнулся и ответил, не глядя в экран телефона: «Сейчас я подойду, и ты узнаешь, ревную я или хочу кого-то убить. Еще не решил.))»

Точка и две скобочки. Плохой знак.

Бессмертных встал и направился к нашему столику.

– Ты драться умеешь? – на всякий случай спросила я у Анатолия.

– Нет, – растерялся он. – Я фехтованием занимался…

– Тогда беги, – посоветовал ему Ваня, который уже подошел к нам.

– Куда бежать? – не понял Анатолий.

– Куда хочешь, туда и беги, – невозмутимо ответил Ваня. – Сторон света несколько. – С этими словами он по-хозяйски положил ладонь на мое плечо, заставив меня вздрогнуть.

– Не понял… – Анатолий с изумлением посмотрел на Ваню, явно не понимая, что происходит. – Лера, это еще кто?

– Ее парень, – услужливо ответил Бессмертных прежде, чем я успела открыть рот.

– Что? – оторопел Анатолий.

– Вы плохо слышите? Я – парень Валерии.

– Какой еще парень? – удивился Анатолий. – Вообще-то ее парень…

Он явно хотел сказать: «Ее парень – я», но вовремя остановился, потому что я пнула его под столом. Анатолий резко замолчал, а я выдохнула. Ситуация была абсурдной до невозможности! Кто бы мог подумать, что два моих подставных парня встретятся? Только вдуматься. Два. Фиктивных. Парня.

– Ну-ну, – подбодрил Анатолия Ваня. – Продолжай. Что там с ее парнем?

– Ничего. Он просто перепутал. Думал, что я встречаюсь с другим. – Я сладко улыбнулась Ване, решив ничего ему не говорить о нашей с Анатолием сделке. Вдруг Бессмертных захочет расторгнуть договор, который я с таким трудом с ним заключила? Рисковать не хотелось.

– Да-да, именно перепутал, – подхватил Анатолий. – Раньше у нее был другой. Вот я и удивился.

– Кто это, Лера? – приподняв бровь, спросил Бессмертных. Голос у него был на удивление холодным.

– Мой двоюродный брат Анатолий. – Я обворожительно улыбнулась. – Мы зовем его Толиком. Толик, это мой новый парень, Ваня.

– Э-э-э… Здравствуйте, – неуверенно сказал Анатолий и вопросительно взглянул на меня.

«Что делать?» – читалось в его глазах. «Не тупить», – хотелось ответить мне, но я промолчала, пытаясь понять, как выбраться из этой непростой ситуации.

– Привет, Толик. – Ваня вдруг сел за наш столик рядом со мной и демонстративно положил руку на мое плечо, да так, будто я была его собственностью. Его прикосновения вызывали слишком много ярких эмоций, и я сама не поняла, как стала пялиться на его губы.

– А как ты здесь оказался? – спросила я, не зная, злиться мне или смеяться.

– Да так, проезжал мимо и решил зайти. Видимо, мое сердце почувствовало тебя, котенок, – ответил Ваня. От этого его «котенка» меня передернуло. – А потом я увидел тебя с другим и стал нервничать.

– Почему стал нервничать? – кинув на Анатолия многозначительный взгляд, спросила я.

– Решил, что ты мне изменяешь, – сказал Ваня.

Вид у него был совершенно серьезным, а глаза смеялись. Он ведь издевается надо мной! А я в ответ ничего не могу сделать, потому что не хочу, чтобы он узнал о моем соглашении с Анатолием.

– Я же сказала, что это мой брат, – отмахнулась я.

– Со стороны вы были мало похожи на брата и сестру, – задумчиво ответил Ваня. – Особенно когда Толик гладил тебя по волосам.

– Он убирал пушинку, – возмутилась я.

– Вот именно, – подхватил Анатолий.

– Что-то я вам не верю, – покачал головой Ваня. – Не водишь ли ты меня за нос, Лерочка?

– С какой стати? – неискренне улыбнулась я. – В моей жизни есть место лишь для одного мужчины, дорогой. Для тебя.

Бессмертных весело улыбнулся:

– Как приятно быть единственным. Кстати, вы брат и сестра по отцу или по матери?

– По отцу, – торопливо сказала я.

– По матери, – одновременно со мной выпалил Анатолий.

Я с возмущением уставилась на парня. Ну зачем он вообще открывает рот?! Анатолий едва заметно пожал плечами, словно пытаясь сказать, что не хотел все испортить.

– Как интересно, – прищурился Ваня.

– Мой отец и его мать – родные брат и сестра, – нашлась я, хотя на самом деле лишь у моей мамы была сестра.

– Вот оно что, – протянул Бессмертных. – Теперь все понятно.

– А ты здесь с другом? – осторожно спросила я и оглянулась на его черноволосого спутника, который с живым интересом наблюдал за нами. – Может быть, тебе к нему вернуться?

Это была плохая идея – переключить внимание Вани на своего приятеля.

– Я могу позвать его к нам, – ответил Бессмертных, и уже спустя десять секунд черноволосый молодой мужчина, с которым Ваня ужинал, подошел к нашему столику и сел рядом с Анатолием. Я сразу почувствовала себя неуютно: взгляд у этого мужчины был странный. Шальной и вместе с тем тяжелый.

– Моя девушка Валерия, – с непередаваемой усмешкой в голосе представил меня Бессмертных. – Ее брат Толик. А это мой друг и партнер Станислав.

Станислав… Станислав Чернов. Видимо, это тот самый человек, который возглавляет их общую компанию. Вот его только здесь и не хватало!

– Добрый вечер, можно просто Стас, – весело сказал друг Вани. – Валерия, вы красивы и очаровательны. как и рассказывал Ваня. А ваш брат… Вы ведь сын Инессы Львовой? – он уставился на Анатолия.

– Верно, – удивленно кивнул тот.

Боже, зачем только я его послушала и потащилась в этот дорогой ресторан! Теперь проблем не оберешься.

– Мы с Инессой Константиновной хорошо знакомы, – продолжал Стас. – И честно сказать, я понятия не имел, что у нее есть еще и дочь.

– Они двоюродные, Стас, – объяснил ему Ваня. – Инесса Константиновна родная тетя моей малышки. – И он поцеловал меня в щеку.

Мне было безумно приятно. Но я все же начинала злиться. Сами собой сжались кулаки, лежавшие на коленях.

– Да-да, – подхватил Анатолий.

– Родная? Как интересно. Но у Инессы Константиновны нет родных братьев и сестер, – гаденько ухмыльнулся Чернов.

– Да ты что? – покачал головой Ваня. – Как нет, совсем?

– Совсем.

– И что, получается, меня обманывают? Вы никакие не брат с сестрой? – Бессмертных опять посмотрел на меня с насмешкой.

– Получается, что так. – Стас глумливо улыбнулся, а мы с Анатолием переглянулись. Я занервничала еще больше.

– Лерочка, может быть, пора рассказать мне правду? – спросил Ваня задушевным тоном. – Я все выдержу, какой бы эта правда ни была.

– Ваня, что за цирк ты устроил?

Я нахмурилась, решив потянуть время. Вдруг что-нибудь придумаю. Но в лучших традициях многогранной человеческой глупости мне не дали этого сделать. Анатолий решил, что лучше сказать все как есть.

– Понимаете, я ее парень, – начал он, но продолжить не смог. Бессмертных его перебил:

– Значит, и ты ее парень, Толик. Как печально, что вы решили меня обмануть. Ты все еще можешь куда-нибудь убежать. Хотя…

– Вы меня не дослушали, – начал сердиться Анатолий. – Я…

Его снова прервали:

– Закажи-ка мне лучше выпить. Болит, знаете ли, разбитое сердце.

– Не переживай, друг, буду с тобой до самого конца, – с неискренним сочувствием сказал Стас.

Подливает масла в огонь!

– Вы так и не поняли, – с раздражением в голосе сказал Анатолий. – Я парень Валерии , но…

В который раз его наглым образом перебили.

– Мы уже поняли, кто ты. Я же сказал: закажи-ка выпить, – велел ему Ваня.

Издевается, зараза! Точно издевается. Обращается к Анатолию так пренебрежительно, словно тот его личная прислуга.

– Тебе надо – ты и заказывай, – раздраженно ответил Анатолий.

Кажется, Бессмертных ему не нравился. И, судя по взгляду последнего, это было взаимно.

– Грубишь? Знаешь, малыш, моя любовь к этой девушке так сильна, что я готов вынести даже твое присутствие, – лениво продолжал Ваня, поглаживая меня по плечу. Я чувствовала его злость, но понимала, что он слишком хорошо себя контролирует. – Чего не сделаешь ради любимой, верно?

– Хватит, – твердо сказала я, решив закончить этот фарс. – Сейчас я все объясню. Мы действительно не брат и сестра.

– Я так и понял, моя маленькая обманщица, что этот тип не может быть твоим братом, – согласно кивнул Ваня. – Он мне сразу не понравился.

– Да пошел ты!.. – раздраженно бросил Анатолий. Кажется, ситуация начала его утомлять.

– Тише, тише. Иначе тебе действительно придется бежать. – Ваня чуть прищурился.

– Я сейчас вызову охрану, и побежишь ты, придурок, – прошипел Анатолий.

– Язык. Следите за языком, молодой человек. Иначе мне придется поучить вас манерам, – чуть изменившимся голосом сказал Ваня.

Кажется, тоже начал злиться.

– Что, набьешь мне морду? Ну давай попробуй. Я тебя засужу, – задиристо пообещал Анатолий. – Всей жизни не хватит, чтобы расплатиться. С того света мне бабки присылать будешь.

– Как же страшно, – закинул ногу на ногу Ваня. – Прямо чувствую, как одна за другой начинают дрожать поджилки.

Стас хмыкнул. Ему явно было весело.

– Перестаньте! – выкрикнула я. – Что за цирк вы устроили?

– Допустим, не я, а ты. Что происходит, котенок? Ты мне действительно изменяешь?

– Да скажи ты ему правду, – бросил Анатолий.

– Помолчи, – рассердился Бессмертных.

– Сам захлопнись.

– Ты нарываешься?

– А что, если так?

Атмосфера стремительно накалялась. Только что глаза Вани были веселыми, а теперь потемнели от гнева. И я поняла: мне нужно срочно что-то сделать. А то они действительно сцепятся и обвинят в этом меня, хотя я пострадавшая сторона.

– Мальчики, хватит. Вы дороги мне оба! – громко сказала я. – И моей любви хватит на каждого! Вы оба мои парни.

Проходящая мимо пожилая пара с удивлением взглянула на наш столик. Слишком уж провокационно прозвучали мои слова.

– Успокойтесь, пожалуйста. Мне приятно, что из-за такой скромной и милой девушки вы готовы перегрызть друг другу глотку, – продолжала я, – но все же я этого не хочу. Вы мои парни, оба. Подставные.

Анатолий подавился, Стас не смог сдержать улыбку, а Ваня помрачнел еще сильнее. Несколько минут я в полной тишине рассказывала о нашей с Анатолием встрече и о своих мотивах, решив, что теперь от правды никуда не денешься, и моля про себя небеса о том, чтобы Бессмертных не отказался от игры в фиктивные отношения. Чувствовала я себе при этом полной дурочкой, но старалась держаться уверенно. Зато Ваня и Анатолий успокоились.

– Значит, у тебя два подставных парня? – уточнил Бессмертных после моего рассказа.

Как же мерзко он на меня смотрел! Я скромно кивнула:

– Как-то так случайно вышло…

– Удивительно вышло, не находишь? – спросил Ваня уничижительным тоном.

– Удивительно, – вздохнула я. – Сама не знаю как.

– А ты, девочка, не промах, – заметил Стас. – Ты мне нравишься.

– Хоть кому-то я нравлюсь, – устало улыбнулась я.

– Как ты умудрилась заставить двух взрослых мужиков плясать под свою дудку? – допытывался Стас.

Я пожала плечами. И правда, как? Как у хрупкой милой Лерочки это получилось?

– Она умеет быть убедительной, – усмехнулся Анатолий. – Вы бы видели, что она устроила, так сильно хотела мне не понравиться. Я едва не упал, когда она ко мне подошла. Актриса.

– Еще какая, – согласился Ваня. – Устраивала мне невероятные спектакли.

Я так и не поняла, как они успели объединиться против меня, но спорить не стала. Пусть лучше дружат, чем дерутся. Знаю я этих мужиков – как дети, ей-богу. А чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало.

Конец вечера завершился благополучно. Мы все вместе отужинали, словно ничего и не случилось, парни вполне дружелюбно пообщались. Бессмертных сказал, что, раз он больше всех пострадал от моих действий, он и довезет меня до дома. Анатолий был не против, его ждала настоящая девушка.

Мы вышли на улицу, попрощались и расселись по машинам. Этот утомительный ужин наконец закончился.