Эпилог

...На осколки мир холодный,Времени черта.Крик, удар - и ты свободна.Здравствуй, пустота.

Здравствуй, одинокий мальчик,Серый дом сирот.Ты пришла, а это значит,Кто-то шанс даёт.

"Странный одинокий мальчик,Ты совсем как я.Лишь мой мир другим был раньше,И была семья."

"Грейнджер, девочка-загадка,Ожившая мысль.Лишь с тобою в жизни гадкойПоявился смысл..."

Лишь она - его подруга.Только он ей друг.И из замкнутого кругаВыход - новый круг.

Одержимость - как проклятье,Сердце бьётся врозь.Все мечты о белом платьеЛживые насквозь.

Потерявшиеся душиВ темноте одни.Очень просто всё разрушить -Сложно сохранить...(Автор: Miss_Alice)

22 июня 1945г.

Оглядываясь назад, могу с уверенностью сказать, что ничего не происходит без причины. Порой она настолько незаметна и на первый взгляд незначительна, что на неё не обращаешь внимание. Но проходит время - все карты раскрываются. Судьба, как опытный игрок, виртуозно раскладывает пасьянс. И оказывается, что ты далеко не самая большая карта в колоде.Шестой курс мы закончили спокойно. Больше не было никаких убийств, таинственных нападений и интриг. Обыденно и скучно на первый взгляд, но упоительно беззаботно - на второй. В школе так никто и не узнал, что произошло с Эйвери на самом деле. А после Рождества сплетни поутихли, и постепенно о нём стали забывать. Словно этот человек и не учился с нами пять с половиной лет.В приют святого Патрика тем летом мы не вернулись. Сняли маленькую квартирку в Лютном переулке. Так как по меркам волшебников мы оба были совершеннолетними, то могли колдовать за пределами Хогвартса. Я устроилась на работу в книжную лавку: составлять каталоги и стоять за прилавком было несложно. Иногда удавалось выпросить почитать редкие, но интересные издания. Мистер МакАдамс, владелец магазина, посматривал на меня снисходительно и подшучивал над любовью к книгам. Где работал Том, я не знала. Он никогда не рассказывал о работе. Уходил рано, приходил домой поздно вечером. Видела я его редко, но тем ценнее было время, проведённое вместе. Жить с ним оказалось ничуть не легче, чем любить. Мы очень долго притирались друг другу. А один раз даже поссорились из-за какой-то мелочи, да так, что я, хлопнув дверью, почти ушла из дома. Риддл не отпустил. Догнал на лестнице и, схватив за локоть, сказал:- Пошли домой. Чай стынет.И я вернулась.Ночь всегда принадлежала только нам двоим. С ним было уютно, а ощущение безопасности, которое дарили его объятия, вызывало такую же сильную зависимость, как сигареты.Наш последний год в Хогвартсе прошёл слишком быстро. Все куда-то спешили, пытались наверстать упущенное, прожить этот год так, словно он был последним. Детство уже давно ушло, но его тень, такая обманчиво реальная, всё ещё была рядом. В неё отчаянно хотелось верить. ЖАБы слились в моей памяти в одно сплошное размазанное пятно. Я долго готовилась к ним, всё боялась, что провалю экзамены. Том ожидаемо получил по всем предметам «Превосходно». Я, к своему удивлению, тоже. Хотя Защита от Тёмных искусств не была моей сильной стороной, благодаря тренировкам друга я подтянула свой уровень практических навыков.Минерва после школы хотела пойти в ученицы к мастеру трансфигурации. Незадолго до выпуска ей пришло письмо с согласием и контрактом на ученичество. Гильберт, несмотря на свою страсть к квиддичу, собирался идти работать в Министерство Магии. А мы с Томом по-прежнему оставались вольными пташками. Я знала, что наши жизни крепко связаны. Порознь увидеть нас в будущем никак не получалось, да и не было нужды.На следующий день после вручения дипломов, уезжая на Хогвартс-экспрессе в Лондон, я грустила: по друзьям, которые пока ещё были рядом, по школе, ставшей мне настоящим домом, по всем тем годам, которые я провела в уютном мирке вдали от всего остального мира. А ещё отчетливо понимала, что очень долго не увижу всё это.Риддл всё же рассказал мне суть сделки с Дамблдором. Оказалось, что после окончания школы мы должны были покинуть Англию. Сначала я возмутилась, считая, что Дамблдор не имел права указывать нам, что делать. Это была наша жизнь, наше будущее. Том объяснил, что профессор помог замять историю с Эйвери в обмен на наше исчезновение, справедливо полагая, что раз не станет причины - не будет и проблем.И нам пришлось подчиниться. Отчасти потому, что мой Круциатус вычисли. Сотрудники Министерства нашли тот коридор, где было применено проклятие, но не смогли отыскать творившего его волшебника.Прибыв в Лондон, мы не стали тратить время на прощание с дорогими сердцу местами. Не было таких мест, разве что та квартира, что мы снимали в Лютном переулке. В Министерстве Том купил одноразовый портключ. Наверняка он стоил огромных денег, но Риддл, оставаясь верным себе, предпочёл его маггловскому транспорту.- И куда же мы отправляемся? - поинтересовалась я. Не то чтобы мне было действительно интересно. Я никогда не путешествовала по другим странам, поэтому немного опасалась предстоящего.- В Чикаго, - ответил он, протягивая мне обыкновенную маггловскую ручку.- Серьёзно?- Конечно! Сожми её крепче. Через несколько минут портключ сработает.- Том, а мы... - я запнулась, не зная, стоит ли задавать вопрос.- Что?- Мы вернёмся когда-нибудь в Англию?Риддл лукаво улыбнулся и заверил:- Конечно! Мы обещали Дамблдору, что уедем. Но не обещали, что не станем возвращаться.Я невольно улыбнулась в ответ. Порой ход его мыслей был совершенно непостижим для меня, но в итоге мы всё равно остались в выигрыше.В следующий миг раздался хлопок, и мы исчезли. Мир вращался вокруг ярким калейдоскопом. Несмотря на головокружение и лёгкую тошноту, я чувствовала себя совершенно счастливой. Будущее было зыбким и непредсказуемым. Как солнечные блики на воде, оно ослепляло, заставляя двигаться наугад. Но холодные пальцы Риддла, крепко сжимавшие мою руку, вселяли уверенность, удерживала на поверхности. И я верила, что вместе мы сумеем покорить весь мир. Нет ничего невозможного, надо только захотеть.