Клаус

Глава 5

   После разговора с Кэтрин мы с Элайджей шли к машине, собираясь отправиться ко мне домой. Точнее, я планировала сделать остановку ещё в одном месте по пути. О намерениях первородного, в тот момент, я ничего не знала. Но, несмотря на это, я решила немного подкорректировать его планы.

— Так, я тебе тут с Кэтрин помогла, а теперь ты поможешь мне. Поедешь со мной в магазин и будешь моим помощником, понял?

Элайджа, погруженный в свои мысли, на автомате кивнул. Я тяжело вздохнула, подошла к вампиру и использовала безотказный метод:

— Мистер Майклсон, вас взывают на Землю, приём! — произнесла я, повышая тон.

Это подействовало. Элайджа наконец очнулся.

— Извини, Фелисити, я задумался, — оправдался первородный.

— Я так и поняла. Я хочу получить компенсацию за своё использование, — строго произнесла я, уперев руки в бока.

— Использование? — недоумённо переспросил вампир.

Слово «компенсация» явно не смутило его.

— «Фелисити, мне нужна твоя помощь с Катериной. Я хотел бы кое-что у неё узнать, но боюсь, что моё отношение к ней будет слегка предвзятым. Я надеюсь, что ты, как слушатель со стороны, сможешь понять больше», — повторила я слова первородного, в конце гордо подняв голову. — Серьёзно? Ты надеялся, что я в это поверю? Я, конечно, сделала вид, что верю, потому что хотела помочь, но было бы лучше сразу сказать правду.

— Тем не менее, ты всё равно это сделала. Сделала даже больше, чем я планировал.

— Откуда ты знал, стратег хренов, что это сработает? Я даже не хотела вмешиваться, просто слушала со стороны, как ты и велел. Ждала, когда ты действительно спросишь о главном. А если бы я не заговорила? Если бы она не проявила ко мне интерес?

— Это просто невозможно, — усмехнулся Элайджа, — тобой невозможно не заинтересоваться.

— Давай обойдёмся без комплиментов. Мне нужна только правда.

— Ты всегда говоришь всё, что хочешь, — заметил он с лёгкой ухмылкой. Кажется, это был не комплимент. — И это действительно завораживает.

Я удивлённо вскинула брови.

— У тебя честные глаза и уверенный, прямой взгляд. Твои слова... Они лишены лжи. Ты никогда не подбираешь слов, когда хочешь мне что-то сказать. Говоришь абсолютно всё, что думаешь, даже если это может прозвучать не совсем уместно. Мне не нужно бояться, что ты скажешь мне в лицо одно, а за спиной вдруг достанешь нож и захочешь всадить его мне в спину. За всю свою жизнь в этом мире я встретил очень мало таких людей.

— Другие могли бы сказать, что я бессовестная и бестактная, — ответила я на его откровение. — Возможно, с первым они правы: совести я давно у себя не находила. А вот насчет ножа... Да, тут ты прав. Если что-то пойдет не так, я сразу всажу его тебе в грудь, а не буду ждать, пока ты повернёшься спиной.

Элайджа рассмеялся.

— Я знал, что ты очаруешь Катерину. — произнес он с легкой улыбкой. — Я был уверен, что ты ей понравишься. Только не рассчитывал, что ты сыграешь роль ее личного психолога.

— Ты же в курсе, что если Кэтрин узнает, что это была своеобразная ловушка, то тебе будет очень плохо, — предупреждающе заметила я. — Женщины в своей мести очень изобретательны.

— Скорее всего, она уже догадалась. Катерина не настолько глупа, чтобы поверить, что я действительно оставил вас одних и упустил шанс подслушать. Она поймёт, что всё это было спланировано.

— Ты слышал всё? — с ухмылкой спросила я. — Про тебя и Эдварда тоже?

— Стефана, — поправил первородный с невозмутимым выражением лица. — Да, слышал.

— Отлично! Когда вы завтра пойдете за настоящим лунным камнем, будь внимателен. Я не верю, что она оставит это просто так, — предупредила я, хитро улыбаясь.

— Ты думаешь, что она обманула нас?

— Что? Нет! Скорее всего, она просто отомстит тебе за сегодняшнее, — ответила я с серьезным выражением. — Спи с открытыми глазами, вампир.

Мы с Элайджей одновременно рассмеялись.

По дороге домой мы остановились у магазина, чтобы я смогла закупиться продуктами.

— Ты могла бы просто заказать курьером, — посоветовал он, выглядывая из окна.

— Нет, уж! — весело возразила я, скрестив руки на груди. — Я просто обязана использовать тебя по максимуму, пока ты рядом! Займёшься продуктами. Уверена, ты дома разложишь их по местам гораздо быстрее, чем я.

Эксплуатация вампира началась!

***

После моего, как ни странно, приятного знакомства с Кэтрин, я не видела Элайджу уже две недели. В прошлый вторник он написал мне, что собирается на ужин к Гилберт. Я прислушалась к своему внутреннему голосу и в очередной раз попросила его быть начеку. Кажется, мое предупреждение либо не сильно ему помогло, либо он просто не обратил на него внимания. Да уж. В одном я была точно уверена: этого первородного убить невозможно. Когда-нибудь я ещё увижу его. Надеюсь, что скоро, а не лет через 60.

После моего двухнедельного затворничества обо мне наконец-то вспомнили родители. Они интересовались моим самочувствием и делами. Я с гордостью сообщила им, что живу спокойно, даже слегка приукрасив ситуацию: уже месяц из дома не выхожу. Мама, конечно же, не могла удержаться и начала на меня ругаться. Она заботилась о том, что в таком изолированном образе жизни я не заведу ни друзей, ни парня. Отец был рад. Все отцы счастливы, когда у их дочерей нет парня? Я пыталась успокоить маму, пообещав, что вот завтра точно пойду в школу и, специально для нее, подберу себе самого лучшего парня. Миссис Паркер успокоилась. Не то чтобы она действительно верила в мои слова, ведь найти парня за один день — для меня задача невыполнимая. Но, видимо, она просто поняла, что я не собираюсь пускать свою жизнь на самотек или уходить в монастырь. На этом разговор с родителями был окончен.

***

— Доброе утро, класс! Что мы сегодня проходим? — с интересом спрашивает Аларик, подходя к своему учительскому столу.

В любой другой ситуации я бы точно не обратила на него внимания, но сейчас все было иначе. Знаете, как бывает: смотришь на что-то очень долго, запоминаешь каждую деталь, а потом вдруг замечаешь что-то чуждое, чужеродное. Именно это сейчас и происходило со мной. Я смотрела на Аларика Зальцмана и пыталась понять, что же изменилось. Точнее, всё было не то. Его прическа такая же, но чуть-чуть другая, пуговицы на рубашке, застегнутые не до конца, его походка и даже голос — все казалось каким-то неправильным. Это был Аларик, но и не он. О, боже! У нас что, нашествие двойников? Что не так с этим городом, черт возьми!

— Из-за сегодняшних танцев мы всю неделю проходили 60-е, — отвечает кто-то из класса, и учитель поднимает взгляд вверх. Я сразу теряю интерес к происходящему и перестаю так явно разглядывать учителя. Откуда мне знать, может, это похмелье так на него влияет?

Я отворачиваюсь и начинаю смотреть в окно. Всё равно в школе делать нечего. Да и пришла я сегодня сюда только потому, что мне было ужасно скучно. Хотя была еще одна причина — я хотела понаблюдать за командой Скуби-Ду и выяснить, что они сделали с Элайджей. У меня была одна мысль: прийти в поместье Сальваторе с кучей вербеновых гранат и устроить там фейерверк. Но благоразумие победило. Поэтому я решила поступить как обычно: просто слушать и наблюдать. Откровенно говоря, я привязалась к древнему вампиру. Да и о нашей самой первой встрече, о которой я почему-то не помню, мне хотелось бы узнать. Я не была дурой и понимала, что вампир знал меня, но насколько сильно — это еще предстояло узнать.

— Мисс Паркер? — вывел меня из мыслей голос Аларика. Серьезно? Вот так сразу палишься? Когда я говорила, что в школе со мной никто не хотел связываться, я имела в виду всех. Знаний у меня было достаточно, и на уроках меня никогда не трогали. Даже наш бывший, мертвый учитель истории.

— Да, мистер Зальцман? — вежливо поинтересовалась я. В классе повисла мертвая тишина, даже перешептываний не слышно. Лже-Аларик нахмурился, явно понимая, что что-то не так.

— Я очень рад, что вы все же явились на урок. Как я понимаю, вы осчастливите нас своим присутствием на вечеринке в стиле 60-х? — попытается исправить положение историк.

— Конечно! Если вы так хотите, Мистер Зальцман, я пойду, — с улыбкой произнесла я.

«Хотя вечеринка с этими тупыми школьниками под музыку, которая будет раздражать мои уши, никогда не входила в мои планы».

Кажется, я услышала возмущенный вздох. Я что, произнесла это вслух? Хотя я часто открыто выражаю свои мысли, порой все же сдерживаюсь, особенно если это может звучать как явное оскорбление.

— Прекрасно! — весело улыбнулся Зальцман. — Даже не смотря на наше особое отношение к вам, думаю, вам всё же будет полезно общение с людьми.

Вот и зачем он вообще ко мне пристал? Пускал бы слюни на Елену, как делал до этого. А тут что-то взбрело ему в голову и...

Подождите!

Елена... Кажется, Аларик Зальцман тоже водился в их клубе самоубийц. А тут вдруг поменялся и ведет себя странно. И то, как он бросает взгляды на Елену... Как говорил Элайджа? Он любит эффектные появления?

Мне точно не стоит идти на этот вечер стиле 60-х! Точно нет!

***

— Блин, — протянула я, стоя на пороге школьной аудитории. На мне было легкое цветное платье, настолько яркое, что у меня в глазах рябило, и туфли-лодочки на низком каблуке. Я не сильно разбиралась в моде и просто схватила первые попавшиеся вещи в магазине. Над волосами я решила не издеваться: они у меня от природы слегка волнистые, и я просто добавила еще несколько завитков. Не знаю, было ли это модно в 60-х, но меня это не слишком волновало.

Я все еще стояла на пороге аудитории, смотря на группу шумных школьников.

«Зачем? Почему?» — думала я о своей глупости.

Я честно не собиралась идти на этот вечер. Вот прямо честно! Тем более когда узнала, что наш учитель Аларик, возможно, и есть тот самый Клаус. Я провела весь день, вплоть до вечера, в раздумьях. Но любопытство... Черт возьми, это любопытство! Я просто хотела убедиться в правдивости своей догадки.

Детям часто говорят, что есть вещи, которых нельзя делать. А что делает ребенок? Правильно! Он хочет сделать это еще больше.

Я целенаправленно отправилась к столу с напитками. Надеюсь, там нет алкоголя. Остановившись возле чаши для пунша, я взяла пластиковый стаканчик и налила себе немного напитка. Принюхалась — спирта не чувствую. Повезло! Значит, не на весь пунш хватило алкоголя.

— Добрый вечер, — раздался голос за моей спиной. Я приложила все силы, чтобы не вздрогнуть, и, натянув самую приветливую улыбку в мире, повернулась к вампиру.

— Добрый, — приветливо ответила я Даймону. — А вы?

— Я Деймон Сальваторе, красивый старший брат Стефана, твоего одноклассника, — кокетливо произнёс вампир.

Помните, я говорила, что сдерживаю себя, если знаю, что могу произнести что-то оскорбительное? Так вот, забудьте! Он посмел флиртовать со мной, после того как хотел меня убить! И то, что он стер мне это воспоминание, делает ситуацию вдвойне ужаснее.

— А когда стариков стали пускать на школьные вечеринки? — произнесла я, растеряв всю свою любезность. Лицо Даймона вытянулось, но он в привычной манере ответил:

— А ты потанцуй со мной и узнаешь, — подмигнул он. Честно, я могла понять, почему многие девушки пали от его чар — он был красив. Но я не была из тех, кто мог стать жертвой чего-то привлекательного. Я и сама была очень хороша собой, и если хотела, могла использовать свои женские чары по максимуму. Но это явно не тот случай. Флиртовать с ним — все равно что не уважать себя.

— Нет, спасибо, — вежливо отказала я, пытаясь избежать конфликта. Я не очень хотела скандалить.

— А почему нет? Назови мне хотя бы одну причину, — продолжал донимать меня вампир. Он что, слова «НЕТ» не знает? Значение этого слова не проходили в его школе?

— Ты флиртуешь ужасно, — спокойно произнесла я, отпивая напиток. Каким богам молиться, чтобы ты оставил меня в покое?! Клаус, умоляю, убей его первым, когда появишься!

— Ещё никто не жаловался.

— Потому что они не пережили твой флирт, — прокомментировала я, намекая, что все его пассии давным-давно мертвы.

— Ты... — хотел что-то сказать Даймон, но его остановил голос учителя.

— Деймон, оставь ученицу в покое, — строго проговорил Аларик, улыбаясь. Не могу быть на сто процентов уверенной в этом, но кажется, он слышал наш разговор. И это его позабавило.

— Знаешь, теперь я понимаю, почему Елена и Бонни просили к тебе не подходить. Ты та еще стерва! Самоуверенная, наглая девчонка! — вспылил старший Сальваторе.

— Осторожно, Даймон, столько комплиментов, что ещё немного, и я в тебя влюблюсь, — подколола я его, отсалютовав.

Аларик, стоявший рядом со мной, громко рассмеялся.

В разгар нашей занимательной беседы какая-то девушка объявила о посвящении песни для Елены от Клауса.

Он пытается к ней подкатить или убить?

Краем глаза я взглянула на лицо Зальцмана. Он ухмылялся, а его прямая спина так и намекала на то, как он горд... Собой?

— Посвящение песни. А он не так прост, — прокомментировал учитель.

Бинго! Это он! Твою мать!

— Тише, не тут, — шикнул на него Даймон, смотря на меня. Хорошо, что хоть беситься перестал. — Я не впечатлен.

— Нет? — вскинул брови Аларик, краем глаза поглядывая на меня.

Я заметила его взгляд и не отвернулась. Не знаю, о чём он думал, но я уже своих мыслей не скрывала. Убедившись, что передо мной действительно Клаус, я могла спокойно уйти. Если он меня не убьет, конечно.

— Может, после выпитого алкоголя, который эти школьники добавили в пунш, ты немного подобрела? — опять пристал ко мне Даймон. Он что, глухой?!

— Я эту гадость не пила, — с усмешкой ответила я, и ставя пустой стаканчик на стол, развернулась к выходу. — Веселитесь, дети.

Идя к выходу, я засунула руку в бюстгальтер, к которому накануне прикрепила шпильку. Это было сложно, но у меня как-то получилось. Я молила всех богов, чтобы этот вспыльчивый вампир не ринулся за мной, но всё было тщетно: Даймон слишком импульсивен.

Стоило мне только выйти за порог и пройти приличное расстояние по коридору, как меня резко пригвоздили к стене.

Я долго не думая, быстро, со всей силы, воткнула в шею вампира шпильку. Он, взвыв от боли, упал на колени. А из его горла хлестнула густая струя крови. Я инстинктивно отступила, брезгливо морщась.

—Ты! — попытался вытащить оружие Сальваторе, но у него это плохо получалось: шпилька частично была украшена тканью, а я её всегда пропитывала вербеной.

«Надо было целиться в сердце!» — запоздало подумала я, готовясь к побегу. Дура!

Но прежде чем я успела сделать шаг в попытке сбежать, к моим ногам с глухим ударом упало тело Даймона. Я поражённо уставилась на него, не веря своим глазам.

— Умеешь ты возбуждать мужчин, дорогуша, — прокомментировал Клаус, не в манере Аларика.

— Я не виновата, что он дебил! — ответила я, со всей силы пиная мертвого вампира по печени. Сволочь!

Мы с первородным уставились друг на друга изучающе.

— Значит, мне не показалось, ты действительно знаешь, кто я, — спокойно произнес вампир.

— Ну, мне Элайджа дал пару твоих примет, — честно ответила я.

— Конечно, как же без Элайджи? Интересно, и что же меня выдало? — с любопытством спросил Майклсон.

— Всё, — вампир удивился. — Прическа, одежда, походка, голос и спина! Ты слишком прямо её держишь. Ты, конечно, пытался подражать Аларику, но это было слишком заметно.

— Очень интересно, — прокомментировал Клаус, подходя ближе. — А ты довольно наблюдательна.

— Ну и ты же не просто так ко мне сегодня в классе пристал, — задумчиво ответила я.

— Тут всё просто. Я попросил у Кэтрин рассказать мне о важном, и вот странно, в разговоре она упомянула тебя. Девушка, в которой заинтересован мой брат, девушка, к которой даже Пирс прониклась... Мне стало интересно, почему же...

— Мне, конечно, тоже это интересно, но... — я взглянула на тело Даймона, — мне самой его тащить или ты мне поможешь?

Клаус снова рассмеялся.

— Так и быть, помогу, — смиловался он, закидывая вампира себе на плечо.

— Я не отвлекаю тебя от твоих злодейских планов? — полюбопытствовала я. Всё же не очень хотелось стать виновником провала его игры.

— Нет, mon amour (Любовь моя — французский), не волнуйся, сейчас я весь твой, — с улыбкой ответил Клаус, идя по коридору. И вот это его «любовь моя» не звучало как подкат или флирт, а скорее как намек, что теперь я точно от него никуда не денусь.

— Я надеюсь, ты убьешь Даймона первым. В благодарность я пришлю тебе открытку с цветами, — попросила я, осматриваясь. — Где тут мусорные контейнеры?

По коридору прокатился громкий смех первородного, прерывая напряженную тишину вокруг.