Рэйнбоу под лестницей

Четырнадцать ступенек от верхней площадки лестницы до выхода из квартиры, в которой жила Моника. Четырнадцать ступенек она пересчитывала снова и снова, входя в здание и выходя из него. Четырнадцать ступенек, ведущих во внешний мир. Четырнадцать ступенек - это всё, что потребовалось.

Моника стояла, молча разглядывая каждую из них. Она смотрела на стеклянную дверь, расположенную всего в паре футов от последней ступеньки, которая вела в мир за пределами её дома. Ведущую на улицу, а оттуда в парк напротив жилого комплекса, где сейчас играли все её друзья. Даже с того места, где она стояла, Моника могла видеть их и сказать, что им было очень весело.

Она мельком увидела, как её подруга Ронда, крича во все горло, гонялась за Тайшей по деревьям, играя в салочки, в то время как другие её друзья Стивен, Дерек и Мария сидели, прижавшись друг к другу, на неиспользуемой баскетбольной площадке. Их лица нахмурились от сосредоточенности, когда они уставились на свои Nintendo Switch, полностью забыв об окружающем мире. Моника была готова поспорить, что они играли в Super Smash Brothers, поскольку это была единственная игра, о которой они когда-либо говорили, кроме покемонов.

Насколько она могла судить, Диана и Синтия привезли с собой своих кукол с другой стороны. Они постоянно передавали их друг другу. Баюкая их, как будто они были сделаны из фарфора. Хрупкие, бьющиеся.

Это был такой чудесный день, и Монике так хотелось присоединиться к ним. Она уже слышала шёпот о несказанных приключениях, ожидающих её, чтобы присоединиться к ним. Она наслаждалась этим днём так, как только может ребенок, со своими многочисленными друзьями. Может быть, позже днём, когда она проголодается, она купит рожок мороженого, потому что родители оставили ей несколько долларов, чтобы побаловать себя за то, что она получила все пятерки в своём последнем табеле успеваемости.

Если бы только Рэйнбоу Дэш не пряталась под лестницей и не ждала, чтобы съесть её, если она попытается спуститься и присоединиться к своим друзьям.

Она не могла вспомнить, когда всё это началось. Когда появилась эта кошмарная тварь. Терпеливо наблюдая и ожидая идеальной возможности схватить её. Это чувство. Это запретное подсознательное знание о том, что с её миром что-то не так, становилось всё более и более настойчивым в течение последних нескольких дней. Сообщение о чём-то, находящемся за пределами её понимания, поджидало Монику, чтобы поглотить её под деревянными ступенями, покрытыми ковром. Ожидая в темноте, когда такие же маленькие дети, как она, шаг за шагом спустятся в его ждущую пасть, скрывающую острые зубы, предназначенные исключительно для того, чтобы резать и раздирать плоть и кости. Особенно плоть маленьких детей.

От того места, где она стояла, до двери было четырнадцать шагов. Ведущий в другой мир, где дети играли, не боясь призрачных существ, всегда наблюдающих из тёмных уголков, которым было наплевать на некоторые неписаные священные правила устройства мира. Что только плохие вещи случаются только с плохими людьми. Не с такими хорошими маленькими девочками, как она, которые всегда делали домашнюю работу. Никогда не опаздывали в школу. Постоянно говорили "пожалуйста" и "спасибо". Хорошие маленькие девочки, такие как Моника, не должны были бояться окружающего мира.

"Моника? О, Ммоонниикаа~" Пропел шёпот под лестницей. "Почему ты не играешь там со всеми остальными детьми? Почему ты не бегаешь с ними и не кричишь как сумасшедшая? Они выглядят так, будто им очень весело, знаешь ли. Лучшее время в их жизни." Поддразнил голос. "Ты тоже должна быть там, Моника. Почему ты просто стоишь там? Бьюсь об заклад, я знаю ответ." Голос продолжил: "Тебе скучно, правда, Моонниикаа?" Сказал голос. "Тебе это больше не доставляет удовольствия, да? Что ж, позволь мне рассказать тебе об одном совершенно особом месте, которое я знаю. Место, созданное для особых детей. Где нет взрослых, нет правил и нет плохих времён. Место, где всегда улыбаются. Я знаю страну, где мы можем играть вечно. Созданное для таких же детей, как ты. Место, где я и мои друзья ждём встречи с такими же крутыми ребятами, как ты, Ммоонниикаа. Место, созданное силой дружбы. Волшебная страна под названием Эквестрия, где возможно всё. Разве это не звучит очень весело?"

Эти слова ласкали слух Моники, проникая глубоко в её часто чрезмерно активное воображение. Сея семена места, находящегося за пределами того, что взрослые понимают и называют реальностью. Земли, куда могли попасть только такие хорошие маленькие девочки, как она, поскольку она была создана специально для них и только для них. Ведь всем известно, что только дети могут видеть миры, находящиеся за пределами нашего мира. Заглянуть за пределы запредельного.

"Бьюсь об заклад, ты бы с удовольствием посоревновалась со мной". Произнёс голос. Его слова сочились ядом слаще любого меда. "Или, может быть, попросить Пинки испечь для тебя один из её знаменитых кексов. Разве это не было бы здорово? Ты бы с удовольствием познакомилась с Твайлайт Спаркл. Я знаю, что она позволила бы тебе жить в своей библиотеке в том особом платье, которое Рэрити сшила специально для тебя.

Слова, как и голос, проникали в душу ребёнка всё глубже. Она использовала своё воображение, чтобы создать фантастическую картину с яркими красками и радостными звуками, которая её ожидала. Она уже чувствовала, как слюни стекают с уголков её рта, а ноздри наполняются ароматами восхитительных сладостей, которые так и просятся попробовать. Чувствуя, как ветер обдувает её, когда она летит по небу верхом на голубом пегасе с радужной гривой.

И всё же...

И всё же даже она могла почувствовать голод, скрывающийся за восхитительными картинками. Почувствовать, как за красивыми словами, рассказывающими о грандиозных приключениях и странных местах, известных лишь немногим избранным, скрываются острые зубы. Даже Моника знала, чего стоит побывать там. Даже Моника поняла, что это ловушка.

"Да ладно, Моонниикка, не будь такой трусихой. Ты же не хочешь быть трусихой, правда?" Голос продолжал звучать. Всё ещё напевая её имя: "Просто подойди ко мне, и я покажу тебе, что нечего бояться. Я обещаю, что мы отлично проведём время. Просто взгляни, и ты увидишь. Я, Пинки Пай, обещаю. Только взгляни."

Четырнадцати шагов было достаточно, чтобы попасть в этот волшебный мир. Четырнадцати шагов было достаточно, чтобы попасть в страну счастья и солнечного света. Моника чувствовала, как её тянет в эту страну, и не чувствовала, что её уносит всё глубже и глубже в этот странный новый мир магии и дружбы.

"Эй, малышка." Раздался голос у неё за спиной. Вернувший её обратно к жизни, подальше от этого места, полного разноцветных монстров с острыми, как бритва, зубами. "Ты собираешься двигаться или как?"

Монике потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя. Она осознала, что уже успела спуститься на четыре ступеньки вниз по лестнице, когда девушка закричала на неё. Хотя она жила в этой квартире уже несколько лет, было очевидно, что она никогда её не замечала. И все же Моника действительно знала об этой девушке. Её звали Тереза. Она жила этажом выше Моники и была намного старше. Моника предположила, что ей было около шестнадцати или семнадцати лет, на ней были обтягивающая рубашка и джинсы, которые не оставляли места для воображения. Заставляя её чувствовать лёгкую зависть от осознания того, что у неё никогда не будет такого тела, когда она станет старше.

"Малышка, ты пойдёшь или мне самой тебя перенести?" Тереза фыркнула. Рассеянно взглянув на свой мобильный телефон, она добавила: "Я не собираюсь перелезать через тебя".

Моника тихо поднялась по лестнице. Вернулась на прежнее место. Всё ещё пытаясь игнорировать возбуждённый шёпот, продолжающий дразнить её.

"Моника? "О, Ммооннииккааааа~" Пропел голос у неё в голове. "Я тебе не нравлюсь, Моника? Ты не хочешь навестить меня? Тебе не нравятся игры? О, Ммооннииккааа, поиграй со мной. Поиграй со мной. Поиграй со всеми нами".

Снова и снова звучал насмешливый голос. Становящийся всё громче и голоднее в её голове. Дразня, насмехаясь, он больше не пытается скрыть своего желания полакомиться плотью ребенка. Зная, что его добыча поймана и рано или поздно он её получит.

"Мон-и-ка, Мон-и-ка, Мон-и-ка, Мон-и-ка, Мон-и-ка, Мон-и-ка". Повторял голос у неё в голове.

"Слушай, мне пора, так что просто подвинься". Сказала Тереза. Мягко толкая Монику подальше от лестницы. "Извини, малышка". Сказала она, бросив последний прощальный взгляд.

"МоникаМоникаМоникаМоникаМоникаМоника." Голос в её голове рос быстрее. Моника знала, что ей нужно делать.

Это было так просто. Она никогда не думала, что это будет так просто. Забралась Терезе за спину, чтобы пропустить её вперед по лестнице.

Так легко, когда её руки прижаты к спине Терезы. Почти никакой работы не потребовалось, так как достаточно было лёгкого толчка, чтобы девушка потеряла равновесие. Полетела лицом вниз на ступеньки.

ХРУСТ! Раздался громкий тошнотворный звук удара её головы о ступеньки, за которым вскоре последовал громкий удар всего тела, последовавший за падением. С каждым шагом старшая девочка падала всё ниже и ниже. Каждое столкновение сопровождалось очередным ужасным звуком, словно какая-то другая часть тела девушки ломалась и выворачивалась при падении. Забрызгав стены и пол небольшими брызгами крови, когда она, наконец, приземлилась на дно, её голова торчала, как показалось Монике, под очень странным углом. Секунды? Минуты? Часы? Моника так и не смогла с уверенностью сказать, как долго она там простояла, поскольку время, казалось, остановилось. Наблюдая, пристально вглядываясь, ожидая. В голове пустота. Ожидая, что что-то произойдёт. Просто ожидая.

Долгое время стояла тишина, прежде чем Моника начала сомневаться, жива ли она вообще, когда тихий болезненный стон, перешедший в тихий плач, вырвался из скрюченного тела Терезы. Она увидела движение руки. Нога неловко дёрнулась. Ей было больно. Очень больно.

Она медленно выползла из-под лестницы. Конечность небесно-голубого цвета, слегка расплывчатая. Выглядела почти карикатурно яркой на фоне серых, как яичная скорлупа, стен коридора. Как гусеница, исследующая свой новый мир, существо ползло по дешёвому деревянному полу, выложенному плиткой. Лаская босую ногу, потерявшую сандалию по пути вниз, оно продвигалось вверх к лодыжке. Моника наблюдала, как конечность обхватила ногу Терезы и потянула всё ещё живую девушку обратно к ступенькам, пока та не скрылась за деревом и цементом. Оставляя маленькие кровавые полосы, которые заканчивались у начала лестницы.

Ни звука. Ни слов. В мире Моники царила тишина. Голос не насмехался над ней. Не звал её. Голос был доволен своим предложением. Моника знала, что Рэйнбоу Дэш разрешила ей пойти поиграть со своими друзьями.

Она уже спустилась на три ступеньки, когда услышала громкий топот - кто-то бежал по коридору. Моника не знала его имени, но знала, что он был парнем Терезы или что-то в этом роде. Он выглядел немного старше неё. Отрастающая борода, по её мнению, смотрелась на нем не так хорошо, как ему казалось. Должно быть, они поссорились, Моника заметила, что выражение его лица менялось от озабоченного к печальному и сердитому.

"Привет". Сказал парень. Ему было почти неловко спрашивать ребенка: "Ты не видела Терезу?"

Она сразу почувствовала на себе взгляд Рэйнбоу Дэш. Она знала, что должна была сделать.

"Она пошла туда". Сказала Моника, указывая на дверь и отодвигаясь, чтобы дать ему пройти. Рэйнбоу Дэш разрешала ей гулять с друзьями. Но ей все равно нужно было вернуться в дом.