Глава 6. Кровавые улики.

Погода портилась. Снег становился ледяной жижей, слякоть липла к подошвам, как грехи к памяти.

Джон стоял над телом у старой автобусной остановки. Бездомный. Мужчина лет пятидесяти. Глаза выколоты, шея сдавлена до перелома хрящей, и — вырезанная роза, почти идентичная той, что была на теле Элизы.

Он выпрямился и сжал челюсти.— Роза. Опять. Тот же стиль. Тот же ад. — Он отряхнул перчатки. — Этот ублюдок не останавливается. Он только начинает.

Позже, у Кейли в квартире — вечер. Она не захотела оставаться одна. Пожаловалась на тревогу, одиночество. Он молча забрал её с собой.

Теперь она сидела на его кухне, завёрнутая в его серую футболку, которая пахла виски, кожей и дождём.

Джон пил вино. Он не предлагал ей, но она сама взяла бокал и села напротив. Свет был тусклым. Лампа мигала.

— Ты не хочешь рассказывать мне о себе, — сказала она наконец.— И ты всё равно лезешь, — буркнул он.— Может, я просто хочу знать, кто охраняет мою жизнь.— Может, ты просто хочешь знать, кого захотела.

Он поднял глаза. В его взгляде было что-то животное. Хищное. И всё же уязвимое.Она не отвернулась.

— Я был частью банды, — выдохнул он. — Подполье, кровь, «допросы» с помощью лома и лезвий. Тогда мне было всё равно. До тех пор, пока брат... — Он замолк.

— Твой брат погиб?

Джон налил себе ещё. Его лицо затвердело.— Типа того.

Она хотела задать ещё вопрос, но его взгляд остановил её. Он поднялся. Снял рубашку.

Его тело было словно вырезано из бетона: грудь в шрамах, ключица со следами ожогов. На животе — свежий след от лезвия. Кейли сжала бокал.

— Это... у тебя болит?— Только когда дышу. — Он усмехнулся.

Он лёг на диван. Не стал звать её. Просто выключил свет.

Она ушла в комнату, но долго не могла заснуть. Шорох. Темнота. Мысли о розах, крови, о голосе в трубке. И — о нём. Как он сидел, напряжённый, с красными глазами. Как говорил: «Я перестану быть копом».

Тихо, почти не осознавая, она провела рукой под футболкой. Тело отзывалось влажным жаром. Мысленно — она была в его объятиях. Её запястья прижаты к стене. Его голос рычит: «Ты под арестом». Его пальцы на её горле, давление ровно на грани боли. Его язык на её коже. Её дыхание рваное, губы прикушены, глаза закатились.

Оргазм настиг её, как кража — быстро, грязно, жёстко.

Она сжала подушку, стараясь не издать ни звука.Стыд накрыл только потом. Она лежала в темноте, обнажённая под его футболкой, и чувствовала, как дрожит.

Он спал в другой комнате. Или... нет.

А в это время в другой части города мужчина в чёрной куртке смотрел на фото — Кейли, улыбающаяся возле больницы. Его палец ласкал её лицо на экране.— Ты теперь следующая. Ты моя роза.