Глава 35

Лиса

Чонгук никогда не показывал неприязни по отношению к папе. И более того, он делал всё для того, чтобы ему было комфортно жить, будучи прикованным к инвалидному креслу. Но с самой первой их встречи я не могла почувствовать, что они принимают друг друга. Папа открыто говорил, что его беспокоит моя связь с этим мужчиной, что он может сделать мне больно, даже глазом не моргнув. А Чонгук в свою очередь... Он не показывал свою неприязнь открыто, но всё же я чувствовала с его стороны презрение.Иногда презрение. Иногда раздражение. Иногда гнев.Я не хотела признаваться самой себе и делала вид, что это всё просто у меня в голове. Возможно, что так оно и есть, просто я чувствовала конфронтацию между ними.Но прямо сейчас, когда папа раскрывает бордовый конверт, когда его трясущаяся рука держит приглашение на нашу свадьбу, а глаза быстро пробегаются по строчкам в нём, я вижу счастье на его лице. Вторую руку он сжимает в кулак и подносит ко рту, сдерживая улыбку.На лбу собираются морщинки, когда его брови взлетают вверх. На несколько небольших шагов я отхожу от Чонгука, который всё это время стоит позади и гладит меня по спине.— Пап? — шепчу я, подойдя ближе и обхватывая его свободную руку своими. — Мне кажется, ты уже прочитал.— Да, д-доченька, прочитал.— И что скажешь? — спрашиваю я с нервной улыбкой, перекачиваясь с ноги на ногу.— Скажу, ч-что безумно с-счастлив за вас и буду о-очень рад, побывать на вашей с-свадьбе.Почему-то после его слов я никак не могу осмелиться, чтобы посмотреть в его глаза — мне не хочется разрешается при папе и Чонгуке, но я в шаге от этого. Наверное, я могла ожидать, что он это скажет, но не могла подумать, что это так на меня подействует. Нижняя губа начинает дрожать, пока я глажу папину руку и смотрю куда-то в пол. И неожиданно я чувствую, как крепкая рука обхватывает меня за горло.Странно, как могут его обыкновенные прикосновения так сильно успокаивать меня? В любой ситуации, я забуду обо всём плохом, если его мощные руки гладят мои волосы, плечи или любую другую часть тела.Чонгук оставляет лёгкий поцелуй на моей макушке, отчего я окончательно успокаиваюсь.— З-значит, мы с тобой повязаны надолго, з-зять, — папа бросает на Чонгука странный взгляд, который я не видела слишком долго. Этот взгляд неприкрытой радости и чего-то такого юношеского, ребяческого. В горле встаёт комок, а на глазах снова наворачиваются слёзы, но я сдерживаю себя, сосредотачиваясь на его руке.— Я говорил, что ты больше не увидишь никакого другого зятя, кроме меня.Я издаю смешок от их общения и отхожу немного, чтобы поставить чайник и сделать что-то перекусить.— Мы ведь останемся ненадолго? — интересуюсь я у Чонгука, наблюдая за тем, как он садится за стол.— Конечно, принцесса.Папа тоже разворачивается на своём кресле и останавливается на свободном месте, сделанным специально под него.Люблю эту кухню, очень сильно — она большая, но при этом уютная, выполненная в светлых тонах и современном стиле. Когда мы переехали сюда, я была в восторге, но всё равно не могла принять это место полностью.Потому что дело было не в месте. Дело было в моей маме, которая готова была выть от ненависти ко мне.Вместе с ней даже самое райское место на земле сгорит от адского пламени ненависти.И вот её нет в моей жизни.Здесь сейчас сидит мой папа и мой жених. Они общаются о ситуации на рынке недвижимости, о которой я ничего не понимаю. И я счастлива, я очень счастлива, что они со мной, а её больше нет.Насыпав чая в заварник, я заливаю его кипятком и достаю кружки из шкафчика. Из процесса и мыслей меня вытягивает звонок мобильный звонок. Развернувшись, я наблюдаю за тем, как Чонгук достаёт телефон из кармана чёрных брюк и, хмурясь, отвечает на звонок.— Я вроде бы чётко дал понять, что занят сегодня.Не завидую человеку, который находится на той стороне линии, потому что даже я почти съёживаюсь от неумолимой строгости его голоса.— Я перенёс эту конференцию.Там что-то говорят.— Всё, достаточно.Стас отключается и кладёт телефон себе в карман.— Что-то случилось? — Он встаёт, а я подхожу к нему ближе и прижимаюсь своим телом к его.Мне так нравится его близость, намного больше, чем когда-либо. Возможно, во мне играется предвкушение перед свадьбой, но мои эмоции бьют через верх. Я постоянно скучаю по нему и не могу найти себе места, когда он на работе. И это с тем учётом, что он уделяет мне много времени, зная, как много у него работы с его руководящей должностью.— Нет, малыш. Всё в порядке. Кроме того, что вокруг одни дебилы.— Ты это переживёшь, — хихикаю я.— Только если ты будешь рядом.— Я буду.— Мне нужно отъехать и провести деловой звонок в офисе.— Хорошо, конечно.Нет, это не хорошо, совсем не хорошо, но я потерплю.— Пап, я провожу Чонгука.— Х-хорошо, милая. Посидим в с-следующий раз, зять.— Обязательно, тесть.Меня забавляет их игра в зятя и тестя, которая, в принципе, и не совсем игра. Я безумно люблю своего папу, несмотря ни на что. И я безумно люблю Чонгука, который изо дня в день заставляет меня влюбляться в него ещё больше. Чонгук протягивает руку, которую папы пожимает.Мы выходим из кухни и идём по широкому светлому коридору к прихожей. Мои весенние чёрные ботинки на небольшом каблуке стоят на обувной полке. Сейчас на моих ногах обычные тапочки, которые никак не увеличивают мой рост перед ним. Запрокидывая голову назад, я встречаюсь с его карими глазами. В них читается нежность. Столько нежности, сколько мне хочется забрать и никогда не отдавать.Всего каких-то несколько секунд мы смотрим друг другу в глаза перед тем, как я слышу его хриплый бас:— Иди ко мне.Тяжело дыша, он сжимает руки на моей талии и притягивает к себе, слегка отрывая от земли.— Разве тебе не нужно ехать? — дразню его, обхватывая своими руками его мощную шею и предвкушая дикий, несдержанный поцелуй.— Ты знаешь, — он прижимает меня таким образом, что моё тело зажато между стеной и его телом. — Всё, что мне нужно, это ты, принцесса. Ты. В моих руках. Каждую грёбанную секунду. Без одежды.— Но я в одежде, — смеюсь я.— Только мы переступим порог нашего дома, и я это исправлю.— Если честно, я даже не сомневаюсь в твоих словах.Он накрывает мои губы своими губами. Мы сплетаемся в поцелуе, из-за которого мне едва хватает воздуха, чтобы дышать. Чувствую, как на лице появляется краснота, что может спалить меня.— Блядь, принцесса. Что ты делаешь со мной? — спрашивает он, отстраняясь.— Что я делаю?— Все мои мысли, каждый день, каждую чёртову секунду — всегда о тебе.— Я тоже... — я замолкаю, но не потому что не могу сказать ему о чём-то, просто все мои мысли путаются.— Что, Лиса? Скажи мне.— Я тоже постоянно думаю о тебе, Чонгук. Каждый день, где бы я ни находилась.Неожиданно даже для меня, пальцы моей впиваются впиваются в его чёрные волосы. Всё внутри меня съёживается от этой адской близости, от выпуклости в его штанах, от тёмной густой щетины на его лице, которая ласкает кожу моих щёк.— Блядь, принцесса. Если ты не перестанешь, моя конференция пройдёт без меня.— Я ненавижу эту конференцию, Чонгук.— И я её ненавижу, малыш.— Поставь меня, — прошу я, хотя мой голос больше напоминает скулёж. — Иначе ты точно не уедешь.Он неохотно ставит меня на пол и не сразу убирает руки с моей талии. Затем достаёт телефон и кому-то звонит. По дальнейшему разговору я понимаю, что его собеседник — мой охранник, который должен подъехать сюда в течение нескольких минут.— Чонгук, зачем? — в недоумении спрашиваю я. — Я просто посижу с папой, пока ты не вернёшься. Не нужно вызывать человека, чтобы он просто сидел в машине, пока я здесь.— Если нужно будет, он будет стоять под дверьми, пока ты здесь.Я отвожу взгляд и закатываю глаза.Иногда эта излишняя осторожность Чонгука походит на паранойю. И я могу понять его переживания и опасения, если бы я возвращалась домой вечером после занятий в полном одиночестве, но не когда я буду просто сидеть вместе с папой дома.Что может случиться?Мне хочется настоять на своём, но я знаю, что это бесполезно. Он делает всё так, как считает нужным.— С тобой бесполезно спорить.— Не в этом случае.— Я буду ждать, — говорю я, становясь на носочки и оставляя кротки поцелуй на его губах. У меня получается это сделать, потому что он наклоняется и даёт мне возможность дотянуться до него.Его размеры пугают. И восхищают.— Я приеду как можно скорее.— Я знаю.Когда он выходит спустя ещё несколько поцелуев в губы и шею, я возвращаюсь к папе, он уже разливает чай по кружкам.— Пап, зачем ты себя напрягаешь? Я сама всё сделаю.Аккуратно я выхватываю из его руки заварник.— М-милая, я и т-так сижу дома и н-ничего не делаю. Какое тут н-напряжение?Может, я слишком сильно беспокоюсь, но для меня очень важно что папе было хорошо и комфортно. И мой жених делает всё для того, чтобы так и было.Взяв две чайные ложки, я добавляю сахар в обе кружки и размешиваю. Пока не села, я подхожу к папе сзади и крепко обнимаю его.— С-соскучилась по своему с-старику.— Очень, ты же знаешь.— И я т-тоже по тебе, д-доченька.— Я буду приезжать чаще. И чаще забирать тебя к нам.— Н-не стоит, доченька. Это л-лишние. Уверен, в-ам и без меня есть ч-чем заняться. Тем более, у т-тебя учёба, у Чонгука раб-бота.— А ты хочешь больше времени проводить со мной или с ним? — подшучиваю я, садясь рядом и подвигая кружку к нему ближе.— Т-ты не можешь отрицать, ч-что твой жених очень инт-тересный собеседник.— Да, правда со мной он не общается о рынке недвижимости, трастовых фондах и других вещах, которые мне не интересны.— И о-очень зря, что не интересны, — отвечает папа, но меня отвлекает вибрация телефона.Надеюсь, Чонгук не присылает мне сообщение, пока ведёт машину. Он хоть и опытный водитель, но на дороге может случится что угодно. Сейчас напишу, чтобы он не писал мне до того, как приедет.Улыбка исчезает с лица, когда я вижу, что сообщение вовсе не от Чонгука. И не от моих подруг. И даже не из чата нашей группы.Неизвестный номер: Привет. Как замужняя жизнь?Такое ощущение, что я знаю, кто это — но при этом я не могу понять, откуда у него мой номер, зачем он мне пишет и вообще... что ему нужно?Я: Кто это?Неизвестный номер: Любитель запретных плодов:)К сожалению, это действительно он.Я: Откуда у тебя мой номер?Неизвестный номер: Знакомый аспирант узнал в твоём деканате.Значит, совершенно незнакомый мне человек просматривал какие-то анкеты, ведомости, фотографии, чтобы достать мой номер телефона. Меня выворачивает наизнанку от этого цирка, который он устроил. И тем более после того, как я дала ему понять, чтоб состою в отношениях и вообще выхожу замуж.Неизвестный номер: Приятно познакомиться, Лиса, я Минхо:)Я: Но мне не очень приятно.Неизвестный номер: Почему же?Я: Думаю, если ты нормальный человек, то ты знаешь, почему. Хотя, учитывая всё это, есть сомнения в твоей нормальности. Я сказала тебе, что состою в отношениях с другим мужчиной и что выхожу замуж. Я не знакомилась с тобой. Я не называла тебе своего имени и не давала свой номер телефона. Мне неприятно, что незнакомый человек каким-то образом узнал моё имя и достал мой номер. У меня нет желания общаться с тобой.Неизвестный номер: Мне казалось, ты поняла? Чем больше отказов с твоей стороны, тем больше я хочу добиться тебя.— Д-доченька, всё в порядке? Т-ты побледнела? — папин голос заставляет мой учащённый пульс успокоится, а неприятный осадок уйти. Я не должна позволять этому парню как-то влиять на моё настроение. Наверное, я так злюсь и нервничаю, потому что мой мужчина может увидеть это и... убить его? Может ли он действительно убить его?Да. Я так думаю. Я уверена.Я всё ещё не знаю, что он сказал Ким Сумену (или что сделал с ним), но теперь я абсолютно точно уверена, что это по его вине он уволился.На что способен Чонгук, одержимый своей ревностью? Надеюсь, он держит свою клятву и больше никогда не будет знать, что происходит в моём телефоне.Хотя прямо сейчас я сдерживаю себя, чтобы не рассказать всё Чонгуку, потому что такая самоуверенность и неуважение чужих личных границ меня... не то чтобы раздражает, а... расстраивает.Он напоминает мне одноклассников. Таких же наглых, самоуверенных и обращающих внимания только не внешние данные, но не на внутренний мир.— Да, пап. Всё хорошо. Прости, сейчас отвечу, и можем посмотреть с тобой какой-то фильм.— Х-хорошо, милая, я только з-за.Неизвестный номер: И то, что ты не отвечаешь, только ещё больше заводит меня:)Мне становится тошно от того, что он не понимает или делает вид что не понимает. Я ненавижу таких людей, которые хотят воспользоваться тобой и плевать они хотели, что у тебя будет в душе после этого. Он не знает, какой я была в школе и что сейчас для меня огромный прыжок вверх то, что я вообще могу кому-то так отвечать. Но вместо того, что ещё раз написать о его наглости, я просто блокирую его номер — в самом телефоне и телеграмме, а больше у меня нет приложений для общения.Нет, я не буду больше ничего ему объяснять, я не должна. В меня вселяется странное чувство отчаяния. Возможно, потому что от его сообщений в груди неприятно колет, на лбу собираются капельки пота и меня бросает в жар.— Всё, папуль. Пошли посмотрим фильм.— И к-какой выберем?Я отношу обе наши кружки в гостиную и ставлю на стекланный столик перед огромным плазменным телевизором, висящем на стене напротив кожаного дивана. Затем папа включает телевизор и мы выбираем фильм «Игра в прятки».— К-как раз про свадьбу.— Почему как раз?— А к-кто у нас з-замуж выходит?Мне сложно скрыть улыбку, поэтому я просто прикрываю ладонью лицо. Спустя где-то сорок минут просмотра я нервно покусываю нижнюю губу, потому что этот фильм про свадьбу не какая-то романтическая комедия, а настоящий триллер, которые я не очень люблю.— Я надеюсь, наша свадьба будет не такой, пап.— Я т-тоже, милая.Слишком расслабленная, я засыпаю почти под конец фильма. Вскоре чувствую, как папа накрывает меня пледом, а затем я слышу глухой звук колёс его инвалидного кресла. Стыдно, что, вместо того, чтобы пообщаться с папой, я сплю, но усталость и нервозность последних дней меня настигла.Такое ощущение, что я сплю целые сутки.С огромным трудом я раскрываю глаза, когда чувствую вечернюю прохладу на лице. Чонгук несёт меня на руках к машине, причём одной рукой он держит ещё и мои ботинки.— Они явно не твоего размера, — шучу я, упираясь лицом в его каменную грудь и плечо.— Тебе весело?— Немного. Уже поздно. Конференция так долго длилась?— Я немного пообщался со своим тестем, пока ты спала.— И как прошло общение?— Хорошо.— Я рада, — запнувшись, говорю я, но собираюсь продолжить. — Чонгук, я рада, что вы с папой находите общий язык. Это для меня одна из самых важных вещей, хоть я никогда и не говорила об этом.— Я знаю, малыш, — понимающе отвечает он. И я вижу, что это искренне, что он не притворяется, не играет в хорошего тестя или жениха, он действительно делает шаг навстречу моей семье, моему папе.— Я люблю тебя.— И я люблю тебя, Лиса.— Мне кажется, я снова засну и не смогу выподнить свой долг невесты.— Не волнуйся, я заберу твой долг завтра.— Не заберёшь.— Ты думаешь? Почему же?— Потому что завтра я хотела целый день буду выбирать платье.— Это весомая причина.Будь у меня любящая мама, она разделила бы со мной завтрашний день. У меня нет такой мамы, но очередной осознание этого факта не делает меня менее счастливой. Чонгук мой жених и всего через две недели станет моим мужем. Я смотрю на него, когда он усаживает меня на переднее сиденье и немного откидывает спинку назад, чтобы мне было удобнее подремать.Люблю ли я этого мужчину?Безумно.Готова ли я бороться с его демонами в виде одержимости, бесконтрольной ревности и местами даже паранойи, которая чаще всего не даёт нам спокойно жить?Готова, потому что это стоит нашей любви. Я принимаю его полностью и готова бороться со всем, что встанет на пути нашего счастья.