Глава 13

Лиса

Придя домой, я сняла с себя пальто с сапогами и обула домашние светло-голубые тапочки. Они давно уже были порваны, но всё равно я их очень любила, их купил мне когда-то папа. Я повесила пальто на вешалку и застыла — эта вещь напоминала мне о нём. Я не знаю, как долго смогу жить с этим проедающим сердце чувством. Прошло три месяца с того момента, как я попросила его уйти.Моя мама избивала меня, иногда до синяков, иногда она начинала это делать пьяной, когда я спала и даже не подозревала о том, что меня ждёт через несколько минут. Мне было очень больно, но даже та боль не сравнится с тем, что я чувствую сейчас. Если бы можно было снова перенести боль от увечий и взамен получить его любовь, я бы хотела так сделать.Он был таким заботливым, так хорошо ко мне относился, любое его прикосновение успокаивало дрожь моего тела и придавало уверенности в завтрашнем дне. Рядом с ним можно было поверить в глупую фразу о том, что всё будет хорошо. Я влюбилась в него.И я такая глупая, если смогла поверить, что правда нужна ему.Конечно же нет. Он взрослый, красивый, богатый, у него есть безумно красивая и умная жена и каждый месяц новые любовницы, так она мне сказала. Каждый день я вспоминаю её слова о том, что он просто переспит со мной и вернётся к ней. Даже если он разведётся ради достижения своей цели, в итоге он вернётся к ней.Она знала о его изменах. Он всегда возвращался. Такие у них отношения. Я не особенная для него, нет, я никто.Даже тот прекрасный букет цветов, который он прислал мне на день рождения. Это для ничего ничего не значит, как и его постоянные звонки, как и сообщения. Нет, он просто хочет получить своё.Не понимаю, как она может жить и принимать его измены. Я бы не выдержала такого. Я не выдержала то, что он женат. Каждый мой день заканчивается слезами, потому что я не могу забыть его. И потому что я знаю, что не нужна ему.Наверное, папа — единственный человек, ради которого мне нужно жить. Я люблю его и не хочу, чтобы он остался совсем один.Кинув рюкзак на кровать в своей комнате, я прошла в гостиную и увидела сидящего у телевизора папы.— Папочка, привет, — я поцеловала его в щёку, когда он отвлёкся и посмотрел на меня.— П-привет, доченька. К-как дела в школе?— Всё хорошо, готовились сегодня на двух уроках к экзамену по украинскому. Как твои дела? Ты что-нибудь кушал или мне приготовить?— Т-ты лучше от-тдохни, милая. Я не голоден.Мама не особо заботится о папе, поэтому я уверена, он ничего не ел с утра. Он может сам кушать, но ему самому трудно что-то приготовить, он почти недееспособный.— Нет, я что-то приготовлю. А мама дома?— Н-нет, ушла где-то час назад.Повернувшись, я побыстрее пошла на кухню, чтобы успеть что-то приготовить к её приходу. Из холодильника я достала небольшую миску с фаршем, который вчера прокрутила и приготовила. Добавив немного специй, я придала им форму и пожарила на сковородке, а потом сделала пюре.Но не успела помыть посуду, входная дверь открылась и закрылась. Я поняла, что пришла мама — и почти сразу же она появилась на кухне, гремя пакетами в руках.— Кто за тобой будет срач убирать? — спросила она, глядя на грязную сковородку в раковине.— Я сейчас помою, просто хотела приготовить папе поесть.— Не приходит больше к тебе твой хахаль, да? — она говорила так, словно радуется этому. У меня не хватило сил, посмотреть на неё, я опустила взгляд. Я понимала, что сейчас разрываюсь, но мне хотелось побыстрее помыть посуду и покормить голодного папу.— Мама, он не мой хахаль, — ответила я, сглатывая ком в горле. Она ничего не спрашивала у меня о Чонгуке, когда он пришёл в тот раз. Наверное, ей просто всё равно.— Значит, ты ему больше не нужна, да? Он больше не хочет тебя?Мне снова пришлось сглотнуть ком в горле, я побыстрее приступила к мытью посуды.— Он больше не интересуется тобой? — опять спросила она, грубо взяв за плечо и развернув меня к себе.— Не интересуется, — ответила я.Он меня не любил. Или он не был влюблён в меня, как я в него. Он просто игрался со мной, как с маленькой наивной девочкой. Его жена так и сказала, что я для него лишь маленькая наивная девочка, взрослый мужчина вроде него никогда не обратит на меня внимание всерьёз. Она была очень красивой, хорошо одетой, с ярким макияжем, уверенно разговаривала, совсем не то что я.Найдя мамин взгляд, я увидела искры в её глазах.— Точно?Я кивнула, не в силах больше искать ответов.— Нет, ты мне скажи, это точно?! — чуть ли не закричала она.— Да.— А цветы? Он присылал тебе цветы на день рождения.— Это ничего не значит, просто цветы.— Ну да, что для него цветы, мелочь.Я не знала, что ей ещё ответить, но она и не ждала больше от меня слов.— Тогда так, быстро корми своего папашу, а затем бери его и запритесь в какой-то из комнат, потому что у меня сегодня гости, — когда она говорила это, я унюхала неприятный запах у неё изо рта.Я не всегда понимаю, когда мама пила — иногда она была просто сердитой. Правда, в последние месяцы она старалась быть добрее по отношению ко мне, хоть у неё и не всегда получалось. После визита Чонгука она была сама не своя, я думала, она просто изобьёт меня, но этого не случилось.— И чтобы я духу вашего не видела, пока они здесь, — закончила она, начав расставлять на стол бутылки. Боковым зрением я увидела несколько бутылок пива и водки. Я не слышала этого тона давно. И к ней давно не приходили гости, с момента нашего переезда точно нет.Я принялась мыть посуду, сильно жмурясь, чтобы убрать наступившие слёзы.Разложив чистую посуду по местам, я достала одну тарелку и наложила в неё приготовленную еду. Мы с папой поедим с одной тарелки, ничего страшного. Мне не хочется развозить бардак, чтобы мама потом ругалась.— Мам, ты можешь покушать, пока всё горячее, — предложила я, но она лишь недовольно посмотрела на меня.— Приготовила, значит, иди и жри. Просто не выводи меня, не доводи до греха.— Прости, — прошептала я одними губами и ушла к себе в комнату. Положив еду на письменный столик, я пошла обратно в гостиную.— Пап, пойдём ко мне? Я покормлю тебя, посмотрим телевизор у меня.— К-конечно, милая.— Мама будет занята сегодня. Она попросила нас не выходить.— Я-ясно, — грустным голосом ответил папа. Весь вечер мы просидели у меня в комнате, пока папа смотрел телевизор, я делала уроки и решала тесты по ЗНО. Но когда мамины гости начали что-то кричать друг другу, я отложила тетрадь и села на кровать, возле папы.Мама была недовольна и с кем-то спорила, они все спорили, пытаясь перекричать друг другу. Они были пьяны и чем-то недовольны.— Молодуху тебе подавай, значит, — завизжала мама на всю квартиру. Я прижала колени к груди, посмотрев на папу. Мне было жаль его, почему она так к нему относится? Почему он приводит сюда других мужчин? И всегда приводила, ей было всё равно на его чувства после того, как он сел в инвалидное кресло. А может, и до этого.Папа всегда оправдывает её, говоря, как ей было тяжело всё время тянуть всё на себе. И я тоже так думаю, мечтая только об одно, чтобы она любила нас.Я спрятала лицо в ладонях, забыв о том, что папа смотрит, и почувствовала на волосах его дрожащую руку.— Всё будет х-хорошо, м-милая, — сказал он ласковым голосом.Раньше мне казалось, что так и будет. Когда я встретила Чонгука и поверила, что правда могу быть нужна ему.А сейчас я не знаю, что со мной будет, что будет с папой. Я просто хочу, чтобы всё это закончилось.Спустившись на край кровати, я обняла папу, запачкав слезами его тёплый свитер.Мамины гости веселились с дней до самой ночи, поэтому мы так и заснули — я на краю кровати, а папа своём кресле.***Последние несколько дней со мной начал общаться мальчик из параллельного класса. Он был красивым и высоким, нравился многим девочкам и я не понимала, почему он обратил на меня внимание, но он предложил мне погулять в парке на выходных.Мне было приятно, что он пригласил меня. И мне хотелось поскорее забыть Чонгука, потому этого никак не получалось сделать.А ещё мне хотелось забыть, что мама снова водит своих друзей домой.— Пап, ты не против, если я схожу сегодня погуляю? — спросила я, пока он смотрел телевизор.— Ну к-конечно, д-доченька. Одевайся т-тепло, на улице холодно.Чонгук позаботился, чтобы мне было не холодно. Это пальто казалось самой тёплой вещью, которая была у меня в жизни.— В-возьми в п-правом кармане моей к-курки немного денег. Там должны быть.— Спасибо, папа! — я поцеловала его в щёку и действительно нашла в команде куртки триста двадцать гривен с мелочью. Этого хватит даже чтобы сходить в кафе.Мы с Сэхеном встретились в парке Горького в половине пятого. Он улыбнулся, когда увидел меня.— Ты замёрзла? Давай пойдём в какое-то кафе, — предложил он, на что я просто пожала плечами. Мы зашли в первое попавшее в парке, здесь было не очень много место, но уютно и тихо играла музыка.Сэхен взял себе маленький стаканчик чёрного чая, а я обрекосового.Мы сели возле окна, с которого ещё не сняли новогодние гирлянды. Я не знала, о чём с ним говорить и просто ждала, пока чай остынет.— На сколько тебя отпустили погулять? — он задал вопрос, сняв с себя темно-синюю куртку. Поправив свои тёмно-каштановые волосы, он сделал глоток чая.Я машинально улыбнулась, вспомнив, что у Чонгука волосы были такого же цвета, только немного темнее и короче. Но улыбка быстро сошла с лица, потому что мне снова стало больно. Мне всегда больно, когда я думаю о нём. И я почти всегда о нём думаю, поэтому боль почти не проходит.—Лиса?— До вечера, — ответила я. Мама будет только рада, если я не приду домой. А с другой стороны, она всё равно может наказать меня за это.— Я понимаю, но до скольки конкретно?— До одиннадцати где-то, — придумала я.— Ох, это хорошо.— А почему ты пригласил меня? — внезапно спросила я. Мне хотелось отвлечься от своих мыслей, убивающих сердце. Три месяца прошло и все эти три месяца я засыпала, плача в подушку.— Ты красивая и милая, почему нет?— Ты правда считаешь меня красивой?— Да, ты очень хорошенькая. Слушай, может, пойдём ко мне? Я недалеко живу, у меня родителей нет дома, — его предложение застало меня врасплох. Я не хотела идти к нему домой, но не знала, как отказать.— Не знаю... — неуверенно ответила я. — А что мы там будем делать?— Да найдём, чем заняться. Всё будет нормально, ты не переживай.Он соскучил со своего места так быстро и резко, что стол застрясся. Мне пришлось последовать за ним, потому что он поднял меня, и я даже не допила чай.Он шёл быстро, держа меня за предплечье, и мне это не нравилось. Было такое ощущение, словно он спешил.—Сэхен, можешь остановиться, пожалуйста, — попросила я, но он лишь замедлил шаг, не останавливаясь.Сглотнув, я хотела попросить ещё раз, но что-то помешало мне. Сэхен остановился, но не потому, что я попросила. Прямо перед ним стояла фигуры мужчины, не давая пройти вперёд.Сначала я подумала, что это просто совпадение, но когда подняла глаза, то увидела его. На моих глазах чуть не навернулись слёзы, только я сдержала себя и лишь отвела взгляд. Я не знала, как он здесь оказался и почему. Я думала, что это не из-за меня.Чонгук подошёл ещё ближе к Сэхену, который не понимал происходящего.— Чем-то помочь? — спросил он, огрызаясь, но Чонгук несколько секунд смотрел на него очень сердитым взглядом.Пускай я знала его не так много времени, но он никогда не выглядел настолько суровым и жёстким рядом со мной.— Я даю тебе три секунды на то, чтобы отпустить её и уйти, — потребовал Чонгук, таким властным и безжалостным голосом, от которого волоски на моих руках стали дыбом.Мне захотелось убежать отсюда, испариться, исчезнуть, чтобы не видеть его, но я просто стояла и не поняла, что сейчас будет.Сэхен смотрел на Чонгука эти несколько секунд, а затем на меня. Я ждала, что он хотя бы спросит меня о том, кто это. Спросит, хочу ли я, чтобы он уходил. Но, видимо, зверский вид Чонгука не оставил для него выбора.Он отпустил мою руку и кинул на меня разочарованный взгляд, поджав губы.— До встречи, — сухо попрощался он и ушёл в том направлении, в котором тащил меня несколько минут назад.Он оставил меня одну с мужчиной, который посреди парка просто потребовал это сделать. Для меня это не было неожиданностью, потому что я не та, за кого кто-то захочет бороться.Собравшись с духом, я подняла голову и посмотрела в его тёмно-карие глаза, в которых читалось только одно — ярость. Испугавшись одного только взгляда, я сделала шаг назад, но он в одно мгновение сократил расстояние между нами.Чонгук провёл ладонью по моим волосам. На улице было очень холодно, но его ладонь была горячей, ею можно было согреться. Моё сердце забилось быстрее, но я оттолкнула все возможные мысли о том, что я всё ещё влюблена в него.Я для него просто очередное развлечение, которое он может себе позволить. Его жена права, и я всегда должна помнить об этом.***