Часть 7. Проблема доверия

— Я, — тяжело выдохнув, я продолжила, — согласна.

Наверное, за последние несколько месяцев это уж и не такое ответственное решение. Для меня более волнительно было разорвать прежние связи, отчислиться из института и уехать сюда, в Грин Хил. Да и, возможно, если я все же не рассчитала масштаб ситуации, в которую влезла, как сказал Леннокс - «привыкну».

Я подняла глаза на пришельца, и по его не слишком эмоциональному выражению лица можно было догадаться, что мои слова его обрадовали. Уголки его механических губ были слегка приподняты, да и взгляд был умиротворенным, добрым.

— Рад это слышать, — тихо произнес он, вставая с мокрой травы.

За время нашей беседы ветер, которого в начале и вовсе не было, сильно усилился и мои зарисовки рисковали улететь в неизвестном направлении... возможно в страну Оз...

— Да ладно тебе, — саркастично отмахнулась я, собирая «беглецов». — Можно подумать, ты не знал, что я соглашусь.

— Признаться, я был уверен, что смогу убедить тебя... Пока ты не сказала, что можешь работать на Аттинджера.

— Так ты все-таки поверил моим словам? — я с идиотской и самодовольной улыбкой уставилась на Прайма.

— Нет, — смотря вдаль, ответил он. — Тогда я понял, что с тобой все не так просто и очевидно, как кажется на первый взгляд...

— Что-то мне подсказывает, что ты это понял еще, когда я назвала тебя манипулятором, — собрав все бумажки, я снова подняла глаза на Прайма и вновь встретилась с ним глазами.

Он смотрел на меня так... странно... Даже не смотря на то, что его лицо выражало больше спокойствие, все равно было видно, что он толи удивлен, толи озадачен, толи недоволен. Из трех вариантов было сложно выбрать подходящий. Возможно, это была совокупность эмоций на его лице, но точно не радость и не одобрение. Я даже не знала, что сказать...

Если взять самый неудачный сценарий, и он разозлился, то, как бы чего такого не ляпнуть, чтобы не усугубить ситуацию.

Я, приподняв вверх брови, округлила глаза и уставилась на Оптимуса, и он через пару напряженных секунд отвернулся от меня

Выждав несколько минут тишины, робот решил заговорить:

— Ветер начинается, — философски протянул он, подпирая руками бока.

«Гениально...Спасибо, Капитан Очевидность. А я-то думала, что Каспер-дружелюбное приведение шутки шутит над нами.»

— Ну да, — тихо отозвалась я, сдерживая легкий смех.

Сейчас, обдумывая его слова, мне уже не так смешно, скорее забавно, но тогда я почему-то сильно этим впечатлилась.

— Я отвезу тебя домой, — поворачиваясь ко мне, произнес пришелец и начал трансформироваться в огромный тягач.

А были варианты, что он мог не отвезти меня домой? Если бы я сказала – «нет», то мы бы так и поговорили, он бы философски посмотрел в даль, сказал про ветер, а затем вместо «отвезу домой», со словами «прощай» шмальнул в меня из огромной пушки? Или поступил бы проще – наступил и все... Счастья, здоровья погибшему, как говориться.

— Спасибо, — смущенно отозвалась я, с опаской забираясь в кузов автомобиля. Дверь вновь сама захлопнулась и я, вжавшись в сиденье, пыталась утонуть в своих глупых размышлениях, лишь бы лишний раз не ляпнуть бред и не нервничать. — Оптимус, — еле слышно обратилась я к лидеру пришельцев.

— Да? — раздался уверенный голос из магнитолы.

— Ты так просто поверил словам Рида... Когда тебе сказали, что люди хотят без вашего согласия изучать вас... опыты ставить... И ты также легко поверил мне. Тебе не кажется, что ты можешь ошибаться?

— ... В тебе? Или ты спрашиваешь про людей в целом?

— Про все, — в этот момент ощущение тревоги и чего-то непривычного исчезло, я будто ехала с давно знакомым мне «человеком».

Не сказать, что я прониклась симпатией к роботу, но я уже не боялась его, по крайней мере, сейчас. Да и как-то комфортно себя с ним ощущала - мне однозначно был приятен тот факт, что он отвечает на все мои вопросы и не считает сумасшедшей.

— Интересный вопрос, — задумчиво ответил Прайм после продолжительного молчания.

— Только не говори, что с нами все не так просто и очевидно, как кажется на первый взгляд, — эта фраза пришельца буквально врезалась мне в память. Она была, на мой взгляд, какой-то «косой» или не к месту. Не могу понять, почему ее запомнила, но точно не потому что она мне понравилась.

— ... Ранее мне уже доводилось работать с Ридом, и я знаю его исключительно, как ответственного, храброго и честного солдата. Он не мог солгать... Что касается тебя... Ты рисковала своей безопасностью, чтобы доставить на базу автоботов, не хотела оставаться, когда у тебя была прекрасная возможность. Шпион бы так не поступил... К тому же, ты знаешь слишком много о нашей культуре...

— Так вот! Могу же я работать на этих... Десептиконов! — не знаю, какого фига я пыталась убедить лидера пришельцев в том, что я шпион или настроить его на эту мысль. Видимо, тогда мне было нужно посеять семя сомнения в голове Прайма, хотя я не хотела, чтобы он думал о том, что я могла бы быть на стороне «злодеев»... Логично...

Может, я пытаюсь понять ход его мыслей? Как он доверяет людям после того, как ему сказали, что среди них есть «не совсем хорошие ребята»? После подобной новости я бы и на пушечный выстрел никого к себе не подпустила из людей, а он... Едет в городок «Нижние Залупки» ради рассказов местной сумасшедшей, да еще и верит ей!

— А в этой области ты знаешь слишком мало.

— Ну, то есть, ты пока окончательно и бесповоротно доверяешь мне?

— Пока можешь считать так... — первое слово пришелец выделил интонацией, и мне стало толи приятно, толи наоборот... С одной стороны он доверяет, но это «пока». А, возможно, он просто врет мне, чтобы я доверяла ему...

— И людям ты продолжаешь также доверять?

— Сложно сказать... Почему тебя это так интересует?

— А-а-а-а, — Господи Боже, что ответить? Правду сказать? — Я не могу понять твою логику... Блин, тебе сказали, что среди людей могут быть «крысы», а ты вместо того, чтобы насторожиться – поверил словам человека, приехал в Грин Хил, нашел местного шизика и поверил ее словам... Не понимаю я этого.

— Ты так беспокоишься обо мне или не доверяешь себе? — его вопрос заставил меня заткнуться и залиться алой краской.

Что? Как? Нужен он мне... Беспокоиться о нем... Хотя... Наверное, в его вопросе все же есть толика правды. Я переживаю, что могу ошибаться, и из-за меня пострадают другие, в частности Прайм – он больше всех сейчас возлагает на меня надежды.

Он сказал, что я могу спасти их дом, а что если мои видения и записи относятся к чему-то совершенно другому и он зря так доверился мне? Что если я испугаюсь и отступлю, когда мы будем у «цели» и подведу не только пришельца, но и всю его команду?

— Знаешь, я от природы чрезвыча-а-айно любопытная, — скрестив руки на груди, я уставилась окно. На темном блестящем стекле начали появляться мелкие капельки. — Дождь начинается, что ли?

Через секунду где-то впереди сверкнула ярка вспышка и дождь моментально усилился. Это уже были не мелкие капельки, а полноценный ливень. Выражение «льется, как из ведра» отлично описывало ситуацию. Происходящее за окном буквально исчезло, мы словно находились в мрачном бассейне. Передние фары тягача загорелись еще ярче и мы какое-то время ехали молча, слушая стук тяжелых капель воды о металлическую поверхность робота. Где-то вдалеке мелькали яркие вспышки молний и доносились глухие раскаты грома.

Интересно, такая погода только в этой местности или до Грин Хил тоже добралась?

Я хотела прервать наше молчание, но что спросить? Да и последний вопрос Оптимуса заставил меня почувствовать себя неловко. «Любишь дождь?» - а мне интересно это знать? Скорее нет... Вода же вызывает ржавчину на металле, так что чисто логически ответ, возможно, нет. Ну или он мазохист...Спросить чтобы хоть о чем-то поговорить?

— Нравится дождь? — спросил робот.

Услышав его вопрос, я начала улыбаться и попытки скрыть это были безуспешны.

— Ты не поверишь, но я хотела спросить у тебя тоже самое, — радостно отозвалась я, слегка прикрывая ладонью лицо. — Да, мне нравится дождь... Чем он сильнее, тем больше нравится... А тебе?

— Пожалуй, да... мне нравится пасмурная погода, — задумчиво ответил Прайм. Его слова прозвучали как-то незаконченно, словно его прервали. Но причиной этому явно была не я, ибо я молча сидела и слушала.

На самом деле, мне почему-то до последнего казалось, что он продолжит фразу и скажет что-то вроде: «...пасмурная погода... Но точно не то, что сейчас происходит. Ты вообще что-нибудь видишь? Лично я – нет».

— Здорово, — тихо протянула я и вновь воцарилась тишина. — Подожди, а вода никак вам не вредит, получается?

— Что ты имеешь в виду?

— Ржавчина там... нет?

— Наши металлы отличаются от ваших земных и вода на этой планете нам не наносит значительного вреда, — спокойно пояснил робот.

— А на Кабертроне было по-другому? — задумчиво спросила я, обдумывая слова пришельца. Он так построил предложение, что мне показалось, либо на их планете был какой-то кислотный дождь, либо он жил на похожей планете, пока не нашел Землю.

— Да, — как-то отрешенно протянул он. Похоже, я невольно погрузила его в старые воспоминания, в которые он, скорее всего, не хотел возвращаться. — Дожди на Кабертроне были ледяными и при длительном контакте вызывали эрозию металла... Находится под ними было опасно... Но так было не всегда. Мой наставник, Сентинел Прайм рассказывал о Золотом Веке Кибертрона, когда во главе стояла Солус Прайм...

Он замолчал, и я была полностью уверена, что лидер автоботов предался ностальгии. Возможно, он и хотел бы продолжить, но из-за нахлынувших воспоминаний и размышлений просто потерял связь с реальностью.

— Оптимус, — тихо прошептала я, слегка касаясь передней панели. Мне было интересно услышать, что же было раньше, но в то же время, я боялась вырывать пришельца из раздумий.

— Да?

— Ты в порядке? — тихо спросила я, слегка наклоняясь к магнитоле. Но зачем? Я внутри пришельца, он и так слышит и видит меня.

— Более чем, — спокойно ответил он. — ...На чем я остановился?

— Когда во главе стояла Солус Прайм...

— Кибертрон был в своем расцвете. Наука, медицина, культура... Гражданская война похоронила это все. Мы погрузились в темные века и все, что Солус Прайм и другие Праймы создали предалось забвению... Для нового поколения Кибертрона она стала своеобразным мифом и только Сентинел Прайм, ее ученик, продолжал хранить память о ней. Я, как и многие, не верил ему, считая, что он поддерживал эту легенду ради сплочения народа, но после недавней находки и твоих записей... Возможно, это не такие уж суеверия, как мы думали...— он говорил как-то отрешенно, словно сам с собой, озвучивая собственные мысли.

— Значит, ты веришь только фактам? — приподняв одну бровь, спросила я.

— Да. А разве тебе достаточно легенды?

— Смотря какой... Да и опять же, — наш с Праймом диалог постепенно набирал обороты. Мы беседовали не как знакомые или коллеги. Сейчас мы пытались понять, кто и что из себя представляет.

Он, скорее всего, пытался узнать мои мотивы и мировоззрение, чтобы в будущем примерно понимать причины моего поведения. А я же пыталась выяснить, так ли он хорош, как кажется. Действительно ли он такой пацифист и моралист, или же это внешняя оболочка, за которой скрывается диктатор и психопат? Да и самый главный, волнующий нас вопрос, можем ли мы доверять друг другу?

Мы знакомы меньше суток, но при этом, чтобы разгадать интересующие нас тайны, должны тесно вместе работать и полностью доверять. Но, как это сделать? Я никогда, сколько себя помню, не была общительным и социальным человеком, да и пришелец таковым не казался. Так что за эту поездку мы должны были узнать друг о друге, как можно больше, но спрашивать в открытую не решались. Мне еще не позволяла этого сделать скромность и, скорее всего, легкий страх, а ему – природная тактичность и воспитанность.

— Основой всех легенд служила правда, какой-то исторический факт, но со временем, многие истории обрастают выдумками, их приукрашают и слишком преувеличивают значение... Так что к легендам стоит подходить с осторожностью, но не доверять им совсем, я считаю ошибкой. Скажем, если брать греческую мифологию, то, скорее всего, никаких богов на Олимпе может и не было, но истории о них служили в качестве назидательного примера для подрастающего поколения... Если бы легенды были просто историями, не имеющими под собой основу, то сохранились бы они до наших дней? Передавали бы их люди из поколения в поколение?

— Ты говоришь о том, что каждая легенда имеет под собой фундамент, и я полностью согласен с тобой, но как ты узнаешь исторический он или назидательный?

— Ну-у-у... Подловил, — мне уже не было стыдно за свои слова или паузы в диалогах перед пришельцем. Наши внезапно начинавшиеся «соревнования» начинали мне нравится, и я не хотела, что бы они быстро заканчивались.

Здесь не было обидного соперничества, мы словно учились друг у друга. Он – понимать людей, а я – его. Но я сужу об этом только со своей точки зрения, возможно, тогда в его голове было что-то вроде: «Какая же дура... Как ее заткнуть?».

— Нужен звонок другу, — улыбаясь, отшутилась я. Сомневаюсь, что пришелец понял отсылку. — Наверное, это можно выяснить с помощью науки и только опытным путем. Рано или поздно правда вскроется.

— Тогда как ты можешь верить легендам, если подвергаешь их сомнению?

— Я когда-то слышала цитату, не скажу автора, но суть в следующем: «Если я начну с того факта, что я сомневаюсь, то я могу обоснованно сделать вывод, что мыслю и что я существую». Да и чего плохого в том, чтобы все подвергать скептике? Если ты прав в своих суждениях, то, как ни крути, твои слова останутся таковыми, а если нет... И я не слепо верю легендам, мне кажется что это кладезь идей и информации для исследований.

— Так ты веришь в факты или в легенды? — спокойно спросил робот.

Я размышляла над «этим» несколько минут, прежде чем ответить:

— Скорее всего легендам. Мне было бы интереснее проверить какую-нибудь чудную историю, чем жить, руководствуясь одними фактами...

— И ты готова отправиться в опасное путешествие, рискуя собственной жизнью, ради исследования сказки?

— Смотря ради какой... Да, если она меня заинтересует, — хитро улыбнувшись, я перевела резко взгляд на магнитолу. — Оптимус, ты говоришь, что веришь одним только фактам, но опираясь только на рассказы, ты приехал за мной, чтобы опять же поверить рассказу?

— Твои записи это факт... Я поверил ему.

— Ну допустим... А если бы Вилли не показал тебе тогда тот листок, приехал бы ты?

— Да, — я так обрадовалась и уже хотела сказать, что он доверился своего рода легенде, но тут: — Пожар на складе два месяца назад и измененное состояние артефакта – это тоже факт.

— Черт... склад же еще был... — хоть я и понимала, что пока не могу придумать аргументов в защиту своей теории и проиграла этот поединок, мне не было обидно. Я была на удивление счастлива. — Ладно... Не получилось... Но, Оптимус, разве так интересно жить? Все известно, рассчитано. Где тайны? Загадки? Ведь так интереснее, не знать, что с тобой будет дальше?

— ... Ты напоминаешь мне одного... Не важно, — более тихо добавил Прайм. — Возможно, когда-то я придерживался похожих взглядов, но это было слишком давно... С тех пор много всего изменилось, а затем началась война. Мы слишком долго жили в неизвестности, проживая каждый день, как последний и стабильность – это то, чего нам не хватает.

— Справедливо, — задумчиво пробормотала я. — Ты говоришь, что тебе нужна стабильность, а сам ввязался в сомнительную авантюру со мной.

— По крайней мере, я питаю к этому личный интерес, — его слова моментально подняли мне настроение. Он интересуется мной... Или точнее моими видениями... Но все равно приятно!

Я слишком долго думала над его словами и искала подходящий ответ и со временем упустила момент.

— Наташа, ты свободна сегодня утром? — от вопроса робота я слегка насторожилась и начала паниковать. К чему он ведет? — Мне нужно знать, когда я могу тебя забирать на базу.

— А-а-а, вот ты о чем... Я, чаще всего, свободна после обеда... В час дня где-то.

— Ты работаешь?

— Да, работаю, — заправляя прядь волос за ухо, ответила я. — Официанткой, в одном кафе.

— Официанткой? — моментально, будто мои слова его сильно удивили, спросил робот. Но по интонации этого нельзя было сказать, спокойный, умиротворенный голос.

— Да...

И воцарилась тишина... Почему он замолчал? Это какая-то «не такая» профессия в его понимании? Он теперь будет хуже ко мне относится? Или что? Постепенно, размышляя над этим меня начало клонить в сон.

Полная тишина, темнота, да еще и приятный стук дождя о металлическую поверхность машины способствовали этому. Попытавшись сдержать зевоту, я немного сползла вниз сиденья и сильнее закуталась в теплую кофту. Веки стали невероятно тяжелыми и все настойчивее пытались опуститься, но я до последнего пыталась не уснуть.

Вдруг где-то над нами раздались резкие и оглушительно громкие раскаты грома. Сон, как рукой сняло. Подпрыгнув, я поправила кофту и в легкой панике осмотрелась по сторонам.

— Господи Боже, — хватаясь за сердце, прошептала я.

— Испугалась?

— Да, — опустив вниз глаза, словно виноватый ребенок, ответила я. — Было очень неожиданно... Адреналинчик так сказать.

— Мы почти приехали, — спокойно и как-то успокаивающе сообщил пришелец.

Впереди показались еле различимые огоньки Грин Хил.

— Наташа, —в какой-то странной манере произнес мое имя робот. Складывалось ощущение, что он сейчас о чем-то попросит, но что ему от меня нужно? — У меня к тебе есть просьба...

— Какая? — я округлила глаза и немного вжалась в сиденье.

— О том, что Вилли и Брейнс сбежали от Аттинджера, знаешь только ты и Леннокс. И для их же безопасности им на время будет лучше находиться где-то в другом месте, только не на нашей базе...

— Ты хочешь, чтобы они жили у меня?

— Лишь на время, — Прайм говорил это с такой интонацией, что отказать было сложно. Хотя я была совершенно против этой затеи. — Ты вправе отказаться и я пойму причину.

— Это так неожиданно... Ладно. Только не сегодня. .. Я еще морально не готова к ним. Мне сейчас нужно о многом подумать, осознать... Вечером или днем – всегда пожалуйста, но сейчас... извини, я пока не в состоянии.

— Я понимаю, — спокойно и мягко ответил робот. — Спасибо... Ты была не обязана соглашаться, да и я не вправе был просить...

— Да все хорошо, — перебила я Прайма. — Правда. Я рада вам помочь, но эту ночь и утро я хотела бы провести в одиночестве... Мне это необходимо.

— Хорошо.

Я не заметила, как мы подъехали к моему дому. Фары впереди машины погасли и дверь открылась:

— Я заеду за тобой в два часа. Какой бы ни был ответ земного руководства, я все равно приеду, — как-то жутковато он это сказал. Как угроза прозвучало...

— Тогда до встречи, — спускаясь по маленькой железной лестнице, ответила я.

— До встречи...

Накинув капюшон на голову, я добежала до крыльца. И по хорошему, после такой дождины нужно было бы отжать кофту, но мне не терпелось сесть в теплое уютное место и в одиночестве подумать о сегодняшних событиях.

— Вернулась, — встретил меня в коридоре Брейнс. — Как поездочка? Ты же знаешь, что мы у тебя перекантуемся недельку... может две?

— Ребят, — я пыталась отыскать в темноте Вилли, но ни его, ни светящихся красных глаз не было. — А где второй?

— Где-то тут ходит... А что?

— Вы переедите ко мне днем или вечером, а сейчас идите к Оптимусу. Мне нужно побыть одной, — услышав мои слова, Брейнс закатил глаза и, махнув рукой, вышел на крыльцо.

Тут же из-за двери резко выехала темно-синяя машинка и трансформировалась в робота:

— Так ты не против? — делая шаг ближе ко мне, спросил Вилли.

— Нет. Только не сейчас... мне нужно побыть одной...

Пришелец ничего не ответил, он лишь одобрительно кивнул и вновь «превратившись» в игрушечный джип, сбил с ног Брейнса, так, что он упал прямо в кузов. И эти двое стремительно помчались к Оптимусу, который терпеливо их ждал.

Я стояла на крыльце и наблюдала за ними. Как же все так интересно сложилось... Еще вчера я жила относительно обычной жизнью, а теперь общаюсь с инопланетными живыми роботами, которые будут жить у меня дома... «Катаюсь» в лидере этих пришельцев и веду с ним полемику на разные темы... Да еще и мои видения могут оказаться не шизофренией, а чем-то инопланетным...

Когда огромный тягач уезжал с лужайки, он напоследок помигал мне фарами и скрылся за соседними домами.

Черт возьми, что же будет дальше... А чем я буду заниматься у них на базе, если правительство даст мне доступ? Я же не могу по собственному хотению вызывать галлюцинации... да и читать их иероглифы не умею... А если они не разрешат, то что дальше?