История 4. Мой навеки

Кто-то вздохнул за стеной — Что нам за дело, родной?Глазки скорее сомкни, Спи, моя радость, усни! Усни, усни!

Анастасия совсем недавно приехала в город. Он давно манил её, обещая новую жизнь и свободу. С собой она взяла из родного дома сумку со всем необходимым и кое-какие сбережения. И, конечно же, ожидание нескончаемого счастья.

Каждый день она долго бродила по улочкам, заглядывала в скверы и наслаждалась приходом весны. Новый мир открывал перед ней все дороги, и она неслась по ним горной ланью. Неслась так быстро, что однажды не заметила остановившегося перед ней мужчину. Споткнулась и упала на колени, запачкав любимое платье.

Незнакомец галантно подал ей руку и представился Аркадием, а после предложил платок и извинился за случившееся. Девушка, не привыкшая к вниманию мужчин, тут же покрылась румянцем, но помощь всё же приняла.

Дальше гуляли по городу уже вместе. Аркадий оказался очень интересным собеседником, к тому же профессором. Он рассказывал о местных жителях, истории города и о других вещах, которые Настя пропускала мимо ушей. Девушка была слишком очарована.

Постепенно начинало темнеть. Кавалер проводил Настю до Герценки, где она снимала жилье, и оставил свой номер. «Юной особе опасно быть одной в таком большом незнакомом мире», – сказал он и удалился.

Нежное сердце трепетало, а губы продолжали шептать столь сладкое имя. Сон всё не шёл и не шёл. А за окном начинал расцветать новый день.

Мир вокруг искрился. Всё получалось само по себе. Настенька устроилась библиотекарем. Сортировала и раскладывала книги днём, а вечер проводила в объятиях любимого. Аркадий приходил к ней после работы, веселил и радовал её. С каждой встречей они становились всё ближе и ближе. Настя чувствовала себя самой счастливой на земле.

В один из вечеров Аркадий, её милый и нежный Аркадий, был холоден и отстранен. На расспросы возлюбленной ничего не отвечал и лишь грустно улыбался. Настя обнимала и целовала его со всей своей девичей пылкостью, но отчего-то чувствовала, что это их последняя встреча. Он ушёл, и крупные слёзы полились по розовым щекам.

Его не было около недели, но потом всё вернулось в прежнее русло. Единственное, что изменилось – исчезли прогулки по городу и ночные разговоры. Аркадий объяснил это тем, что хочет насладиться временем с возлюбленной в полной мере без посторонних глаз и ушей. Настя безропотно согласилась. Тайные свидания продолжались. Иногда Аркадий пропадал, но всегда возвращался спустя несколько дней.

В этот раз было иначе. Настенька не видела его уже больше двух недель. Она волновалась, поэтому упросила начальницу дать ей выходной. Девушка решила пройтись по их любимым местам в надежде «случайно» пересечься.

Парк с розами, аллея, набережная, фонтан...

А вот и он! Насте хотелось подбежать и крепко обнять любимого. Но она оставалась неподвижна, ноги сковали тяжёлые оковы, а глаза предательски наполнились водой.

Аркадий был не один. Он держал под руку светловолосую женщину и шептал ей что-то на ушко. Настя поняла, что это и есть причина его отсутствия. Он женат. Мужчина почувствовал на себе взгляд и обернулся.

В этот момент девушка пришла в себя и со всех ног побежала домой. Горечь и обида съедали её изнутри. Она рухнула на кровать и пролежала без сил несколько часов.

Когда она открыла глаза, перед ней стоял Аркадий. Он плакал и извинялся. Душу Насти царапала ноющая пустота. Девушка обхватила любимого за шею и тоже заплакала. Она умоляла его уйти от жены и остаться подле неё. Но он вновь молчал.

Спустя пару минут Аркадий убрал руки Настеньки и с серьёзным лицом сказал о расставании. Он выбрал жену.

Глаза наполнились темнотой, горячие осколки пронзили тело. Девушка схватила с тумбочки ножницы и вонзила в грудь возлюбленного.

Пелена спала. Бездыханное тело Аркадия покоилось на простынях. Настя осознала, что сотворила, и охваченная горем поднесла лезвие к тонкому запястью. Теперь они точно смогут вечно быть вместе.

Прошло много лет. Исчезли жилые комнаты в подвалах. Их место заняло великолепное здание библиотеки. Новый дом несчастных возлюбленных. Иногда они напоминают о себе живым то легким шуршанием страниц, то звуками шагов по полу читального зала.