Глава 7. Потерять семью

Я дни напролет плакала об этом разводе. Я все-все рассказывала Тэйкки. Я поворачивала ее голову так, чтобы ее стеклянные глаза смотрели в мои. Ее взгляд меня вовсе не пугал. Тэйкки будто вслушивалась в каждое слово - мне хотелось верить: она меня слышит. Когда родители подали документы, я не хотела с ними разговаривать. Не потому что я поставила им ультиматум, а потому, что я не знала кого мне нужно удержать, чтобы сохранить семью. Мама и папа не разговаривали. Мама сутками искала работу, но в нашем городе переводчиком было невозможно устроиться, и маме предложили работать в школе. Она согласилась: лишь бы какие-то деньги, тем более ведь учить детей было когда-то её мечтой.

Папа много начал выпивать. До развода он постоянно приходил домой в нетрезвом состоянии и бил маму. Мне было страшно видеть и понимать, что он это делает. День за днем нам приходилось бежать переночевать у маминых подруг. Это было, как мне казалось, худшее время в моей жизни. Я ошибалась.

Родители бесконечно долго разводились. Их никак не могли развести из-за меня, квартиры и общих денег. Меня часто спрашивали с кем я хочу остаться жить, на что я отвечала: "С семьей."

Когда их окончательно развели, мне едва исполнилось четырнадать. Взрослая девушка уже как никак, но кукла всегда все равно была со мной. Много раз меня посещали мысли о том, что играть с куклами уже поздно, но одноклассниц я уверяла в том, что я просто шью ей платья, чтобы надо мной не смеялись, когда сама рассказывала Тэйкки свои секреты. Я знала: она меня не выдаст. Странно, но кукла до сих пор выглядела, как новая. Ее волосы до сих пор блестели, а длинные ресницы никогда не тускнели. Она была шикарна, и я во всем хотела быть ею.

Естественно не без того, я волновалась насчет развода постоянно. Я впала в депрессию и даже несколько недель не ходила в школу. Но я справлялась. Думала, что завтрашний день будет лучше. И да, так и случалось.

Но не на следующий день. После развода мы с мамой переехали в новую квартиру. Мы начали снимать ее, и там я чувствовала себя уютно. Только мебель, картины и наш диван напоминал о счастливой жизни в полной семье. По суду папа должен был платить элементы, но так как зарплата в психбольнице маленькая, мама простила его, но попросила не возвращаться.

Ужас дня заключался в том, что в середине дня в квартиру позвонили. Мама открыла дверь.

- Что ты здесь делаешь? - сказала мама с грубым тоном. Это явно отец. Я уже около несколько месяцев его не видела. Особой радости его появление у меня не вызвало. Честно. Боль за маму была сильнее.

Папа не мог не прийти без причины. Чай, кофе, печенье... Все здорово, но что-то тут не так.

 - Я подумал, - говорил папа. - Давай снова жить вместе.

Он надеялся.

- Нет, конечно! - кричит на него моя мама. - После измены ко мне не возвращайся!

Папа в первый раз в жизни был так зол. Он просил у мамы прощения, но она, похоже, даже слушать его не хотела. От гнева он пожелал нам смерти. Именно тот момент заставил вырабатывать адреналин.