Часть 11. Ураган эмоций. 2.

После той ночи я никак не могу отойти, отчего мне становится дурно, но в тоже время. Я хотела еще. Правда после того как я наехала на Зейна, он больше не появлялся. Хотя я слышала то, как отец с кем-то ругался по телефону. Странно все это. Постепенно я стала привыкать к ночной жизни, однако мне было грустно. В тысячу раз проклинаю себя за то, что в ту ночь не осталась дома. Тогда бы и неприятностей можно было бы избежать. Ну почему я такая? Я и сама не знала ответа.

«Что же теперь делать?» — думала я, сидя на кровати.

Было утро, ранее. Поэтому я и не рискнула показываться на улице. Не хватало еще обжечься. Вампиры боятся солнца, вот ведь засада. А раньше я любила солнышко, да что там я частенько его рисовала. В детстве. Эх вот бы и в правду вернуться назад во времени и отговорить маму от поступка который она совершила. В общем сижу в своей комнате, думаю о своём, о той проблеме, в которой оказалась. Да и не одна я. Вновь вспомнился Зейн. И в этот момент снова стук в окно. Эмоции рвутся наружу. Неужели это он. Подхожу к окну и кусаю губу, чувствуя то, как сейчас расплачусь. Вспоминаю Зулейку, которая предсказала перемены в моей жизни, отчего мне было не по себе. Одёргиваю шторку и смотрю в окно.

— Господин Аль-Азиз, что вы делаете в такую рань? — спросила я, прикусив губу.

Эмоции так и лезли наружу не давая покоя. Он же обожется от солнца, хоть нам ещё повезло, что здесь темень, но рано или поздно тепло будет и здесь. Зейн же робко улыбнулся, как будто бы и не было той ссоры, той боли, которую мы друг другу причинили. Ураган эмоций так и грозился вырваться наружу. Теперь я знаю, что за той оболочкой, которую он постоянно нацепляет. И от этого мне хочется обнять его за шею и поцеловать. От этих мыслей разболелась голова, и я ненадолго думала открыть окно.

— Я лишь хотел сказать, что рад что с вами все в порядке, — улыбнулся он

Со мной было не все в порядке. Я помрачнела, но быстро взяла себя в руки. Не хватало, чтобы он узнал о том урагане, что готов все снести к чертям. Я лишь ласково улыбнулась, хотя внутри все бушевало и бушевало. Тем не менее, я была рада. Что не взирая на то, что отец против и не хочет ни с кем видится даже с моим будущем женихом и его родственниками. И в то же время Зейн. Все мои мысли были о темной лошадке, с которой отец фигурирует постоянно. И если бы не ситуация в которой я оказалась, то… Меня бы выдали за Мустафу, и тогда бы его мать надо мной всячески издевалась. Нет. Не будет этого.

— Я рада, что и вы заглянули ко мне, — улыбаюсь я.

Тут же вспоминаю про клыки, и сглатываю, хочу спрятать их, но уже поздно. Господин Аль-Азиз все увидел. По спине мурашки лезут. Честное слово я забыла обо всем. Казалось я так и могу стоять и смотреть на него целую вечность. Но всему есть придел. Зейн протянул мне цветок и в следующий момент исчез. Я же поджав губу, с интересом смотрела на подарок, чувствуя то, как ураган все никак не стихает. Когда вошла Зулейка, то я сидела на кровати с интересом смотря в потолок. Мысли были спутаны, выход так и не был найден все по кругу ходит и возвращаются к Зейну.

— Ты все ещё любишь меня, не взирая на мои проказы? — я не хотела таранить ее ещё больше.

Она напугана, но слова вырвались прежде чем я смогла их обдумать.

Зулейка прикусив губу, хотела попятится, но стояла на месте, в руках у нее чашки с чаем.

— Ясми, — прошептала она.

От этих слов сердце сжалось. Мне было так больно.

Я виновата.

Продолжение следует...