14

Глава 14ЮлияСвет включается автоматически. Стоит нам зайти в квартиру, как по всему периметру потолка вспыхивают встроенные лампы приятного теплого оттенка, сразу делая пространство уютным.Осматриваюсь.Замечаю брошенную при входе спортивную сумку, еще не разобранную. Видимо и правда недавно переехал.Разматываю шарф, стягиваю с себя куртку. Хочу пристроить ее на вешалке, но Даня опережает мои действия.— Давай, я помогу.— Спасибо.Передаю ему вещи и принимаюсь за кроссовки. Прохожу вглубь квартиры по теплому полу, который к тому же оказывается идеально чистым.Почти сразу попадаю в просторную гостиную с широкими окнами. Стены выкрашены в светло-серый. Большая плазма на одной из стен, картины по другим. В центре комнаты стоит длинный диван, обитый темно-серым плюшем, или похожим на него материалом, я не сильно разбираюсь. Почти в тон стенам. Внизу круглый ковер.По правую руку от дивана барная стойка, за ней сам бар. По левую витражная дверь.— Как тебе? — спрашивает Даня.— Мило, — отвечаю, — очень уютно. Мне всегда казалось, что съемные квартиры не такие роскошные.— Смотря в какой ценовой категории ты ищешь.— Да, конечно, — киваю.— Может быть чашку чая? — предлагает Даня.Мне кажется, на моем месте никто бы не отказался.— Да, давай.— Тогда стоит пройти на кухню, она вот здесь, слева, кажется. Я и сам тут еще плохо ориентируюсь.Заворачиваю и оказываюсь в не менее просторном помещении, чем предыдущее. Те же большие окна, еще один диван, огромная лоджия. Овальный стеклянный стол, с расставленными вокруг него стульями, и стильная, на мой скромный взгляд, встроенная кухня.— Чай тут точно есть, и посуда. Сейчас организуем.Даня проходит к шкафчикам. Закатывает рукава черного лонгслива, открывает дверцы и начинает рассматривать содержимое каждого.Черный ему идет, также, как светлые фирменные джинсы, которые отлично на нем сидят.Я могу бесконечно любоваться его фигурой и тем, как красиво и непринужденно, просто-таки завораживающе, он двигается. Особенно, пока занят и не смотрит в мою сторону. Но лишь он чуть разворачивает голову, как одергиваю себя.— Пойду вымою руки, — сообщаю.Он кивает и снова возвращается к поискам всего необходимого для чая.Прохожу в ванную комнату и замираю перед огромным во весь рост зеркалом. Несколько секунд рассматриваю свое отражение и не узнаю. Ни следа бледности, так сопутствующей моему лицу в последнее время. Наоборот, щеки раскраснелись, а глаза горят каким-то странным, чуть влажноватым блеском. Я выгляжу более, чем хорошо.Поскольку это не одно из старинных венецианских зеркал, в амальгаму которых мастера добавляли золото, чтобы отражение начинало приобретать более теплые оттенки и становилось приятнее глазу, заключаю, что я и правда выгляжу неплохо. Даже отлично, кто бы и что не говорил.Включаю воду и неспешно мою руки, параллельно этому приспосабливаясь к обстановке.Кафель с узорами, ванная с джакузи и еще несколько зеркал от пола до потолка. Повсюду приятный аромат лавандового освежителя.По сравнению с нашей общагой, да и со многими квартирами, условия здесь просто королевские.Срываю с держателя бумажное полотенце, промакиваю кисти. Выкидываю использованное полотенце в стоящую у выхода корзину для мусора и возвращаюсь в кухню.Усаживаюсь за стол и наблюдаю, как Даня разливает чай по чашкам. Он даже блюдца достал.— Извини, твоих любимых имбиря с лимоном нет, — говорит и ставит передо мной напиток, — в следующий раз куплю.— Ничего страшного, что нет.Обхватываю чашку ладонями и осторожно, чтобы не обжечься, подвигаю к себе.— Спасибо.Даня усаживается напротив меня.Мы разделены столом и заняты тем, что ждем, пока чай остынет. В воздухе витает еле уловимый травяной аромат и невесомая дымка волнения, но она не давит и не вызывает дискомфорта. Она мягко окутывает, проникая точно в район солнечного сплетения, откуда расходится по всему организму невидимыми лучами, одновременно согревая и будоража.Неторопливо осматриваюсь и впитываю в себя всю атмосферу до капли.Когда смотрю на даню, понимаю, он точно также неспешно приглядывается ко мне.Наши взгляды пересекаются на короткие мгновения и снова расходятся. Каждый раз когда это происходит, в груди и внутри живота начинает пульсировать мягкое обжигающее тепло.Я понимаю, что мне нравится то, что происходит. Что можно сидеть вот так просто, совсем близко друг к другу и молчать. Никуда не торопиться и ничего не говорить. В этом есть что-то завораживающее.Что-то, отчего чувствуешь себя абсолютно счастливой. Будто с его присутствием в кровь каким-то образом попала дополнительная живительная сила и сейчас она растекается по венам, вызывая неконтролируемый приступ эйфории.Это волшебство началось еще в кино, когда мы сидели бок о бок и смотрели фильм. Сейчас оно выходит на новый, более глубокий уровень.Даня медленно подносит свою чашку к губам и делает глоток. Я скидываю с себя оцепенение и следую его примеру. Иначе чай полностью остынет, а я так и не попробую.Так и есть, уже чуть теплый.— Очень вкусно, — говорю, — хоть и почти остыл.— Да.Даня отвечает односложно. Похоже, также, как и я, он не спешит разрывать наш молчаливый и пропитанный невидимыми потоками энергии тет-а-тет.За него это делает рингтон моего телефона.Вздыхаю еле слышно, отставляю чашку и поднимаюсь из-за стола.Это может быть кто угодно, например, мама. Если не отвечу, будет волноваться, даже если не подаст вида.— Извини, дань.Спешу к входной двери, потому что телефон остался лежать в кармане куртки.Смотрю на экран и хмурюсь. Вздыхаю повторно.Это Леся. Видимо фильм уже закончился, и она меня потеряла. Или просто заметила мое отсутствие в зрительном зале.Мне совершенно не хочется принимать вызов и разговаривать, но решаю, что будет правильным предупредить, что уехала и что за меня не стоит волноваться. Вернусь в общагу, когда освобожусь.Прикасаюсь к сенсору.— Да.— юль, ты где? — спрашивает Леся, — не можем тебя нигде найти.— Фильм уже кончился? — тяну время, давая себе пару секунд на «решить, как объяснить свое поспешное исчезновение».— Нет, еще не кончился, но мы волнуемся. Вика с Таней уже все на нервах. Я специально вышла в холл, чтобы набрать тебя и узнать, куда ты попала.— Лесь, у меня все в порядке. Просто я передумала смотреть фильм и уехала. Не волнуйтесь там. Встретимся в общаге.Хочу завершить разговор, но Леся удерживает.— Но, юль!— Что?— юль, у тебя точно все в порядке?— В полном, не стоит беспокоиться.— Ясно. Просто… ты понимаешь… и Даня куда-то пропал. Вот мы и думаем теперь, где вы и что.— Лесь, мне сейчас некогда разговаривать, — перебиваю, — пообщаемся позже. Но уверена, с Даней тоже все в порядке, он уже давно взрослый.Сбрасываю вызов и на всякий случай отключаю телефон совсем.Про то, что я с ним, не сказала умышленно. Еще не знаю, хочу ли я афишировать наше знакомство или нет. Ведь может так получиться, что мне потом проходу не дадут вопросами или, что гораздо хуже, ненавистью или завистью.Не разбираясь, стоит ли завидовать, или лучше с этим повременить.— Поговорила?Даня бесшумно подходит со спины.Я вздрагиваю и поворачиваюсь к нему.— Ты двигаешься так тихо, я даже не услышала.Он пожимает плечами, я продолжаю.— Звонила Леся. Спрашивала, куда я пропала. Они там нас потеряли.— И что ты сказала?— Сказала, что ушла, пусть не волнуются. На самом деле их больше интересовало не мое исчезновение, а твое.Он слегка морщится.— Мне хотелось присмотреться к обстановке… в городе, и я зашел в то кафе. Вскоре познакомился с ними, точнее они со мной.— И что дальше?— За разговором выяснилось, что брюнетка твоя соседка по комнате и мне захотелось посмотреть, как ты устроилась.— Ты поэтому пришел в общагу?— Да, поэтому. Девчонка уверила, что тебя стоит ждать не раньше, чем через час, так что… мы не должны были пересечься.Даня делает шаг ко мне и теперь между нами что-то около полуметра. Это очень волнительно.— Мне хотелось побыть среди… твоих вещей, — произносит медленно.Замирает и так пристально смотрит, что дух захватывает. Кажется, он и сам почти не дышит.— Зачем ты приехал в город? — вырывается непроизвольно. Но тут же осознаю, что боюсь услышать ответ.— По делам своего клуба? — спешно добавляю.даня медлит.Продолжает смотреть, но зрачки постепенно принимают свой обычный оттенок.— Про клуб, юль, — голос начинает звучать резко и отрывисто, но на моем имени чуть смягчается.— Тебе стоит сменить работу. Я бы даже сказал, в обязательном порядке. Могу устроить в наш филиал, чтобы ты не меняла образа жизни, потому что других вариантов в этом захолустье нет. Или может… ты думаешь над тем, чтобы вернуться домой?Теперь хмурюсь уже я, и уворачиваюсь от его пронзительного взгляда. А он снова смотрит. Все время, пока говорит, обжигает. Словно считывает реакцию на каждое свое слово.Я не знаю, что ему ответить, мысли разбегаются.— У меня же учеба, дань, как я уеду? Переводиться два раза за год как-то уже слишком.— А если бы не это?— Не знаю. Я уже начала привыкать к жизни здесь и мне нет никакого смысла возвращаться обратно, тем более посреди учебного года.— Ясно.Он отступает и делает круг по холлу. Останавливается у картины с изображением природы, висящей на стене, и начинает ее рассматривать.— Кстати, твоя мама по тебе сильно скучает.Хмурюсь снова.— Откуда ты знаешь?Он отрывается от созерцания пейзажа и чуть поворачивает голову.— Да так, заезжал пару раз.— Как?Но тут же уточняю, правильно ли поняла.— В смысле, ты заезжал к нам домой?— А что такого?Он пожимает плечами и разворачивается ко мне, теперь уже полностью.— Твоя мама не раз приглашала на ужин, ты же знаешь, как хорошо она готовит.— Да, знаю, разумеется, — киваю, — но она мне ничего не говорила. О том, что ты… у нас ужинал.А о чем вы разговаривали при этом, довершаю мысленно, остается только догадываться.Даня вновь пожимает плечами и молчит, никак не желая комментировать мое удивление.Я продолжаю соображать.Зачем он приезжал к нам? Что хотел узнать? И… это мама сказала, где меня искать? Как она могла, я ведь просила никому не говорить! Или Мишка постарался?Но я не могу долго злиться на маму, тем более это могла быть и не она и даже не Мишка, ведь теперь это совершенно неважно. И Даня мне помог, причем дважды. Помимо Семена вспоминаю случай с клубом.— Мы до сих пор стоим в холле, может, пойдем в гостиную? — вдруг произносит Даня.— Хорошо.— Мы с Лесей как-то заглянули в клуб, который рядом с общежитием, — говорю осторожно и ступаю на ковер.Ступни приятно утопают в длинном мягком ворсе.— Ну, знаешь, решили немного развеяться. А потом, когда пошли домой, за нами… увязалось двое парней.Сажусь на диван и подтягиваю колени к груди. Обхватываю их и сцепляю руки в замок.Даня садится на диван рядом со мной. Близко, но не вплотную. Примерно на расстоянии вытянутой руки.— Откуда-то вдруг появились мужчины, словно из-под земли, — продолжаю рассказ, — и они остановили парней. Одного я узнала, это был твой человек.— Да, — говорит после паузы, словно нехотя.— Ты следил за мной? То есть, приказал следить.Вопрос давно вертелся на языке.— Нет. Но попросил… приглядывать.— Зачем?— Не ясно?Пожимаю плечами.— Хотел контролировать, — высказываю предположение.— А что, если я просто волновался за тебя?Тут же вспоминается сцена на темной веранде, когда он целовался с блондинкой. Закусываю губу и отворачиваюсь.— Волновался? Да ладно.— Почему я не мог волноваться? Тебе вообще хоть раз приходило в голову, как я себя чувствовал после того, как узнал, что ты сбежала?Организм отзывается на его слова тревожным холодком внизу живота. Будто все внутри вдруг начинает скручиваться в тугую пружину.Я так ушла в свои переживания, что совершенно не думала. Точнее, считала, что он, даже если и заметил мое исчезновение, то не особо расстроился.— И как ты себя чувствовал? — произношу осторожно, а мой голос слегка надсаживается.— Как я себя чувствовал?Даня поднимается с дивана.Медленно пересекает комнату и подходит к окну. Смотрит в него несколько секунд, после чего поворачивается ко мне.— Чувствовал себя… хреново, юль. Вот как я себя чувствовал.