Глава одиннадцатая: Джейден

Черт побери.

Сэм вышла из театра, и ее длинные волосы развевались на ветру. Я схватил ее позабытые пальто и шапку и поднялся с места. Проклятые ноги казались ватными. Я выбрался из парадного входа и обошел здание, направляясь к черному. Я хотел покурить, а ей понадобится пальто. Скорее всего, она там замерзала.

«Не то чтобы бы мне было до этого дело».

Я мог представить, как Мартин закатывал глаза при этих словах и говорил мне попытаться ещё раз.

Я нашел Сэм в узком переулке между театром и таверной «Ника». Она опиралась на стену. Плечи поднимались и опадали, а вокруг головы клубился пар от ее дыхания. Когда она увидела меня, ее глаза расширились и она вытерла лицо рукавом.

- Чего тебе? - спросила Сэм. Она обхватила себя руками, не глядя на меня и дрожа, в джинсах и мягком розовом свитере.

- Ты забыла вот это, - я протянул ей пальто из тяжёлой и дорогой шерсти и розовую вязаную шапочку.

- О, спасибо.

Я повернулся, собираясь уйти.

- Подожди секунду, - она надела пальто и шапку. - Спасибо за совет. Сработало. Я не ожидала того, что произошло. Или, может быть, ожидала, - добавила она, словно обращаясь к самой себе. - Возможно, именно это и должно было произойти, но я не... не была к этому готова.

- Понимаю, - заметил я. - Ты не против, если я закурю?

Она покачала головой. Я зажёг сигарету, и огонь от моей зажигалки осветил боковой переулок, в котором мы стояли. Единственным другим источником света была таверна. Я затянулся и выдохнул, пытаясь подобрать слова.

- Ты в порядке? - наконец, спросил я.

- Ага. Просто... я такого не ожидала.

Я кивнул.

- Это было... - Мощно, ярко и чертовски по-настоящему. - Хорошо.

Я поморщился от этого хрупкого жалкого слова. Она заслужила лучшего отзыва. Но я либо мог сказать ей: «Ты потрясла меня до глубины души, такого никогда не происходило, и я не мог отвести от тебя взгляда». Либо заметить: «Ты была хороша». Варианта посередине не было.

- Спасибо, - ответила она. Сэм поёжилась, хотя и застегнула пальто на все пуговицы. - Мне пора.

Я уступил ей дорогу и внезапно осознал, что я в действительности незнакомец, поймавший ее в темном переулке.

Она хотела обойти меня, а затем остановилась.

- Ты поэтому это делаешь?

- Делаю что?

- Бережёшь все слова для сцены?

Я уставился на нее.

- Из-за очищения, да? - спросила она. - Так ты рассказываешь свою историю, даже не рассказывая ее?

«Что за история лежит за рассказанной тобой сегодня вечером?» - хотел спросить я. Но каким бы подтекстом Сэм ни пользовалась для такого исполнения, это не была история для обычного разговора позади старого театра. Или для меня. И все же я хотел рассказать ей что-то правдивое о себе. Отдать что-нибудь.

«Забудь. Это тоже не для обычного разговора позади театра».

Я засунул сигарету в зубы, мешая себе сказать что-нибудь, кроме:

- Думаю, да.

- Ты поэтому мало говоришь?

- Возможно, - ответил я, затянувшись ещё раз. - Или, возможно, мне нечего сказать.

- Сомневаюсь, - заметила она. - Но и понимаю.

- Ты получишь роль Офелии, - сказал я.

- Правда? - Ее глаза зажглись, и именно тогда она показалась мне очень красивой, излучающей надежду. Лучи отразились от меня, наполняя голову возможностями. Если она будет играть Офелию, я проведу следующие два месяца, репетируя вместе с ней. Это неприкасаемая красотка будет стоять на моей сцене.

А бедному ублюдку вроде меня на такое не стоило и надеяться.

- Ага, ты можешь получить эту роль, - сказал я более суровым голосом. - Но один монолог - не то же самое, что целая шекспировская пьеса. Тебе придется приходить на каждую чертову репетицию. Тебе нужно будет серьезно к этому относиться. Потому что, возможно, для тебя это каприз или типа того, но это чертовски важно для меня.

Она немного ощетинилась, выставив подбородок вперёд.

- Это не каприз, - ответила она, и в ее голосе тоже прозвучала твердость. - Для меня это тоже важно. И ты такой самоуверенный? С чего ты решил, что получишь роль?

Я не смог удержаться и засмеялся, держа во рту сигарету. Уродливый жёлтый свет из таверны «Ника» превращал волосы Сэм в золото. Желание запустить в них руки было таким сильным, что мне пришлось сделать ещё одну затяжку.

- Я получу роль, потому что Мартин не доверит ее никому другому.

- Это не единственная причина, - ответила Сэм. - Ты должен знать, насколько ты хорош.

Я вздохнул, бросил сигарету на землю и раздавил каблуком.

Она склонила голову набок.

- Об этом тоже не хочешь говорить?

- Нет, потому что это скучно. Так как есть. Благодаря актерскому мастерству я выберусь ко всем чертям из Хармони. А более того? - я поднял руки.

- О, - сказала она, и ее лицо потемнело. - Ты хочешь уехать?

Я с интересом уставился на нее.

- Ты хочешь остаться?

Она пожала плечами, потёрла подбородок плечом.

- Не знаю. Возможно. Мне здесь понравилось больше, чем я могла себе представлять. Здесь тихо. Спокойно.

- Здесь для меня ничего нет.

- Нет, наверное, нет, - ответила она. - Твой талант слишком велик для этого маленького городка.

«На это я и рассчитываю. Больше у меня ничего нет».

Наступила тишина, а потом она сказала:

- Ну ладно. Я должна встретиться с подругой. Мистер Форд скажет нам, что дальше?

- Он пришлет список тех, кто должен прийти ещё раз, - ответил я. - Тебе нужно будет прийти завтра вечером в семь.

- Если я буду в списке.

Я ухмыльнулся.

- Увидимся завтра вечером, Сэм.

- Увидимся завтра вечером, Джей, - сказала она. - Если ты будешь в списке.

Я подавил смешок, булькающий в груди, и смотрел вслед Сэм, пока она не добралась до безопасной улицы. Потом оттолкнулся от стены и вышел из переулка, уходя прочь от театра. Прочь от моего настоящего дома. Это может быть хорошей тренировкой для тех времён, когда я навсегда покину Хармони. Я оставлю позади все дерьмовые воспоминания. Призрака моей матери и ярость отца. Бедность и холод, постоянное желание большего. Я оставлю все это позади и не стану оборачиваться.

И от нее я тоже уйду.