ПРОЛОГ

Тела затягивали одно за другим, словно мешки набитые тырсой или песком. Все, как один: темные холщовые тряпки на головах, перетянутые бечевкой на шее, связанные ноги у щиколоток и руки за спиной. Все без сознания. Уолтер глядел на них сквозь зеркало Гезелла, заложив руки на пояснице, и хмурил брови. На одной из камер, что находились по правую руку от него, картинка дублировалась, отмечая секунды, часы и минуты, происходящего шоу.

Уолтер сел на кожаный потрепанный стул, прикурив толстую кубинскую сигару и принялся глядеть на множество мониторов, отображавших разные уголки подземного царства. Офисы, темные коридоры, главная комната сбора и будущего голосования, комната для исполнения смертельного приговора и одна общая небольшая столовка со столом и отсеками, в которые на подносах опускалась пища.

Искусственное освещение, никакого доступа к солнечному свету. Огромные турбины высоко над головами периодически включались, вытягивая застоявшийся воздух, сменяя ее следом потоком свежего воздуха с запахом хвои. Уолтеру казалось, что эти тюремные казематы находились где-то под сосновым или еловым лесом, расположенном глубоко на севере, ведь подаваемый воздух всегда нес с собой прохладу. Колющую, острую прохладу, заставляющую дыхание обращаться в пар.

Минуты тянулись, сменяясь на экране одна за другой. Мужчина курил, глядя на них и понимал, что эта монотонность начинает его убаюкивать: сумрак, плотная тишина подземелья, лишь периодический гул турбин, приглушенные голоса далеко-далеко за стенами и больше ничего.

Экраны подернула рябь; тусклое освещение, которое едва справлялось с тьмой во всех углах и закоулках бесконечных коридоров и комнатушек, померкло почти полностью. Уолтер поморщился. Он мысленно считал: один, два, три, четыре, пять.

Свет стабилизировался.

— Ну вот и все, — сказал он, выдыхая дым в потолок.

Картинка на мониторах стабилизировалась, вновь отображая десять лежащих тел. Их руки и ноги заботливо развязали, оставив мешковину на головах, чтобы хоть как-то озадачить пленников на первом этапе.

— Так-так-так, — Уолтер приподнялся на стуле, уперевшись обеими руками в край приборной панели со множеством рычажков и переключателей, внимательнее вглядываясь в конкретный экран, камера которого находилась ближе всего к людям, которые лежали без сознания. Почти без сознания. Один из них дернулся. Уолтер натянул наушники, прислушиваясь, и через динамики до него донеслось, как он постанывает, медленно переваливаясь на спину.

Смотрящий — так называли тех, кто приглядывал за пленными — ухмыльнулся.

— Ну, подождем.

Уолтер откинулся на спинку потертого кожаного кресла, скрестив руки на груди и посидел так несколько минут. Желудок заурчал, от чего мужчина потянулся к стойке с микрофоном и подписью «диспетчерская».

— Мне бы пообедать, — коротко сказал он, после чего отпустил клавишу, и принялся ждать. А ждать пришлось недолго. Между бетонными стенами тихонько заскрежетал небольшой лифт, доставлявший пищу в центр наблюдения . Ровно так же, как и в столовую у людей по ту сторону зеркала.

Уолтер встал и подошел к открывшемуся отсеку, вытаскивая из ниши пластиковый серый поднос, на котором громоздились несколько тарелок: какой-то суп, омлет с несколькими ломтиками бекона и пару кусков кукурузного хлеба. Он взял поднос и вернулся на свое рабочее место, расположив его прямо на приборной панели, где были только какие-то термометры, стрелочные индикаторы и прочие неизвестные ему датчики, находившиеся в углублении, создавая ровную поверхность.

Активно работая ложкой, Уолтер поглядывал на монитор, обращая внимание, что все больше людей приходили в себя после огромной порции наркоза, пребывая на границе сознания и бредового сна, которые бывают из-за действия транквилизаторов. Смотрящий прикинул, что к тому времени, как он расправиться со своим обедом, ему уже можно будет взяться за микрофон ведущего и нажать на красную кнопку. Ту саму красную кнопку, которая в помещении за стеклом заставит граммофоны взреветь оглушающим сигналом, приводя в чувство сонных и тех, кто просто привалился к стеночке спиной, стараясь собрать глаза в кучу.

Уолтер дожевал корочку кукурузного хлеба. Уолтер отряхнул руки и отставил поднос в сторону на пол, подвинув его ногой подальше. Уолтер едко ухмыльнулся, попутно достав комочек теста между зубов. Он резким движением ударил по красной клавише, наблюдая как сонные люди-мухи, пойманные врасплох, дернулись от неожиданности. Кто вскочил на ватных ногах, и тут же повалился наземь, кто просто схватился за сердце. Но никто из них не обделался. Смотрящий отметил это, ведь в предыдущей группе были и те, кто оказался с более слабыми мочевыми пузырями.

Мужчина взялся за микрофон, большим пальцем нажав на клавишу «вкл».

— Доброе утро, мальчишки и девчонки. Просыпаемся, мать вашу, у вас впереди самое прекрасное приключение из тех, что было в ваших бесполезных жизнях!