Глава 654: Презрение

Казалось, это имело смысл. Они только слышали, как Е Ин говорила об этих вещах в частном порядке. Она бы не осмелилась противостоять Е Цзянь, как сейчас. Если бы у нее были какие-либо доказательства, она бы сказала это перед Е Цзянь.

Все смотрели на Е Ин. Вчерашние дела еще не закончились, и Е Ин уже начала говорить некоторые необъяснимые вещи сегодня ... Теперь, когда Е Цзянь выступила вперед и хотела, чтобы она говорила четко, теперь дело за ней.

Если бы такое действительно было, Е Ин сказала бы все. Но если бы не было... Е Ин не осмелилась бы встретиться с Е Цзянь лицом к лицу.

Е Ин не посмела бы встретиться с ней лицом к лицу. Она ясно понимала, что сказанное ею было беспочвенным и необоснованным. Она только хотела сказать это наедине, чтобы позволить одноклассникам оттолкнуть ее. Если бы она действительно хотела сказать это публично, это было бы невозможно.

Она не хотела, но взгляды одноклассников были тонкими. Все ждали, когда она заговорит.

Е Ин была охвачена чувством вины и прикрыла грудь. Затем она возразила: «Е Цзянь, не заходи слишком далеко! Ты знаешь, что сделала. Почему ты сама этого не признаешь?»

Сразу после того, как она закончила говорить, Е Цзянь спокойно ответила: «Я не знаю, что я сделала для того, чтобы ты снова и снова клеветала на меня. Вот почему я хочу, чтобы ты сказала это за меня».

«Я устала от того, что ты делаешь грязные вещи наедине, но при этом ведешь себя по-другому на поверхности. Я не знаю, о чем ты думаешт. Тебе всегда нравится обсуждать меня наедине».

«Во-первых, я не сурова с тобой. Во-вторых, я тебя не обсуждаю. В-третьих, я тебя не бью. Теперь я даю втебе возможность рассказать обо мне на глазах у всех!»

Ее черные глаза смотрели на Е Ин. Ее глаза слегка сузились, и в ней появился резкий и прохладный свет: «Пожалуйста, скажите мне сейчас! Что ты сказала сейчас, что так разозлило Цзясинь?»

От этого взгляда сердце Е Ин продолжало биться. Она не могла сопротивляться агрессивному взгляду Е Цзянь.

Однако она очень хорошо знала, что не должна облажаться.

Если бы она это сделала, все бы знали, что она на самом деле намеренно распространяла слухи и клеветала на Е Цзянь.

Она глубоко вздохнула и ответила: «Я ничего не сказала. Я же говорила вам, что она недалекая и делает гору из мухи слона! Если вы действительно хотите знать, я вам скажу после стрельбы. Не откладывайте время стрельбы других людей. Не позволяй им потерять шанс выстрелить из-за тебя».

Е Цзянь с улыбкой покачала головой: «Нет, теперь это не я. Это ты. Ничего страшного, если я не буду стрелять. Это ни на что не повлияет. Но если не скажешь, спрошу у одноклассников. Е Ин, ты знаешь, что это значит, если я спрошу их?»

«Она дала тебе возможность высказаться, а ты не хочешь. Ты должна сказать это наедине. Это подло!» Ответила Цзясинь. Она посмотрела на Е Ин и взревела: «Это подло! Е Ин, ты презренна!»

Презренна?

Е Ин, которая только что напоминала себе о необходимости сохранять спокойствие, дрожала от гнева. На самом деле Ань Цзясинь сказала, что она презренна перед всеми её одноклассниками! Как она посмела оскорбить ее?!