Глава 4. Опять переезд?

Алиса спала провалившись в глубокий сон, вроде бы эта ночь продолжалась спокойно, впервые за 2 месяца. Так думала она. Но дикий мороз в комнате и звон в ушах напомнили о себе. Девушка задрожала сжимая в кулаке часть одеяла, и свернувшись в клубочек пыталась согреться через сон. Неожиданно для себя она открыла глаза, проснулась. Её тут же окутала тревога и страх, голубые глаза начали метаться по стене прямо перед ее лицом, переходя то на тумбочку, то на светильник.

Зубы начали постукивать друг об друга, а губы задрожали. Алиса зажмурилась и затряслась полностью. Она знала что он её здесь. Как бы внешне она ненавидела брата, и как бы внутренне его не любила и он знал об этом, Герман все равно решил не оставлять свою сестру в покое, даже после её выписки.

Она ощущала его присутствие, и даже знала где он, но глаза были закрыты и сдавлены настолько, что ей было бы больно их открывать и осматривать новую комнату еще раз. Есть вариант быстро скинуть с себя одеяло и через холод и панику побежать в комнату отца. Но что будет после того как ей удастся сделать? Что она скажет мужчине который слепо верит в её здоровую психику.

Алиса осмелилась открыть глаза только после того, как почуяла запах крови, четкий запах крови вперемешку с карамелью и землей. Жуть какая та. Но это поставило её в тупик, ведь её брат Герман пахнет мятой вперемешку с перцем. Зрачки расширились а легкие остановились. Капли пота начали скатываться по её лбу, футболка в которой спала Алиса была уже давно мокрой. Девушка понимала что здесь кто то есть, но это не её брат.

Светловолосая перестала контролировать свое тело, её глаза сами по себе повернулись в сторону письменного стола. От увиденного ей хотелось закрыть рот рукой что бы не закричать, вскочить с кровати и помчаться прочь из этой комнаты, а потом вовсе и из дома. Так страшно ей было в ту ночь в психушке, когда она бегала по коридорам и приводила всех в ужас, кроме врачей и санитарок которые никак не обращали внимания на её слезы и крики о том что её преследуют мертвый. Им нужно было только схватить Алису и запихнуть обратно в палату.

Взгляд остановился на неподвижном объекте, руки все так же предательски тряслись, капли пота стали скатывать со лба на кончик носа, губы дрожали а сама Алиса словно проглотила язык от ужаса, очень сильно хотелось закричать дабы кто нибудь услышал её. Но ей что то не позволяло это сделать.

Тело парализовало, но голова чувствовалась на плечах, хоть она и лежала на боку. Алиса в неверии начала трясти головой в разные стороны, полностью отрицая что все происходящие - реальность. Она заколдованным взглядом смотрела не на письменный столик, и даже не на стул, она смотрела ниже.

Широко распахнутые глаза, давящая и ужасающая улыбка, неподвижность и острый взгляд в самую душу. Парень на вид лет двадцати сидел на полу, едва не соприкасаясь с черным стулом. Парень был одет в белую футболку, черную джинсовку и черные джинсы, а на ногах красовались массивные кроссовки, только они были все в грязи и какой то пыли. Черные волосы разделенные на две половины идеальным пробором, острые скулы впускали в голову Алисы мысли что это какая то восковая фигура, или же ее предположения что это все таки мертвец были правдивы. Он просто смотрел, молчал, не двигался, даже кончики пальцев не двигались, ни одна мускула на его лице не дрогнула за это время, он словно был замурованым телом, с мертвыми глазами.

Что говорить и как вести себя в таких ситуациях? Алиса не знала. Она знала только то что еле как может справляться с фантомом своего брата, она знала самого Германа и знала на что он способен, хоть и до посинения боялась его. Но она совсем не знала что ей делать с совершенно не знакомым человеком. Хотя, это был не человек, это еще один фантом, только вот.. как он появился в этом доме, новом жилье Алисы и её отца?

Она отвлеклась всего на пару секунд, ей надо было взглянуть на ту самую картину что висела по центру. Хоть она и была завешана черной тканью, ткань была полупрозрачная. Голубоглазая вглядывалась в те кровавые глаза через черное полотно, ей не хотелось верить и принимать это, взгляд этого парня сидящего в метре от её кровати и режущего её взглядом. Они были очень похожи, оба такие пустые но с каким то смыслом. Через те же пару секунд она вернулась к парню, но ужаснулась еще больше так как его голова теперь была повернута в другую сторону.

Ей было очень страшно, вся пропотела и уже не чувствовала свое сердце. Она даже не замечала как её дыхание останавливалось на нормальное количество времени.

Картинка начала размываться, толи её клонило в сон, но обычно в таких ситуациях никак не может хотеться спать. Алиса не знала что с ней, веки тяжелели с каждой секундой и вскоре глаза закрылись сами по себе. Алисе это только в радость, поскорее уснуть и забыть все что она увидела. Может утром она проснется вновь и поймет что это был сон. Только вот, когда она засыпала, то точно понимала что все это было наяву.

___Утро, Алиса проснулась в такой же холодной постели в которой и засыпала. Только открыв глаза перед ней был образ того самого парня, с черными как уголь волосами и ярко выражеными скулами, а еще пустым взглядом, точного мертвеца. Хоть глаза и были пустые, без капли жизни но все равно, они терзали сердце и все внутренние органы Алисы, заставляя сжаться от страха и паники.

Поджав губы и проглотив этот чертов ком в горле. Алиса нашла в себе силы скинуть холодное одеяло и поставить ноги на такой же холодный пол. Иногда ей кажется то что её комната - это лед. Стоит ей наступить босой ногой на холодный ламинат и словно тысячу маленьких осколков вонзаются в её пятку. Она привыкнет к этому.

Спустившись вниз девушку ждал приятный сюрприз. Только что приготовленные блинчики руками её отца, она ведь так любит их. Правда совсем не помнит когда в последний раз отец готовил их. Присев за стол Алиса сразу же потянулась за кружкой воды что стоял недалеко от её локтя.

— Доброе утро, как спалось на новой кровати? — улыбка мужчины доставала до ушей, видимо у него было очень хорошее настроение.

— А ты чего такой веселый пап, выспался? — Алиса решила пропустить этот вопрос мимо ушей, ибо ей не стоит рассказывать о том, что она видела этой ночью.

— Да дочь, я хорошо поспал и у меня отличное настроение!

— А, какой повод твоего хорошего настроения? — прищурив глаза голубоглазой хотелось услышать хоть что то приятное за сегодняшний и вчерашний день.

— Разве людям нужен повод для хорошего настроение? Просто встал с той ноги, кушай давай. — придвинув тарелку к дочери, в нос сразу же ударил сладкий аромат со сливочным маслом.

Облизнувшись она придвинула к себе маленькое блюдечко с вареньем, и отправила к себе в рот половину одного блина. Промычав что то непонятное её глаза закатились, это означало полное блаженство над этим прекрасным вкусов папиных блинов по утрам.

Отец не мог усидеть на месте, он перебирал свои пальцы переодически похрустывая ими. Было понятно что ему приятна оценка дочери на его творение, но мужчина явно хотел поделиться чем то с ней. Заметив это Алиса не стала мямлить и медлить.

— Ну давай, рассказывай. — она положила недоеденный блин на ту же тарелку и вытерла руки об бумажную салфетку.

— Меня взяли на новую работу, — с восторгом и гордостью сказал он. — только она немного далеко от этого дома.

— Опять переезд? — не сложно догадаться что это пришло ей в голову сразу же, но и не стоит врать что Алиса была бы рада такому.

— Нет, что ты, я к тому что мне прийдется чаще тебя оставлять одной.

От этого светловолосой стало не по себе, она и с папой то не спит спокойно, а без него даже представлять страшно, что может произойти.

— Да пап, я понимаю. — сглотнув остатки блина, аппетит тут же пропал. Перед глазами появилась снова тот парнишка необычной внешности. А мурашки вновь побежали по телу.

Дальше они сидели молча, не было напряжение со стороны обоих. Отец сидел радостный и наедался своим завтраком. Алиса же сидела на нервах. Её фантазия уже во всю разыгралась и стала приводить девушке самые худшие исходы событий, если она останется одна.

Трапеза подошла к концу, светловолосая встала со своего места и подошла к раковине. Мыть посуду она не собиралась, никогда не любила это дело и считала что кто приготовил - тот и убирает. Да может это не самое лучшее отношение и мышление к родному отцу, но она такая. Да и он сам знает как дочь любит его, правда не всегда удавалось отвечать тем же.

Девушка уже хотела идти наверх в свою комнату, и по новой пропитаться всем этим страхом и паникой. Но её остановили.

— Алиса, — раздался твердый голос отца, но в нем не было жестокости или грубости. — я хотел тебя предупредить, на работу я выхожу завтра, а сегодня в четыре часа к тебе прийдет Доктор Юрьевич, он повторно проведет тест чтобы убедиться в твоем выздоровлении.

Её тело напряглось, каждая мышца была словно камень. Нет, только не Доктор Юрьевич, этот седой старик которому в кайф и не в падаль затаскивать сломанных подростков в клетку и держать на таблетках. Она боялась что не получится так же отыграть свою роль здоровой девушки как два дня назад, на приеме у психиатра. Она боялась что выдаст себя и её вновь заберут в это ужасное место. А отец разочаруется в дочери из за жестокой лжи.

Этот день становился подарком полным сюрпризов для Алисы, Доктор Юрьевич не пришел, вместо него дополнительный сеанс проводил Михаил. Отец провел его в её комнату и врач расположился на стуле, том самом черном стуле.

— Здравствуй Алиса, как твое самочувствие? — спрашивает он и параллельно достает из своей кожаной сумки всякие папки.

— Здесь меня не пичкают таблетками, поэтому оно в норме.

— Не надо грубить мне, я не желал тебе зла когда пичкал таблетками. Это было ради твоего же блага, видишь, ты здорова. — пролистав пару страничек и надев свои очки, он стал водить указательным пальцем по тексту.

— Идет второй день с твоей выписки, самое время провести осмотр твоей психики.

Алиса сидела на конце своей кровати внимательно всматриваясь в каждое движение Михаила, ей были знакомы все его действия, кроме самого сеанса. Он ведь врач а не психиатр. Но тем не менее каждое это его действие сильно раздражали девушку. У неё было ощущение что она все в той же больнице, только в другой палате которая наполнена всякой бесовщиной.

— Тебе хоть подсознательно стало лучше? — задает вопрос и выбирает маленькую карточку белого цвета.

— Да, по крайней мере я перестала ощущать себя в клетке.

— Я рад, и желаю этого каждому нашему пациенту, — Михаил тяжело вздохнул. — что ты видишь на этой картинке?

Белый лист с черным пятном в какой раз появляется перед голубыми глазами Алисы, ей так надоело это все. Она решает действовать по той же схеме что и в тот день, когда ей удалось «сбежать» с тюрьмы. Первое что она увидела, это тарелку с вкусными спагетти, покрытые сверху томатным соусом и фаршем.

Проходили секунды и тарелка стала превращаться в бездонную яму из которой так напряженно пытались выползти неизвестные души. Их лица расплывались и засасывались обратно в яму. Ужас застыл в Алисе, кровь застыла в жилах а тело замерло. Собрав все свои силы какие она набралась за два дня вне заточении, девушка закрыла глаза и слегка помотала головой, облегченно выдохнула.

— Спагетти..?

Кривая улыбка показалась на лице юницы, взгляд Михаила внушал полное недоверие, но он ничего не сказал. Так как у каждого ребенка, подростка или же взрослого может быть разное мышление и мировоззрение.

— Да, я вижу здесь именно их. — с полным безразличием на лице и четко защищая свою позицию.

— Хорошо, а здесь?

На новой картинке девушке не сразу удалось что либо разглядеть, она секунд 20 всматривалась в черное пятно не понятной формы и не понимала что же тут нарисовано. Со временем первый план начал уходить, а на замен его пришло ведение как картинка оживает, эта клякса не на что не была похожа, это просто была клякса черной краски. Было практически невозможно понять что там нарисовано.

Алиса начинала заметно нервничать и покусывать нижнюю губу изнутри. По её ощущениям прошло уже несколько часов, и Михаил уже не может ждать и зачтет это как не пройдены этап. Палец начал постукивать об кровать, глаза бегали по рисунку и пытались вообразить образ хотя бы чего то, но ничего не лезло в голову.

Вдруг девушка начала слышать барабаны у себя в ушах, кто то явно долбил её ушные перепонки. Была четкая, резкая и грубая мелодия отскакивание руты со звоном. Её глаза забегали в дикой тревоге, эту мелодию она слышала перед тем как ночью появился тот мертвец. Ей стало безумно страшно что он явится и сейчас. Алисе нужно было взять себя в руки.

— Барабаны, я вижу здесь барабаны! — довольно громкий голосом протараторила она.

— Барабаны..? — лицо Михаила скривилось и он повторно оглядел картинку держащую в руке.

— Да, именно их. Прошу Михаил, давайте закончим, со мной все в порядке.

Алиса была очень тревожна и растеряна, ей нельзя было что бы Михаил, доктор из псих больницы из которой она только что вышла, увидел её тяжелое состояние. И что бы Алиса в порыве эмоций и страха не проболталась ему самому. Тогда ей точно подготовят палату. И вряд ли под номером 9, уже другую.

— Что с тобой? — непонимающи спрашивает доктор в то время как светловолосая собирает эти «специальные» рисунки для «специальных» людей в его же сумку.

— Со мной все хорошо говорю же вам, я резко вспомнила что примерно через 10 минут ко мне прийдут друзья на новоселье. Они не должны увидеть вас, иначе догадаются что я была в психушке, а я им говорила что была на отдыхе с отцом. Прошу вас, уходите. — она всегда была мастером во лжи, уверенный вид и так же уверенно поставленная речь заставляли удостовериться в правдивости её словах. Хоть они и были ложью.

— Хорошо я ухожу, — выставив руки перед собой и мысленно прося взглядом не толкать его. — тебе нужно чаще выходить на улицу, что бы не было пробелов в памяти и нехватки свежего воздуха.