51

Стоит моя девочка посреди комнаты. Дрожащая, испуганная. И такая мать его сексуальная. Она в любом виде действует на меня, как красная тряпка на быка. А в испуганном и дрожащем так тем более. Моя маленькая жертвочка.

Дверь открыл, только глянул и забыл обо всем. Эта девка делает из меня тупого бандерлога. Только вижу ее, сразу хочу. И чем дальше, тем больше. Тем сильнее её на меня влияние.

За секунду выветрились из головы все наши бандитские планы. Мозг отключился без шансов быть включенным. Зомбированный и сегодня неудовлетворённый, от всех ночных переживаний и недосыпания, стою и смотрю на мою дюймовку. И ёпт, какого хера, прямо при всех мечтаю и представляю свой член у неё… где же у неё мой член, дайте подумать. Да везде мать её… везде!

И только когда Мирон подошёл и многозначительно повернул два раза по кругу своими глазными яблоками, прямо перед моей отупевшей рожей, мыслительный процесс мой снова, хоть с трудом, но заработал.

Комнату вроде осмотрел. Заметил, не только мне одному кажется, что малышку какая — то шиза пробивает, причём уже второй раз. Всё какого — то злодея видит, призрачного.

Если тогда я ей поверил, то сейчас, в закрытой комнате, чего — то не очень.

Повернулся, все на меня смотрят, в ожидании. Типа — Спасай нас Даня. Обрисуй крошке ее задачу и кидаем малую в логово к тиграм, не жалея.

Но мне чё — то совсем её туда совать не очень хочется. Чуйка у меня плохая. Юлю там обязательно кто — то трахнет, а я этого допустить никак не могу. Трахать мою малую могу только я.

Что же придумать, чтобы план этот не осуществить.

— Юля понимаешь, — начинаю издалека, — тут такое дело у нас к тебе…

Хреново конечно, не хочу, а как бы надо. Лучше, наверное, чтобы меня бабой нарядили… или не лучше. Хрен его знает.

Меня и в бабьем наряде, каждая собака узнает.

Отодвигает меня короче Мирон и говорит:

— Ты должна будешь проникнуть к конкурентам и спасти отца Дани.

— Я согласна, — говорит Юля, и у нас у всех челюсти просто с клацаньем упали на пол.

— Ты что? — выхожу вперёд возмущённо. — Нет, я не позволю…

— Я сделаю, как скажете, — малая точно робот, губами шевелит.

Все переглянулись. Чё за херня.

Я встрепенулся, в благородном порыве, все — таки не пустить.

— Нет все, я отменяю!

— Я пойду туда, — сказала она, почти равная ангелу, который говорит — я спасу вас всех, а сама погибну.

— Я тебя не пускаю! — сопротивляюсь ее глупому ангельскому порыву.

— Успокойся, — она подошла и положила ладонь на мою щеку.

Вот это чё такое?

Я просто заткнулся и стою тупо, смотрю в ее прозрачные глаза.

Даже не на сиськи смотрю, а в глаза. Вот это чё за херня? Когда я в глаза девкам смотрел, а не на сиськи? Что — то со мной не так. Меняюсь.

За минуту снова долетают мысли, что это опасно, что девку мою трахает какой — то хер, а я ничем не смогу помочь. Или даже и помогать не придётся. Вдруг ей понравится с этим хером больше чем со мной.

Муки ада короче в голове.

— Все нормально Даня, не волнуйся. Я смогу. Я справлюсь.

— Справиться? Ты хоть понимаешь, что там вообще одни мужики? Типа как у нас тут, только там меня нет.

— Ну все, хватит, не спорь со мной. Я сказала иду, значит иду.

И она прошла мимо меня и один за другим за ней пошли мужики.

А я стою как идиот. Точно я — идиот.