🌷67 глава🌷 «Все будет хорошо»

— Кстати, — Нугзар прищуривается. — У нас еще выпускной впереди в понедельник, ты же не забыла?

Я ахаю, хлопнув себя по лбу. Точно! Совсем из головы вылетело от всего этого кошмара!

— Ничего, — Фыркает Нугзар, — У меня на тебя виды конкретные. Будем там веселиться по полной. — Я смеюсь. — Придумал. Это отличное место для того, что бы порепетировать танец,  — Я с визгом упираюсь, но Гибадуллин не отступает — ловко подхватывает меня и увлекает в забавный танец.

Я смеюсь и повторяю его движения, постепенно отходя от груза. Сейчас не время для того, что бы думать об этом.

После танцев с Нугзаром в парке, я начинаю ощущать сильную усталость после всех событий сегодняшнего дня. — Пойдем, уже пора, — Говорит Нугзар, заметив, как я зеваю.

Теперь мы направляемся обратно к моему дому. А перед тем, как разойтись, обнимаемся. Я не сдержалась и налетела на него, даже обхватив торс ногами. А потом с какой-то неловкостью слезла и смоталась в дом.

Уйдя в дом, вижу, что мама уже попыталась хоть немного навести порядок после погрома Павла. Она встречает меня печальным взглядом. — Прости, что тебе пришлось это увидеть, — Глухо говорит она. — Но я больше не могла терпеть... — Надо еще будет много с ней выяснить. И то, как она приехала, и вообще все.

— Все нормально, я понимаю, — Я обнимаю ее, но чувствую, как во мне закипает старая обида. Папа. — Я обижаюсь на то, что ты скрывала от меня отца.

Мама роняет тряпку и бледнеет, догадавшись, о чем я говорю. Ее плечи начинают трястись. — Дочка, прости... Я была не права, скрывая все эти годы твоего отца. Просто после развода он сильно изменился, я испугалась...

Ее голос прерывается судорожным всхлипом. Я смотрю на маму с жалостью, но и с укором. Как же тяжело ей пришлось, но ведь я имела право знать! — Я понимаю, но все же ты могла мне доверять, — Говорю ей ровным тоном. — Я ведь уже взрослая, смогла бы все правильно воспринять.

Мама разражается рыданиями, пряча лицо в ладонях. — Прости, доченька... Я лишь хотела оградить тебя от боли... Но в итоге только причинила больше страданий.

Вижу, как ей тяжело. Сколько же сил ушло у мамы на то, чтобы в одиночку растить меня все эти годы? Злиться на нее дальше просто не поворачивается язык. Подойдя ближе, я осторожно обнимаю ее, гладя по волосам. Денек выдался тот еще. Но, кажется, теперь мы сможем начать все сначала, без тайн и недомолвок. — Все хорошо, мам, все будет хорошо, — Шепчу я, продолжая обнимать.

После эмоционального разговора я отправляюсь к себе в спальню. От пережитого стресса меня начинает потряхивать, перед глазами все еще стоит картина безумного Павла с вазой в руке. Привычная комната кажется странным образом чужой и холодной. За то здесь больше не будут раздаваться его ворчания. Это радует.

Я роняю себя на кровать, обхватывая колени руками. Чувствую нереальную усталость. Последнее, что приходит на ум перед тем, как сон одолевает меня — предвкушение выпускного в понедельник. Это будет крутой день.

Проснувшись от звонок на телефон, что-то бубню себе под нос. — Алло?...

— Привет, Лазарева! — Раздается бодрый голос Нугзара. Я сладко зеваю, потягиваясь. — Ты там спишь еще? — Гляжу на время. Три часа дня. Капец.

— Суббота же, вполне можно поваляться подольше.

— Ну уж нет, — Даже так слышу усмешку. — Выпускной на носу, столько всего нужно подготовить! Так что вставай, я через полчаса буду у твоего подъезда.

Я хмыкаю, усаживаясь на кровать. — Ладно, жду. — Положив трубку, некоторое время просто сижу, вспоминая события вчерашнего дня.

Из коридора уже доносятся ее шаги — похоже, мама хочет навести порядок после вчерашнего погрома отчима. Тяжело вздохнув, я решительно выбираюсь из постели и одеваюсь. — Доброе утро, мам,  — Выйдя, здороваюсь я. Мама оборачивается с усталой улыбкой.

— Доброе, солнышко. Извини, разбудила тебя?

— Нет, — Я подхожу ближе и неловко обнимаю ее. — Это Нугзар уже созвонился, через полчаса обещал заехать за мной. Хочет прогулять.

Мама кивает, с грустью оглядывая всё еще разбросанные вещи. — Хорошо, я рада, что ты по веселишься... — В голосе все то же беспокойство.

— Мам, — Я бережно сжимаю ее ладонь. — Все уже позади, правда.

Она встречает мой взгляд с надеждой. — То есть... ты меня простила?

— Конечно, — Я старательно улыбаюсь.

Она прижимает меня к себе в крепких объятиях и широко улыбается. — Родная моя, спасибо тебе... Как же я виновата перед тобой.

— Все, мам, хватит, — Я глажу ее по волосам. Страшная атмосфера куда-то делась.

Мама расплывается в счастливой улыбке. — Я так счастлива.

В дверь начинают звонить, и я быстро целую маму в щеку, направляясь открывать Гибадуллину.