3.8. Я сожалею

«Я хочу умереть».

«Я хочу умереть».

Именно такие мысли проносились всё чаще. Девушка смотрела на руки, а в голове пестрела картина, как её тело покачивается в петле, сменяясь на ту, где ошметки мозгов стекали по стене, а с испачканных кровью рук падал дробовик. Этот цвет напоминал о своей цели, постепенно меркнущей в глазах поникшей демонессы. В такие моменты она шлёпала ладонями по щекам настолько сильно, что метка на груди загоралась, залечивая появляющиеся синяки. Нужно идти вперёд.

День для отдыха был потрачен впустую — делать ничего не хотелось, в голове была звенящая пустота. Утопленник молчал, Рина лишь пару раз спускалась в столовую, чтобы перехватить пару фруктов, благо, для работников поместья предоставлялся собственный холодильник, обычно наполненный продуктами. На удивление, питание включалось в так называемый социальный пакет, так что выходить наружу не приходилось.

Нэнси Вагнер, упоминавшая серьезный разговор насчет нетрезвого состояния репетитора, таки поймала девушку на лестнице и сдержала своё обещание. Однако, Рина ожидала строгий выговор, но то ли её демоническая сущность располагала к себе, то ли Нэнси была такой размазнёй — получила лишь предупреждение и совет не возвращаться в поместье в пьяном виде, а проспаться в городском отеле и только после этого заявиться на работу утром. Зеленоглазая покорно кивала, заверяя, что больше такого не произойдет, не удостаиваясь придумывать слезливую отмазку, чтобы еще больше смягчить и без того слабохарактерную Вагнер. Впрочем, женщине хватило с головой извиняющегося вида и поклона в 90 градусов, чтобы смутиться и уйти по своим делам. 

Накалявшаяся раз за разом пентаграмма на груди позволяла не встречаться с Люциусом, играя роль компаса. Не то, чтобы его выходка задела Рину, но так сразу пересечься с ним не хотелось. Раскрывать карты уж лучше в своей комнате, где нет лишних глаз — мало ли, как отреагирует антихрист, поняв, что отравленная корзина яблок никак не подействовала.

Когда лежать и смотреть в потолок надоедало, девушка подходила к окну и вглядывалась в сад, надеясь заметить напавшего на неё человека. Но тщетно. Только разворачиваясь, она иногда ловила на своей спине прожигающий взгляд, но найти его обладателя не получалось. Бенджамин продолжал писать на экране телефона, что за ней следят, а сам не рисковал вылезти наружу.

***

Обкусанный кончик карандаша под натиском острых клыков сломался совсем, и Рина с недовольством сплюнула деревянные кусочки в сторону.

— Мне не хватает информации.

Разворот записной книжки красовался различными теориями. Кем является напавшее существо? Имеет ли оно способности к созданию иллюзий? Возможно ли, что она сама сходит с ума?

— Во-первых, это точно не Джек. Даже имея его внешность и голос, ни в одном случае это не он. Во-вторых, его внешность не могут заметить камеры, а Бен и вовсе боится вылезать наружу. Что-то потустороннее? — девушка обвела в кружок выведенное слово на бумаге. — Однозначно. Но почему метка не горит так явно в этом случае?

Сняв перчатки и отодвинув ворот блузки, Рина полюбовалась почти полностью почерневшим телом с яркой пентаграммой на груди. Ещё пару дней — и она превратится. Только шея и голова оставались нетронутыми демоническим проклятием.

— Нет, об этом подумаю позже, — вздохнула она, возвращая внимание к книжке. — Значит, это иное потустороннее существо. Возможно, как раз оно и следило за мной последние дни. Далее... После его нападения люди заметили отсутствие биения моего сердца, значит, он пытался убить меня.

«Не пытался, а убил», — высветилось на экране телефона.

— Допустим. Но каким образом? Ранений не было. Видимо, какая-то способность. Помимо этого моя головная боль прекратилась, но появились галлюцинации. Пробудилась сила этой колкой души? Она не отзывается на мои вопросы.

Попытавшись дозваться эту душу и в который раз получив молчание, Рина цыкнула.

— Мне чертовски не хватает гребанной информации!

«Остынь, к тебе стучатся, вообще-то».

Подскочив на месте, она кинулась к двери.

— Извините, я пришел отдать домашнее задание, — скромно сказал Люциус, когда увидел вопросительный взгляд своего репетитора.

— Ах, точно, проходи-проходи, — приподняла кончики губ, впуская ребёнка в свою комнату, и одним махом сметая все свои записи в полку стола. — Покажешь, что у тебя получилось?

Маленький Вагнер протянул рисунок, но внезапно замер, когда заметил черную как смоль ладонь. Рина в непонимании выгнула бровь, и лишь спустя мгновение осознала, как сильно прокололась.

— Ой, не обращай внимания, просто чернила от ручки не оттираются, — неловко засмеялась она, выхватывая лист из рук ребенка и отворачиваясь от него, чтобы поскорее надеть перчатки. Если бы она знала, что чёрное пятно прямо на глазах мальчика покроет её затылок, она бы не собирала волосы в пучок и не поворачивалась спиной. — Так-с, посмотрим, что тут.

На полностью алом листе бумаги были три черные фигуры — одна маленькая и две высокие с рогами, одна более массивная, вторая постройнее.

— Ох, как мило, ты нарисовал свою семью? — вздрогнув от рисунка, обернулась девушка.

— Да.

— А почему всё красное? Это закат?

— Это огонь.

Честно говоря, такой резкий ответ антихриста вызвал на спине Рины толпу мурашек. Однако она лишь улыбнулась, понимая, что всё идёт как надо. Но одна деталь не сходилась.

— Кто изображен на этом рисунке? — девушка присела на корточки перед мальчиком, смотря точно в его глаза. — Я так понимаю, вот это ты, а это — твои родители. Но что у них на головах? Это волосы такие?

— Это рога.

Репетитор в непонимании выгнула бровь. Если мальчик осознает, что его отцом является дьявол, то кем является вторая фигура? Есть ли в поместье кто-то еще, кто наставляет Люциуса? Или, возможно, у Люцифера есть пассия? Не может ведь быть так, что маленький Вагнер уже раскрыл Рину, да даже если и так, то почему он нарисовал и её? Учитывая произошедшее, всё-таки пару дней назад он попытался и от неё избавиться.

— Весьма оригинально. Ты мечтаешь о счастливой семье? — высосать из пальца подобный ответ было довольно тяжело, но прикидываться ничего не понимающей нужно было до конца. По крайней мере, пока он напрямую сам не скажет.

— Да, — вдруг улыбнулся Люциус, заставив девушку в который раз удивленно застыть. Он ткнул пальцем в маленькую фигуру на листе, а потом в оставшиеся две, — это я. А это мой отец и вы, Рина.

Демонессу словно огрели чем-то тяжелым по голове. Она поднялась на ноги.

— Ты что-то путаешь. Меня зовут Ванесса, откуда ты взял другое имя?

— Это не ваше имя. Вас зовут Рина, — антихрист указал на нее пальцем. Лист бумаги выпал с рук и, не достигнув пола, завис над ним, устремляясь обратно к Люциусу, чьи глаза вспыхнули алым цветом. Мимолетная вспышка, и рисунок обратился в пепел.

«Теле- и пирокинез? Так быстро?» — пронеслось в голове зеленоглазой. Она отошла к столу, оперлась на него и вперила потяжелевший взгляд в мальчика. Теперь не нужно играть перед ним, но вот как себя вести? Глубоко вздохнув, она слабо рассмеялась.

— И как давно ты всё понял?

— Когда не смог подчинить вашу волю, — спокойствию антихриста можно было только позавидовать. Так легко раскрывать свои способности... Кажется, Люцифер не научил его быть осторожным. Растерянность девушки быстро улеглась, когда она осознала — кем бы мальчик не был, он всё ещё остается ребенком.

— Что ж, это весьма честный ответ. Садись, — Рина махнула рукой на стул, мальчик прилежно сел и поднял голову. Она переместилась и на своё рабочее место. — Но знание моей сущности не снимает с тебя обязанность учиться.

Ребенок покорно кивнул. Тревога окончательно исчезла. Пускай он раскрыл девушку, Люциус — умный мальчик.

— Для начала, как твой репетитор, хочу дать тебе совет: не раскрывай свои способности ни перед кем. Я могла оказаться, например, шпионом, и ситуация приняла бы плачевный характер для тебя.

— Вы мне нравитесь. И я вам доверяю, так же, как и отцу, — прикрыл глаза Люциус. — Вы можете знать. Обычным людям я не расскажу.

Столь резкое изменение изумляло. Теперь он не ощущался шестилетним юнцом, наоборот. Словно ему как минимум лет пятнадцать, если не больше. Влияние Люцифера? Или же проявление способностей дало ему такой невероятный толчок к эмоциональному взрослению? Но было и кое-что иное, что удивляло не меньше — привязанность. Люциус прямо заявил, что видит в Рине семью, но как это произошло? Неужели её отношение к нему было настолько тёплым? Конечно же, она старалась играть роль некоего воспитателя, любящего своего ученика. Возможно, безразличность семьи к своему наследнику тоже сыграла свою роль — будучи ребенком, Рина не получала достаточной любви от родителей, потому сочувствовала Вагнеру-младшему и неосознанно пыталась дать то, что, по её мнению, ему не хватало. Но даже так — учитывая его природу, как его симпатия смогла появиться? Это казалось невозможным.

— Хорошо. В таком случае, продолжим наш урок.

Раскрытие ролей очень сильно повлияло на проведение занятий. Если раньше они изучали то, что обычно преподают для детей шести лет, то сейчас Люциус прямым текстом заявлял и демонстрировал, что ему это известно и понятно. В итоге теперь он с удовольствием изучал биологию, при том уровня средней школы, но вот с математикой всё шло туго. Рина в такие моменты улыбалась — не такой Вагнер и всезнающий, как могло показаться. Да и в общем-то их общение улучшилось в плане взаимодействий. Антихрист оставался спокойным, но отвечал он уже действительно как взрослый. Диссонанс от несоответствия его речи и внешнего вида едва ли исчезал, но чем больше проходило времени, тем легче становилось.

— Если ты всё знал, то зачем пытался отравить?

От столь резкого вопроса Люциус выронил ручку. Рина не хотела его стыдить, просто было интересно.

— Доверяй, но проверяй. Так, вроде, говорят обычные люди, — сконфуженно ответил мальчик, чувствуя себя неуютно под взглядом зеленых глаз, под светом закатного солнца кажущихся жёлтыми. Репетитор хмыкнула и погладила его по голове, от чего он замер.

— Верно. Молодец.

«Но было бы приятнее, не трави ты меня ничем».

Дернувшись назад, Люциус, не поднимая взгляда, извинился и, попрощавшись, быстрым шагом покинул комнату. Рина с непониманием проследила за ним, едва заметив слегка покрасневшие кончики ушей мальчика. Телефон пиликнул, призывая заглянуть в его экран: «Знатно застыдила ребенка одной фразой».

— Ну, по крайней мере я рада, что он испытывает хоть какие-то чувства. Раньше казалось, что это не ребенок, а камень.

«Кстати, твоя шея...»

Она чувствовала, как тьма поглощает её. Больше нельзя откладывать эту проблему, которая может обернуться катастрофой. Прикрыв глаза и погладив покалывающиеся от черни щеки, она сконцентрировалась, пытаясь найти поблизости человеческие нити, которые в случае чего можно сразу же отрубить. Внимание привлекли необычные полутусклые нити, невероятно тонкие, но в таком большом количестве, которого просто не бывает у людей.

Резко подорвавшись к окну, Рина стала вглядываться в сад, отчетливо понимая, что напавшее на неё существо определенно точно находится поблизости. И если убивать людей ей сейчас крайне невыгодно, то этого ублюдка, притворяющегося Джеком, вполне можно.

«Сиди тихо, я же говорил затаиться и не выкидывать ничего», — даже сквозь стекло дисплея Рина, уже собравшаяся выпрыгнуть из окна, уловила злость и предостережение Бена, отчего тут же сконфужено поставила ногу с подоконника на пол.

— Извини, не подумала. 

Но когда она резко вылетела за дверь, собираясь по-человечески спуститься вниз, призрак закатил глаза и принялся следить за ней по камерам.

«Да ты и сейчас не подумала, дура».

Благо в саду под её окнами никого не оказалось — работники разошлись, полиция уехала ещё раньше. Влажный воздух холодил затылок. Осторожно оглядываясь, Рина распустила свой пучок, позволив прядям лечь на плечи, чтобы на всякий случай прикрыть шею. Воздух сбоку зарябил, и появилась фигура Безглазого.

«Жить надоело?» — зарычал его голос в голове. В груди закололо, и сделать новый вдох стало невыносимо тяжело. Кинув на него взгляд, демонесса сморщила лоб и махнула рукой, развеивая свою галлюцинацию. Тогда фигура появилась с другой стороны. Она протянула ладонь: «Не отходи далеко».

— Почему бы тебе не поговорить со мной нормально? — прошептала Рина, до боли сжимая кулаки. — Ты ведь всего лишь еще одна душа во мне?

«Умница».

Хотелось засмеяться и заплакать одновременно, со всей силы ударяя себя по груди. Девушка сжала губы и вновь развеяла рукой своё видение. Почему же эти души принимают его облик? Почему эта душа так жестока, что заставляет вспоминать прошлое через эти картины? Почему это всё происходит именно с ней? Перед глазами всё темнело, хотелось забыться, пропасть из этого мира, но голос в голове отрезвил: «Не позволяй другим вредить себе». Ясность ума вернулась, интуиция завопила, и Рина тут же дёрнулась назад, успешно уходя из-под удара.

— Какая невероятная скорость, — раздраженно-радостно хмыкнула она, осматривая существо перед собой. Оно выглядело точно как Безглазый из Сайлент-Хилла — красные волосы, голубые глаза, обычного цвета человеческая кожа. Какая же ирония видеть Джека везде после его смерти. И всё же надежда, что это он, теплилась где-то глубоко внутри, отчего девушка не смогла не вздрогнуть, встретившись с ним взглядом.

— Почему же ты не подохла, — абсолютно идентичный Джеку голос вызвал табун мурашек. — А, Ванесса?

И всё же надежды не оправдались. Каннибал назвал бы её по настоящему имени. Существо выпрямилось, с любопытством рассматривая зеленоглазую. Всё внутри неё кричало закончить дело как можно скорее, обрубить его нити, убить, чтобы чернь остановилась. Но она всё ещё колебалась.

— Кто ты? — как ни старалась остаться спокойной Рина, голос её подставил, и вместо уверенного вопроса получилась едва слышная фраза.

— Меня больше интересует, кто же ты, — существо склонило голову вбок, рассматривая девушку снизу-вверх и делая шаг вперед. — Я определенно точно поглотил тебя.

Демонесса напряглась, стараясь не упустить момент, когда он вновь набросится. Однако, этого не произошло — существо с интересом стало обходить её по кругу, пока внезапно не подняло голову, устремив взгляд на окно, в котором мелькнул зелёный колпак, тут же растворившийся в пикселях. Паническая мысль, что Бена сейчас схватят, заставила дёрнуться вперёд и вцепиться в плечо подражателю Безглазого, пытаясь повалить его на землю. Он с усмешкой позволил это сделать, но в падении перевернул девушку под себя, тут же перехватывая запястья.

— Я вижу, тут есть одна обнажённая душа, которую ты пытаешься защитить. Интересно. Ты одна из бессмертных?

— А ты злобный дух?

— Впрочем, можешь не отвечать. Я просто закончу то, что начал, — с этими словами он приблизился к лицу Рины и коснулся её губ, отчего она забилась как птица. Внутри начало разгораться пламя, и появилось ощущение, будто сердце тянут наверх, к горлу, чтобы вытащить его прямо через рот. Сбоку материализовалась фигура Безглазого, а в голове закричал его голос: «Хватит. Хватит!»

И наконец она поняла, что происходит. Существо пыталось поглотить её душу, но вместо этого почему-то тянулась недавно рожденная душа.

Рина напрягла ноги и ударила правой по спине своего врага, заставив того от неожиданности ослабить хватку и прерваться. Тут же она дернула головой вверх, заряжая лбом по челюсти, и ловко выбралась из-под него, отползая в сторону, прикрывая глаза и в спешке пытаясь нащупать нити. Но их уже не было рядом.

— Ванесса! — раздался голос позади. Инка огляделась — ненастоящий Джек исчез, к ней быстрым шагом направлялся детектив.

— Чёрт, чёрт, чёрт, — затараторила она, понимая, что начинает терять контроль над собой, а тьма покрыла почти всё её лицо. Встав на еле слушающиеся ноги и опустив голову как можно ниже, она побрела навстречу мужчине.

— Я увидел, что вы сидите на земле. Что-то произошло? — поинтересовался МакКаффин, обеспокоенно рассматривая то Рину, то место, где она сидела. — Вам плохо?

— Моя повязка на шею выпала с окна, я пошла её искать, но немного измазалась в грязи, — прикрываясь ладонью, девушка ускорила шаг, направляясь ко входу в здание. — Подождите, я смою всё с лица в ванной.

Язык заплетался, перед глазами всё плыло, она уже чувствовала, как бес внутри неё скалится, а с его рта капает чёрная едкая слюна. Быстрая мысль прикончить детектива сменилась более рациональной, но куда более страшной для неё самой. Но чтобы её исполнить, нужно скрыться от людских глаз.

— Давайте я вам помогу, — мужчина аккуратно коснулся её предплечья, чтобы поддержать, но Рина отдернула руку.

— Не трогайте! — вскрикнула она на эмоциях, тут же осознавая это и пытаясь объяснить. — Вы испачкаетесь, так что я сама.

До своей комнаты она попросту не успела бы дойти, потому, случайно толкнув плечом проходящую мимо прислугу, забежала в первую попавшуюся ванную, оказавшуюся ванной для гостей. Прибиравшаяся внутри девушка с испугу ойкнула, и Рина в последний момент успела повернуться к ней спиной.

— Выйди отсюда! — рявкнула демонесса, и перепуганная служанка мигом вылетела наружу. Заперев дверь, девушка упала на пол, уже не чувствуя своих ног. Сейчас нельзя никого убивать. А раз дьяволу нужны души, остается только одно. От одной только мысли начинает выворачивать изнутри. Она колеблется, смотрит немигающим взглядом в пол, судорожно пытаясь придумать хоть что-нибудь. За дверью её ожидает детектив, а в отражениях плиток ликует бес, готовый вот-вот устроить здесь бойню. Если не сделает сейчас подношение, всё полетит в тартарары. Все её старания окажутся бесполезными: Джек не воскреснет.

Сняв перчатку зубами и со всей силы прикусив палец, она чертит кривую пентаграмму на кафеле, чувствуя, как глаза становятся мокрыми.

«Неужели ты поступила правильно, ну надо же», — в воспоминаниях эти слова звучат с ухмылкой, но сейчас Рина слышит их лишь с тёплой грустью. — «Продолжай жить...»

Сосредотачиваясь на второй душе, Рина дрожащей рукой касается своей груди и вырывает из неё светящийся клубочек. Слёзы не прекращают течь с её глаз, она шепчет как в полубреду «прости, прости меня». До крови кусая чернеющую губу, она сжимает ладонь и прикладывает её к кровавому узору:

— Люцифер, это моя... плата...

Угасающим сознанием она замечает, как из пентаграммы вылезает мужская крепкая рука и с особой нежностью забирает подрагивающуюся сферу.

***

Проходит всего пару минут, как чернь с неохотой заползает обратно в знак. Раздается стук в дверь, от которого Рина пробуждается, поднимая свой корпус и рассматривая руки. Кровавый узор на полу исчез. Бес затих. И вроде хочется выдохнуть, но внезапно потяжелевший груз на сердце давит так сильно, что тяжело дышать. Она подходит к зеркалу и не может поднять взгляд на отражение, лишь сильнее впиваясь пальцами в раковину.

«Ты ужасна».

«Мразь».

«Как ты смеешь так поступать».

«Ты могла найти другой способ».

Губа на мгновение кровоточит, тут же затягиваясь с легким покалыванием. Голоса звучат отовсюду, и в то же время спереди, из зеркала. Рина поднимает тяжелый взгляд, на её лице под следами слёз ходят желваки. Почерневшие глаза смотрят в своё жалкое отражение и видят запуганную девочку в ванной.

Дрожащая рука тянется вперёд, словно пытаясь утешить, но вместо этого хватает её за шею. Жалость по щелчку сменяется яростью. Непонятно, злится она на себя прошлую или всё-таки на себя нынешнюю.

— Лучше бы ты сдохла тогда! — сжимая пальцы на хрупкой девичьей шее, Рина заливается слезами, до последнего не желая отпускать своё видение. В отчаянии она тянет руки на себя, но, не выдерживая собственного голоса, просящего прощения, отстраняется.

«Помогите», — идёт голос из зеркала. Перепуганная до смерти девочка садится на пол и обхватывает себя руками, тихо плача. Рина смотрит на неё сквозь пелену слёз и опирается ладонями по бокам раковины. Она хочет извиниться, но рот не открывается, лишь мелко трясутся плечи.

— ...есса? Всё хорошо, Ванесса? — приглушенный голос детектива слышно из-за двери. Названная демонесса смотрит вбок, понимая, что её молчание может вызвать подозрения, а дальше и проблемы, потому, больше не смотря в отражение, старательно умывается и выходит наружу, провально пытаясь лепить улыбку.

— Простите, что заставила волноваться. Всё уже хорошо.

МакКаффин оглядел её и выдохнул. Но покрасневшие глаза всё равно заметил, правда списал их на то, что девушка слишком усердно оттирала лицо мылом от грязи.

— Я нашёл вашу повязку, — на протянутой мужской ладони лежала тёмная ткань с маленьким пришитым фианитом. Поблагодарив, Рина забрала её. — Пойдёмте, я провожу вас до комнаты.

Девушка молча кивнула, сил всё выдумывать и объяснять попросту не было. А еще мешал ком в горле. Но мужчина отлично понял настроение собеседницы, потому не беспокоил её больше своими вопросами. Тепло его ладони, оставшееся на повязке, почему-то согревало.

***

Зайдя в комнату и вновь поблагодарив МакКафина, девушка закрыла окна шторами и села на край кровати. Детектив, кивнув, удалился. Стоило только двери закрыться, как из тени вышел Утопленник. Если бы Рина обратила на это полноценное внимание, точно бы удивилась, ведь он не появлялся вне телефона в последние дни из-за страха. Она бы обязательно спросила, почему, но не получила бы ответа.

Эльф без слов взял стакан с водой и поднес его к губам демонессы. Она послушно выпила всё, не поднимая мутного взгляда. На языке крутилась лишь одна фраза: «Я сожалею».

— Дай сюда, — спокойно попросил Бен, указывая на ткань в руке девушки. Слегка заторможенно она передала её, не задавая ни единого вопроса. Даже когда длинные волосы перекинули на левое плечо, а на шее повязали украшение, она молчала.

Призрак прекрасно понимал её состояние. Он видел, что произошло, и где-то в глубине души сочувствовал. А еще он был благодарен. Если бы Рина не остановила то существо, оно бы точно забралось в комнату и поглотило Бена. Может быть, именно поэтому он присел на корточки перед ней и коснулся её предплечья, заглядывая в серые глаза.

— Дерьмо случается. Ты поступила правильно. Не вини себя.

Поток мыслей тут же остановился, а взгляды встретились. Рина приподняла уголки губ и шепотом поблагодарила, прикрывая заслезившиеся глаза.

— Это был пожиратель душ, — спустя минуты молчания, все-таки сказала она, — в прошлый раз он съел одну выращенную во мне душу вместо моей собственной.

«А сегодня попытался съесть еще одну, но от неё избавилась ты сама, ха-ха-ха!»

Отчаяние, переросшее в истерику, а потом и в скорбь, теперь стало полыхающим дьявольским гневом.

— Я его убью.