Нестабильность

Прошу прощения за нестабильный выход глав, ха-ха, буду исправляться после конца октября, сейчас небольшой завал по учёбе, а я хочу свою твёрдую пять получить)

А спонсор красивых рифмовых строк (абзацев) несколько песен из моего плейлиста, а именно: Reincarnation [Onsa Media], Dakini [FATALITY],  Home [Daniela]. На деле же, я просто использую чужие рифмы, вдохновляясь ими и начинаю корректировать их под себя и для себя. Иногда бывает такое, что мне очень тяжело что-то придумать и песни всегда приходят на помощь. К примеру, в этой главе мне  очень тяжело было написать предпоследние страницы, они тянулись якобы бесконечность, но последняя... Я написала её меньше чем за десять минут))

Всем приятного прочтения ♥

???

Молодой парень с равнодушным видом стоял у стены. Глаза его были прикрыты и сам он был эталоном красоты чуть ли не навеки застывший в вечности. Его белые короткие, пусть и чуть-чуть растрепанные волосы были взъерошены его же руками. Золотые глаза были закрыты и лишь длинные, светлые реснички обрамляли их. Сам юноша, держась за голову, замер, еле дыша, подавая признаки жизни набирая в грудь воздух... Впрочем, на самом деле, его спокойное, уравновешенное состояние – просто наваждение для всех тех, кто не знал что творится у него в голове. И уже через пару мгновений, его кулак с размаху летит в стену с громким вскриком.

– Чёрт!

Он снова и снова ударяет по поверхности, после чего оседает на пол держась за пульсирующую от боли руку... Эта боль, как яд разливалась по его телу, окутывая весь его организм страхом, что пробирался всюду, заглядывая в каждый потаенный участок, что этот парень пытался сокрыть и утаить. Наверное, каждый, кто не знал этого человека, решил, что он был странным, слишком его поведение выделялись из повседневной рутины и, возможно, столь любопытные люди хотели бы понять смысл его противоборства с самим собой, с чужой или даже его судьбой...

В сроках песни есть ответ, но поймёте ли Вы их секрет? Я начну говорить о этом парне, обобщая всё, не забывая о стране, главное, суть не опустить и смысл в руки захватить.

«Слёзы не помогут его несчастью, в боли он утопает, сжимая запястье. Тучи закрыли небосвод для него, забыл о Солнце он уже давно. Остался лишь противный звон в его голове, что перекрыл даже ложь о его хвастовстве. Теперь в хаосе сюжетом ему ключевую роль сыграть доведётся, смерти касание почувствовать придётся. Против воли и желания он делает вид, что якобы спокоен, мол, он на многое способен... А внутри воспоминания храня, он боится правды, как огня... Но даже зная, что мир вокруг прогнил, на ливень смотря, ему просто не хватает сил. И весь этот греховный мирок уверенно тянется вниз, забирая у многих людей их жизнь...

Участники игры уже почти до финиша дошли, так разве не стоит их поторопить и акт скорее завершить? Их дух мятежный, что ждет перемен, заставил их отречься от идеалов, привычных нам всем. В этой вселенной давно нет места чудесам, мечты показывает свисающий со стены экран. Это тот исход, который все желали, крича что-то о том, что их принижали? Не уж это эти люди Богом игры стать хотели настолько, что даже не осознают, что их старанье лишь хаоса долька?

С кем-то вдвоём стоим мы в забытое мирке, последнее яблоко сжимая в руке, и кажется оно таким смелым на вид, бесподобным ароматом манит, но на деле оно давно прогнило, изнутри всё сгнило. И теперь алый вкусный плод превратился в смерти оплот.

Пока чей-то фаворит барахтался в тени, ненавистник всех выходит из тьмы, и шансом последним выжить на той грязной земле распоряжаться может лишь кукловод, сжимая туз в рукаве. В этом мире, где давно нет места чудесам, предстоит познать всю грязь вселенной через чёртов экран внемлющим голосам, мольбам и разбитым сердцам...»

Не сдерживая своей силы, молодой парень вновь поднялся и ударил ничего не сделавшую ему стену. А заметив приближающуюся к нему фигуру, он выругался, в слепом негодовании глянув на блондинку, что тащила в руках аптечку, ругаясь в несколько раз хуже, и сильнее, чем он сам. Его ярость больше не дремала внутри, она была выпущена наружу, и появление столь надоедливой особы совершенно не входило в планы этого молодого юноши. Она остановилась перед ним, чуть наклонившись и поставив руки в боки, нахмурившись, начала небольшую тираду.

– Перестань крушить здесь всё, это ничем нам, блядь, не поможет, пойми это. И вообще, дай мне свою руку!

С тяжким вздохом, ни говоря ни слова, альбинос с золотыми глазами сел на дорогой, вычурный диван думая о том, что не один он чувствует себя худо. Упрекнув самого себя за чертов эгоизм, он цыкнул, больно сжимая и оттягивая волосы. Впрочем, одна прелестная особа перед носом парня не давала ему нанести себе увечья. Голубоглазая дива перехватила его руку, и заставила парнишку опустить его собственные власы. Осознав, что он неосознанно вновь хотел причинить себе боль, он придрался к самому себе ещё сильнее.

Через несколько минут тишины, отягощающей сердца каждого из этих двоих, перевязка была завершена, и беловолосый, с горечью посмотрев на свою руку, начал излагать поток собственных мыслей, не в силах больше терпеть всё то, что скопилось у него внутри. Уже какие сутки его тревожат эти мысли, домыслы? Минуло уж и лето, да и осень завершилась, а дома... Пусто... Нет тех, кто раньше заставлял его улыбаться, глупо выражаться, подшучивал грубо и веселился «круто». Закусив губу, он сделал тяжкий вздох, решив быть более жестоким к тем, кто заслужил это.

– Мы должны убить этих людей, те дети-

Слова юноши были тотчас продолжены женщиной, что зашла в гостиную, услышав последние слова высокого, красивого мальчишки.

– Жертвы обстоятельств и промывки мозгов, никак иначе...

На неё тут же бросили взгляды два подростка, сиюсекундно умолкая. Эта статная дама выглядела весьма молодо, возможно, увидев её, вы бы дали ей тридцать с хвостиком, вот только ей уже за сорок и она является матерью троих детей, одним из которых был и этот самый парень, с перемотанной рукой. О их родстве свидетельствовали не только черты лица, но и белые волосы. Да, эта женщина тоже была альбиноской, а глаза её были холодны и серы, как льдинки. Сама она по характеру спокойна и рассудительна, улыбка всегда озаряет её лицо, однако несмотря на горечь в её глазах, она всё ещё сохраняет доброжелательный внешний вид, вызывая у других восхищение такой выдержкой. Хлопнув в ладоши, она снимает защитный механизм, маску, выдохнув всё то, что тревожило её. Успокоившись, она прокашлялась, подошла чуть ближе и с решительностью глядя в глаза «детей» перед ней, начала говорить.

– Послушайте, мы справимся с этим, у нас есть план, не ломайте друг другу головы и послушайте меня. Всё в наших руках, мы всё ещё можем кое-что сделать, мы не должны сдаваться.

Подростки переглядываются понимая, что эта дама имеет в виду. Эта женщина не любила выражаться загадками, отнюдь, она ненавидела это, впрочем, женская «скользкая натура» требовала это. Да и когда ты знаешь, что ты – цель, что находится под прицелом, стоит держать даже собственные мысли в узде. Всё-таки, как бы все они не хотели признавать горькую правду, пора бы уже принять этот факт. Они все провалилась, подставили самих себя и теперь... У них нет выбора кроме как стать теми, кем быть они вовсе не хотели.

Блондинка, сидящая перед парнем, прикусила щеку, сдерживая поток своих красноречивых и матершинных выражений. Она могла позволить себе грубить кому угодно, вот только она тщательно сдерживала своё высокомерное поведение перед эталоном идеальной, успешной и манерной женщиной. Уважение и честь, имелось даже у такого, казалось бы, беспринципиального, безнравственного человека. Хотя, на самом деле, эта светловолосая дева проявляла и прятала заботу за своим не особо приятным характером. Об этой странной и неуместной, казалось бы, особенности знали все, поэтому просто привыкнув к данному проявлению лицемерия, все перестали обращать внимание на речь девчонки, заглядывая в корень, ища смысл даже там, где его и в помине не должно было быть. Не выдержав воцарившегося молчания, молодой парень повернулся лицом к своей матери, начиная диалог, тут же получая молниеносный ответ.

– Мы... Участники твоих замыслов?

– Ну конечно же, а кто кроме вас вечно что-то рассказывал мне о том, что он хочет быть шпионом?

Юноша усмехнулся, а насупившаяся голубоглазая рядом с ним, легонько ударила его кулаком в плечо, ругая несносного мальчишку за недостаток вежливости, заставляя всех улыбнуться от этой весьма забавной ситуации. Да, всем было тяжело в непростом, сложившемся положении. Угроза повисла не только над этой семьей, а перед целым миром. Люди, для тех, кто управляет из-за кулис – безвольные куклы что будут делать всё, стоит им только приказать.

Разве это не опасно для общества? Кончено же это опасно! Людское стадо готово запятнать любого, стоит только найти отличающую черту и осталось загнобить. Не важно, сколько лет человеку, кто он и как жил, никто под прессом социума долго не живёт. И опасаясь этого переворота не только в стране, но и на всей Земле, данная семья должна была давно переехать в более защищенное место, где они бы позволили себе хорошую охрану и могли жить припеваючи. Вот только, эти люди – безумцы. Те актеры, что выполняют все трюки на съёмочной площадке самостоятельно всегда приносят известность фильму, не так ли? Думаю, этот случай – не исключение...

– Но разве наши навыки не скомканы? Разве мы сможем сделать хоть что-либо?

Голубоглазая блондинка внимательным взглядом проследила за альбиноской в прекрасном красно-черном полосатом костюме. Коротко постриженная дама улыбнулась, грусть отразилась в её глазах... Будто бы прячась в оборонительной позиции, статная дама, будучи самой собой, скрещивает руки под грудью, защищая себя от чего-либо. На самом деле, единственное, чего боялась эта миледи было осуждением от дорогих ей людей. Конечно же она страшилась и мысли о том, что её неправильно поймут, а если и познают суть, кто знает, может даже собственные дети этой симпатичной женщины, отвернуться от неё в столь непростой ситуации? С тяжким вздохом полным сожаления и горечи, они смотрит на ребят чуть ли не со слезами на глазах.

– Твоя правда, однако ответь, дорогая, что будет если тебе «даруют» талант?

Последние слова были выражены полным отвращением, будто бы выплюнув их, сероглазая сотню раз пожалела о сказанных ею речах, а от её «дети»... Они поняли суть слов своей матери. Блондинка кивнула, понимая о чём идёт речь, а замечая как её товарищ уставился в пол, девчонка тут же хватает его за плечо, разворачивает к себе и не спрашивая разрешения, она пододвигается ближе, обвивая его тело руками, даря утекающие объятия. И пусть парень ничего ей не сказал, он был очень благодарен за жест столь бурного внимания и сопереживания со стороны цундэрэ.

Мальчишка бросил взгляд на свою мать, безмолвно с ней соглашаясь кивком, а ловля её сожалеющий взгляд он мягко улыбнулся, пытаясь прекратить мучения родного для него человека, и несмотря на то что никаких изменений в её взоре он не увидел, этот паренёк был уверен, его слова достигли сердца этой женщины. Не в силах больше сдерживать свой интерес, он решается задать свой вопрос.

– Значит, ты отправляешь нас на эфир? – Альбинос ухмыльнулся, замечая отягощенный взгляд в его сторону, никто не хотел бы терять своих детей, это огромный риск, и он понимает это, но он был довольно легкомысленным, стоило только ему захотеть этого, и он становился абсолютно беззаботным. – Это безумие! Впрочем, я в деле.

Голубоглазая, с невероятным противоречием внутри, отодвинулась, и с пониманием глянула на парня, а после вернула свой взор к даме, осознавая, что только её решения всё ждут, будто бы она судья что оглашает приговор. Она недовольно хмыкнула, а после, на выдохе, решительно произнесла:

– Своих в беде не бросаю, я тоже с вами!

Шуичи Саихара

Я чувствую себя ужасно, мало того, что нас позвал Монокума и мы все идем в спортзал, так ещё и Т/И просто не подошла ко мне, оставаясь в компании ненавистного мне Амами! Ома... Конечно, я говорил, что я не ревную её к нему, однако так тепло и нежно моя девушка смотрит только на этого верховного лидера! Что это за несуразица? Не верю... Почему она так со мной поступает? Разве я ей не дорог? Разве я не достоин её взгляда? Чушь! Эта чертовка выводит меня из себя... Даже когда я подошел и попытался влиться в разговор, поговорить с ней, она просто проигнорировала меня, смеясь с очередной шутки Кокичи! А Кибо? Как же странно он себя ведёт, что вообще происходит в этой глупой Академии?

– Саихара-кун?

– Да!?

Услышав весьма теплый и довольно добрый голос, я, в своём слепом негодовании, как безумный, повысил голос на Кируми, что просто хотела мне помочь. Понимая, что я бездумно заставил свой глас взлететь ввысь из-за внезапной ярости, я тут же почувствовал себя неудобно перед песочноволосой, ведь я накинулся на неё, а не поблагодарил за это радушие и волнение, которым она пыталась меня окружить. Осознав, что я наделал, я тут же ойкнул и склонился перед девушкой в уважительном поклоне, практически на девяносто градусов, извиняясь за собственную грубость.

– Тоджо-сан, прошу, прости меня! Я не должен был так возмущаться, ведь ты хотела мне помочь!

– Саихара-кун, это излишне. Давай, поднимайся.

Её ладони уперлись в мои плечи, и она попросила меня выпрямить спину, а также, последовать с ней до места нашего всеобщего сбора. К сожалению, как бы я не хотел, мне нужно было пойти туда, так что я, не думая ни о чём лишнем, отправился с абсолютной в спортзал, надеясь на то, что я смогу после действий Монокумы поговорить с Т/И-тян. По дороге горничная задавала мне много вопросов, это было одновременно лишним, и в тоже время, я был благодарен ей за эту обеспокоенность моим состоянием.

Совсем скоро мы оказались на месте проведения «церемонии» и дабы это местечко не было столь устрашающим для нас всех, ребята решили поговорить, друг с другом пытаясь избавиться от окружающего всех нас дискомфорта, трепетавшего внутри нас вместе со страхом...

Я вновь бросил взгляд на Т/И и она, поймав его, слабо улыбнулась и попрощавшись с остальными, наконец-то, решила подойти ко мне, вот только напрыгнувший на неё Ома не даёт ей сделать и шагу. Он прижимает её к себе, что-то шепчет, касается её, вжимая в себя её хрупкое тело... И как я могу не ревновать её к нему? Этот лжец постоянно рядом с ней. Они вместе играют в игры, часто обнимаются, стреляют в друг друга глазами, шутят друг над другом... Как это действует мне на нервы, я полон возмущения...

Вчера... Моя дорогая Т/И любезно ухаживала за мной, сказала, что я потерял сознание от того, что переволновался... Она даже соизволила поговорить со мной на ту тему, которую не хотели освящать... Да, верно, я не услышал многого на вопрос: «Почему Каэде убежала от меня в слезах?», но эти её слова...

«Шуичи, когда ты только попадаешь в это место, оно меняет людей. Чаще в лучшую сторону, впрочем, никто не без греха... Акамацу вспомнила что-то, я не могу знать, что именно, однако по всей видимости она не может принять за правду своё видение. Ты ведь тоже что-то увидел, да? Хочешь поговорить со мной?».

Т/И была очень заботливой, любезно выслушав меня, она аккуратно сцеловывала мои маленькие слезинки, утешающе обнимала, даря своё тепло, извиняясь за угрюмость, вот только этого было недостаточно для меня... Эта недосказанность между нами рушит наши отношения... Я хочу знать всё, что касается её! Может мне проследить за ней? Возможно, мне стоит быть ещё настойчивее или просто поставить невероятную перед фактом? Я просто хочу-

– Шуичи, что-то случилось?

– ААа! Г-Господи... Т-Т/И-тян, ты напугала меня...

Боже! Как внезапно её лик появился передо мной... И я бесстыдно посмотрел на вырез её груди, ибо футболка позволяла мне разглядеть достаточно много из-за V-образного выреза. С одной стороны, я ничего не мог ей об этом сказать, вот только, Амами... Рантаро выше меня и непременно всё это видел. А Кибо, что был с ней рядом? А Ома, что прижимался к её телу..? То, как тепло моя невероятная прижимала Кокичи к своей груди...

Мне не хотелось об этом думать, вот только, почему же моя любимая так благосклонна к тем двум? Почему она так легко забывает обо мне? Безрассудной ненависти полна моя душа... От чего моя девушка сегодня ушла от меня? Как оказалась в той яме? Чем они там с этим проклятым роботом занимались? Гнев переполняет меня, он разноситься по венам, им полна моя душа...

– Шуичи?

Тц... Такие мысли мои грешны, потоком они обременены, заставляя меня думать, что мы обречены, и всё же, я веду эти размышления по кругу повторяя их вновь и вновь, жадно цепляясь за её любовь... Никому неведом замысел её, быть может все её слова – враньё? Если бы ты, Т/И, просто приняла мою ладонь, то финал счастливый твой! Я чувствую, что я силён и я готов их заклеймить, воли моей хватит чтоб убийство совершить... Сейчас я ощущаю себя так, словно я – сама судьба, и желаю я разбить проклятьем всех, кто рискнёт притронуться к ней для собственных потех. Уверяю, я просунусь через их души доспех, убивая их, пускай это и грех. Своим врагам удары нанося, я очерню их навсегда, ведь моя Т/И не достойна этих злых и отвратительных людей, что идут хвостиком за ней. Я прикован к своей любви цепью неразлучной нити, что тянется от её мизинца к моему, сплетая судьбы, души, суть в одну...

Её ладонь коснулась моего плеча, отвлекая меня от всех этих жестоких мыслей. И я будто бы только смог возобновить своё сознание. От чего я столь застопорился? Мои мысли такие странные... Что на меня нашло? От чего я размышлял о столь неприятных вещах? Ответа на данный вопрос я не знал, поэтому, я извинился перед ней и радушно заключил особу перед собой в свои объятия, я безмолвно просил прощение за проявление ревности о котором она даже не подозревала, наверное, её неведенье делало только лучше.

Девушка спросила меня о моём самочувствии, вот только я не знал, как себя ощущать. Мне казалось, что нечто странное творилось со мной, какие-то перемены внутри меня непременно существовали и... Он пугали меня, истязали, заставляли меня всё больше страдать... Теплая ладонь девы грела мою своим присутствием, однако на сердце всё же было не спокойно, как только появился Монокума, я сразу понял почему... Его слова, были поразительны не только для меня, но и для всех нас. Всего несколько слов, всего пара предложений и...

– Я рад что вы здесь все собрались! Я устал ждать от вас каких-либо действий, поэтому, я решил, что пора бы вам всем узнать очень печальную правду. – Медведь растянул свои «губы» в отвратительной усмешке и обвёл каждого из нас взглядом. – Предатель среди вас семнадцати всё же есть и, этот предатель...

Мишка специально сделал ещё одну небольшую паузу, кто-то что-то вскрикнул о том, что слова кукловода – провокация. Я был согласен с этим заявлением, всё-таки он придумывал мотивы дабы заставить нас напрячь нервы до предела и сбежать, впрочем... От его слов моё сердце быстро и громко забилось в груди, оно всё вторило мне: «Кто это? Кто этот человек?», вот только, почувствовав, как крепко Т/И сжала мою ладонь, я опешил.

Нет, моя невероятная не могла бы быть за одно с той странной организацией ополчившейся против абсолютных, нет, я уверен в этом! И прежде, чем я успел хоть как-то её подбодрить, сказать хоть что-нибудь, как послышался злорадный продолжительный смех, что пробрал меня до костей. Это был даже не смех, это был звук, что резал мои уши, мешал думать, спутывал мысли и не давал мне вздохнуть, такой неприятный шум, как разрезание металла циркулярной пилой, так скрипуче, некрасиво и ужасно это звучание отдавало в ушах...

– Упупупупу! Вы уже догадались? Конечно же, да, только признать это тяжело, но не волнуйтесь, специально для вас я скажу это в слух! Этот предатель – Т/И-тян!

Все тут же замолкли, затихли, казалось, каждый шорох, который можно было уловить в этой тишине был иллюзией, мы уставились на девушку, чью теплую, маленькую ладонь я сжимал. С тяжёлым сердцем я отпустил её руку и сделал шаг назад, обращаясь к ней, совершенно не думая, вопрошая: «Это правда, что ты не владеешь каким-то талантом?», казалось эти мои слова, поспешные выводы и даже то, что я отстранился, должно было ранить девушку в самое сердце, однако она тяжко вздохнула, мягко улыбнулась и промолчала. Осмотрев каждого из нас, надолго задержавшись взором на Акамацу, Оме и Амами, дева вернула своё внимание ко мне, отвечая на поставленный вопрос, постоянно осматривая всё вокруг и отвлекаясь.

– Никто из вас никогда не являлся абсолютным. Верить сфабрикованным воспоминаниям неразумно, впрочем, наверняка мои слова ранят вас в самое сердце, ведь вы все опасаетесь того, что вы вспомните и вспоминаете. Я понимаю это и этот страх... Он оправдан. – Она, отвернувшись от меня, глянула на фиолетоволосого с добросердечной улыбкой. – Кичи, выберись отсюда, ладно?

А после её взгляд тут же вернулся ко мне. По инерции, я сделал шаг ей на встречу. Даже если эти слова заставили сломить меня, я должен узнать больше, понять её, вразумить её... Остановив меня вытянутой рукой, что уткнулась мне в грудь, я тихо позвал её по имени, надеясь произвести хоть какой-нибудь эффект, осознать произошедшее... Вот только ни одно из моих деяний не возымело эффект.

– Шуичи, следуй моим советам и, не взирая на прошлое, живи настоящем, прошу тебя... Я... Действительно полюбила тебя и я не хочу чтобы с тобой что-то случилось... – Она попыталась уйти, но маленький Кокичи подскочил к моей девушке, обнимая её за талию, притягивая к своему тельцу, отчаянно стараясь переубедить деву, однако она, будучи непреклонной, отодвинула его челку, поцеловав в лоб, вновь обратилась ко всем. – Пожалуйста, позаботитесь друг о друге и не позволяйте влиянию кого-либо перестать вас думать о чем-либо, кроме того, как уйти отсюда всем вместе. Не накручивате себя и доверяйте друг другу, а я... Я буду поодаль от вас, ведь если я продолжу находиться в коллективе, то это может привести к конфликту.

Она попыталась отступить, уйти, вот только маленький бессовестный лидер всё ещё держал её в своих объятьях. Я тоже хотел подойти к ней, приобнять, утешить, вот только что-то внутри меня бушевало страшнее шторма на корабле покачивая меня из одной крайности в другую. Я бился то о левый, то о правый борт шатаясь, покачиваясь по хаотичным волнам, следуя за упёртой стихией, что в море меня желала утащить, своими «цепями» на веки заклеймить. В тот момент я хотел схватиться за какую-либо мачту, покрепче за неё руками ухватиться, дабы в воде не пришлось мне томиться.

Желал я в тот миг всего и сразу. Мне хотелось откинуть ладони Омы от моей возлюбленной и в тот же миг... Я хотел схватить и оттащить самого Кокичи, притягивая его к себе таким образом, чтобы он держался подальше от этой девушки. И всё бы ничего, вот только второе действие, эти мысли... Были странными. Почему я ревновал ни Т/И к лжецу, а самого лжеца к деве? Это... Так странно... От чего столь внезапные и удивительные, для самого меня, мысли посетили мою светлую голову? Мои руки... Вновь посинели, как у мертвеца... То ужасное воспоминание, её слова «прощания»... Прежде, чем я успел хоть что-то понять, в своих мыслях разобрать, я услышал протест верховного лидера, что всеми силами цеплялся за края её «свитера».

– Нет, Т/И-чан ты не права, мы все можем подглядывать за тобой, тебе не нужно где-то прятаться или скрываться!

Все остальные подошли к нам поближе образовывая круг, Акамацу кидала на меня странные, пугливые взоры, вот только я просто не замечал этого, сосредоточившись на этих двоих. Ревность поглощала меня с головой и я, всё ещё метаюсь туда-сюда пытаясь понять, что сказать, что сделать, в какую сторону бежать... Сложно даже вздох сделать, всё моё нутро содрогается от противоречий внутри меня. Кого от кого отстранить? Мне же ближе всего Т/И... Или Ома? Может, мне вообще никто не нужен? Всё внутри меня хочет кричать... Всё быстрей, быстрей и быстрей стучит моё сердце и сходит с ума! Где остатки разума? В голове лишь белый шум, что поглотил мой здравый ум...

– Согласен, Т/И, твой поступок слишком импульсивен мы должны обсудить это и-

И я, не думая о последствиях, даже не обдумав предложение, что я захотел озвучить, я просто сказал то, что посчитал нужным. Я не жалел об этом.

– И что изменится, Амами?

Все уставились на меня... И что? Какое мне дело до остальных? В этом месте я могу доверять только одному человеку – самому себе... Нет, здесь никому не стоит верить. Даже моя собственная тень может предать меня, как моя девушка предала меня только что. Эти взгляды скользили по моему лицу, одежде, проникли внутрь, заставляя меня испытывать неприязнь и отвратительный зуд под покровом кожи, а проникая под кожный покров они разъедали плоть, сливались воедино с моей кровью, притворяясь частью её состава. Они все жаждут добраться до моего сердца, сокрушить, убить, предать, чтобы из этой грязной тюрьмы удрать... Твари! Я ненавижу их, они все... Все они хотят добраться до цветка и сорвать его бутон навсегда...

Голос Амами был спокойным и рассудительным, вот только нотки его негодования заставляли меня лишь усмехаться про себя, сохраняя безэмоциональное выражение лица.

– Саихара-кун? Что ты такое говоришь?

Сознание вновь вернулась ко мне. А он прав... Действительно, а что я такое говорил? Почему я ничего не обдумал? Почему просто начал говорить? От чего... А от чего я вообще задаюсь подобными вопросами? Это не имеет значения, ведь я-то знаю, что я прав! Эта сучка не заслуживает жизни за то, что она совершила! Я не прощу её... В глазах слегка потемнело вновь, ах, как же болит моя голова, глупая мигрень... Что вообще происходит? Я... Не могу контролировать собственные мысли? Почему я такой импульсивный..? В ушах зазвенело...

Эта тварь... Да как она смеет трогать его хрупкие плечи, наслаждаться ЕГО присутствием!? Мой прелестный Кокичи был прерван её спокойным, отвратительным до дрожи, голосом просящим дать мне договорить, ха, думает, я не обыграю её? Наивная... Играть роль, быть невинным слабаком? Достаточно. Этот момент пьесы я уже прошёл, пришло время сбить с неё излишнюю спесь, как детектив, с моим мнением и суждением не стоит пренебрегать.

– Если она уйдёт у нас не будет повода вставать «за» или «против», а если мы будем рядом с ней постоянно, то можем оказаться в зоне риска. Нам стоит быть осторожней и опасаться столь подозрительных личностей дабы избежать повторения такого предательства.

Глаза всех присутствующих так и въедались в моё лицо, желая кричать на меня за столь прямые, правдивые слова. Но я... Я больше не собираюсь ждать, чего-то от этих людишек ожидать. Они хотят когти вонзить в желаемую плоть, и чтобы я не сказал, ничто не сможет мне помочь, коль кости они уже решили в пыль перемолоть. Я вижу, как Т/И губы свои облизнула, я теперь точно уверен, она безумна. Я убеждён, скоро она решит немного пошалить, свято веря, что алая, бурлящая кровь силой её наделит. Эта девушка – грудь разорвет слабым слабакам, купаюсь в крови радуясь таким пирам. Кровожадности её нет предела, она убийца, не имеющая удела!

Перед глазами появилась пелена, и я, будто бы пришёл в себя... Все, всё ещё смотрели на меня, а я... Я только осознал, что думал о жестокостях, что все мои мысли были о такой убогости... Тошнота появилась внезапно, несмотря на то, что мне и так было гадко, от самого себя, от мыслей таких, но самое страшное – от столь плохих... Почему я думаю о таком? Я что, какой-то псих, мне нужно в дурдом? Ох... Похоже, не один я размышлял о том, что я как-то странно себя повёл, поскольку Ома оторвавшись от девы, встретился со мной взглядом полным гнева.

– Саихара-чан, как ты можешь говорить подобное, Т/И-чан ведь...

Она тут же обратила на себя внимание тихим кашлем. Снова мягко улыбнувшись, будто бы всё было хорошо, словно я ничего не говорил, да и не было никаких слов о её предательстве, музыкальным гласом она убаюкивала остальных, внушая доверие и поддельное чувство уверенности.

– Всё будет хорошо, не стоит беспокоиться об этом. Спасибо вам всем за заботу и беспокойство обо мне, но ребят, уж лучше потратьте время на что-либо более важное. Я была рада являться частью вашего единого коллектива, а теперь, я буду поодаль, чтобы не мешать вам.

Закончив свою речь, никто не стал пытаться её больше остановить, все знали, что в какой-то степени этот выбор тоже был правильным, вот только... Когда она подошла ко мне, легко коснувшись моих губ горьким поцелуем, даже не получив ответа, тут же отстранившись и уйдя из спортзала, слеза скатилась по моей щеке... Как я мог так поступить с ней, как я мог сказать столь отвратительные слова ей? Разве Т/И не поддерживала меня? Не помогала мне? Не любила меня? Зачем я так...

Момота подойдя ко мне, схватил меня за воротник, приподнимая слегка. Он ругал меня за быстротечные выводы, что-то говоря о том, что мы не должны переставать верить в наших товарищей, вот только... Она бы всё равно ушла... Это был её характер, а я... Я сказал столько всего... Не выдержав того, что произошло я уселся возле её любимого дерева. Я не искал её, а если бы и искал, то повстречав, чтобы ей сказал? Ничего... Мне просто очень стыдно перед ней...

Т/И – предатель... А в чём вообще заключается её предательство? Что она сделала такого? В чём был её грех? Она не была одной из нас, невероятных, а значит являлась частью «Абсолютной охоты» что гналась за нами, желая нас убить, уничтожить... Монокума сказал, что у человека, который нас предал был дневник с заметками о каждом из нас... Был ли такой дневник у неё? А если он существует, то, где он? Наверное, на самом видном месте, в её комнате... Интересно, а что там написано обо мне? О Кокичи? Я не знаю, от чего мне так любопытно и хочется знать о том, что происходит с лжецом и моей девушкой... Я привык к этим двоим, даже если я почему-то ревную их друг к другу...

Мысли о Т/И-тян преследовали меня. Я чувствовал вину после того, что я сказал и сделал... Мне стоило остановится, молчать, вверх поднять белый флаг... Эта девушка – мой маленький мир... А если с ней что-то случится? Сколько же боли я испытал, пока её не повстречал... Мои родители оставили меня, у дяди и тёти своя семья, а мои одноклассники... Я никто для них, единственные важные мне люди – это все те, кто заперт тут... Они поддерживали меня, благодаря им я смог жить, поверить в себя, свой талант... Да, слова Т/И о лжи многое объясняют, вот только... Я чувствую себя ужасно не от этих речей, а о одной мысли о ней...

Почему мне снятся по ночам кошмары, как потерял я всё и не уберег? Я далеко, моя жизнь словно кино. Так скажи мне, Т/И, почему наш мир настолько жесток? После всех ненужных, выслушанных мнений, после всех принятых мною решений, я не хочу признавать твою правду, боясь этих слов как преграду? Теперь, я испытал всю боль. Мои чувства на ноль. Я улыбаюсь другим будто всё нормально, однако так я выгляжу лишь визуально. Если у каждого из нас судьба такая, так пусть последний день для каждого будет раем. На препятствия мне всё равно, лишь бы с нами всеми всё было хорошо. Я... Я должен перестать ныть и подняться со дна, дабы посмотреть врагам прямо в глаза. А в итоге, я руки опустил, и теперь, я остался один...

Услышав посторонний шум, не вяжущийся с местом, где я находился, я тут же обернулся, сразу же находя источник «шума». Коль я его заметил, я тут же поспешил сообщить ему об этом.

– Кибо-кун, здравствуй, ты что-то хотел?

Возможно, в моих словах была нотка издёвки или нежелания говорить, поскольку все мои размышления сосредоточены на том, что я сказал, да и о этой неизвестной абсолютной, но... Но на этом жизнь не заканчивается! Наверное, мне стоило бы и впрямь отвлечься... Интересно, а где она сейчас? Чем занимается? Ох... Я и впрямь не могу о ней не думать... Её нежные ладони, что касаются моих щёк, её томные, сладкие поцелуи... Робот отвлёк меня своим кашлем. Кончено же я видел его взгляд исподтишка, хотя я, почему-то надеялся, что он уйдёт от меня... Не знаю... Я даже сам без понятия, чего я хочу... Ах, ладно, эта пародия на кашель очень раздражает, мне действительно стоит обратить внимание на столь навязчивого робота.

– Как тебе не стыдно, Саихара-кун? Т/И-тян... Она не заслуживает твоей жестокости. Вы так близки, почему ты сказал ей уйти? Почему не поддержал мнение остальных, а выставил её прочь, будто бы никто из нас не в силах ей помочь?

– Я... Я и сам не знаю...

Не особо задумываясь над сказанным, я просто сказал правду. И если честно, я должен признать... Эти упрёки... Раздражали меня. Потому что я не мог разобраться в себе, понять собственные чувства, ощущения... Такое уже случалось и не раз... Например, когда Акамацу извинилась, а потом испугалась меня. Я тоже не знал, что сделать, как поступить. Конечно же было и ещё кое-что, что заставляло меня пребывать в столь недовольном состоянии. Это Ома-кун и Кибо-кун. Ну, сюда можно было бы приписать и Амами-куна, вот только он, пусть и защищал Т/И, не дотрагивался до её тела, покрытого моими метками, а этот лидер и робот позволили себе слишком многое! Хотел бы я так сказать, но смелости на столь громкие слова мне не отыскать... Услышав голос парня возле меня, я снова поднял голову, на него глядя.

– Так почему ты ещё здесь, Саихара-кун? Раз ты поступил неправильно и понимаешь это, найди её, поговори с ней!

Сглотнув вязкую слюну, я через силу улыбку натяну. Издав вздох полный негодования, я сделал лицо полное понимания. Не уж то он и впрямь не понимает, насколько слепо рассуждает? Даже если я её найду, то, что в ответ я ей скажу? Пребывая в тишине, я словно утопал во мгле. Немота въедалась в меня, в моё тело входя. Это чувство лишало покоя, и я не мог даже создать правила боя, уж молчу о том, что надо Кибо взглядом удостоить, на свою позицию настроить. Надо бы в этой тиши, убрать с его глаз муляжи...

– Послушай, Кибо, я благодарен тебе за совет, но думаю, что поступлю по-своему.

– Саихара... – Прежде чем он продолжил свой монолог, я прошептал: «нет», покачав головой, и, вставая со своего места, я решил отойти от робота, всем своим видом показывая, что диалог завершён. В ответ он лишь бросил мне: – Я в тебе разочарован, Саихара-кун...

Я деликатно промолчал, и, накручивая себя отправился дальше... Я... Сожалел, прокручивая в голове то, что происходит. Не в силах сделать хоть что-то я заперся в своей комнате решив поразмышлять. Мне нужно было подумать о Т/И, о наших отношениях, о словах Монокумы и совсем скоро я просто... Потерял счёт времени...

Я метался по простыни, отчаянно желая задремать, думать перестать, вот только образы жестокости, воспоминания, и разные колкости возникали перед глазами, размышлять мешая. Если ад и вправду есть, то он находится прямо здесь... Люди в этом месте от сомнения гниют, совсем скоро все тут умрут... Им монстры плоть разорвут, воедино конечности сошьют, будут вновь и вновь уничтожать, чтобы после всё разом сожрать... И один из этих чудищ – я, что не знает слова «семья». Обнажив тонкую, блестящую кожу, я душу вашу изничтожу. Зубами хватаясь в желанную плоть, я вас сам заставлю живот от боли вспороть. Я не внемлю тихим, сдавленным словам, нежное мясо глотаю, вас поделив на пополам...

Я резко встал, услышав стук какой же ужасный в ушах гул... Всё-таки это был кошмар из-за того, что я на закате задремал. Мигрень стала лишь сильнее и, к сожалению, острее... На слабых ногах я к зеркалу подобрался, и еле на них остался, смотря на то, что меня закутало в «пальто»... Позади меня был лишь мрак, что за шею мою ухватился кое-как... И наблюдал я в отражении вовсе не привычного себя, а чудовище, что поглощало меня... Получается, Каэде испугалась не моего взора, а стоящего позади... Кукловода..? Т/И... Она нужна мне сейчас, чтобы я смог узнать правду в сей же час. Она поймёт меня, утешит, приласкает и потешит, от мира этого грозного заберёт и в объятьях со мной проведёт все ночи напролёт...

Настойчивый крик со стуком снова повторился, и я, с ужасом, на ватных ногах открыл дверь, и так зная, кто там... Вот только разум мой мутнел всё больше, волю кто-то отобрать у меня желал, изнутри мою суть «он» поглощал. Кайто что-то громко кричал, пока я монстру внутри себя внимал... Если Т/И видела его? Если это «он» грубил ей и заставлял мои мысли идти не в том направлении? Это не что-то, что нашло на меня, это что-то, что сидит внутри меня..? Нет, предполагать нечто подобное глупо, однако, а как иначе объяснить и боль и меркнущее сознанье? И ещё, слова о страхе, действия без обязательств? Ах... Я поморщился, мигрень больно ударила по вискам... И стоило мне только думать о том, что сейчас я монстру внутри себя уступлю, как чужая рука пощёчиной пробудив меня, громко на ухо вопя.

– Шуичи, придурок, какого чёрта ты меня не слушаешь? Т/И исчезла!

– Что? К-как это?

– Мы не знаем где она, мы были везде! И в том блядском проходе, да даже все комнаты общежития проверили! Испарилась, будто бы её не было, понимаешь?

Мои ноги подкосились и я чуть не упал, еле как на ногах устоял... Именно в тот миг, когда я понял, что был не прав, что со мной действительно что-то не так, когда я решился с ней поговорить, всё вместе обсудить... Исчезла, слова не сказав, растворилась, моё нутро сломав... Мои мысли рассыпались как песок, из моего вялого, уставшего тела можно выжимать сок... Когда... Я нуждался в ней больше всего, я лишился даже её... Если что-то произошло, это тяжкое ярмо... Оно на шее моей теперь повиснет, ведь именно я тот, кто её тиснет... Это всё моя вина, что она куда-то ушла... Т/И мне так жаль... Прости меня, теперь я не смогу сыскать грааль...

Спасибо всем за долгое ожидание, не люблю столь длительные перерывы поскольку начинаю корить себя за недостаток времени)Надеюсь Вам понравилась эта глава! Буду рада услышать ваше мнение в комментариях))

И ещё немного артиков с Шуичи и нашими любимыми мальчиками ♥