Часть 4

Те несколько часов свободного времени, которые я раньше проводила за чтением книг или просмотром фильмов, сейчас я провожу с Максом за тренировками. Я и раньше уставала на работе, но теперь уставала еще до неё, и еле волочила домой ноги.

Два месяца прошло с тех пор, как Макс стал учить меня драться и он всегда меня хвалил, говорил, что у меня талант. Сначала я не верила, что смогу. Конечно, так деньги вернуть будет куда проще, но я просто маленькая слабая девочка, как я могу драться с теми большими и сильными мужчинами?

Но Макс научил меня своей технике — уворачиваешься от атак и отбиваешься, тем самым раздражая соперника и задевая его самолюбие. Тогда его удары станут более сильными и менее обдуманными, и даже если это не так, со временем противник выдохнется. И когда он лишиться сил и не сможет нормально защищаться, стоит наносить так много ударов, сколько возможно. Он даже сказал, что хорошо, что я маленькая, мне будет проще идти против сильных врагов. Мой рост компенсирует недостаток сил. И это был первый раз, когда мой рост похвалили, и он оказался полезен.

Изнурительные тренировки все продолжались. Иногда я настолько уставала, что могла заснуть, делая что-то. На работе это положительно не сказалось, поэтому пришлось несколько раз отчитываться перед боссом. Но, даже несмотря на строгость на тренировках, Макс оказался очень милым, добрым и мягким.

Когда я уставала, он дарил мне небольшую коробку самых дешевых сладостей. И это было мило еще и потому, что человеку, говорящему только на английском, сложновато было ориентироваться в магазине. Несмотря на то, что сладости были дешевыми и практически несъедобными, такие знаки внимания с его стороны было для меня спасательным жилетом, благодаря которому я могла продолжать в том же духе.

Иногда он устраивал мне выходной и водил куда-нибудь. Конечно, мы не могли позволить себе траты, и я была благодарна, что он настолько сильно мне помогает, но никто не мог помешать нам гулять в парке недалеко от моего дома.

До этого я обходила парк стороной. Там были воспоминания, связанные с моей семьей и счастливым прошлым, но теперь, находясь рядом с Максом, я, наконец, почувствовала себя в порядке.

Мы шли рядом друг с другом и держались за руки. В это время на улицах можно было встретить молодых родителей, вышедших с детьми на прогулку, школьников, возвращающихся домой после длительного школьного дня. Так спокойно я себя уже давно не чувствовала.

— Давай сходим к морю, это же вроде недалеко, — Он потянул меня следом, даже не дождавшись ответа.

Мы прогуливались по пляжу, холодный ветер обдувал лицо. И только его холодная рука согревала меня. Когда он почувствовал, что я дрожу, то запихнул мою руку, казавшуюся крошечной, по сравнению с его, в свой карман. Я почувствовала, как мои щеки начали гореть, и это было не от холода.

Мы погуляли еще минут двадцать, а потом он остановился, и мы просто смотрели на море. Ветер монотонно накатывал воду на песок, а она все норовила вернуться назад. Свист ветра звенел в ушах.

Он неожиданно повернулся ко мне и посмотрел сначала в глаза, а потом на губы. На несколько секунд мы замерли, а потом он осторожно накрыл мои губы своими. Мир вокруг замер. Сначала он просто слегка прикоснулся к моим губам, но, когда я стала неумело отвечать на его поцелуй, он углубил его. Под его нежным напором я стала таять, ноги задрожали, и он немного поддержал меня рукой Его горячие губы и язык чувствовались гораздо более контрастно и ярко на фоне зимнего холода и морского ветра.

Вскоре мы замерзли и вернулись домой. Ни один из нас не вспомнил поцелуй вслух, но оба думали об этом. Он понимал, что я такого никогда не испытывала и не торопился. Сначала он позволил мне смириться с мыслью, что мы поцеловались, а потом уже продолжал.

Еще несколько недель тренировок, и он сказал, что я готова. Теперь оставалось убедить босса позволить мне выйти на ринг. Макс хотел пойти со мной, но я попросила позволить мне сделать это самой.

Перед сменой, набравшись смелости, я постучала в дверь его кабинета. Единственную, которая не выглядела обшарпанной в этом длинном коридоре. Те несколько секунд, которые я ждала ответ, показались мне вечностью. И вот, властный голос позволил мне войти.

Колени тряслись, и на негнущихся ногах я прошла в кабинет и встала перед его столом.

— Чего ты хотела? — Его строгий голос звучал добивающе, но, раз я собралась выступать на ринге, я должна собраться. И, сглотнув комок нервов, образовавшийся в горле, я тихо произнесла:

— Я... Я хочу выступать на ринге, — Я стояла и смотрела на свои руки, перебирала и выкручивала пальцы от напряжения. От его неожиданного громогласного смеха я подпрыгнула.

— Ты сейчас серьезно?! Ты ведь видела, что происходит с теми парнями.

— Я готова! — Эта фраза прозвучала слишком уверенно, и его лицо снова приняло строгое выражение.

— Я согласен, но ты должна учесть, что, даже если пострадаешь, меня это не касается, и ты обязана будешь продолжить работать официанткой. А так, можешь стать первой девушкой, которой унесут с ринга. Я предупрежу парней, что тебя нельзя убивать, — Он снова рассмеялся, а я вышла из его кабинета, напуганная его словами и, в то же время, воодушевленная.

Я пересказала Максу слова босса и принялась готовиться к первому в своей жизни выход на ринг. Это произошло уже через пару дней.

И вот я стояла, готовая сражаться. Яркий свет, направленный на ринг, на секунду ослепил меня, когда я вышла, а голос ведущего оглушил, но я быстро пришла в себя. Парень, против которого мне предстояло сражаться, выглядел крайне уверенно. Но я не сомневалась. Из зала меня поддерживал этот человек. Тот, ради которого я выстою.

И вот раздался гонг.