Помоги мне сгореть. Финал.

Ан собирала чемодан в своей комнате.

Мама, зашедшая в комнату, передаёт дочери письмо от неизвестного отправителя.

Мама: Наверное, это твои друзья написали прощальное письмо. Только не понятно почему без имени.

Ан: Спасибо, мам, я прочту позже.

Миссис Венсан вышла из комнаты.

Ан думала продолжить собирать вещи, но посылка не давал ей покоя. Действительно, если это друзья, то почему не подписали ее?

Не сдержавшись, Ан все же решила раскрыть таинственный конверт.

Внутри лежала записка и маленькая коробочка. Девушка начала читать.

«Дорогая Ан. Раз уж мы расстаемся, возможно уже навсегда, я чувствую, что должен тебе открыться.

Я мечтал подарить это кольцо тебе ещё тогда, 12 лет назад, перед тем, как ты сказала, что улетаешь. Хотел сделать тебя своей невестой, и как бы это глупо не звучало, но я был настроен тогда серьезно, в свои то 7. И был уверен, что ты согласишься, мы всегда останемся вместе и никто нас не сможет разлучить... хах, так глупо и самонадеянно...А когда ты пришла и рассказала мне все, я был так зол на тебя, считал что ты меня бросили и что я тебе больше не нужен. Сначала хотел выбросить его, но.. что то заставило меня его оставить. Знаю, ты не любишь все эти ванильные романтичные сопли, но это правда: все те годы, что мы не виделись, оно было со мной и когда я смотрел на его голубой камень, мне всегда вспоминались твои глаза. Когда мне было плохо, я думал о наших совместных днях, как ты смеялась, когда выигрывала меня в настолке(на самом деле я просто поддавался тебе) или когда краснела, раздувая ноздри от злости из за того, что я над тобой подшучивал(ода, ты и сейчас так делаешь кстати). И чудным образом это почти всегда поднимало мне настроение.

Когда я встретил тебя снова, я... не поверил своим глазам, был так счастлив снова увидеть тебя, такую повзрослевшую, красивую, но в тоже время эта чертова глупая детская обида снова ослепила меня, поэтому вылетели те первые слова тебе... знаю, я полный кретин. О кольце потом я и думать не мог. Но теперь... мне не столь важно как ты отреагируешь, оставишь ли ты его себе(надеюсь оно хоть на твой мизинец налезет) или нет... просто хочу, чтобы ты знала: ты была единственным светом в моей жизни, благодаря которому я продолжаю верить в лучшее. Знаешь, я никогда не верил в любовь. Это казалось мне полным бредом. Так, выдумкой для идиотов, которым не во что верить. Я был уверен, что любовь это эгоизм, что люди считают, будто влюблены в то, что им нравится, или то, чего им не хватает. Я точно знал, что мы любим себя и своё отражение в тех, кого выбираем, а любовь... всего лишь химическая реакция мозга... Если бы мне ещё полгода назад сказали, что я влюблюсь, я бы решил, что этот человек не в себе... Я долго не мог понять, что испытываю к тебе: страсть, привычка, зависимость... Понял, что это, когда хотел убить того ублюдка, что обидел тебя, когда ты, такая беззащитная и маленькая, прижималась ко мне, плача и прося остаться с тобой, будто я единственное спасение в этом мире. Наверное, я никогда не чувствовал себя так, как тогда... Действительно нужным кому то.А возможно я всегда любил тебя... вот только осмелился признаться в этом самому себе только сейчас. Надеюсь, в Париже у тебя будет лучшая жизнь, в которой ты будешь счастлива и которую ты построишь сама. Так, как хочешь того ты. Спасибо тебе за все, малявка.

P.S. Твой клоун».

Плача, она открывает коробку, смотря на маленькое колечко и смеясь сквозь слезы, так как оно действительно теперь налезало только на мизинец.

<...>

В комнату к Ан заходит Леон, чтобы проверить, все ли она собрала. Он приехал несколько дней назад, когда узнал о всей ситуации в семье и решил помочь. Он увидел лежащую на кровати Ан, которая крутила в руках маленькое колечко.

Леон: Помочь, пират?

Девушка повернулась к нему лицом, глядя на него опустошенным взглядом и он понял, что она плакала. Прикрыв за собой дверь, он подошёл к ней поближе и сел рядом на кровати.

Леон: Представляю, как сложно прощаться со всем здесь, оставлять близких тебе людей...

Ан(слёзы): Ты любил когда нибудь?

Этот неожиданный вопрос заставил мужчину напрячься.

Леон: Я... да, я любил. А ты?..

Ан(слёзы): Думаю да, но... мы с ним так ужасно попрощались... я... я хотела сделать все как лучше, остаться хотя бы в дружеских отношениях, но... ничего не вышло... мы больше никогда не увидимся и он так и не узнаёт о том, что я чувствую к нему...

Леон: Еще не поздно это исправить.

Ан непонимающе посмотрела на дядю.

Леон: Ан, послушай. Нужно всегда признаваться в любви тому, кого любишь. Иначе потом может быть уже поздно и ты будешь всю жизнь жалеть о том, что не сказала этого раньше...

Леон: Когда то давно я сделал такую ошибку, упустил свой шанс...

Леон глубоко вздохнул и поднял на Ан печальный взгляд, поднеся ладонь к ее щеке и поглаживая большим пальцем кожу.

Леон: И до сих пор сожалею об этом. Был бы я тогда умнее - ни за что бы не оставил ее.

Леон: Поэтому не повторяй моих ошибок, пират. У тебя есть ещё немного времени. Дай волю чувствам и откройся ему.

<...>

(Помню, что когда только услышала эту песню, сразу поняла - она создана для этой сцены)

[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]

Питеру не спалось. Он услышал, как кто то стучит в дверь и идет открывать, застав на пороге девушку.

Пит: Ан?.. Что ты тут делаешь?

Ан: Я не знаю... я...

Вдох.

Ан(слёзы): Мне так больно, Питер... как бы я не заставляла себя забыть и притворяться, будто ничего не было... я не могу выбросить тебя из головы, просто не могу... я не в силах больше скрывать свои настоящие чувства...

Пит: Скажи, чего ты хочешь, Ан?

Спросил парень, понижая голос и всматриваясь в черты красивого лица.

Пит: Скажи.

Выдох.

Ан(слёзы): Я хочу сгореть.

Больше слов не требуется. Сегодня никто не будет сдерживать себя.

Пит: Хорошо, Анастейша.

Парень облизнул пересохшие губы, и приблизился вплотную к ней, тяжелым и напряженным взглядом глядя на девушку.

Пит: Только ты должна помнить, что я навсегда останусь в твоей голове.

Венсан нервно сглотнула, молча соглашаясь.

Они оба понимали, что назад пути нет и выход только один.

Наконец Питер требовательно впился в ее губы. Она прикусывала и оттягивала его нижнюю губу, оставляя ранки и слизывая кровь. Он чувствовал, как Ан прижимается к нему, а ее ладони скользят под напряженными мышцами на спине.

Пока Коулман жадно целовал ее шею, Венсан выдохнула:

Ан: Пожалуйста, Питер...

Питер подхватил ее, целуя покрасневшие губы и Ан обвила ногами его бёдра. Парень направился в комнату и опустил девушку на кровать, постепенно начиная освобождать друг друга от ненужной одежды.

Все труднее было контролировать пламя, бушевавшее внутри, но ему нужно было максимально расслабить девушку, чтобы она не чувствовала боли. В голове звучали только ее слова и стоны. Поэтому он сорвался, терзая гладкую кожу и оставляя красные следы на всем теле. Словно хотел доказать себе и ей, что она уже не сможет думать ни о ком другом, кроме него.

Коулман развёл коленом ее бёдра, ощущая, как ладони девушки нетерпеливо гладят его и зарываются в волосы.

От губ язык скользнул по ключице, опускаясь к чувствительным соскам, обводя и прикусывая их.

Это невероятное удовольствие - слышать, как Ан почти молит его сделать это, повторяя снова и снова его имя. Как тело бьется в агонии, требуя разрядки и долгожданно экстаза. Ладони проходились по ее талии, груди, замирая на шее.

Пит: Скажи мне, если что то будет не так.

Питер оставил жадный поцелуй и медленно, насколько было возможно, вошёл в неё. Ан вся напряглась, ногти болезненно впились в кожу.

Пит: Ттшш, расслабься, малышка.

Коулман застыл, запоминая, как приятно находится и сливаться с ней, и поглаживал пальцами скулы, вытирая ее выступающие слёзы.

Это все казалось таким нереальным, что сознание юноши отключилось, когда он начал неторопливо двигаться, прикусывая мочку уха. Она его. Только его.

Венсан нетерпеливо заерзала под Питером, заставляя его зашипеть и сжать бёдра. Как бы он хотел, чтобы и она чувствовала этот кайф, что и он, сливаясь с ним в одно целое. Хотя для парня подобное поведение было совершенно не свойственным. С этой девушкой было всегда все по другому.

Он оперся на локти, замирая на мгновение и зарываясь пальцами в ее огненные волосы.

Питер ловил губами ее слёзы, скатывающиеся по щекам и оставлял соленые поцелуи.

Пит: Я люблю тебя, Ан.

Он так быстро подходил к обрыву, но вовремя останавливался, не желая, чтобы это заканчивалось. Приятная сладостная пытка.

В эту ночь он впервые в своей жизни занимался любовью.

<...>

Парень заставлял стонать девушку его имя до самого утра. Мало. Ночь слишком коротка. Он не мог перестать наслаждаться ей, потому что знал, что когда откроет глаза - Анастейша уйдёт. Поэтому не хотел, чтобы эта ночь вообще заканчивалась. Не хотел отпускать свет, возвращаясь в мёртвый одинокий мир.

<...>

Коулман тепло смотрел на полностью обессиленную и удовлетворённую Ан, прижавшуюся к нему и сладко посапывающую на его груди.

Юноша аккуратно гладил ее по щеке, по маленькому вздернутому носику, стараясь не разбудить. Девушка лишь слегка забавно поморщилась и парень улыбнулся.

Он боялся засыпать, потому что если закроет глаза, то она просто исчезнет.

Пит: Я хочу тебе кое-что сказать.

Прошептал Питер ей в волосы и пробежался пальцами по плечу.

Пит: Ты единственная девушка, ради которой я сделаю все. Если ты позовёшь меня, я приду в любой момент. Где бы ты не находилась. Если захочешь поговорить, я выслушаю тебя.

Пите: Если я буду тебе нужен, даже спустя годы...

Парено тяжело вздохнул, кидая на ее лицо грустный взгляд.

Пит: Чтобы не говорили твои родители, я всегда буду с тобой. Ты будешь всегда жить в моей голове, воспоминаниях и душе. Ты будешь любимой иллюзией, Анастейша.

Коулман прижался губами к лбу девушки и закрыл глаза.

Пит: «Прощай, моя иллюзия».

<...>

Проснувшись, Питер понимает, что теперь он один. Ан ушла. Будто ее здесь и не было.

И лишь аромат ее вишнёвого геля для душа, исходящий от постельного белья, давал понять, что все происходящее не было сном.

<...>

Аэропорт.