Глава 22

Раум прислушался к мерному дыханию девушки над ухом и аккуратно высвободился из объятий. Дженни что-то недовольно проворчала и обняла подушку – так же, как до этого обнимала его.На улице и в спальне давно и безраздельно властвовала ночь. Ночь, но не тьма. Сквозь приоткрытые шторы в окно заглядывала почти полная луна, роняя на спящую серебристые лучи. Демон на мгновение замер, любуясь облитой бледным светом обнаженной фигурой на греховно-алых простынях. Коснулся волос, пропуская меж пальцами пряди. Густые, пышные, но жесткие – почти как конская грива. Сколько ни расчесывай – все равно путаются мгновенно. Застывший огонь.И вся она, как кусочек живого беспокойного пламени. Дженни-огонек - всегда готова вспыхнуть от ярости или страсти.Он помотал головой, сам себе поражаясь – откуда такие мысли? Что за неуместные приступы лирики?Демон отошел от кровати, ступая бесшумно по пушистому ковру, добрался до двери. Осторожно, чтобы не потревожить сон спящей девушки, приоткрыл створку и скользнул внутрь.Свет Раум включать не стал. Демоны видят в темноте куда лучше людей – падавших сквозь стекло лучей ему хватило бы, вздумай он почитать или заняться начертательной артефакторикой. Демон опустился в кресло, сцапал с журнального столика коробку с сигарами и закурил.Что за хрень с ним происходит?Откуда эта щенячья радость от чужих эмоций? Почему при взгляде на рыжую волчицу он глупеет, теряет себя и готов уступать снова и снова, лишь бы ей было хорошо? Лишь бы снова увидеть искреннюю улыбку, а не обиженную гримасу или гневно суженные глаза.Взять хотя бы этот минет. Наверное, не сотый и даже не тысячный в его жизни. Ему отсасывали в машине, и в туалетах, под столом и в гостиничных номерах. Неумехи и профессионалки экстра-класса. Но удовольствие, которое он сегодня получил от прикосновений ее нежного верткого язычка, от смелых, но не особо искусных ласк, от ее возбуждения, любопытства, искреннего желания доставить ему радость не шло ни в какое сравнение со всем прошлым опытом. Как будто Рауму снова тринадцать, и это его первая женщина, которая раскрывает для него радости плотской любви."Резонанс" – кажется, так называлось это в древних трактатах. Когда эмоции донора не только сильны, но и попадают в камертон ментальной частоте реципиента. Безмерно изысканное лакомство, встретить настолько подходящего тебе донора считалось большой удачей...Нет, не то. Потому что далеко не все эмоции Дженни отзывались в нем кипучим восторгом. Рядом с рыжей волчицей Раум становился долбанным гурманом. Рядом с ней ему вдруг совершенно разонравился вкус унижения и стыда. И даже ощущение власти над партнершей потеряло привычную прелесть, перестало быть значимым.Зато с какого-то перепуга прорезалось желание позаботиться. И, стыдно сказать, нежность...Дженни странная. Непохожая ни на одну из женщин, с которыми он привык иметь дело. Открытая, гордая, резкая, вспыльчивая. Ее эмоции, как чистый и бурный поток, стихия, которой Дженни-огонек отдается целиком. Ее "да" – обжигающий грог, глоток горячего глинтвейна в морозный вечер. Ее "нет"...С "нет" все сложнее.Он никогда не видел, чтобы женщина настолько хотела его, так реагировала на его ласки – самозабвенно, искренне, до конца. Это льстило. Слов нет, как льстило и хотелось сделать ей приятно. Делать ей приятно снова и снова, чтобы снова попробовать на вкус ее радость, наслаждение, смущение и благодарность. Настоящие, чистые, без гнилостного привкуса вины или корысти, стыда или ненависти к себе.Но стоило подобраться к проведенной девчонкой границе, как в спектре ее эмоций наравне с желанием вспыхивало яростное, непримиримое "нет". И Раум мог бы пойти до конца, проверить, что скрывается за этим "нет".Мог, но не шел. Потому что боялся оттолкнуть ее, обидеть. Боялся, что Дженни-огонек погаснет для него.С Дженни ему есть чего терять. И от этого особенно горько, потому что потери неизбежны. Демон затянулся, чувствуя, как ароматный дым заполняет легкие. Хреново... да, все это очень хреново.Потому что это не навсегда. И даже не надолго – полгода, год. А потом все, пустота. Отгоревшая свеча, потухшее пламя в его руках. Равнодушное: "Как прикажете" и затянутая серым туманом аура. Снова тошнотворный и грубый вкус человеческих эмоций.Еще и перспектива брака с Шеризой маячит где-то на горизонте. Лично Раум, если бы и женился на ком-нибудь, то на Дженни. Проклятье, да он и женился бы на ней – неважно анхелос она или не анхелос, и что скажет отец по поводу подобного союза!Если бы только она осталась такой навсегда. Такой упрямой, вспыльчивой, искренней, щедрой, настоящей. При мысли о том, что однажды и совсем скоро Раум лишится ее, накатывает тоска почище зубной боли. И очень хочется избить кого-нибудь до полусмерти.Скрипнувшая за спиной дверь оторвала его от мрачных мыслей.— Ты здесь?Босые ноги прошлепали по полу. Она подошла ближе и встала – обнаженная, прикрытая только гривой собственных волос, и демон снова против воли залюбовался. Хороша – глаз не отвести. И плевать, что строгий ценитель не назовет рыжую идеальной красавицей. В гробу Раум видел всех ценителей вместе с их мнением.— Ага. Чего не спишь?— Я проснулась, а тебя нет...— Захотелось покурить.Взгляд демона скользнул по шее и груди, где темнели свежие засосы, который он наставил этим вечером, и Раум снова почувствовал отголосок возбуждения. Ему нравилось думать, что рыжая принадлежит ему, пусть даже это иллюзия.— Иди ко мне, — позвал он, и девушка охотно устроилась у него на коленях. — Дым не мешает?— Нет, он вкусный – вишней пахнет, — в ее голосе, как и в ауре зазвучала улыбка. Добрая и теплая, с легким привкусом нежности. — Ты поэтому ушел? Чтобы не мешать мне дымом?— И поэтому тоже. Не хотел будить тебя, маленькая.Раум положил руки ей на талию, прижал – бережно и жадно, остро осознавая ее уникальность и хрупкость. Как долго она сможет быть с ним такой?И что он будет делать, когда ее не станет?Эти мысли заставили его сильнее стиснуть объятия и девушка жалобно вскрикнула:— Мне больно!— Прости... — покаянно пробормотал он, зарываясь лицом в ее волосы. — Не рассчитал, маленькая.В душе вспыхнула злость – непонятно на кого. На себя, наверное. Надо что-то предпринять, иначе эти мысли просто сведут его с ума.— Не планируй ничего на выходные, — не терпящим возражений тоном приказал Раум. — Мы поедем в клинику.

***

При виде доктора Мактулла Дженни против воли побледнела. Она открыла было рот, но тут же захлопнула его, вспомнив о присутствии Раума. Девушка покосилась на демона, снова перевела взгляд на целителя и скорчила умоляющую рожицу, в надежде, что оборотень верно истолкует эту пантомиму.Похоже, целитель понял все правильно, потому что не выказал даже удивления от того, что Дженни появилась в сопровождении демона. Только вежливо улыбнулся.— Здравствуйте, юная леди. Надеюсь, вы не сочтете это за издевку, но я рад снова видеть вас.— Здравствуйте, — пробормотала она, пряча взгляд.Только бы целитель вспомнил свое обещание и сохранил ее секрет!Когда Раум сказал, что хочет, чтобы она прошла полное обследование, Дженни напряглась и возмутилась. Но главное – она испугалась. Демон точно что-то заподозрил, иначе с чего бы ему вдруг интересоваться ее здоровьем и тащить в клинику?— Я просто хочу убедиться, что ты здорова, — терпеливо, в пятый, наверное, раз повторил он.— Я здорова!— Ты не можешь знать этого точно. Врачам видней, — он нахмурился. — Чего ты боишься?— Я не боюсь!— Боишься, Дженни-трусишка, — он сощурился, изучая ее лицо. — Осталось понять чего именно. Точно не докторов, ведь ты совсем недавно ходила в клинику...Она думала, что хорошо скрывает свои чувства, но Раум был демонски проницателен. Он словно улавливал ее тайные эмоции, желания и страхи каким-то неведомым локатором и не стеснялся тыкать Дженни в них носом.— Ладно, будь по-твоему, — сдалась девушка. Если она продолжит отказываться от осмотра, это будет выглядеть подозрительным, и само по себе может навести демона на какие-то догадки.Единственное, на чем она смогла настоять — это чтобы визит был в ту самую клинику, а осмотр проводил доктор Мактулл. Раум не возражал. У "Нью-Эбор Мемориал Госпиталь" была отличная репутация.Связаться с самим целителем до визита Дженни побоялась – личного кода постографа Мактулла у нее не было, а если действовать через девушек в регистратуре, могут поползти слухи. Оставалось только уповать на сдержанность доктора. И на то, что он все же вспомнит о своем обещании.Вспомнил. И не позволил себе ни единой оговорки, намекающей на ее проблему. Более того: когда дело дошло до осмотра бесстрашный целитель еще и выставил демона вон, не слушая его возражений. Дженни во все глаза наблюдала за невиданным зрелищем: Раум ди Форкалонен, который соглашается подождать за дверью. Ну кто бы мог подумать, что такое вообще возможно!— Спасибо, — от всей души поблагодарила она целителя, когда тот прикрыв за демоном створку, вернулся на место.— Не за что, юная леди, — он понимающе улыбнулся. — Итак, вы все-таки соединились с вашей парой?Дженни замотала головой.— Так получилось! Но мы не женаты... то есть я. То есть: ничего не было!— Значит, будет, — целитель пожал плечами. — Я же говорил, что луна умеет убеждать упрямцев.— Не будет, — буркнула Дженни. — Если вы не скажете Рауму, ничего не будет.Доктор Мактулл поморщился.— Я не нарушаю врачебную тайну, юная леди.— Даже сейчас? Когда он платит?— Но пациент-то вы, — он улыбнулся. — Пойдемте, нам предстоит полный комплекс обследований. К слову: я бы на вашем месте поблагодарил молодого ди Форкалонена. Полный осмотр – очень недешевое удовольствие. Результаты будут актуальны и полезны для вас еще несколько лет.— Угу, — кисло согласилась Дженни, гадая зачем Рауму это понадобилось. — Кстати, доктор! — неожиданно пришедшая в голову мысль заставила девушку оживиться. — Насчет моей мономорфии! Знаете, я ее слышу в последнее время!— Кого? — нахмурился целитель.— Мою волчицу! С каждым днем все лучше и лучше!— И вы уверены, что это не... м-м-м... игра воображения, юная леди? Знаете, когда чего-то очень сильно хочешь иногда начинает казаться...— Уверена! — сердито перебила его Дженни. — Я не сумасшедшая, док, если вы на это намекаете! Я стала лучшей слышать! Вижу ночью почти как днем. И недавно... я подралась, — она чуть смутилась, но решила не вдаваться в подробности. — С шакалами. И победила!— Мда, — доктор побарабанил пальцами по столешнице. — Как давно это началось?— Не знаю точно. Недели три назад... может быть, месяц...Дженни сосредоточилась, пытаясь вспомнить все, что происходило с ней за последний месяц. Событий было столько, что в голове не укладывалось. Кажется, впервые волчица заявила о себе после угроз Армана. Да, точно. Она же тогда покусала вампира. А это случилось буквально на следующий день после той злополучной игры в особняке...— Это началось после моего обручения, — решительно сказала девушка. — Ну, когда мы с Раумом обменялись кровью.— Вот как? — целитель подарил ей неожиданно цепкий взгляд. — Да, звучит разумно. Встреча с парой могла разбудить вашего зверя. Оборота не было?— Нет, — со вздохом призналась Дженни.— Возможно, еще будет. Знаете, такое запоздалое раскрытие истинного облика в уже взрослом возрасте может быть опасным. Мне бы хотелось понаблюдать вас.Это пусть косвенное, но все же подтверждение, что все происходящее может означать пробуждение ее зверя, заставило сердце девушки забиться быстрее.— Я бы тоже хотела наблюдаться у вас, доктор. Но у меня нет денег на регулярные консультации. И я не хочу просить у Раума.— Хотите я сам с ним поговорю, — предложил доктор.Она вздрогнула.— И вы расскажите...— Нет, конечно. Просто скажу, что ваше состояние внушает тревогу и желательно, чтобы вы периодически проходили повторные обследования.Дженни облегченно выдохнула. От благодарности даже в глазах защипало. Как же ей все-таки повезло, что она пошла именно к Мактуллу!— Спасибо, доктор, — искренне произнесла девушка. — Я ваша должница.