40

Наши дниЛисаToday is the day.День, когда я снова попытаю счастья. Я упустила свою возможность в «Миллезии», но никто ведь не говорил, что на этом моя жизнь кончена. Мне нужно вернуться в седло, и побыстрее! Обзвонив все парижские фирмы нижнего белья, я получила положительный ответ от молодого бренда «Жоли Мом» – самого настоящего, стопроцентно французского! Сначала я офигела, но потом моих восторженных прыжков не избежала ни одна кровать в доме.Должна признать: пусть я до смерти скучаю по Чонгуку, эти две недели вдали от него пошли мне на пользу. После отношений с Сухи мне нужно было какое-то время побыть наедине с собой.Дженни: Если там будет хотя бы два парня, то у тебя все шансы. Расстегни дополнительную пуговку.Я хмурюсь, глядя на сообщение моей лучшей подруги. Она, несомненно, всем сердцем верит в мой талант…Сейчас мы с моим колотящимся сердцем терпеливо ждем в конференц-зале. Рядом стоит вешалка с моими образцами, а на огромном столе лежит папка с эскизами.Я прочищаю горло, мысленно проговаривая свою речь. Как ни странно, я не слишком нервничаю. Хуже, чем в прошлый раз, точно не будет.У меня получится. Я настроена решительно! А то, что руки дрожат, – не наплевать ли на это?Ровно в тот момент, когда я собираюсь ответить Дженни, открывается дверь. Улыбаясь, заходят две женщины и мужчина. Моментально собравшись, я вскакиваю на ноги.– Добрый день. Вы Лиса, правильно?Да я из них сейчас паштет сделаю!* * *Я действительно сделала из них паштет! И – внимание! – не то подобие паштета, которое идет на кошачий корм, нет-нет, самый настоящий люксовый паштет, который можно найти лишь в «Галери Лафайетт». Серьезно, это был настоящий успех. Мне даже не пришлось расстегивать дополнительную пуговицу.Теперь я думаю, что то, что я провалила собеседование в «Миллезии», было не иначе как знаком судьбы. Кто знает, может, мне суждено было оказаться в «Жоли Мом». И я будто уже даже и не виню Сухи за то, что он все мне испортил.Будто! Преувеличивать тоже не стоит.Я: Я их сразила.Дженни: ВЫПЬЕМ ЗА ЭТО!Возвращаясь домой, я улыбаюсь. Я на седьмом небе от счастья! Как будто все снова стало возможно. Как будто все двери снова передо мной распахнулись. Впервые почти за целый месяц у меня появилось это прекрасное чувство, что жизнь налаживается, впредь все будет хорошо, все просто возвращается на круги своя.Я набираю код домофона и с трудом закатываю в подъезд вешалку. Затем заставляю себя забрать почту и иду к лифту. На нем висит лист бумаги. Первая моя мысль – он снова сломался (это бы уже даже не было удивительно, думаю, вы со мной согласитесь), но нет. На листке написано:«ДАВАЙ ЛЮБИТЬ ДРУГ ДРУГА».Это что еще такое? И вдруг еще до того, как я успеваю узнать знакомый почерк, раздается громкое лифтовое «динь», и двери раскрываются. Мое сердце выскакивает из груди, когда я вижу Чонгука. Он, кажется, тоже удивлен, потому что вскидывает брови и приоткрывает рот.Черт меня побери!Мои щеки горят, в груди теплеет. Я вижу его впервые с нашей краткой встречи в моей комнате в Юра́. Две недели, две долгие недели, которые не ослабили моих к нему чувств.Мы несколько секунд молча смотрим друг на друга. Этого достаточно, чтобы я успела рассмотреть его. На нем черные джинсы с низкой талией, черная футболка и белые кроссовки «Стэн Смит». Его кожа загорела, и это еще больше подчеркивает мускулы на руках.Господи, как же я по нему скучала!