35

Свадьбу решили играть в следующие выходные. Роган хотел обвенчаться завтра же, но Дамиан и Ева настояли провести хоть и скромную, но идеальную церемонию. После долгих размышлений Роган уступил. Анна не могла вымолвить ни слова. Ей чудилось, что кольцо сдавливает палец, что она не невеста, а скорее его собственность. Он дарит ей бесценные драгоценности, своё неоценимое внимание, не жалеет на неё ни денег, ни времени, а вот откровенность не выдавишь из него никакими усилиями. К чему ей эти украшения, одно его слово «люблю» ей дороже всего. Но он молчит. Она всё бы отдала за эти три слова. И почему он так торопится сделать её женой? Что он задумал?

Мужчины уходят поиграть с детьми в волейбол с большим мячом на ярко освещённой площадке, Анну тут же зажимают женщины с трёх сторон. Они по очереди желают рассмотреть бриллиант и прикоснуться к нему.

– Бог мой, красный бриллиант, это такая редкость. Сколько здесь карат? – спрашивает София.

– Я слышала, что тридцать.

– Наверное, он стоит кучу денег, – восхищается Патриция. – Мне Райан подарил сначала обычный бриллиант в десять карат, а когда я родила третьего сына, он преподнёс голубой в двадцать карат. Но я его не ношу, боюсь потерять или ещё что-нибудь...

– Я тоже, – кивает Ева. – Для меня драгоценности не так важны, как чувства.

– Да, – хором отвечают женщины.

– Почему Роган торопится обвенчаться? – спрашивает Ева.

– Для меня это большая неожиданность. Он не говорит.

– Может, ты беременна? – пожимает плечами София.

– Неет, исключено.

– Неважно, главное, сейчас провести свадьбу, чтобы запомнилась на всю жизнь. У нас троих её не было, наши мужья были заняты своими мировыми проблемами, а не нами, что родили им сыновей. Ну ладно. Завтра поедем подбирать платье, также нужно нанять фотографов, музыкантов, будут танцы, фейерверк...

– Я не хочу слишком шумную и масштабную свадьбу.

– Я понимаю, ты ещё слишком слаба. Звать мы никого больше не будем, вот все, кто есть сейчас и дети.

– Хорошо.

– Тогда завтра едем в Милан.

– Ура, – хлопает в ладоши София.

Вечером в спальне, Анна ни слова не могла вытянуть из Рогана. На любые её вопросы он дал только один ответ:

– Придёт время и ты всё узнаешь.

Её не устраивал такой ответ. И почему он даже сейчас продолжает оставаться таким таинственным, неужели всё ещё ей не доверяет? Но как же так? Они столько вместе пережили. Она едва не умерла. Какие ему ещё нужны доказательства?

Эти и ещё десяток других вопросов не дают Анне уснуть. Роган лежит рядом и, кажется, уже спит. Почему он не прикасается к ней? Анна под одеялом протягивает руку и стремится пробраться под резинку трусов, он перехватывает её и сжимает.

– Не сегодня, ты ещё не окрепла.

– Эреон.

– Я боюсь сделать тебе больно.

– Я сама всё сделаю на этот раз.

– Нет, моя дорогая. После длительного срока воздержания мне мало будет одного перепиха перед сном. К тому же мы не у себя дома, а в гостях, я не могу, вдруг здесь напихано куча камер.

– И к чему им за нами следить?

– Есть тут один хакер, – Роган поворачивается к ней лицом и кладёт руку на её бедро. – Скоро, моя ненаглядная, я сам хочу тебя.

Анна подползает к нему и утыкается лицом в его грудь.

– Скорее бы, я так по тебе соскучилась. И не беспокойся за мои раны, они уже зажили.

Роган проводит рукой по её спине, целует в лоб и желает ей крепких снов. Ему ужасно хочется её стиснуть в объятиях, целовать до головокружения, владеть её телом до дрожи.

Эреон впервые так твёрдо и безоговорочно уверен, что делает правильный выбор. Он нашёл, что искал и сейчас ему нужно защитить и уберечь от любых бед своё сокровище. Анна единственная ценность, женщина за которую стоит сражаться.

***

Свадьба удалась на славу. К бриллианту прибавилось второе золотое обручальное кольцо. Теперь у неё не только новая фамилия, но и новая жизнь.

Руки Анны дрожали, когда она надевала кольцо на палец Эреону. Ей всё ещё не верилось, что она стала его женой, а он её мужем. Она точно спала и видела волшебный сон. Это то, о чём она грезила, к чему стремилась, а Роган исполнил её мечты.

Еве же удалось провести такую свадьбу, что даже профессионал не смог бы так, как она. Начиная от свадебного платья и заканчивая фейерверком, всё прошло идеально, весело, ярко, пышно. Были танцы, поздравления и дорогие подарки.

Анна никогда не забудет, неоценимую помощь Евы. Она, её муж и дети, тот образец семейного счастья, к которому нужно стремиться. Еве стоит сказать отдельное спасибо, для Анны она стала как старшая сестра, и век не забудет то, что она сделала для неё и Рогана. Анне до слёз приятно, что её окружили такой заботой и вниманием, какого она не ожидала.

Сразу после торжества, Роган попросил Анну переодеться, так как они прямо сейчас отправляются в путь. Он не сказал куда. Анна подумала, что в свадебное путешествие. Она выбрала в гардеробе белое платье свободного покроя и стянула талию широким поясом.

Покидать дворец и семью Дойлов, что стали дорогими друзьями, совсем не хотелось.

– Я буду по тебе скучать, – Ева обнимается с девушкой.

– Если всё будет хорошо, мы ещё приедем к вам в гости.

Анна по очереди обнимается с детьми. Мужчины простились с Роганом, а после Ева с Дамианом отправились провожать Анну и Эреона до машины.

– Берегите друг друга, – кивает Дамиан девушке.

Его тёплый взгляд темно-карих глаз вызывает улыбку у Анны. Она по-дружески обнимается с мужчиной. Ева прикусывает губу и протягивает Анне завёрнутый в цветную бумагу подарок.

– Откроешь его позже, – подмигивает Ева и на прощание ещё раз обнимает Анну.

– Спасибо вам за всё. Век вас не забуду.

Рауль открывает дверь. Роган жмёт руку Дамиану.

– Будь осторожен. Звони, если возникнут проблемы.

Роган кивает и следом за Анной садится в машину. Дверь захлопывают, Анна встречает прямолинейный сухой взгляд Рогана и прячет глаза. Машина трогается, их увозят на аэродром, где они пересаживаются в чёрный авиалайнер. В девять часов вечера они вылетают из Ливорно.

– Куда же мы? Ты можешь сказать это своей жене? – улыбается Анна.

– На остров.

– Что? На остров? И мы там будем одни?

– Да. Проведём там месяц.

– Да? А почему месяц, почему не всю жизнь?

– Потому что ты хочешь жить в Монако, быть рядом с новой подругой.

– А почему на месяц..., – настаивает на ответе Анна.

Роган смотрит в иллюминатор.

– Поговорим позже.

Он со вздохом встаёт и уходит за дверь. Анна в недоумении провожает его глазами. Он точно, что-то от неё скрывает. С каждым днём Роган всё мрачнее. Что творится у него на душе? О чём он думает. Почему месяц? Что он задумал? Решил убить Мёрфи? Отомстить ему? Анна задумчиво смотрит прямо перед собой. Он торопился обвенчаться с ней, а теперь спешит спрятать на острове и при этом продолжает оставаться холодным. Анна до боли кусает губу. Ей так не хватает того требовательного Рогана, каким он был с ней поначалу. Она скучает по его агрессии, ярости, по той страсти, что была у них на яхте ещё до расставания. После нападения Роган так сильно изменился, точно закрылся в себе, им было бы легче, если он делился с ней своими переживаниями. Анна надеется, что на острове, оставшись с ним наедине, она сможет достучаться до него. Теперь она его жена, они обещали друг другу перед свидетелями быть в радости и в горе, теперь они семья и Анна намерена сохранить этот союз до самой смерти.

Анна присоединяется к мужу, ложится на кровать за его широкой спиной и, теснится к нему, ища его ласки и объятий. Минуту они лежат без движения, пока, наконец, Роган не переворачивается и не обнимает её.

– Я люблю тебя.

Подавляя стон, Эреон запускает пальцы в её волосы и крепче жмёт к груди. Вскоре подстроившись под его спокойное, глубокое дыхание, Анна расслабляется и засыпает.

***

В Бангкоке они делают дозаправку и уже в столице Сува совершают посадку в аэропорту Наусори.

На востоке занимается рассвет. Уставшие от долгого перелёта Эреон и Анна в нетерпении пересаживаются в вертолёт, что доставляет их на остров. С воздуха он кажется небольшим, но оказавшись на суше, всё вдруг увеличивается в разы. Вертолёт, не заглушая двигатель, высаживает их с багажом и вновь поднимается в небо. Анна оглядывает густую растительность, высокие пальмы, деревья, кустарники и холмистую возвышенность позади.

– А если что-то случится, за нами смогут прилететь? – обеспокоенно спрашивает Анна.

– Если не смогут, у нас есть катер. Идём, посмотрим дом.

Они с чемоданами спускаются по бетонной извилистой дорожке в гущу деревьев и вскоре натыкаются на двухэтажный дом. Он гармонично вписывается в окружающую природу благодаря металлическому каркасу и стеклянным стенам. Они ступают на дощатый пол. Пальмы, кустарники и цветочные деревья каких раньше Анна не видела, окружают дом с четырёх сторон.

Роган открывает раздвижную дверь, и они входят в зал в стиле минимализм. Внутри всё выглядит иначе, нежели снаружи. Стены из светлого дерева, натяжные белоснежные потолки, коричневый паркетный пол. Мебель совершенно новая. Воздух чистый, тёплый, без запаха.

Анна, приятно очарованная уютом и удобством, проходит в белую кухню. Из-за стеклянной стены, кажется, что находишься не в помещении, а в лесу.

– Тебе нравится?

– А как насчёт продуктов?

– Пока всё есть, я заранее побеспокоился об этом.

– Да, мне всё нравится, свежо, уютно, красиво...

– А главное, безопасно.

– Объясни мне, почему здесь, а не в другом месте? Почему мы улетели так далеко?

– Здесь нам никто не помешает.

– Я это уже поняла. Что ещё? Мне нужна конкретика Эреон. И я не отстану, пока ты не расскажешь всё. Ты что-то задумал, так ведь.

– Я ничего не задумываю, а знаю, что буду делать, и даже жена меня не остановит.

– Вот как. Зачем тогда женился?

– Чтобы наш ребёнок носил мою фамилию.

– Я не поняла, тебе нужна жена для чего? Чтобы она рожала законных детей? И ты выбрал меня на эту роль? А на мои чувства тебе плевать? Решил заделать мне ребёнка и бросить здесь?

– Ты не понимаешь, что говоришь. Мне нужно оставить тебя здесь, чтобы поймать этого ублюдка. Но если тебе не нравится остров, давай я оставлю тебя на яхте.

– Постой-ка, погоди, я что-то не поняла, ты, что всё ещё не доверяешь мне? – прищуривается Анна. Он, молча и без эмоций смотрит в её глаза. – Ты думаешь, что я снова могу сбежать, на этот раз с ребёнком. Да? Считаешь, что я способна на эту подлость, ты всё ещё сомневаешься во мне, – говорит она в слезах. – Господи, а ведь я думала, что ты делаешь мне предложение с искренностью чувств. А выходит, что мы ни на дюйм не придвинулись к согласию.

– Не устраивай сцен, Анна. Я этого терпеть не могу...

– Не буду я рожать тебе детей, и не смей ко мне подходить. Подлец несчастный. Эгоист чёртов. Ты всегда думал только о себе.

– Ты мне дашь сказать?

– А зачем и так всё понятно.

– Я смотрю, ты отлично себя чувствуешь, раз у тебя хватает сил орать на меня, – повышает он голос.

– Иди ты к чёрту, муж называется. Не останусь я на этом острове, прямо сейчас отсюда свалю, оставайся здесь один, – Анна бросается к выходу.

– Анна, не делай глупостей, не зли меня. Чёрт возьми, ведёшь себя как малый ребёнок, – спешит он за ней следом.

– Ничего мне от тебя не нужно. Это ты всегда был лжецом. Боже, и почему тот дебил не целился в голову? – Анна выбегает на песчаный берег и спешит к пирсу. Роган настигает её, обхватывает рукой пояс и удерживает на месте.

– Успокойся, твою мать.

– Ни за что, – шипит она. – Признай, тебе всегда было плевать на моё мнение, на то, что я думаю и говорю.

– Ты неправа.

– Тогда почему ты бросил меня? Ты ведь думал, что я сбежала, – она поворачивается к нему. Роган сжимает кулаки при виде её слёз.

– Да, я так и думал, потому что у нас был с тобой уговор. Если я уеду и ты сбежишь, значит, всё, что ты говорила – ложь. Ты уехала и этим доказала мою правоту.

– Нет, всё не так. Я ждала тебя, ждала и не пыталась бежать, это был не побег, чтобы там тебе не говорил Арно. Я решила продать квартиру в Алматы, чтобы избавиться от прошлого и с чистого листа начать с тобой новую жизнь. Я пыталась выйти с тобой на связь, предупредить, сказала Арно, что уезжаю ненадолго по делам. Не моя вина, что он не так сказал, а ты понял по-своему. Я вернулась в Монако с надеждой. С любовью к тебе. Я надеялась, что ты меня поймёшь и простишь. Я не забыла о своих словах. Да, возможно, моя вина в том, что я поторопилась, не дождалась тебя, дала повод усомниться в себе, но поверь, я хотела как лучше. Хотя зачем, пытаюсь оправдываться, человеку, который мне не верит, – Анна прикусывает губу и закрывает лицо ладонями.