Безумный старичок

В деревне, где я провëл всë своë детство, жил старичок Лаврентий. В старину его бы назвали блаженным. Для меня он был жутковатым, но в действительности безобидным. Местные жители здоровались с ним и помогали чем-либо, если дедушка попросит. Сам я редко пересекался с Лаврентием, но однажды у нас произошëл разговор, который навсегда застрял в памяти... В подростковые годы я любил ходить на речку, чтобы порыбачить. Садился на край мостка, ставил рядом с собой ведëрко, насаживал на удочку червяка и забрасывал еë в воду. Одним таким утром пришлось мне не одному рыбачить на мостке - ещë до того, как я пришëл, на месте сидел дедушка Лаврентий. -  Доброе утро, - поздоровался я, - а что вы тут делаете? Час ранний ведь! - Да вот как бывает, внучок, - вздохнул Лаврентий, - встанешь вместе с солнышком, а спать потом не хочется совсем. Что делать? Прогуляться сходить, воздухом подышать. Эх, свежо нынче на улице! Как обычно, я расположился на привычной мне левой стороне мостика, поставил рядом с собой ведëрко, подготовил удочку. - Рыбачить будешь? - спросил старик. - Да, - ответил я, - раз в неделю люблю здесь бывать и рыбу ловить. Мама потом из неë уху варит. - Мама... - прохрипел старик, - свою маму я не помню. Каким лицо у неë было, походка какая - ничего не помню. Только знаю точно, что она меня любила. И я еë любил. Эх, жаль, что забыл маму. Лаврентий затих. Его взгляд устремился куда-то вдаль. Я достал из маленькой металлической коробочки жирного червяка, найденного в огороде, и посадил на крючок извивающееся тельце этого существа. Бросил наживку в воду и стал ждать, когда какая-нибудь рыбка клюнет. Сквозь тишину, время от времени прерываемую пением птиц, вновь послышался голос Лаврентия.- Ты, вот, червëм приманиваешь рыбу и не думаешь, каково этой рыбе. Я напрягся. Слишком странными мне показалось его слова. Но вскоре напряжение ушло, когда дед начал свои безобидные, хоть и крайне чудны́е, размышления, к которым вся деревня, наверное, уже успела привыкнуть. - Я сам был рыбой! Не поверишь, но меня словно заманили однажды, - сказав это, старичок обеспокоенно и раздосадовано покачал головой.- Внучок, ты коль потеряешься вдруг, за людьми в чëрных балахонах не иди. Они тебя обманут и затащат к себе в нору. Вылезешь из норы - уже никогда домой не попадëшь. Я старался не обращать внимания. Что поделать, старый уже человек! Мозги тоже немолодые. Вот и порой рассказывает небылицы. Правда то, что произошло потом, меня несколько смутило. Лаврентий, задумчиво причмокнув губами, продолжил: "Детства своего я не помню особо. Так, иногда воспоминания мелькают, а полной картинки нет. Но не суть. Случай удивительный со мной произошëл. Я был пареньком совсем юным. Пошëл за водой. И что думаешь? Как провалюсь в колодец! Барахтаюсь, кричу, а не слышит никто. Громче кричу - не слышат. Ну, а силëнки-то ведь не вечные! Вот и ушëл под воду ледяную... Дальше ничего помню. Всë как в тумане. На этом моменте жизнь как бы обрывается, а затем начинается уже здесь, в деревне нашей. Разве что тогда... Знаешь, а ведь там, в колодце, когда я на дно опустился, приплыли ко мне два человека. Кругом водица, а они как на воздухе говорят. Спрашивают, мол, либо помрëшь, либо с собой тебя возьмëм, либо продолжишь миром наслаждаться, но прежним никогда не станешь - с ума сойдëшь. Как думаешь, что я выбрал"? Я хотел было высказать своë предположение, но неожиданно Лаврентий встал и потрепал меня по макушке: "Рыбачь, Митька! Ловись, рыбка, большая и маленькая". С этими словами он пошагал обратно в деревню, а я остался сидеть на краю мостика, застыв с удочкой к руках и думая о том, что история безумного старичка вполне может оказаться правдивой.